Оберег

Салон фургона, припаркованного на почти пустой стоянке торгового центра в Вашингтон-Хайтс, был наполнен кофейным ароматом и мягким сиянием вечернего солнца, пробившегося наконец сквозь плотные облака. Саймон прищурился, опустил солнцезащитный козырек и со вздохом облокотился на руль. Всего через несколько секунд пассажирская дверца распахнулась, и в машину нырнул Джейс. Саймон собирался улыбнуться ему, протянуть кофе, который захватил для него по пути, однако в следующий миг солнечные лучи отразились бликом от звеньев цепочки на шее Джейса и кольца под тонкой тканью его футболки – и это вдруг будто запустило спусковой механизм. Саймон рванулся вперед, обхватил лицо удивленного Джейса и вжался ему в губы своими. По пути сюда он успел отвлечься от назойливой, тягостной мысли, которая муторно ворочалась у него в голове с того самого момента, как после утреннего киносеанса Джейс спросил, могут ли они встретиться где-нибудь подальше от Института, а теперь сомнения накрывали его с новой силой. Они не виделись всю неделю. Джейс отвечал на смс-ки по полдня, дозвониться до него выходило через раз, а если он все-таки брал трубку, поговорить получалось максимум несколько минут. Саймон скучал и беспокоился. До этого он и не представлял, насколько быстро может потерять Джейса – и насколько этого боится. Пару мгновений Джейс просто отвечал на настойчивый, отчаянный поцелуй, а потом успокаивающе скользнул одной ладонью в волосы Саймона, другой подхватил его под спину и потянул к себе. Саймон, с готовностью поддавшись, подвинулся, чуть не уронив пристроенный на приборной панели стаканчик с кофе, перекинул ногу через бедра Джейса, усаживаясь ему на колени, и снова поцеловал. Джейс обнял его – мягко и бережно, но Саймон все равно почувствовал упершийся в грудь прохладный жесткий ободок кольца, и все вместе это было слишком. Он стиснул Джейса в объятиях так, что тот наверняка начал опасаться за свои ребра, и уткнулся ему в плечо. – Эй… – Джейс погладил его под лопатками. – Что случилось? – Не могу отделаться от ощущения, будто ты исчезнешь прямо сейчас, и все закончится, – признался Саймон. – Не волнуйся, от меня не останется кучка пепла на твоем сиденье, – Джейс хмыкнул, и Саймон закатил бы глаза, если бы для этого не нужно было сначала поднять голову от местечка над ключицей Джейса, где запах его кожи – привычный, успокаивающий – чувствовался особенно, до зуда в готовых вытянуться клыках, остро. Джейс вздохнул и проницательно предположил: – Тот дурацкий фильм, который мы посмотрели утром, ни при чем, да? – «Война бесконечности» не дурацкая, – буркнул Саймон. – Да, ни при чем. Ты… – он выпрямился, чуть крепче сжимая бедра Джейса коленями, чтобы удержать равновесие, – предложил встретиться на другом конце города, чтобы нас не застали вместе? Сказать это оказалось легче, чем он предполагал, но после все внутри затопило горечью, а небьющееся сердце сжалось от тревожной тоски. – Что? – с недоумением свел брови Джейс, отводя с лица рассыпающуюся челку. Солнечный свет перелился в густых гладких прядях его волос, и это было так красиво, что Саймон едва не потерял мысль и вообще не забыл обо всем на свете. – Саймон, – Джейс вспорхнул пальцами с его спины к шее и принялся поглаживать вдоль выступающих позвонков, – в чем дело? Саймон закусил губы и подцепил его цепочку, вытаскивая кольцо. Джейс, кажется, намеревался возразить, но Саймон заговорил первым, разрешая ему ничего не объяснять: – Обрести семью после стольких лет неизвестности… Ты этого заслуживаешь – как заслуживаешь и блестящего будущего, которое Имоджен уже наверняка для тебя приготовила. То, что в нем нет места для меня… – он пожал плечами и невесело улыбнулся, – это больно, но я понимаю, правда. Спасибо, что не исчез, просто перестав отвечать на мои звонки, – Саймон накрыл его ладонь у себя на шее своей, не найдя сил посмотреть ему в глаза. – Я люблю тебя. И я не сделаю ничего, что может тебе навредить. Поэтому не стану видеться с тобой тайком, заставляя тебя постоянно оглядываться и бояться, что кто-то может увидеть. В машине повисла тишина. – Ты… – неверяще начал ошарашенный Джейс, – бросаешь меня? – Я? – шокировано округлил глаза Саймон. – То есть, мы здесь не потому, что ты решил порвать со мной? Не меньше десяти секунд они одинаково озадаченно смотрели друг на друга, а потом Джейс с обреченным стоном откинулся на сиденье, закрывая лицо ладонью. – Я идиот, – констатировал он, глядя на Саймона из-под пальцев. – Прости меня, ладно? В Институте сейчас так шумно. Каждую секунду кто-нибудь спрашивает, в порядке ли я, Имоджен от меня не отходит и пытается пересказать века семейной истории за одну неделю, а Алек и Иззи смотрят так, будто ждут, когда я забуду, что они – тоже моя семья. Я просто хотел побыть с тобой, ни на что не отвлекаясь. Но я даже не представлял, как это выглядит с твоей стороны. Саймон опустился щекой на его плечо – облегчение затопило его так резко, что он задохнулся, только после вспомнив, что дышать ему вовсе не обязательно. – Боже, Джейс… – произнес он, чувствуя себя слабым от пережитого и отвлеченно рассматривая крепление ремня безопасности позади него. – Еще немного – и я рыдал бы у тебя на груди от жалости к себе. Джейс, придерживая его одной рукой, другой потянул цепочку со своей шеи, снял ее – и, держа кольцо на раскрытой ладони, протянул ему. Саймон приподнялся, вопросительно посмотрел на Джейса, перевел взгляд на кольцо и снова – на Джейса. Тот продолжал молчать, но его пульс частил так, что Саймону окончательно стало не по себе. – Это же не предложение? – уточнил он раньше, чем успел себя остановить, и затараторил, как всегда, когда волновался. – Потому что я очень тебя люблю, но мы оба совершенно точно еще не готовы, и связь с вампиром вряд ли впишется в твое генеалогическое древо, и я даже не представляю, как сказать маме, а уж тем более – твоей. Кстати, как сумеречные охотники относятся… – Саймон, – Джейс вклинился в поток его речи, чуть наклонившись, чтобы коснуться лбом его лба, – я хочу, чтобы оно было у тебя. – Почему? – спросил он, отчего-то перейдя на шепот. Джейс, не отстраняясь, погладил его скулу самыми кончиками пальцев, и это легкое прикосновение было наполнено такой нежностью, что Саймон зажмурился. – Потому что это ты делаешь меня тем, кто я есть, – отозвался Джейс, и Саймон почувствовал его дыхание, скользнувшее по коже, – а не фамильная реликвия. Я не стал бы лгать о тебе, никому. Каждое утро я просыпаюсь и смотрю на тебя. Или нахожу твои смс и имя в списке звонков, если тебя нет рядом. Потому что я все еще не могу поверить, что ты со мной. Парни вроде тебя не встречаются с парнями вроде меня – они встречаются с милыми, умными девушками, которые нравятся родителям. Саймон поднял голову и изумленно моргнул. Он привык думать, что Джейс слишком хорош для него и что их роман случился только по какой-то счастливой случайности, и ни разу не догадался посмотреть на ситуацию глазами Джейса. От самого себя и собственной слепой эгоистичности тут же стало тошно. – Я ношу твой оберег, – отвлек его от приступа самобичевания Джейс, подняв запястье, обвитое алой нитью. – Пусть и у тебя будет что-то мое. Саймон накрыл его ладонь с цепочкой своей и потянулся к нему. Они мягко соприкоснулись губами, привычно переплелись пальцами – и все остальное перестало быть важным. Он всегда увлекался прикосновениями и поцелуями Джейса мгновенно, и осознание, что это взаимно, было пьянящим до одури. Саймон предсказуемо упустил момент, когда Джейс приник к его шее, принимаясь ласкать приоткрытым ртом влажно и горячо, а его ладонь оказалась именно там, где нужно. И он понятия не имел, каким чудом все же смог вынырнуть из горячечного забытья, заполненного совершенно непристойными звуками сорванного дыхания Джейса, и вытолкнуть из пересохшего горла: – Мой первый раз с тобой не произойдет на парковке… Джейс замер. Вечернее солнце, приглушенное пеленой облаков, зазолотило его кожу и отразилось в распахнутых глазах, делая голубой цвет пронзительно бирюзовым, а карий – совсем темным. И, ладно, Саймон сам едва не остался кучкой пепла на сиденье, когда Джейс кивнул.