Когда меняешь свою жизнь

      Как это не странно, но я Кенни МакКормик, и я уже давно забыл, когда меня звали данным именем. Ведь теперь я совсем другой человек, живущий под другим именем и в другом доме. Я Твик Твик и мне уже 22 года.       Ты спросишь у меня, как это все случилось?       Хм… Что тебе ответить на этот вопрос… Я очень сильно хотел жить. И мне пришлось забрать себе жизнь другого человека, чтобы обмануть саму Смерть. Нет, я не стал убийцей, не подумай обо мне подобного. Это была просто трагическая случайность, которой я воспользовался, чтобы спастись. Точнее ОН спас меня. Бедный Твик… Ему ведь тогда было всего-навсего 8 лет.       В тот роковой вечер мы возвращались на великах из кино, в которое ездили вдвоем — остальную компанию ребят не отпустили на вечерний сеанс родители. Моим предкам на меня было глубоко пофиг, да и я не боялся умереть, зная о своей «сверхспособности», а родителям Твика было наоборот удобно, что хоть один вечер можно не следить за сыном, спокойно работая в их кафе. Да и следили ли они за ним вообще? Мальчик, третьеклашка, а не мог даже толком самостоятельно одеться или завязать себе шнурки. Для меня складывалось впечатление, что его вообще никто из родителей ничему не учил в плане того «как надо». Поэтому он был мятым, нечёсаным, и весьма своенравным ребенком. Отданным самому себе на самовоспитание, при хорошем снабжении деньгами.       Но вернемся к моей истории.       Сам я смутно помню как все произошло, видимо это определенная блокировка подсознания, но был лишь резкий поворот, свет фар в глаза, руки Твика, хватающиеся за меня в попытке толкнуть в сторону. А дальше провал. Воспоминания возвращаются лишь в тот момент, когда я сижу рядом с его мертвым телом, сам весь в синяках, ушибах и ссадинах. Но живой. Помню сильную боль в ребрах и струйку крови, стекающую у меня по лбу. Но Твик не дышит, как я не пытался бить его по груди и неумело делать искусственное дыхание на подобии того, как виделось в фильмах «про спасателей». Но все бесполезно. Просидев под деревьями пару часов. Я постепенно начал «приходить в себя», если это можно было бы так назвать. В голову полезли странные, пугающие и нехорошие мысли о том, а что если это мой шанс? Как-то выйти из этого порочного круга смертей? Спрятаться? Сменить личность? Воспользоваться этим моментом, чтобы раз и навсегда изменить свою жизнь? Мысли все больше и больше заполняли мое сознание, и я уже не мог им сопротивляться. Я сдался и пошел на поводу у возможной мечты.       Ну, а что? Рост одинаковый, оба худые, цвет волос и глаз тоже, надо только поменять на нас одежду, пока не стало светать. Или даже успеть раньше, чем быстрее, тем лучше. Вдруг это аномалия, и Смерть еще не успеет заметить подмену? Оттащив тело Твика за кусты, вместе с нашими велосипедами, я принялся за задуманное. Воплотиться в образ надо полностью, вплоть до нижнего белья. Блин неприятно как-то это… Трусы с покойника… Ладно меня обычно целиком крысы растаскивают. А тут? Блин… Мерзко же… Очередная мысль приходит быстро: А что если придумать легенду, что трусы у меня украли бельевые гномы? Так же я постепенно повыкидываю потом и остальное белье, что у него осталось дома. А предки купят новое. Всё. Решено. Ночью гномы воруют трусы.       Теперь, когда все готово, надо вытащить тело, одетое в мою парку, обратно на дорогу с моим же великом и бросить здесь. А самому на велосипеде Твика отправиться к нему домой.       "Мама! Папа! Нас сбила машина! Кенни, там Кенни! Он кажется не дышит! Ему плохо!". Рёв, сопли, обморок.       А как же его биография или те моменты, которые ты не знал? — опять спросишь ты.       Как вам сказать… тут еще все проще. «Общеизвестные» факты я и так знал о своем однокласснике, а где мог проколоться - восстанавливал постепенно, ссылаясь на то, что простите, я головой влетел в машину и у меня тут «пусто»… АААААА… какой стресссс… дайте успокоительного… А нет… лучше кофе… я боюсь спать… у меня кошмары…, а еще каждую ночь эти гномы… ААААААА… Кенни умер у меня на руках…       Антракт. Далее наступает самое интересное.       После того, как меня выписали из больницы, мне вновь предстояло идти в школу.       Задумывая этот план, я хотел просто сменить личность на другую. Чтобы Кенни просто не стало. И не стало моих смертей. Спрятаться от себя, своего проклятья и этого мира. Кенни умер — Твик будет жить. Но сознание мое пошатнулось основательно в тот момент, когда в школе, куда я пришел на занятия, ко мне навстречу по коридору шел Я сам. Это что? Шутка? Прикол? Фанат-подражатель? АААААА… блять… сердце застучало так сильно, что мой правый глаз начал невольно дергаться от нервного тика. Как такое могло произойти? Вот же я! Я живой! Нового перерождения меня из матери просто не должно было бы произойти! Черт… Черт… Черт… В тот момент ко мне и пришел первый приступ паники в моей жизни, что я схватился за волосы так крепко, что невольно выдернул из головы пару пучков! Рассыпаюсь на части! ААААА… бред! Но вот он я, и тут снова я — живой и здоровый, что-то бубню из-под парки своей излюбленной команде, видимо с матом и о сиськах. Наши взгляды невольно встречаются, но в его взгляде я не читаю вражды к себе, а, скорее, сочувствие к мальчику, в руках которого два пучка волос и дергающийся глаз.       Кто ты? Моя подделка? Демон? Или все прошло так хорошо, что сама Смерть поверила в подмену и заставила родиться мою новую копию? А как же быть с моими воспоминаниями? Потусторонним миром? Он, этот парень в парке, помнит и знает, что я такое? Или он восстановлен с другим набором воспоминаний? А с какой именно точки времени и версии? Или он вообще не знает, что будет умирать? АААААА… какой стресс… Руки сами невольно тянутся к термосу с кофе, и я глотаю его огромными глотками. Звонок на урок заставляет меня резко вздрогнуть и пролить остаток термоса на пол. Чёрт.       Кое-как восстановив дыхание, я тоже зашёл в класс. Но мой взгляд так и хотел сверлить, сверлить, и снова сверлить этот непонятный объект, забравший себе уже мою жизнь. А как там Карен? Этот парень теперь для нее хороший брат? Или нет? Но почему я сейчас думаю о ней? Ведь если он все помнит и все знает, что мешает ему раскрыть меня? Поверят ли ему, если он расскажет правду обо всем случившемся? Кара это или спасение? Смерть придет за мной или нет? Или все закончилось? Какой стресс… какой стресс… Поэтому, значит, мне никто не верил эти две недели в больнице, что Кенни мертв? Потому что он жив. Я жив. Он жив. Кто из нас теперь кто? А если вновь умрем оба? Да еще одновременно? Что будет там? На том свете? Кто потом родится вновь? Лотерея на удачу? Соревнование?       В этом месте, мой дневник, я пока поставлю точку. Только тебе я могу рассказать это все. Как и рассказываю постоянно, по совету психолога, данного моим "новым" родителям. Для них я веду один, для себя же совсем другой. Прости, Твик, если я однажды и погибну, и кто-то найдет эту не официальную копию, в этот момент ты уже точно упокоишься с миром. Как и полагается. А сейчас же, мне нужен новый термос с кофе, ведь спать никак нельзя — Смерть все еще рядом. Нельзя спать, совсем нельзя спать. Можно только в те моменты, когда со мной спит Крэйг. Он сможет защитить меня. Господи, прости азиатских девушек за то, что силой сделали нас геями, но это дает мне время спать хоть иногда, когда этот безэмоциональный парень рядом и милуется со мной. Это уже другой стресс. Но он только один этот стресс гасит собой другие, когда парень в синей шапке преступает мой порог, берет меня за руку и своим протяжным голосом заявляет о том «каааак он счастлив».