Почти счастливы

-Хён, ты там долго ещё копошиться собираешься? — голос Чонгука прорезался в голову через стенку душа и поток воды. Хосок стоял под горячими струями уже 20 минут, потерявшись в пространстве и отчаявшись найтись. Он медленно поднялся с пола душевой, потирая затёкшую поясницу. — Да, минуту, Чонгук! — охрипшим от долгого молчания голосом крикнул Хоуп. В последнее время, когда он был наедине с собой, он почти всегда выпадал из реальности. Было ли это попыткой организма снизить стресс и хоть как-то отдохнуть от утомляющих тренировок и шоу, или просто хотелось не думать о том, что вертелось в голове целыми днями, невероятно мешая жить. Он быстро встал на ноги, но от резкого прилива крови голова закружилась и Хосок снова чуть не упал, успев зацепиться за вентиль. Полилась вода. Горячая. Слишком горячая. А Хосок даже не заметил, он усиленно продолжал сверлить взглядом пол и очнулся только когда почувствовал горячую воду у себя под кожей. Он быстро выбежал из-под обжигающих струй и бросил взгляд на руку. Прямо рядом с кистью образовался крупный ожог: кожа облезла, покраснела, ещё бы несколько минут и это было бы слишком серьёзно. «Блять!» — ругнулся про себя Хоби. — «Зачем нужен селфхарм, если все вокруг само старается сделать тебе больно?». — Хен, я реально не могу больше, второй туалет тоже занят! — Хоби и забыл, что под дверью страдает Чонгук, поэтому просто обернул бёдра полотенцем и быстро вышел из ванной, впуская туда пулей метнувшегося Гука. Решив не медлить с обработкой полученного ожога, Хоби направился прямиком на кухню, где хранилась их аптечка со всеми лекарствами первой помощи. Сначала он направился к холодильнику, достал оттуда перекись, чтобы обезвредить, обернулся и… замер на месте. За столом сидел никто иной как Мин Юнги собственной персоной и во все глаза глядел на Хосока. «Надо было одеться…» — промелькнула в голове Джея запоздалая мысль. — Т-т-ты в порядке? — запинаясь спросил Юнги. Хоби упорно пытался переключиться на тот режим, с которым он отверг Шугу, но тогда у него была решимость, угроза и он не знал каково будет жить без него. А сейчас… Сейчас он слишком устал бороться, поэтому он сел на ближайший стул и дал волю слезам, впервые за время после расставания с Мином. Шуга метнулся к нему, и начал успокаивающе гладить по спине, голове, шепча какие-то глупости наподобие: «Солнце, не плачь, все будет хорошо. Ну чего ты расклеился? Не надо плакать». Но чем больше он говорил, тем больнее становилось Хосоку и слезы текли с удвоенной силой. Хосок не знал сколько прошло времени, но их разбудил Намджун и поинтересовался, почему они сидят тут, что с рукой Хосока и почему он в одном полотенце. Только сейчас вспомнив о ожоге, Хосок быстро поднялся со стула, вследствие чего скинул голову Юнги со своего плеча и разбудил его. Юнги только сейчас обратил внимание на руку Хоби, хотел уже снова метнуться к нему, но тут резко вспомнил все и обо всем и понурил голову. На месте ожога уже образовался волдырь, поэтому Хоупу оставалось только обработать зону вокруг волдыря, опрыскать ее специальным спреем и надеяться, что он скоро лопнет. — Так, время уже двенадцатый час, так что давайте по комнатам. — сказав это, Джун покинул кухню. Хосок и Юнги стояли возле стола. Один делал вид, что допивал чай, другой, что пытается размотать бинт, который ему был абсолютно не нужен. — Я не…- начали они одновременно. — Давай, ты первый, — сказал Юнги. — Ладно. То, что я сделал было не по моей воле. — Что? Хосок рассказал всю историю, от начала до конца, потому что знал, если он этого не сделает, будет винить себя всю жизнь. Когда он закончил, Юнги сидел с открытым ртом и взирал на Хосока очень удивлёнными глазами. — Знаешь, никогда бы не подумал, что такое случится с нами. Но больше всего я все ещё поражаюсь тому, насколько настоящими и злыми казались твои слова, сказанные тем вечером. Они казались слишком реальными. Зачем надо было делать это так по-настоящему, вкладывать туда столько чувств? — Потому что ты бы мне тогда не поверил, хен. Я же знаю. Юнги на секунду задумался. — А откуда взялась эта темнота в глазах? Я тебя… таким никогда не видел. — Скажем так… отзвуки прошлого. Так что ты хотел сказать? -Ничего, забудь. Так ты собираешься оставить все как есть? Не будешь даже пытаться что-то изменить? — Ты готов жертвовать командой? Работой? — Хосок, знаешь такое выражение: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанское»? — Этот не тот случай, Юнги! На кону стоит слишком многое! — Так ты правда готов так легко пожертвовать нашей любовью? — Юнги, дай договорить! Я говорю, что Джей-Хоуп не готов рисковать всем. Но тут верх определено берет Чон Хосок. Шуга счастливо улыбнулся и ответил: — Мин Юнги готов вступить в борьбу.