Деление любви

Холодный январский ветер дует прямо в лицо симпатичному блондину, но тому наплевать. Багряное солнце медленно опускается за край земли, будто освещая этот мир в самый последний раз и прощаясь с ним. Скоро наступит ночь. Противная, мерзкая, темная, не скрывая того, Махиро боялся ее больше всего на свете. Потому что ночь равняется одиночеству и тупой боли в груди, которую никто не сможет заглушить, потому что никого и нет рядом. Судорожный вздох вырывается из груди парня, и он останавливается перед своим домом, если его вообще можно таковым назвать. Открывая массивную дверь, блондин кусает губы до крови, страшно. Страшно и холодно. Нет живых. Он один здесь и сейчас. В который раз, прохаживаясь по этому залу, где была убита Айка, Фува невольно задумывается над своей судьбой в случае того, если бы этого не случилось. Его младшая сестренка, которую он безумно любил… Ее больше нет… Горячие и соленые слезы снова катятся по его щекам, и он медленно опускается на колени перед деревянным стулом, на котором она сидела последние минуты своей жизни. Махиро даже не стал его убирать, пусть стоит, пусть воспоминания останутся. Было что-то в смерти Айки прекрасное и необычное, так думал блондин, а этот стул только добавлял загадочности. И тот красный цветок, распустившийся под ней, был особенно прекрасен. - Махиро… Опять ты здесь… - этот знакомый голос вызывает на коже мурашки. Блондин поворачивается, когда чьи-то теплые руки ложатся на его крепкие плечи. - Ёшино… Ты пришел. Ты все-таки пришел, маленький засранец… - Фува бьет лучшего друга кулаком, не жалея силы, прямо в нос. – Где тебя черти носили?! Мне, знаешь ли, херово без тебя было! В ответ Такигава лишь звонко смеется, прижимая руку к разбитому носу. Из-за этого смех его получается каким-то приглушенный и гнусавым, необычным и непривычным для самого парня. - Придурок, – грубо бросил блондин и поднялся с пола, как-то вымученно глянув на стул, пропитанный кровавыми воспоминаниями минувших дней. - И где твоя бурная радость? – Ёшино одарил друга изучающим взглядом. - Завались на хрен, – Фува отвернулся, опуская глаза в пол. Ведь, когда нам больно, мы, как правило, отворачиваемся, чтобы этого не было видно во взгляде. - Махиро… - теплая тушка прижимается к нему сзади, крепко обнимая за талию. Сердце блондина стучит громче, бухает на весь дом, эхом отлетая от стен. - Ты сейчас сам раззадорил меня, – Фува разворачивает друга к себе лицом и впивается в его мягкие губы, нагло проникая языком дальше и дальше, заставляя тем самым Ёшино стонать и пытаться вырваться. Оторвавшись, Махиро тяжело дышит, а Такигава надрывисто кашляет. – Не уйдешь, дружок… - блондин в буквальном смысле кидает его на стул и начинает расстегивать рубашку. Ёшино не сопротивляется, он только крепче обвивает своими руками бледную шею друга и покусывает мочку его уха. Сердце Фувы готово выпрыгнуть из груди, от счастья, от смятения, от безысходности. Много чувств испытывает он сейчас… Получается, что он изменяет Айке. Прямо на том стуле, где она погибла. Он и Ёшино… Назовем это Делением Любви. Чувств хватит на всех… Наверное…