Время будущее прошедшее

Утром Драко поднялся с кровати только силой воли. Хотелось плюнуть на все и продолжить спать, но он понимал, что обязан показаться на завтраке свежим, как от души выспавшийся человек. Въехав в Большой зал, он привычно кинул взгляд на факультетские часы и замер, не в силах сдвинуться с места. В изумрудно-сапфирово-топазном великолепии не виделось ни единой рубиновой искры. - Умеют же красно-золотые гулять, - с некоторой завистью протянул Драко и тут же дернулся от рывка вцепившихся в спинку кресла двух пар рук. Нотт и Поттер. Чуть помятые (Поттер в той же праздничной мантии), но в целом бодрые. Правда если Нотт пытался не лопнуть со смеху, то Поттер выглядел ошеломленно задумчивым. От обоих явственно тянуло свежим перегаром. - Хоть бы зубы почистили, - Драко помахал ладонью перед носом и ткнул пальцем в сторону часов, - Поттер, как ты этого добился? - Меня бросила Панси, - совершенно нелогично ответил Поттер. - И вы с горя напились, - радостно "догадался" Драко. - Скорее, на радостях, - поправил Нотт. - Точно, - подтвердил Поттер. - Я ее боюсь больше Джинни с ее летучемышиным сглазом. - Говорил уже, - перебил его откровения Драко, - вы напились, а потом? Пошли танцевать канкан на столе у Снейпа? - Напиться мы не успели, - рассудительно ответил Поттер, - так, выпили слегка. А тут подходит Гермиона и говорит... - Подходит? - Нотт фыркнул и захлебнулся сдавленным хихиканьем, - подлетает растрепанной фурией и орет на весь зал. "Гарри! Гарри!", - тоненько запищал он, закатывая глаза и прижимая руки к груди, - "Я отлучилась в туалет, а мальчики пропали! Ты должен пойти со мной и найти их, а то они могут причинить друг другу физические повреждения!". - А Тео... - "Уже Тео, а не по фамилии", ошеломленно подумал Драко, - ... почему-то решил, что искать лучше в подземельях. - Но они же там и были! - возмутился Нотт и заржал, - общались. Настолько тесно, что между ними и листа пергамента не просунуть было. - Я и не знал, что Гермиона знает такие слова, - задумчиво молвил Поттер. Он незаметно для себя добрел до слизеринского стола и уселся за него. - И так орать. - Короче, - Нотт наложил себе полную тарелку еды и вручил Поттеру огромный сандвич, - на ее вопли сбежалось куча народу. А где толпа там наш декан. Я на одну-единственную минутку отвлекся поздороваться, а Грейнджер уже успела вцепиться Томасу в волосы. - И запутаться в них, - добавил Поттер с тем же отрешенно-задумчивым видом. - Снейп принялся снимать баллы со всех подряд... - ... кроме меня. - Тебя он просто не увидел сразу, -огрызнулся Теодор, - стоял за моей спиной и благовоспитанно молчал, - пояснил он Драко. - Снейп, значит, развлекается арифмантикой, Грейнджер орет и пытается выпутаться из Томаса, Уизли прячется за Крама, который никак не может застегнуть штаны. И тут Поттер выходит вперед и голосом примерной отличницы заявляет "Гермиона, а кого их них ты заревновала: Виктора или Рона?". Поттер задумчиво посмотрел на предложенный Миллисент сандвич и пожал плечами, - В тот момент мне это казалось очень важным. - И тогда Снейп содрал с Гриффиндора последние баллы? - Если бы, - с ноткой грусти в голосе простонал Поттер, - но, увы, к этому времени наша копилка была уже пуста. Он добавил пять баллов - за своевременность вопроса. И только потом снял - за неподобающий внешний вид. - Хорошо, - Драко оглянулся по сторонам и задумался, когда же он успел купить билеты в этот театр абсурда. Вроде бы прошлая жизнь такими приключениями не изобиловала. Осталось прояснить один вопрос, - а почему Грейнджер вцепилась в Томаса? И откуда он там взялся. - Потому что она произнесла несколько слов, которые Дин счел оскорблением. - Флинт мимоходом потрепал Поттера по лохматой макушке и взглядом расчистил себе место с другой стороны Драко. - И добавила, что всех с тягой к собственному полу надо кастрировать или лучше сразу удавить. Томас ответил не менее эмоционально. Тут все и завертелось. Поттер, раз ты уже переночевал у нашего камина, то мы решили предоставить тебе политическое убежище на бывшей кровати Малфоя. Драко растерялся и смог только глупо спросить, - Убежище? От кого? Ответить ему не успели. На пороге появилась Грейнджер. Она цепким взглядом окинула зал, мгновенно выхватила из толпы слизеринцев съежившегося Поттера и загремела набатом. - Гарри Джеймс Поттер! Где ты был? Немедленно иди сюда. Подгоняемый добродушными смешками и пожеланиями удачи, Гарри поплелся к родному столу. К сожалению любителей скандалов, Грейнджер больше не орала - перешла на яростный шепот. Поттер покаянно кивал, сводил брови домиком и еще всячески показывал свое раскаяние и совестливость. Драко только хмыкнул. Панси видит в этом миролюбии бесхребетность, а вот он бы назвал подобное поведение способом выживания. И крайне удачным способом. Кто воспринимает всерьез деревенского дурачка с вечной жизнерадостностью и улыбкой от уха до уха? В дверях появился Уизли, и те, кто его заметил, замерли в предвкушении продолжения скандала. Он потоптался на месте и решительно двинулся вперед, к Грейнджер. Флинт быстро поманил к себе первокурсника известного умением незаметно подслушивать и кивнул на гриффиндорский стол. Дважды повторять не пришлось: смышленый пацанчик выскочил из-за стола и вразвалку направился к выходу. По дороге, прямо за спиной демонстративно замолчавшей при появлении Уизли Грейнджер, остановился завязать шнурок и возился с ним не менее пяти минут. Внимания на мелкого не обратил никто - Уизли исступленно доказывал гриффам свою невиновность. Наслушавшись, первокурсник рысцой вернулся к Флинту, - Рыжий говорит, что его опоили зельем! Что он совершенно не помнит зачем и почему это делал. А что он делал? - Маленький еще знать, - отмахнулся Флинт. - Опоили. Как же. Кому это нужно? Краму? Не смешите меня. - Не буду, - согласился Драко, - но, может, Крам подлил зелье грязнокровке, а Уизел по привычке тащить в рот все, что не держат, успел вылакать первым? - Как показал вчерашний день, - меланхолично заметил Нотт, - он тащит в рот и то, что держат. Драко переждал взрыв смеха и задал появившийся вопрос. - Так с чего вы вдруг позволили Поттеру ночевать у нас? То. что он пытается дрыхнуть где угодно, кроме родной спальни, я уже знаю. Но что напало на вас? - И Драко опять понял, что безнадежно отстал от жизни родного факультета. На него уставились вообще все, даже первокурсники. Ответил Забини, - Мы приглашаем не Поттера, а его невообразимую удачу. Знаешь, что пока он пьяненько сопел на коврике у нашего камина, у нас впервые на моей памяти нормально работали обогревающие чары? Драко не знал, но поверил. И принял во внимание факт, что он, действительно, забыл о бывших слухах о Поттере. Да он и сам в прошлом верил, что при рождении Поттера искупали в зелье удачи. Иначе откуда такая способность выпутываться из любых передряг? Хотя бы из назревающей? При появлении Уизела Грейнджер моментально бросила выяснять, где Поттер провел ночь, и переключилась на рыжего. Правда, за ночь она вспомнила о собственной толерантности и перестала орать о мерзости отношений двух мужчин. Вместо этого елейным голосом записной ханжи заговорила о юношеском бунтарстве и связанных с ним попытках обратить на себя внимание. Пусть даже противоестественной связью и отвратительными поступками. Чем дольше она вещала, тем возмущенней становилось лицо Томаса. Он бросил вилку на стол и напряженно выпрямился, каменея шеей и губами. Досматривать представление Драко не стал. И без того понятно, что Томас сдержится и не врежет грязнокровке, Поттер продолжит извиняться и улыбаться с видом виноватого ослика, клан Уизли развивать версию отравления зельем, а Крам... Крам решительно приблизился к преподавательскому столу. Рядом с ним негодующе выпрямился Каркаров. - Мистер Дамблдор, моего ученика опоили! Дамблдор сокрушенно покачал головой. Из его речи, пересыпанной старческим подсмеиванием и древними шутками, гости Хогвартса узнали о неповторимом чувстве юмора местных учеников. Но не прониклись и потребовали разбирательства. Драко бы слушал и дальше, но к нему подошел Руперт и властно сжал плечо. - Хватит радоваться чужому позору. Бери Поттера и на тренировку. Услышав о тренировке, остальные ученики лихорадочно быстро доглотали завтрак и направились к выходу. За Поттером сбегал Нотт. Они некоторое время постреляли, а потом Руперт сбросил на пол охапку хворостин и велел трансфигурировать их на свой вкус в тренировочные рапиры. Драко он выдал пару метательных ножей. - Раз прыгать не можешь, будешь учиться не подпускать врага близко. Поттер немного помахал рапирой и запыхавшись, подошел к Драко. Каждое попадание в цель он встречал восхищенным ахом и жадно поглядывал на ножи. Драко не выдержал напора эмоционального шантажа и дал ножи "покидаться". - Спасибо! - радостно выдохнул Гарри и лихо швырнул тяжелый клинок. Точно в мишень. И тут же отправил туда же второй. - Сириус учил, - похвастался Поттер, вернул ножи Ассио и опять поразил мишень. - Это тот Блэк, который сумел сбежать из Азкабана? - Как бы случайно уточнил Руперт. - Ага, - жизнерадостно отозвался Поттер и неохотно вернул клинки. - Ты когда кидаешь, не целься. Просто представь, что клинок - продолжение руки. И держи не за конец, а вот тут. - Он аккуратно поставил пальцы Драко и отошел ему за спину. - Говорят, второй в истории тюрьмы. - Второй? - От удивления Драко даже отложил ножи. - А первым то кто ухитрился? - Джон Флинт, королевский корсар. Преданный своим королем и оболганный судом, - Маркус отшвырнул сломанную хворостину и отобрал у Драко ножи. - Пока жена платила за удобства он мирно сидел, но потом у нее кончились деньги, а мой предок... - Флинт изобразил надменный поклон и милостиво принял поклоны остальных, - ... наотрез отказывался сообщать бедной женщине, где зарыл сокровища. Так вот, посидев некоторое время на тюремных харчах, он решил, что пора уходить. И ушел. - Стоп, - Драко прервал горделивые воспоминания о великом предке Маркуса (у самого были не хуже), - что ты сказал о плате за удобства? Руперт быстро шагнул вперед и крепко сжал плечо Драко. - Почему же стоп? Я с удовольствием послушаю о капитане Флинте. Особенно о зарытых им сокровищах. По молодости я и сам грешил поисками. - Нашли? - Вокруг Джонсона немедленно сгрудились потенциальные искатели сокровищ. Судя по их горящим священным ужасом глазах они надеялись лишь на один ответ. И Руперт милостиво дал его. - Если бы нашел, то сидел бы в собственном имении и прожигал остаток жизни, а не учил уму-разуму кучку малолетних придурков. Которые вдобавок тратят мое время и собственные деньги. Где ваши рапиры? Давно вернувшиеся в первоначальное состояние хворостины оказались разбросаны по всему залу. Подстегиваемые руганью Руперта ученики кинулись собирать их, трансфигурировать и разбиваться на пары. Пока они фехтовали, Джонсон вернулся к Гарри и Драко и осторожно поманил Поттера к себе. - Кхм... Не хочу показаться взрослым занудой, но если ты не хочешь привлекать внимание авроров, то больше не будешь упоминать, что беглый преступник давал тебе уроки мастерства. Кстати, когда? Дамблдор знает? Поттер побледнел и ойкнул, зажимая рот рукой. Он кивнул головой, потом затряс ею, выпучил глаза и застонал сквозь пальцы. Драко потянулся и вытащил его палец изо рта. Внезапно появилась потребность ободрить идиота, сказать, что он не настолько уж дурак, и с его крестным ничего не случится. В Арку Смерти он точно не рухнет. А любая другая судьба останется на волю новой реальности. - Поттер, в этой комнате нет никого, кто обратил внимание на твою оговорку или знает, что ты не мог встретиться со своим крестным. Так что расслабься и еще раз покажи мне, как держать нож. Поттер кинулся изображать мастера, попутно приглушенным шепотом рассказывая, что Дамблдор не знает о занятиях с Сириусом. Этим летом крестный украл его у Дурслей и отвез на побережье, где они сутками болтали, бродили по пляжу и учились аврорским приемам. Кроме метания ножей Поттер мог похвастаться основами какой-то борьбы. Драко лениво похвалил его энтузиазм, но особо не впечатлился. Чему можно научиться за пару месяцев? Но вот ему стоило бы тоже подумать о борьбе без палочки. Погоняв учеников еще немного, Руперт смилостивился и вспомнил, что некоторые страдают от последствий вчерашней пьянки. Все, за исключением вошедшего во вкус Поттера, радостно покинули тренировочный зал. Гриффиндорца выставили силой и угрозами позвать Грейнджер. Дождавшись хлопка двери, Драко повернулся к Руперту. - А теперь расскажи, почему ты замял вопрос с обеспечением узников? Руперт расплылся в предвкушающей ухмылке, - Потому что я знаю, как добраться до чаши. - Выждав многозначительную паузу, буднично закончил, - И пока я буду метаться между Азкабаном и Гринготсом, ты слетаешь к милорду и выпытаешь из него подробности охранных заклинаний еще одной безделушки с кусочком его душонки. Драко задумался. С одной стороны - лорд был уничтожен семнадцатилетним Поттером. Тогда и Дамблдор был уже мертв. И хоркруксы уничтожены. Кроме Нагини и самого Поттера. Подробности последней битвы... нет, - Драко мысленно хмыкнул и поправился, - Последней Битвы. Именно так, с большой буквы с пафосом. Так вот о подробностях он узнал из газет, спешно выпущенной биографии героя и книги Грейнджер "Великий подвиг Дамблдора". Тогда Поттер покорно встал под Аваду, изобразил героический труп, а пока лорд наслаждался собственным величием, Лонгботом отрубил змее голову. К этому времени Нагини оставалась последней заначкой несчастного, и добить его мог каждый желающий. Хоть Авадой, хоть булыжником по голове. Но не в этом дело. Вчера он, не подумав, уничтожил Нагини и тем самым опять нарушил ход истории. Так почему не продолжить в том же духе? К чему мирно выжидать пока Дамблдор сподобится найти оставшиеся хоркруксы и милостиво позволит Поттеру прославиться их уничтожением? Два года в инвалидном кресле превратят его задницу в плоский блин, а Драко намерен еще очаровывать любовников и любовниц. Решено, победителем может стать и более молодой герой. И плохо здесь только одно - ему опять предстоит бессонная ночь. К обеду по школе распространилась новость, что Уизли и Крам пали жертвой неизвестного зелья. При этом половина народа считали виновниками братцев рыжего тупицы, а вторая половина подозревала Грейнджер. Чересчур умная грязнокровка могла сделать попытку привязать к себе перспективного жениха. Но как бы то ни было, она уже милостиво простила Виктора, пожалела Уизли и затюкала Поттера. Его затравленный взгляд в сторону слизеринского стола был встречен довольным гулом голосов. - Ура, - шепнул один из второкурсников, - у нас опять будет тепло. Драко мог только закатить глаза и уехать. Свободное воскресенье стоило использовать для отдыха перед беседой с лордом. Спрятаться от Поттера и выспаться. Руперт не вернулся и к ночи, поэтому выходить из школы пришлось через окно, благо страха перед анимагической формой больше не было. Белый на белом снегу хорек незаметно проскакал до границы Хогвартса, нырнул в густые кусты, перекинулся в человека и аппарировал с места. Кусок одушевленной уродливой плоти по-прежнему сидел в котле и, завидя Драко, злобно сжал кулачки. Драко не впечатлился. Это существо могло быть сколь угодно яростным - кого волнует бессильная ненависть? Драко она только позабавила. Но руки в зелье он предусмотрительно совать не стал. Не дай Мерлин, укусит. - Не ожидал так скоро? Извини, но дела не терпят. Лорд неуклюже забарахтался, переворачиваясь лицом вниз, и Драко делано огорченно вздохнул. - Давай поговорим, как подобает взрослым волшебникам. Или, - он сел и поставил локти на край котла, - хотя бы, как люди с общей целью. Гомункулус булькнул и резко всплыл на поверхность жидкости, клацая зубами почти у самой руки Драко. Малфой на провокацию не поддался и зелья не коснулся. Убивать лорда было еще рано. Воскрешать тоже. Именно поэтому пытки были исключены. Исключены они были и по иной причине. Драко подозревал, что в этом отношении они с лордом очень похожи. Что есть боль по сравнению со всепоглощающей жаждой мести? Ничто. Мелкая помеха на пути к цели. Боль сделает лишь одно - внесет Драко в список смертельных врагов лорда. А им лучше стать сообщниками. Дело то одно на двоих. - Ты должен убить Поттера. Поднять палочку и пустить Аваду ему в лоб. Нет, лучше между глаз. Прямо между его тупых зеленых гляделок. - Драко склонился над котлом так, чтобы прорези в маске смотрели точно в глаза гомункулуса и продолжил свистящим шепотом, - Но не сейчас. А только тогда, когда он будет убежден в победе, когда уверится, что это именно он обладает силой неведомой темному лорду, когда будет знать, что все хоркруксы уничтожены. Зелье взбурлило от резкого движения лорда, и Драко засмеялся, вытирая капли с маски. - Что один человек спрятал всегда может найти кто-то еще. Кроме разве что сокровищ Флинта, но думаю, что их просто-напросто не существует в природе. Дамблдор уже уничтожил дневник, нашел диадему и узнал, где чаша. Ты можешь спасти остальное... если доверишься мне. Лорд перестал биться и уставился на Драко алыми щелочками глаз. После долгой паузы его лицо всплыло на поверхность. - Почему ты сам не убьешь Поттера? Драко пожал плечами, - Мне запрещено? Оказывается, этого вполне достаточно. Лорд растянул прорезь рта в глумливой ухмылке и понимающе кивнул головой. - Что предлагаешь? - Голос повиновался гомункулусу с трудом, и он пытался обойтись короткими фразами. Драко коротким. но почтительным кивком выразил уважение силе воли собеседника и присел на табурет у котла. Пришло время серьезно поговорить. - Ты расскажешь мне, где спрятал остальные хоркруксы и как обойти охранные заклинания. Я доставлю их сюда и использую для укрепления воскрешенного тела. Вместе с костью отца, плотью слуги и кровью Поттера. - Гарантии безопасности? Наступал самый ответственный момент переговоров. Драко собрался, еще раз прогнал в памяти продуманные заранее пункты и начал, - Нерушимая клятва. Я пообещаю твое воскрешение и помогу добраться до Поттера. В которого ты пустишь Аваду. Но лишь тогда, когда этого захочу я. Когда увижу в его глазах триумф. Когда он возомнит себя победителем. - Я прощаю тебя, - вдруг пафосно проскрежетал гомункулус, - после победы ты будешь возвышен. Твое имя будет знать каждый. - Это точно, - едва слышно буркнул Драко и поднялся. - Начнем с кольца. Где оно и как его взять. Навешанные на хоркрукс заклинания лучше было снимать по свету, и Драко вернулся в Хогвартс. До утра он мог немного поспать. Не выспаться, но и не падать с ног от усталости. На завтраке Драко выглядел достаточно бледным и даже не реагировал на ставшие привычными шуточки над Поттером. На них не реагировал и Поттер. Он предельно внимательно слушал Грейнджер, временами издавал сочувствующие звуки и осуждающе поглядывал на смеющихся сокурсников. Только Драко заметил и другое - при всех внешних признаках раскаяния и горя Поттер так и не потерял аппетит. Груда снеди на тарелке быстро убывала, падая в практически бездонную утробу героя. Потерей аппетита не страдали и герои вчерашнего скандала. Неизвестно, подлили ли им зелья или Рон просто не устоял перед брутальным обаянием чемпиона квиддича, но ума поддержать озвученную версию отравления хватило только Краму. Он демонстративно проверял каждый кусок и глоток, что отправлял в рот. Уизли ел, как всегда: шумно, неопрятно и жадно. Отвлекая себя от тошнотворного зрелища, Драко перевел взгляд на Панси. - Дорогая, а почему ты бросила Поттера? Он так расстроен. - Ага, - буркнула Панси, - настолько, что едва не светится от счастья. - Она с размаху всадила вилку в сосиску и злобно провернула ее в кровоточащей соком ране. - Бросила его я, а рад почему-то он. Но Мерлин с ним, пусть живет. У меня есть Симус. - Она сладко вздохнула и покосилась на гриффиндорский стол. - Подруга, да ты влюбилась! - Миллисент потрясенно уставилась на Панси и для большего эффекта ткнула в ее сторону пальцем. - Нет, - Панси откинулась назад, потянулась, мечтательно жмурясь, - нельзя влюбиться в свою вторую половину души. Он мой, а я его. Когда я узнала, что мне не повезло стать той, что обязана привнести в род свежую кровь, то и не думала, что буду так счастлива. Поттер, может, и хорош, но он не Симус. И-и-и... - она взвизгнула и резко выбросила руку вперед, - ... мы помолвлены! Девочки восхищенно завизжали и кинулись рассматривать дешевое колечко. Пока они наперебой поздравляли Панси, к столу приблизился Финниган с улыбкой и розочкой. Он чмокнул Паркинсон в щечку и смущаясь поздоровался с ее соседями. - Еще немного и я умру от умиления, - с отвращением буркнул Драко и отодвинул тарелку. - Смотрел бы и смотрел, как вы лижетесь, но у нас первыми Зелья, а Слизень нас не жалует. Панси с недовольством оторвалась от обмена нежностями и подняла на Драко полные томной неги глаза, - Отвратительно выглядишь, дорогой. - Спасибо, у тебя тоже великолепно зеленоватый цвет лица. Панси рассмеялась и схватилась за спинку кресла, толкая его к выходу. Рядом неуверенно легли руки Финнигана. Почти у класса Зелий их нагнал вырвавшийся из-под опеки Поттер и весело потребовал освободить его место. На Зельях они варили что-то простое, так что Драко мог оставаться лениво-расслабленным и мечтать о следующей паре, где сможет подремать. В самом конце урока Слагхорн, сияя улыбкой, объявил, что к следующему уроку они должны написать небольшое эссе о свойствах того, чье название найдут на карточках, пачкой которых помахал в воздухе. Получив свою, Драко прикинул, что справится с заданием за пару часов, и с любопытством посмотрел на наморщившего лоб Поттера. - Что задумался, не видишь знакомых букв? - Точно, - бодро ответил Поттер и сунул Драко свою карточку, выхватив его. - Поменяемся? Пришлось трижды прочитать карточку Поттера, чтобы до сознания дошла крайне мерзкая мысль - Поттеру подыгрывает Дамблдор. Иначе с чего это ему достались жаборосли? За это время Поттер успел изучить задание Драко и в ужасе вернуть карточку, - Африканская полынь! Да тут только писанины фута на два. Отдай мои еще незнакомые, но уже нежно любимые жабьи водоросли. Поменяюсь с кем-то другим. - Хочешь фокус? - Драко таинственно сверкнул глазами и вытащил палочку. Поттер кивнул и протянул карточку под заклинание идентификации. Задания оказались именными, как Драко и подозревал. Причитания Поттера слушать было некогда: перед Историей магии было времени ровно столько, чтобы забежать в библиотеку и взять справочник семейства вермутовых. За урок он как раз успел бы сделать это задание. С его удачливостью другого времени может просто не найтись. Еще и Руперт где-то задевался. Руперт появился к ужину. Зашел и с порога небрежно швырнул Драко еще один потрепанный анимагический мешок. - Золотая поилка для барсуков. Хочешь посмотреть? - Хочу узнать, как грабят Гринготс. Вдруг пригодится в будущем. Джонсон растянулся на диване и сложил руки на груди, - Я собираюсь вздремнуть, а ты иди и принеси мне пару десятков бутербродов. И шоколада. Шесть часов в Азкабане и еще столько же у гоблинов. А ради чего? Красоту исторических безделушек сильно преувеличивают. Драко, оставив Руперта отсыпаться, неторопливо поужинал, впервые за почти неделю наслаждаясь сплетнями и дружеской пикировкой, и вернулся к себе. Носить еду он не нанимался. К тому же он настолько устал, что было даже не интересно, как Руперт раздобыл чашу. Поэтому, обнаружив, что Джонсон все так же мирно дремлет, прокрался в спальню и забрался в постель. Даже без душа. Утром он проспал, потом закрутился в повседневной суете и только во второй половине дня смог остаться наедине с Рупертом. Новость о том, что Поттеру подыгрывает сам директор была принята равнодушно. Мадам Максим и Каркаров тоже без лишней щепетильности высматривали, вынюхивали и доносили своим чемпионам. О визите к лорду и разговоре с ним Драко решил рассказать не все. Хорошее партнерство, как и любовь, требует немного интриги и недоговоренности. Но только не в отношении Драко. Или любого другого Малфоя. Руперт загадочно молчал и ухмылялся. С ним тактика "не замечания" была бы безуспешно, поэтому Драко поднял все еще валяющийся на полу мешок и покачал им перед носом наставника. - Так как ты добрался до сейфа моей обожаемой тетушки? - Совершенно официально. Помнишь Флинт сказал об обеспечении узников? Драко медленно кивнул. Тогда Руперт достаточно грубо, но быстро и действенно увел разговор в сторону. Сейчас он скажет зачем. - Азкабан до сих пор подчиняется законам, принятыми еще до его постройки. Драко с размаху хлопнул себя ладонью по лбу. Он же читал об этом. Мало того, этот казус часто использовался в исторических и любовных романах. Корона обеспечивает заключенных лишь минимально необходимым. Плошка похлебки, кусок черного хлеба и скудная охапка соломы в качестве постели. Все остальное за наличные, которые вносили родственники узников. - Ты представился женихом Беллатрис? И как она отреагировала на это? - А зачем мне она? Сейф принадлежит ее мужу и деверю. А они с радостью подписали разрешение на его посещение. Оказывается, Джонзон был знаком с отцом братьев, и Лейстренджи знали о его честности и чистоплотности по отношению к чужому доверию. Для начала Руперт посетовал на травму, прервавшую его профессиональную деятельность и заставившую искать иные способы заработка. Одним из которых он признал возможность стать провиантмейстером заключенных. На этом месте Лейстренджи радостно встрепенулись и принялись жаловаться на отвратительную еду и отсутствие удобств. Оговорив с начальником тюрьмы цены и получаемые по этим ценам блага, они дружно подписали контракт, открывающий Руперту вход в сейф. В качестве платы за хлопоты Джонсон взял чашу Хельги Хаффлпафф. В отсутствие жены Рудольф видел в чаше лишь историческую редкость. Дорогую, ценную значением, но всего лишь вещь. К тому же вещь, в отличие от одеял, сытной еды и возможности спать без дементоров за дверью, абсолютно ненужную в тюрьме. До появления Поттера с очередной байкой и попытками провести вечер вдали от друзей они успели вяло поругаться по поводу стратегии поисков кольца и решить перенести поход за ним на время после окончания второго этапа Турнира. Тем более, что он приближался со скоростью гоночной метлы. Почтовая сова принесла Поттеру солидный пакет, от которого за милю несло болотом, Крам продолжил ухаживания за Грейнджер, лорд вымачивался в питательном зелье, Снейп продолжал игнорировать Драко - короче продолжалась обычная жизнь. А когда посиневший от ледяной воды Поттер вытащил из озера Уизли, жизнь стала еще и веселой.