Любить тебя - самоубийство.

Я перевернула страницу глянцевого журнала. «Джерон» - виднелась надпись под фотографией моего жениха. Он довольно улыбался стоя по правую руку от своего напыщенного отца, в руках которого натянуто, улыбалась молодая блондинка. «Говард» - Эмили и ее старший брат задорно улыбались в камеру, стоя рядом со счастливыми родителями. Эмми была неплохой девочкой – хорошей и веселой. Брат у нее тоже был прекрасным. «Каллен» - Я сконфуженно обнимаю сидящую Шарлотту, и родители стоят позади нас, придерживая обеих за плечи. Все выглядят смущенно, кроме Эдварда. Он единственный кому вся ситуация проходила по душе. «Блэк» - Мужчина в возрасте лучился улыбкой, обхватывая плечами своих сыновей. Сета с искренней улыбкой и хмурого Джейкоба без пиджака. Джейкоб… -… а ты как считаешь, Ренесми, разве я не права? – я с трудом оторвала взгляд, от журнала переводя взгляд на Габриель. - Что, прости? – я виновато взглянула на раздраженную Иззи, ища поддержки. Габриель заливисто рассмеялась звонким, как перезвон колокольчиков смехом. Несмотря на то, что большую часть своей жизни она прожила в Париже, ее речь была, все такой же… что ни на есть, американской. - Я говорила, что Иззи самое место на подиуме, разве я не права? – ее фиалковые глаза обратились ко мне. Трей, задумчиво обрисовывал контур своих губ, откинувшись в кресле и закинув ногу на ногу. Изабелла все больше и больше, начинала злиться. - Я-я… - на самом деле, мне не хотелось подставлять Габриель. Но и Иззи тоже. Изабелла в отличие от своей семьи, хотела пойти работать в суд, помогать людям, а не блистать на подиуме, несмотря на свои данные. Но ее не понимала. Мать – известный стилист, сестра – топ-модель. Я собралась с духом, пора жить реальностью, а не прошлым. В данный момент реальность это неприятный разговор Габриель и Иззи. - Я думаю, что она должна сама выбирать, чем заниматься. Фиалковые глаза ожесточились, перестали улыбаться. Она отвернулась от меня, на этот раз, привлекая внимание Трея. - А ты, Трей? Что думаешь ты? Олдмен оторвал отсутствующий взгляд от стола и посмотрел на Габриель. Что-то в его взгляде привлекло мое внимание. Кажется, он уже не был тем мальчишкой, влюбленным в Габриель. Не было того томного взгляда, зачарованной улыбки. Он встретил ее взгляд твердо, терпеливо улыбаясь, словно сейчас будет объяснять, что-то сложное маленькому ребенку. - Иззи, всегда хотела стать адвокатом. Почему бы и нет? Ей выбирать жизненный путь, не тебе же идти по нему, а ей. Габриель начала раздражаться от того, что даже Трей Олдмен, который всегда поддерживал ее, на этот раз принял сторону младшей сестренки. - Откуда в тебе это? – попросив заменить воду официанта, продолжила разговор она. - Может быть в отца? – Ехидно бросила Иззи. Я знала, что это значит. Джордж хотела позлить сестру. Их отец был адвокатом, и ушел из семьи, когда Габриель было десять лет. Но, несмотря на это, он продолжал поддерживать связь со своими детьми, хотя старшая дочь всячески отреклась от него. Ее фамилия, Исейрас, доказывало это. Фамилия ее матери. Кармен Исейрас – была брюнеткой с выразительными карими глазами. В то время, как Габриель и Изабелла пошли в мужа, став светлыми блондинками с голубыми глазами. «Джордж» - эту фамилию Кармен решила оставить, как и Иззи. Но Габриель пожелала сделать по-своему. Ее глаза полыхнули, жгучим синим пламенем. - Может быть, - не стала возражать старшая сестра. Изабелла демонстративно отвернулась. - Как Алекс? – спросила она у меня. - Мы не разговаривали сегодня, но вчера он был в порядке, - сдержанно ответила я. При Габриель мы сохраняли чистоту лжи. При ней я была любящей невестой Алекса Джерона. Со времен бала прошла неделя. Но всего два дня после того, как опубликовали статью в глянцевом журнале, который попал в мои руки только сегодня. Большая половина Нью-Йорка, теперь знала, кто мы и что из себя представляем. Джинджер была неприятно удивленна, но прозрев, откуда у Иззи постоянно берутся новые шмотки (вопрос, который ее так заботил) захотела подружиться с «новыми знаменитостями» вот только Изабелла, не растерялась и сразу посоветовала, куда ей идти. На всех студентов университета новость о том, с кем они учатся, повлияла просто губительно. Теперь нам ни то, что проходу не давали, а даже поджидали возле комнат. Джейкоб постоянно старался оказаться рядом со мной. Я понимала, что нам нужно поговорить – расставит все точки над «i», но так уж вышло, что поймай нас папарацци вместе, произойдет просто… глобальная катастрофа. И я волнуюсь не только за бизнес Эдварда, а также за бизнес его отца. Поэтому всяческий игнор даже по телефону успокаивал меня ровно настолько, насколько доводил до безумия и ломки, как у наркомана. Часто доходило до истерик, но я «успокаивала» себя, говоря, что это все во благо отцу и матери. Кошмары возобновились. С Алексом я виделась каждый день. Он забирал меня и из университета, и из общежития, несмотря на все мои уговоры. После чего мы ехали на всяческие культурные мероприятия, от чего мне становилось тошно. Так уж вышло, что я не люблю оперу и балет. Но он видимо находил это занимательным. Мучить меня. - Но он обещал забрать меня… позже, - я выдала мучительную улыбку. - Вы замечательно смотритесь, - Габриель была так довольно собой, словно сейчас она действительно произнесла комплимент. - Спасибо. Я перевела взгляд на журнал и мои глаза тут же стремительно рухнули на единственного человека, который сейчас имел для меня значение. - Вам уже дошли пригласительные на бал в доме Говардов? Все дружно кивнули. Мне пришло пригласительное на два человека. Алекса и меня. Еще вчера. - Уже через неделю, - Габриель отпила воды, и воодушевленно огляделась по сторонам. Она будто намеренно не замечала напряжение за столом. - А надолго ты тут? – как бы невзначай, поинтересовалась Иззи, нарочито увлеченно ковыряясь вилкой в салате. - Сразу после бала Говардов, лечу на неделю моды в Милан, - скучающим тоном произнесла Габриель. Подобные показы, для нее, давно стали чем-то обыденным. - Ясно. Краем глаза, я заметила радостную улыбку на лице Иззи, которую она тут же поспешила спрятать. *** - Тебе понравилось? – Алекс запрокинул руку, обнимая меня за плечи. Мысленно я сосчитала до десяти. - Да, - это было почти правдой. Сегодня, он, на удивление, повез меня вовсе не в театр, а в кинотеатр. Конечно, с фильмом он немного накосячил и мне пришлось два часа изнывать от розовых соплей героини. Но я и это стерпела. Что не сделаешь ради перепонок? - Ты замерзла? – он провел ладонью по моим плечам и я зажмурилась. Мурашки вовсе не от холода, а от его неприятных прикосновений. - Нет, - твердо произнесла я. Он нахмурился, поджал губы, но промолчал. А я не стала подталкивать. Моя нервная система и так была расшатана. Я сидела на самом краешке сидения, всем телом ощущая его присутствие, от чего меня неприятно знобило. Но он всячески старался разрушить дистанцию между нами. - Я… можно мне открыть окно? – мне не хватало воздуха, я задыхалась от его близости. Не дожидаясь ответа, я нажала на кнопку, полностью опуская окно и выныривая туда с головой лишь бы избавиться от его рук на своем теле. Его руки были чужими, холодными и причиняющими неудобство. Это были вовсе не те руки, чьего обладателя ими, я так любила. И будто бы в доказательство этому телефон, находившийся в кармане пальто, зазвонил. Я нетерпеливо достала его и застыла, узнав номер. Джейкоб. Алекс с интересом смотрел, как мой палец неуверенно кружит над «ответить». - Кто это? – наконец, произнес он, вновь придвигаясь вплотную. Его нога обтянутая брюками дотронулась до моей; я дернулась и приняла вызов. - Ренесми, - хриплый голос прозвучал настолько громко, что его без помехи расслышал Алекс. – Нам надо поговорить… Джерон дернулся и вырвал мой телефон из рук: - Кто это? – потребовал ответа он. На другом конце провода повисла зловещая тишина. - А кто спрашивает? – наконец, произнес тихий угрожающий голос. - Алекс Джерон. Повторяю: кто это? Я застыла. 10… 9… 8… 7… 6… Я почти разрыдалась от беспомощности, когда услышала сумасшедший смех, доносившийся из трубки. Он смеялся. А потом просто отключился. Джерон передал мне телефон. Он выглядел взбешенным. - Кто тебе звонил? - Друг, - призналась я. - Друг? – его бровь взлетела «к небу». – Имя, Ренесми. Я молчала. Минуту. Две. Просто потому, что не знала, что ответить. Я не могу сказать кто он. Не могу так подставить. - Джек. Джек Робертс, - выдохнула я, поймав его разъяренный взгляд. - Что он хотел? - Я не знаю. Ты его спугнул. - Я не хочу, чтобы тебе звонили парни. Я недоуменно уставилась на его смазливое личико, так и, мечтая либо оказаться где-нибудь далеко, либо ударить его. - Прости, но я так не могу, - я скинула его ладонь со своего плеча и крикнула водителю, чтобы он остановил машину. - Ты не выйдешь, - раздался ледяной голос будущего мужа. - Мне плевать на это! – Та боль… то отчаяние, поселившееся в моей душе, стало выходить наружу. Я хотела ударить его. Хотела забить до смерти. Хотела, отпустить все те мучения, что творились глубоко во мне. Я злилась все больше и больше – меня распирало от ненависти. Я дернула за ручку. Дверь оказалась закрытой. - Вы-пу-сти ме-ня! – процедила я. - Ты моя невеста! – не обращал он внимания на мои просьбы. – Ты будешь подчиняться мне. А это значит, что ты забудешь про все клубы, бары, идиотских друзей. Ты будешь такой, какой я пожелаю! Я дернулась словно от пощечины. - Ты не посмеешь! - Кто сказал? Я со всей силы ударила по стеклу. Оно дало трещину. Я снова попыталась открыть дверь, и на этот раз она поддалась. Не обращая внимания на что-то кричавшего мне в спину Алекса, я бежала. Бежала по дороге мимо стоявших в пробке машин, никого не замечая. Впереди обрисовалась остановка. Я рванула туда со всех ног. Позади, сигналили, но я словно не слышала. Я понимала, что это глупо. Мне нельзя было общаться с Джейкобом и без запретов Алекса, но его слова о том, что он будет контролировать мою жизнь, слишком сильно ударили по мне. Я помахала рукой, останавливая автобус. Впорхнула в него. Облегченно проследила за тем, как закрывается дверь. А после прошла в самый хвост, устраиваясь у окна и утыкаясь лбом в прохладное стекло. Телефон завибрировал. Я скинула вызов, удостоверившись, что это Алекс. Я никогда не плакала без причины. И даже сейчас сжимала губы и глаза, не позволяя себе плакать. Я выдохнула. Стекло запотело. Я снова прикрыла глаза и дотронулась пальцем стекла и что-то начертила. Раскрыла глаза. «J». - Джейкоб, - выдохнула я, слабо улыбнувшись. И вдруг я осознала, что это первый раз, когда я произношу его имя вслух после бала. Я столько раз произносило его в голове, что почти не замечала, что все окружающие меня люди не говорят о нем. Иззи и Трей, и вовсе ни разу не заговаривали о нем. Просто качали головой, когда видели его и все. Когда автобус, наконец, добрался до моей остановки, я почти успокоилась. Только постоянно прокручивала в голове последние несколько месяцев. Наше знакомство с Джейком. Наше первое свидание. Наш поцелуй. Нашу ночь. Наше «прощание». Очнулась я, стоя возле дверей собственной комнаты. - Привет, - передо мной показалось улыбающееся лицо Джинджер. – Как поживаешь? - Слушай, хватит этого, ладно? – бросила я, устало глядя на девчонку. – Я плохо себя чувствую, а ты надоедаешь. И не слушая ее разговоров и извинений, я толкнула дверь и вошла в комнату. Я закрыла дверь, и уже было сняла пальто, когда поняла, что в комнате не одна. И не с Иззи. - Привет, Ренесми, - Джейкоб поднялся с моей кровати и подошел ко мне. - Привет, - выдохнула я. Он смотрел на меня так… словно, ему было больно на меня смотреть. И в то же время, он хотел запомнить каждую черточку моего лица. Его глаза впивались в мои. Я, в это время, окоченевшими пальцами освобождала пуговицы. Он был все таким же красивым, как я помнила. Таким же недоступным для меня. Смотря на него я забыла обо всем. О его разговоре с Алексом. О том, что его вполне могли увидеть пока он шел ко мне в комнату. О том, что его пребывание здесь - это неправильно. Он просто был нужен мне. Джейк сделал шаг ко мне. Потянулся пальцами к моей щеке. Я не отпрянула. Напротив, зарылась носом в его руку, вдыхая его свежий аромат. Я помнила, как он пахнет. Все еще помнила. - За что ты так со мной? – он казался сломленным. Мое сердце обливалось кровью, когда я всмотрелась в его глаза. Он был измучен. Я не могла ему ничего сказать, ни взирая на, то, что это легко. Просто язык не поворачивался. - Несси! – позвал он. Я судорожно вздохнула. Скинула с плеч пальто. И рухнула в его объятья. Кого я пытаюсь обмануть?! Он – это все, то, что осталось у меня. Он – единственный, чем я живу. Я люблю его. - Посмотри на меня, - попросил Джейк. Я покачала головой. Он подхватил меня на руки, и тихо баюкая, понес к кровати. Я удивилась тому, что он не заставляет меня говорить, что он ничего не крушит. Он заботиться обо мне. Джейкоб хотел оставить меня. Но я цепко схватила его за толстовку не давая возможности вырваться. - Останься со мной, - попросила я. В прошлый раз он не принял мое приглашение. Разрушил наш шанс на счастье. Но сейчас он лег. Обнял меня за талию и прижал к себе. Несмотря на то, что он ложился грудью к моей спине, я извернулась в его руках, утыкаясь носом в его нос. Я потянулась к его губам, как иссохший человек к воде. Он поддался вперед. Застонал мне в рот, когда я облизнула его губу. Крепче сжал меня в объятьях. А я, наконец, разрыдалась. За столь долгое время, я выплакала всю боль. Он целовал мое лицо, пока я плакала. Шептал нежные слова, качая на руках, пока я не перестала пускать слезы, а лишь тихо всхлипывала. - Я не люблю его, клянусь, - выдавила я. Он, кажется, понял. Джейкоб нежно поцеловал меня в лоб. - Тогда почему? - Эдвард… - Я убью его. - Не надо. - Мы разберемся во всем позже, а сейчас поспи. - Ты останешься тут? - Да... Всегда. Я уткнулась ему в грудь, наслаждаясь поглаживанием по волосам. - Джейкоб? - Что? - Я тоже люблю тебя. - Спи, малышка, - я чувствовала, как он улыбается.