Зеркалье

Цвела удушливо сирень, Стучали резво босоножки По разукрашенной в апрель Пестреющей булыжной крошке. На кладбище вздыбилась ель - Могила всем уснувшим жизням, И тонкая синичья трель Вилась над миром укоризной. Дышал лоснящийся асфальт, Побеленный весенним солнцем, А вслед ему стонал бульвар, Гоняя ветры внутрь оконцев. Гуляли люди мимо лавок, Трепали изредка собак, Бездомных, черных и усталых, Как свежестаявшая грязь. В стремительном людском потоке Стирались краски и слова, И всем осмысленным названьям Дала бессмысленность толпа. В пропахшем нафталином, темном, Забытом богом и людьми, Скрипучем пыльном помещенье Запели робкие лучи. Они скользнули по портретам - Достопочтенным никому - И маленьким игривым бесом Пробрались к дому моему. Упали серебром на раму, Впились в покладистую мглу, Как в крылья бабочек вонзают Посмертно тонкую иглу. И зазвенело, засверкало В моей уютной глубине, А это только колокольчик - Ты распахнула дверь извне. Тебя я видела и раньше Средь нескончаемой толпы. Ты с вдохновением ребенка Плела из ленточек банты. Стояла здесь, в тени, под крышей, Топя лицо в густой герани, И вечно что-то мастерила Своими бледными руками. И вот решила заглянуть в мою убогую лачугу, В полупустое ателье, Где все вращается по кругу: День - ночь - сиреневый рассвет - миг отраженья - жмурки - прятки. Никто еще не смог решить Моей чудовищной загадки. Глядится в зеркало кокетка, Любовник, мать, жена, соседка. Глядит и видит отраженье своей мутнеющей улыбки, А я стучу в стекло до крови, Как в лед - серебряные рыбки. Я улыбаюсь, я скучаю, Я равнодушна, умираю, Живу, дышу, кричу и плачу, Зову, смеюсь, надеюсь, прячусь. Никто не свидит, не заметит, И я одна на целом свете Среди бесчисленных людей, Обрывков фраз, идей, путей. Одна в своей тюрьме бездонной, Отрезанной и застекленной. И вот однажды входишь ты С лучами молодой весны, И в колокольчике над дверью Я слышу звук отдохновенья. Тень запыленной мастерской Спадает на тебя волной, И мягкий сумрак из застенков Увился бархатною лентой. Твои глаза едва мерцают В подвижной теплой темноте, И я едва ли различаю Решетки на своей тюрьме. Ты так слилась с моим зеркальем - Иль это я в твой мир влилась? - Что без труда переступаю Стекла недвижимую гладь. Ты мне протягиваешь руку, Зовешь безмолвно, только взглядом, А твои черти верной сворой Столпились за плечами рядом. А я своих веду по следу. Они надрывисто ликуют И, все смешавшись, Вокруг нас сцепили руки и танцуют. А за окном играл апрель, Разлезлось солнце на фуфайки, Роняли жалобную песнь Монеты в шляпу попрошайки.