Его любимая

Ледяные капли стекают по щекам, губам, плавно перемещаясь на то и дело вздымающуюся грудь. Холод. Сердце бешено бьётся, отбарабанивая сумасшедший ритм и готовое выскочить наружу. Жар. Холод обжигает жар. Жар морозит холод. Всё не так, как у людей, потому что она не человек. Монстр? Чудовище? Удар о стекло, лишь бы не видеть себя. «Зачем ты показываешь меня?!» — неистово кричит она, разбивая руки об осколки стекла. Кровь. Алая кровь стекает по ладони, с звонким ударом ударяясь о кафель. Что это? Свет? Чьи-то тёплые и до того нежные руки обвивают её сзади, прижимая к себе. Она робко поднимает глаза, но разбитое зеркало не позволяет увидеть всего. «Любимый?» — в надежде шепчет она, чувствуя, что голос хрипнет. «Я рядом. Был, есть и буду» — раздается в ответ кроткий поцелуй в щеку. Соленая… Неужели слёзы? «Ноль два?» «Не трогай…» — розовая пелена спадает перед глазами, уступая место гневу. Всё это не может быть правдой, потому что похоже на сказку. А в сказки она больше не верит. После того самого момента, как её сказку безжалостно затоптали в грязь и разорвали на куски. «Уйди» — качает головой она, готовая в любой момент оттолкнуть его и разбиться о стену. Но какая-то неведомая сила по-прежнему удерживает её, не позволяя сдвинуться с места. Любимый? Он шепчет какие-то слова, наивно надеясь, что они оживят прогнившую душу. Она же монстр. Что ей может помочь? Единственный способ — цепи, наручники. Снова заключить её в камеру, совсем как в детстве, и следить за ней, как за подопытной крысой. «Нет» — эхом отдается у неё в ушах заветный голос, — «Бей меня. Кусай. Царапай. Я не уйду, а приму на себя всё это.» «Зачем? Жить надоело?» — ухмыляется она, развернувшись прямо к нему лицом. Открытая, как душой, так и телом. Но он не отводит в смущении глаза, как при первой встрече, а смотрит прямо на неё. В её изумрудные глаза. Теперь прячется она. Она наклоняет голову, чтобы чёлка закрыла глаза. На полу тенью падает свет, отражая её рожки. Скрипит зубами и жмурится. «Оставьте меня! Я же монстр!» — срывается на крик и бежит прямо к выходу. Лёгкое касание, перерастающее в сильный захват. Он прижимает её к себе настолько близко, насколько она позволяет, и гладит по голове. Шок. Невесомое воспоминание. Так, когда-то ласкал её родной человек. Сил больше нет вырываться и кричать. Она устало опускает голову на его грудь, изредка содрогаясь от холода. «Ты не монстр» — снова произносит он, взывая вслушаться в эту простую истину. «Кто я такая?» — обессиленно шепчет она, взмывая глаза к нему. «Ты — самое дорогое, что у меня есть. Ты — моя партнёрша» — слова так легко слетают с его губ, что ей необходимо пару минут, чтобы осознать их. «Это сон?» — отстраняется она, боясь ухватиться за эту хрупкую нить. «Нет» — подозрительно спокойно произносит он. «А что тогда?» — в её ушах начинает гудеть. Перед глазами все рушится, рассыпается, разбивается вдрызг, как стекло. Ей нечем дышать. Дыхание спирает, и ужас охватывает её с головой. Конец. Не видать ей снова того голубого неба над головой и недожить до белоснежной зимы… «Это реальность» — доносится откуда-то извне. Звон. Картина восстанавливается. Тот самый маленький мальчик, который помог ей увидеть мир за стенами, тянет руку. Она робко хватается за неё и видит перед собой повзрослевшего ребёнка, которого искала всю жизнь. «Любимый!» — снова срывается на крик, но не на тот, что был, когда он бежал к ней, сломя голову, ворвавшись в ванную комнату. Она жмется к нему, и он обнимает. Она — его всё. Его жизнь. Его воздух. Его любимая. Рука осторожно проходится по её оголенной спине, периодически касаясь мягких волос. Такая хрупкая, а держит в себе такой ураган. Она ведь самая обыкновенная девушка, которая хочет любить и быть человеком. И именно он, её избранник и её милый, ей в этом поможет. Когда они рядом, стоят и обнимают друг друга, все преграды кажутся тонким слоем льда, который можно легко расколоть. Он крепко её держит и не отпустит. С самой первой встречи он решил быть с ней и оберегать. Вместе любящие друг друга люди достигают неимоверных высот, с которыми не совладали бы в одиночку. Для этого и нужны партнёры, верно? — Любимый — извращенец, — тихонько хихикает она, как ни в чем не бывало. — Это ещё почему? — искренне изумляется он. — Я ведь перед тобой совсем беззащитная, — кивает она на одежду, что раскачивается на верёвке, перетянутой через комнату. — Ну и пусть, так даже лучше, — беззастенчиво улыбается он, решившись взять на себя ответственность коснуться её губ. Она тянется в ответ, обвивая руками его шею. Он прибежал к ней, сломя голову, услышав крик. Он хочет защитить её и разделить с ней это тяжёлое бремя, ведь для этого и нужны партнёры?