"Сладкий запах мечты..."

      Эдд и Мэтт сидели на диване в гостиной и смотрели телевизор. Эдвард загрипповал пару дней назад, и его друг присматривает за ним. Поэтому они не ходят в школу.       Гоулд перелистывал каналы, дабы найти что-нибудь интересное, но всё тщетно. — Эх… Скучно. Мэтт, пошли куда-нибудь. — Эдд, тебе нельзя! — возразил рыжик и достал из кармана маленькое зеркальце, в которое моментально стал смотреться. — Ну, Мэтти. Я тут от скуки сдохну. Неужели такой красивый парень не хочет показаться людям? Пусть оценят твою красоту. Мэтт… — Шатен пытался делать голос таким нежным и ласковым, чтобы собеседник разомлел и поддался уговорам. — Эдд, а если тебе станет хуже? Подумай о себе. Я же не смогу всегда лечить тебя. — Мэтт, кто мой золотоволосый принц? Такого идеального парня белый свет не видел. Такого красивого, храброго, милого, умного… — Эдд, ты правда так думаешь? — Голубоглазый расплылся в улыбке от комплиментов в его сторону. — Конечно же! — Тогда давай подождём Тома, позовем Торда и пойдём гулять вместе? — предложил блондин, на что получил одобрительный кивок. — Хорошо.       Они включили некое цирковое шоу на одном из каналов и начали смотреть его, поедая попкорн, который стоял на полу возле дивана. Через пару минут парни вздрогнули от звука открывающейся двери. Точнее, звук был такой, будто в дом пытались насильно вломиться. Сразу же в свою комнату быстрым шагом пошёл Том. Его лицо было всё в слезах, а по выражению можно было сказать, что он очень сильно расстроен, но при этом же разгневан. Быстро закрыв за собой дверь, он плюхнулся на кровать. Эдвард и Мэтт кинулись в комнату Томаса. — Том! Ты в порядке?! — с волнением спросил кололюб. — Д-да. — Том, что случилось? — продолжал Эдд, пытаясь узнать то, что случилось с Риджвеллом.       Парни зашли в комнату и сели на кровать к Тому. Чёрноглазый делал вид, что всё хорошо и прекрасно, хоть и давалось ему это тяжело. — Том, что произошло? -переспросил Гоулд, — ты сегодня раньше обычного, да и в таком состоянии. Ты опять с Тордом подрался?       »…с Тордом.» — эта фраза довела парня. Надавила на больную душу, нанесла новый порез на сердце. Черноглазый не смог этого всего вытерпеть, и слёзы покатились из его глаз. Закрыв лицо руками, Риджвелл пытался успокоиться, но всё становилось только хуже. Плачь переходил уже в некую истерику. Друзья успокаивали Томаса, пытаясь понять причину его страданий. — Он… в больнице! Из… за…меня! Торд… упал. с лестницы… по.потерял много… много кров-ви… я… я… — После он ничего не смог сказать, лишь душераздирающий плач пронзал тишину и разумы Эдда и Мэтта. Парни были шокированы данной вестью. Харгривз быстро встал с кровати и побежал из комнаты, но вскоре вернулся со стаканом воды. — Том, держи. Это успокоительное. выпей и расскажи нам, что произошло, только не плачь.       Взяв стакан дрожащей рукой, любитель Смирноффа выпил содержимое одним залпом. После ребята отвели того на кухню. — Тебе лучше? — спросил блондин. — Да, лучше, — вяло ответил британец. — Что там произошло? — поинтересовался Гоулд у Тома, ожидая ответа стенаний подростка. — Эдд, там произошла настоящая катастрофа, — Томас начал рассказывать произошедшее, иногда попивая успокоительное на резких моментах. — Учителя нас не пропускали на первый этаж, поэтому я не до конца знаю, что там дальше было. Единственно лестница была вся в крови. В его крови! — вновь слёзы начали душить Тома, не давая ему спокойно говорить.       Эдд знал, что Риджвелл вновь начнёт переживать, поэтому начал успокаивать его, присыпая в стакан с лекарством снотворное. Том выпил и почти сразу же отключился. Эдвард перенёс сонного в кровать, а после пошёл к Мэтту. — Неужели всё так могло обернуться, Мэтт? — Эдд, Торд бы никогда сам не упал. Ты же его знаешь. Тем более они встречались. — Ты прав. У Торда сильный характер. Он бы никогда не ранил себя, тем более так. Завтра поедем к нему в больницу.

***

      Утром друзья поехали в больницу. Там они спросили в какой палате находится Ларссон и, получив ответ, пошли в нужную палату. Через пару минут, они были возле нужной двери. Первым в неё вошёл Эдд, а за ним Мэтт. Тому было очень тяжело туда заходить. Он боялся увидеть его состояние.       В палате, возле кровати сидели приёмные родители пострадавшего. Патрик держал в своих руках сломанную кисть сына, а Пол приобнимал Пата. — Извините, — Эдд привлёк внимание солдат. — Вы друзья Торда? — спросил Патрик. — Да. Можно мы побудем вместе с ним?       Патрик задумался. Он не хотел покидать сейчас своего ребёнка. — Пат, пусть они побудут с ним. Поверь, сыну не будет хуже. — Хорошо, Пол.       В комнату аккуратно вошёл Том. — Мистер Патрик, Мистер Пол, простите меня! Это всё из-за меня! Я не хотел! — у Тома надвигалась очередная волна истерики. — Том, Том, успокойся. Ты не виноват, — лётчик обнял Риджвелла и начал поглаживать по голове, — ты не виноват, не виноват, малыш. Что произошло, то произошло. Ты не виноват.       Троица подошла к Торду и, буквально, была в ужасе. Торд лежал на кровати, присоединен к разным приборам через провода. Голова, шея, тело были забинтованы, а на руках и ногах были наложены гипсы. На лице и на открытых местах тела красовались синяки, раны и ушибы. Ко рту и носу была приложена маска с кислородом. — Господи… что с ним?.. — Том, Торд сейчас в коме. У него сломаны ноги и левая рука, правая лишь в кисти и одно ребро. Большая потеря крови и сотрясение мозга. Врачи говорят, что он может стать слабоумным и никогда не сможет ходить, — Пол не совсем задумывался о том, что лучше ему было бы сейчас замолчать и скрыть долю правды. Но он думал, что лучше будет если юноша обо всём узнает. — Неужели всё настолько серьёзно? — Эдвард волновался за норвежца. — Нам придётся перевести его за границу, чтобы хоть как-то ему помочь, но шансов на выздоровление практически нет.