Новая жизнь

У вас бывало чувство, будто вы знаете человека очень давно, хотя видите его впервые в жизни? Вы можете не сказать ни слова друг другу, даже не посмотреть в сторону друг друга, но останется ощущение, словно вы поговорили несколько часов.

***

      Девушка шла по дороге, заметённой снегом, не обращая внимания на холод. Куда она шла, зачем, по какой причине — не знала даже она сама, потому что только что сбежала из дома, совершенно не понимая, что делать дальше.       Фриск и до этого сбегала из дома, но Ториэль, её мать, всегда возвращала девушку обратно, в свой консервативный дом правил и сплошных запретов на всё подряд. Никто бы, а уж тем более сама Фриск, не сказал бы ни слова в адрес Тори, если бы она не чокнулась со своей заботой о ребёнке, которого взяла из детского дома. Каждый раз, отправляясь в школу, Фриски краснела — её мать шла следом, а иногда даже вела дочь за руку, и ладно бы, будь девочке семь или восемь лет, но ей семнадцать! Каждое возвращение домой начиналось и оканчивалось скандалом по инициативе Ториэль, которой казалось, будто дочь пила или курила, что не являлось правдой, но эту женщину трудно было переубедить.       Конечно, есть родители и хуже, но тотальный контроль — это кошмар для подростка, который переживает свой «сладкий» возраст. Для Фриск ежевечернее сбегание из дома уже стало привычкой, но на этот раз дела обстояли иначе.

***

      Ториэль мило напевала какую-то песенку, пока готовила ирисковый пирог. Она проследила за тем, чтобы Фриск вымыла руки, потом села за стол и стала ждать. Женщину не волновали желания дочери, её интересы, даже элементарно дела бедняжки не интересовали горе-мать. Главное для Ториэль — укрыть себя от своих собственных кошмаров в которых её бывший муж убивает их двоих детей, за что в будущем будет посажен. Страх перекочевал в навязчивую идею, от чего женщине с каждым днём становилось всё хуже, а к психиатру она не собиралась и не собирается до сих пор, к сожалению.       Так продолжалось до тех пор, пока она не решила взять себе на попечение ребёнка из детского дома. Зайдя в здание и увидев детей, Ториэль сразу же уставила свой взгляд на маленькую каштановолосую девчушку, которая сидела тихо и мирно в углу, играя со странной игрушкой-скелетом, в то время как остальные дети были слишком шумными и играли друг с другом. — Вот эту, — Ториэль показала пальцем на девочку. — я забираю вот эту. Как её имя? — Фриск, мэм. Желаете изменить имя? — Нет, ей и это подойдёт. — Тори взяла девочку на руки. — Привет, Фриск.       Первое время всё шло как нельзя лучше — Ториэль перестала замечать за собой очередные припадки паники из-за бывшего мужа, перестала убиваться из-за своих погибших детей, стала более спокойной, уравновешенной.       Но это продлилось недолго, поскольку у Ториэль были явные проблемы с головой, чего она признавать не хотела. На проблемы указала маленькая Фриск, которая напрямую предложила матери сходить к психиатру, за что получила знатную пощёчину и разбитый нос. Тори в этот момент впала в ярость и уже хотела ударить дочь в очередной раз, но тут у девочки полилась кровь из носа, и женщину тут же охватила новая волна паники, она вбила себе в голову, что нужно защищать ребёнка от всего мира, не разрешая ему ничего, даже банального общения со сверстниками.

***

      Фриск шла всё быстрее и быстрее, потому как услышала шаги сзади. Шаг уже перешёл на бег, а шаги так и не прекращались, но и не ускорялись, будто её дразнят, как добычу, которая была слишком легкодоступна для охотника.       Решив обернуться, Фриск рисковала врезаться во что-нибудь, но тем не менее она повернула голову и увидела лишь странную тень. Девушка уже повернула голову обратно, как перед глазами тут же возник фонарный столб. Остановиться она уже не успевала, но, возможно, удастся смягчить удар? Начав тормозить, девушка влетела в столб не так сильно, как она думала. Быстро встав и отряхнувшись от снега, Фриск посмотрела назад и увидела ту же самую тень, но она стояла неподвижно, в то время как девушка решила продолжить бежать. Впереди виднелся какой-то магазин, возможно, она сможет укрыться там.       Стоп. А зачем она бежит? От кого? Почему она вообще здесь находится? И… кто она?