Спустя 1000 лет или 10 дней

      Потолок закрылся за Алмазами. Свет перестал проникать в помещение, стало совсем темно. Дверь, если она здесь есть, не видно. Белый Алмаз заметила, что регенерация плохо тут работает. Рана на руке от укуса не желала исчезать. «Кровь» продолжала течь. Жёлтый Алмаз также была не особо рада попаданию в такое место. Ничего не видно, ничего не слышно, довольно холодно. Жёлтая выплюнула голубоватую жидкость и попыталась осветить комнату самоцветом. Ничего. Никакого эффекта. Совсем.  — Белка, можешь посветить? Я ничего не вижу, — младшую это настораживало.  — Я… Нет, прости. У меня вообще сейчас с силами что-то не так. Не могу посветить, не могу залечить рану на руке, — призналась Уайт. «Может, я просто всё ещё слишком слаба? Пройдёт немного времени, и силы вернутся. Надеюсь.» Но из-за отсутствия света, она не видела, как Еллоу на неё посмотрела. Ситуация не нравилась обеим.  — Может, это место так на нас действует? Я ведь тоже не могу посветить. Давай найдём на ощупь дверь или что тут есть, а когда выйдем, решим, где мы, и что делать дальше, ты не против? — спросила Жёлтый Алмаз, начиная трогать стены. «Почему опять так? Только всё наладилось и тут снова такое.»  — Конечно нет! С чего бы? — Белая попыталась найти сестру, но промахнулась. «Зачем она спросила, не против ли я? Это самое логичное, что можно сделать в данной ситуации, естественно я за!» Правительница обняла себя, стараясь согреться. Здесь не очень-то холодно, но всё же немного тепла не повредило бы.  — Я просто спросила! Разве нельзя? Хотя ладно, забудь. В последнее время столько всего произошло… Я не понимаю, что должна делать. Наверное, мне даже страшно. Как так? Это невозможно! Я не могу бояться чего-то, я же Алмаз, — Жёлтая села на пол, съехав по стенке, и закрыла лицо руками. Она совсем потеряла веру в себя или свои силы, способности.       Белый Алмаз медленно приблизилась к сестре, медленно, потому что ничего не видела, и наконец-то обнаружив желанный объект, обняла её. Чувствовала она примерно то же самое, что и Жёлтый Алмаз. Младшая сначала хотела вырваться из объятий, правда потом передумала. Здесь холодно, а «обнимашки» согревают. Но почему? Уайт должна быть холодной, Еллоу тоже не сильно теплее, так почему они обе сейчас относительно тёплые? Температура каждой градусов 20 по Цельсию. А здесь минус 5 или меньше… лучше бы только здесь.  — Успокойся, всё хорошо. Мне кажется, эта комната не очень большая, мы сможем найти выход. Дава-ай! — Белая ударилась головой о какой-то предмет, торчащий из стены, после чего «перегородка из камня» перевернулась и выбросила Алмазов на ту сторону. Снаружи явно было светлее. И теплее. А может, правительницы вернулись в прежнее, нормальное состояние? Всё бывает.  — Ну, свои обещания ты выполняешь, — улыбнулась Жёлтый Алмаз, положив свою руку на плечо удивлённой сестры.  — Да? Э… Ну ладно, пойдём отсюда, — старшая уже хотела уйти, но заметила, что Жёлтая осталась стоять на месте. — Жёлтая, ты чего?  — Посмотри на эту стену. Видишь разводы? — указала Жёлтый Алмаз на прозрачно-голубые следы.  — Да, вижу, и что? Я же говорила, не могу залечить руку. Прости, тебя тоже испачкала, — вздохнув, Уайт отвернулась и неспеша пошла по широкому коридору. Еллоу, постояв немного, побежала за ней и догнала.  — Ты не должна извиняться, я же тебя укусила. Прости, переборщила. Жаль, тут наши силы особо и не работают, я даже искорку извлечь из себя не могу. А ты можешь? Или с помощью телекинеза поднять что-нибудь… например, тот камень.       Увы, у Белого Алмаза не вышло. Камень совсем небольшой, но даже его она не смогла сдвинуть с места. Остальное нет смысла пробовать. Алмазы пошли дальше, шли несколько часов. И всё, чтобы прийти к странной, большой и широкой двери, украшенной узорами из самоцветных осколков. Неизвестно, это были живые самоцветы или просто камни.  — Зайдём? — спросила Белка, посмотрев на младшую.  — Давай! — ответила Жёлтая и открыла дверь.       Алмазы зашли в комнату и стали её осматривать. Она оказалась очень похожей на самую первую. Даже треугольники на полу были. Только вот спать правительницам тоже хотелось. Белый Алмаз часто зевала, пока разглядывала тексты на стенах, а Жёлтый Алмаз постоянно протирала глаза, чтобы они окончательно не закрылись.  — Жёлтая, пойдём куда-нибудь ещё. А то мне не хочется заснуть и остаться здесь навсегда, — Белка взяла сестру за руку и потащила в какой-то коридор. Младшая не сопротивлялась, ей было просто лень. Но когда они вышли из зала, Еллоу стала заметно бодрее. Чего не скажешь о Верховной Правительнице. Той явно поплохело.  — Белка, ты чего так медленно идёшь? Белка? — Жёлтый Алмаз обернулась и увидела, что старшая остановилась, более того, стояла на коленях и с испугом смотрела на свою руку. — Белочка, что с тобой? — спросила Жёлтая, подбежав и тоже опустившись на колени рядом с ней.  — Я точно не знаю, но думаю то же, что и тогда, во сне, — отвернувшись от коллеги, произнесла Белая и зажмурилась, стараясь заглушить боль.  — Но ведь то было просто сном!.. И всё равно я урок усвоила, так что… иди сюда, — Жёлтый Алмаз прижала к себе старшую, хоть как-то её согревая. Обе, того не ожидая, «замурлыкали» от удовольствия. Хотя, для Белки это было не такое приятное положение, как для Жёлтенькой, а всё из-за новой возможности умереть.       Жёлтая понимала, что Белая недолго так продержится, надо хотя бы уйти отсюда, а потом думать, как ей помочь. Всё было так же, как и тогда. Та же стадия. Самоцвет Белого Алмаза слегка почернел и чуть-чуть треснул, одна рука и лопатка тоже, её тело было горячим, но это не помешало Еллоу взять сестру на руки. Вроде бы от рассудка мало должно было остаться, правда, по правительнице трудно судить, ещё немного и Уайт потеряет сознание. Этого допускать не стоит. Жаль, разбить, как тогда не вариант. Сейчас всё происходит наяву.       Пройдя ещё метров десять, Жёлтый Алмаз почувствовала, как наступила на что-то мокрое. Пока Алмаз шла, она не смотрела по сторонам, только на Белую. Поэтому Жёлтая не заметила зеркал впереди, не заметила лужу «крови», на которую наступила. Та самая лужа, что натекла из раны от меча на спине Белки. Но ладно, если бы лишь лужа. Жёлтый Алмаз поняла, когда она несла Белый Алмаз, руки у неё полностью испачкались в «крови», да и не только руки… Еллоу осторожно посадила Уайт на пол у стены так, чтобы она могла сидеть без помощи младшей. Пока Жёлтый Алмаз устраивала едва живую сестру, она увидела огромную рану на спине старшей. Это вообще откуда? Кстати, тогда из-за Жёлтой и её меча Белая пострадала сильнее, а сейчас даже регенерация не работает, поэтому ей ещё хуже.  — Сестричка, ты как? — шепнула Жёлтая, проверяя, «здесь» ли она. В ответ младшая получила тихие стоны. Но этого достаточно. Хотя бы понятно, она услышала вопрос. И всё же её надо спасать. Алмаз не переживёт, если опять потеряет Белку.       Жёлтый Алмаз посмотрела на старую лужу «крови». Еллоу захотела проверить, вдруг это — иллюзия? Но намочив руку в жидкости, она передумала. «Звёзды, чем я занимаюсь?! С каждой секундой Уайт ближе к концу, а я тут пачкаю руки, думая, что «кровь» ненастоящая. Так себе из меня сестра…»  — Потерпи немножко, я знаю, всё будет хорошо. Только держись, — сказала младшая, а ответом на этот раз было что-то вроде тихого «угу». Надежда ещё оставалась. Вновь взяв Белую, Жёлтый Алмаз пошла быстрым шагом по коридору, желая унести сестру, как можно быстрее.       Вот ещё какие-то ворота. Правда, их надо открывать двумя руками. Едва дышащую Уайт пришлось опять положить. Открыв двери, Еллоу поскорее вынесла старшую из коридора и снова отпустила. Зачем лишний раз её беспокоить? Но младшая всё ещё не знает, как спасти Верховную Правительницу…  — Как ты себя чувствуешь? Уайт? — Жёлтому Алмазу не ответили. Тишина. Белый Алмаз лежала с закрытыми глазами, не шевелясь. Жёлтая прикрыла рот рукой от ужаса. Неужели на этом всё? Неужели ничего нельзя сделать? Правительница легла рядом со старшей, тоже прикрыв глаза. Как же ей хотелось заснуть, проснуться и осознать, что это всё не по-настоящему…       Но полежать ей дали всего минутку. Что-то сверху навалилось на Жёлтый Алмаз, немного вдавливая в пол. Еллоу резко вскочила, случайно отбросив Уайт в стену.  — Я, конечно, всё понимаю, но ты могла бы и понежнее отпихнуть меня, если тебе это так не нравится.  — А ты… ты… эх, ладно, извини. Я не ожидала, что ты очнёшься. Тебе лучше? Как твоя рука? Ты помнишь, как здесь оказалась? Хотя нет, ты не могла это запомнить… Но, кто я, ты помнишь? — закидала сразу же младшая проверочными вопросами сестру.  — Да, мне точно лучше, чувствую себя прекрасно, а, кто ты такая, я не знаю… — ответила Белый Алмаз, улыбнувшись, и, приблизившись к Жёлтой. Жёлтый Алмаз вспомнила, как однажды её коллеге стёрли многие воспоминания, и когда Еллоу обняла старшую, та просто её оттолкнула. Только вот когда это было? Может во сне? Алмаз не смогла вспомнить деталей. Но тогда сестра не забыла её… С такими мыслями Жёлтый Алмаз сидела около пяти минут, уставившись в пол, до тех пор, пока Белке не надоело на это смотреть.  — Слушай, ты почему такая грустная? Всё же в порядке, — Белый Алмаз подняла Жёлтую с пола и начала двигать её дальше, по широкому коридору.  — Не всё в порядке, — холодно отрезала Жёлтый Алмаз и ускорила шаг.  — И что же по-твоему не в порядке? — на вопрос сестры младшая решила не отвечать. — Еллоу, ты меня слышишь? Я тебя спрашиваю, что не так? Ответь, булыжник! — но ответ всё равно не последовал. А Верховной Правительнице пришлось также ускориться, чтобы не отстать.       Этот коридор был не короче предыдущего. Только атмосфера стала более мрачной. Жёлтая не желала разговаривать. Когда Алмазы дошли до какой-то двери, но не до конца коридора, Уайт не выдержала и остановила сестру. Правда, не той рукой, и из-за этого опять испачкала перчатку Еллоу. Если там ещё есть, что пачкать. Та рана от укуса так и не исчезла…  — Ну что ещё? — недовольно пробубнила Жёлтый Алмаз.  — Давай посмотрим, что за той дверью? Вдруг там есть то, что поможет нам выбраться отсюда и вернуться к Кристальным Самоцветам, а дальше подумаем вместе, как выйти, если даже неизвестно, как попали сюда… Ну, я думаю, ты поняла.  — Вот почему? Почему ты каких-то предателей помнишь, а меня нет?! — вдруг крикнула Жёлтая, ударив Белую так сильно, что та отлетела аж на пять метров.  — В смысле, Еллоу? Ты о чём? — Белый Алмаз встала и несмотря на произошедшее нападение подошла к младшей.  — К-как ты… О звёзды, прости меня. Мне следовало догадаться раньше, — Жёлтая обняла Белочку, крепко обняла, но отпустила, осознав, что сейчас её задушит.  — А мне не стоило так шутить. Уж я-то должна знать, что ты шуток не понимаешь. Только может быть иногда…  — Ты не представляешь, как я испугалась, когда ты…  — Успокойся уже! И запомни: я очень живучая. Кажется, это уже много раз было доказано, — рассмеялась Белый Алмаз, вспомнив, сколько раз она чуть не умерла после того, как решила покинуть Родной Мир и полететь на Землю.  — Да уж, доказано. А что будешь делать с рукой? — поинтересовалась Жёлтый Алмаз, заметив, что «кровь» продолжает течь, и довольно в больших количествах.  — Не знаю. Наверное, верить, что регенерация скоро вернётся. Верить изо всех сил, больше я ничего сделать не смогу. Я, знаешь ли, вообще-то не получаю удовольствие, когда поливаю всё своей кровью… Может, подумаем о чём-то другом? Например, войдём в эту дверь или дойдём до конца коридора? — дала выбор младшей Верховная Правительница.  — Войдём в эту дверь. — твёрдо заявила Еллоу.  — Ну, давай, — Уайт было неважно, что выберет сестра, главное, теперь всё в порядке. Ну или почти.       Открыв дверь, Алмазы увидели ещё одну. Но на ней было что-то написано. Инструкция.  — Перед тем, как войти, поверни часовую стрелку часов назад. Когда окажетесь там, всё время прислушивайтесь. Первый удар означает, что надо возвращаться. Второй, у вас осталось мало времени. Третий, у вас осталась минута и этого места вновь не будет существовать, — прочитала текст Еллоу. К счастью, он был написан на самоцветном языке.  — Часовую стрелку? А часы где? — поинтересовалась Белый Алмаз, удивляясь, что знает значение слова «часы».  — Вон, смотри! Высоковато… — Жёлтый Алмаз нашла предмет, но поразилась не меньше, чем старшая. Откуда они обе знают, что это такое?  — Если бы у меня был телекинез… — мечтательно сказала Белая, успев соскучиться по своим силам.  — Может, ты плохо старалась?  — Что? О чём ты? — спросила Верховная Правительница, непонимающе поморгав глазами.  — Ты не старалась! Я знаю, ты способна повернуть ту стрелку, не прикасаясь к ней! Но ты не хочешь этого! Не хочешь, а можешь! Слышишь? Ты можешь! Никуда твои силы не делись! — Жёлтая начала трясти сестру, крича на неё. Сама она в свои слова не верила, правда, говорила так убедительно, что Белка поверила.  — Ладно, ладно, успокойся! Может, ты и права, я не старалась. Давай опять попробую, — Уайт отодвинула от себя младшую и попробовала повернуть стрелку. Без огромной силы воли не обошлось, но…       Вот сюрприз, получилось. Стрелка повернулась, а Алмаз была в диком восторге от того, что её родной телекинез вернулся. Поверив в свои способности, Белочка сразу же вылечила руку и очистила себя от «крови», в которой успела испачкаться. Жёлтый Алмаз тоже убрала с себя голубую жидкость и быстренько проверила свои молнии. Всё на месте. Всего-то надо было поверить. Всего-то в тот раз не хватило силы воли.       Вторая дверь открылась, но то, что находилось за ней совершенно не похоже на зал или комнату. Освещение слабое, везде пыль, странные коридоры.  — Белая, мне кажется я видела это место раньше, — осторожно предположила Еллоу, приблизившись к сестре.  — И мне тоже кажется, но я совсем не уверена. Что с тобой? Ты чего-то боишься? — заметила старшая, как её коллега нервно оглядывается и старается держаться вплотную к Белке. Конечно, тёмные проходы выглядят жутковато и всё же… Ну, не до такой же степени?! Или здесь просто плохие ассоциации виноваты?  — Я? Боюсь? Невозможно! Совсем чуть-чуть! — Алмаз ударила себя по лбу, осознав, что её раскусили.       Белый Алмаз положила свою руку на плечо собеседницы, поддерживая её так. Сейчас лучше ничего не говорить. Пройдя ещё немного обе застыли от увиденного. Уайт ничего не поняла, а Еллоу словно не хватало воздуха, она стала очень быстро дышать и, кажется, что она сейчас или потеряет сознание, или у неё случится истерика.