Коррозия

      Стив нервно нарезал круги по гостиной вокруг стола. Тони прикрыл глаза, от этой беготни болела голова. Команда еще не прилетела, и не прилетит еще полтора дня. Т`Чалла временно покинул свои владения, в Вашингтоне мелькнули следы похищенного вибраниума. Покидать страну без договоренности с королем было более чем опасно, они здесь на правах гостей, но не следует забывать, Ваканда — закрытое государство.       Собственно, из-за чего была суматоха? Сержант Барнс пропал. Ну как пропал, оставил записку в стиле: «Ушел в Россию за документами. Вернусь к ужину. Надеюсь на дораду с овощами и тирамису на десерт. Целую. Джеймс Бьюкенен Барнс». А еще будто в издевку нарисовал медведя с балалайкой в углу листа. Что это был медведь можно было понять только по приписке снизу.       Роджерс не мог найти себе место и неосознанно выносил остатки мозгов гению. Только нашел и вот, тот снова сбежал. И бежать за Баки было не вариант. Оставить Старка он больше не мог. Особенно в таких обстоятельствах, что затруднения вызывали даже перемещение по дому. Ситуация была патовой. — Сядь ты уже, не мельтеши перед носом, — наконец психанул миллиардер, — Думать мешаешь.       Кэп послушно сел на кресло, но затем начал биться головой об стол и нервно притопывать ногой. Изобретатель сначала раздраженно застонал, а затем начал вслушиваться в этот стук, просчитывая ритм. — Роджерс, я конечно знал, что у тебя ирландские корни. Но отбивать головой джигу — надо иметь талант.       Опешив мужчина сел ровно, перестал биться головой о стол, даже руки прекратил себе заламывать. Собственно, этого и добивался гений. Дождавшись тишины, он глубоко вздохнул и потер виски, которые до сих пор отдавали тактом шесть на восемь. Думать все еще сложно, но уже проще. — Итак, что мы имеем? Во-первых, твой ненаглядный свалил неизвестно куда. Где находятся базы русских, ты конечно же не знаешь. Разрешение на вылет мы получить не можем. Да и не зачем, лететь то мы не знаем куда. — И что делать? — спросил Стив. — Дай ему время до ужина. Собственно, я бы посоветовал тебе приготовить этот самый ужин. Вернется голодным как зверь, если за двенадцать часов успеет добраться до России, ограбить одну из их баз и вернуться обратно. — А если нет? — напряженно продолжил спрашивать суперсолдат. — А если нет, то будем спасать твою Эльзу.       Равнодушно пожал плечами Старк, хотя внутри переживал не меньше. Просто хоть кто-то должен был в этой ситуации сохранять трезвый ум и рассудок. У Капитана Америки, от переизбытка ответственности и дилемм, мозги кипели. — Я не сумел полностью разобраться в строении его протеза. Однако, я обнаружил в нем помимо штопора и открывашки еще и средство слежение. Я не смог отключить жучок, но изменил тип сигнала, чтобы остатки Гидры не могли отследить его. Однако, при знании нужной длинный волны и частоты на которой нужно искать, Барнса нетрудно отследить. — То есть, ты можешь хоть сейчас найти его. Но зачем ждать до ужина? — удивился Роджерс. — Он попросил время до вечера. Не забывай про вторую личность. Зимний Солдат или Нулевой, как он сам себя именует, не доверяет ни мне, ни тебе. Если мы сейчас закроем его инициативу, то окажем Барнсу медвежью услугу.       Художник выдохнул, откинулся на спинку кресла и пробормотал что-то не очень связное. На часах было уже около трех. Странно было то, что психолог не разыскивал своего подопытного кролика, но это была не главная проблема. Точнее, это была не проблема, а даже плюс. Старк озвучил те мысли, которые крутились в голове капитана: — Нельзя, чтобы во дворце узнали о пропаже сержан… — мужчина сам себя оборвал, понимая, что Стиву от его наигранной отстраненности будет только хуже — Баки. Он не имеет разрешения на пересечение границ Ваканды. И если об этом узнают, это может потянуть на международный скандал.       Кэп нервно сглотнул, но продолжил слушать логические выкладки мужчины. Видя нарастающую панику внутри солдата, Тони аккуратно взял его за руку, едва заметно сжимая ее. Роджерс сжал ладонь в ответ и выждал пару секунд прежде чем выдохнуть. — Мы должны сейчас прикрыть тыл, не дать просочиться информации о том, где он. Если тебя спросят, отвечай, что я провожу ряд тестов над его рукой. Я забаррикадирую дверь, никому, не давая прохода скажем, до десяти часов вечера. Камер и подслушек здесь нет. Баки снял все. Так что за наш маленький разговор мы можем не беспокоиться.       Художник только и делал, что кивал как китайский болванчик на каждое слово гения. Мелькнула мысль, что надо было идти к Старку, сразу после падения ЩИТа. Проблемы, серьезные проблемы, миллиардер решал конечно не по щелчку пальцев, но четко и быстро, говоря по делу, без повседневных шуток и уверток.       Стив буквально заставил себя разжать ладонь, вспоминая где он обычно в это время. Спортзал? Отлично, мужчина чувствовал потребность в физической нагрузке. Суперсолдат еще раз кивнул, а затем направился на выход, не смотря в ту сторону, куда покатил филантроп.       Капитан давно привык мерить время в боксёрских грушах. Усиленных хватало на час. Обычные менялись чаще, чем у врача на скорой помощи, от силы минут пятнадцать. Впрочем, в Ваканде для него время текло иначе. Груша, прошитая вибраниумом, так и не сдалась. В зале не было ни окон, ни часов и время ощущалось как в казино. То есть ни как. Выполз он из спортзала только когда понял, что разбил руки в кровь. Перевязав наспех ладони бинтом, Роджерс направился на кухню. На часах было восемь. Изобретатель так и не покинул своей комнаты. Сколько еще они будут выжидать?       Барнс прекрасно знал, что Стив не особо умеет готовить. И тирамису, и дорада казались чем-то запредельным для него. Несчастному даже казалось, что это месть за то, что вчера ему просто пришлось расплавить шоколад. Правда выбора у мужчины все равно особо не было, поэтому он достал Старкфон, который ему подарили сразу после разморозки. — Господи, каждый раз чувствую себя идиотом, — Выдохнул Роджерс, не понимая, как Тони мог дать поисковой системе это имя, — Слушай, Говард. Как приготовить дораду.       Следовать рецепту было не особо сложно. Невольный повар даже как-то расслабился. Мысли перестали крутиться разъярённым роем. Даже как-то приободрился. Раз Баки поехал в Россию, значит ему не все равно на Старка. Раз Старк четко расписал план действий, то и Барнс его цепляет, в хорошем смысле слова. А все остальное наладится. Пока они живы все возможно.       Оставив рыбу в духовке, он вышел в гостиную. Часы показывали девять. Дверь из комнаты гения открылась, и в помещение въехал Тони, не совсем трезвый на вид. Да и на запах тоже. С начала художник думал разразиться тирадой о вреде алкоголя на сердце, мозг и здоровье в целом. И тут на него подняли глубоко печальные глаза и внутри все оборвалось. Все это не просто так. Дрожащий голос был тому страшным доказательством. — Стив, сигнал пропал. — Ты говорил, что тебе не удалось отключить маячок?! — удивленно воскликнул Роджерс, отрицая очевидный вариант. — Вот именно, Стив. Его не отключить, — тяжело поясняет мужчина, уже не смотря собеседнику в глаза.       Капитан сел мимо дивана. Просто там, где стоял. Еще вчера было все хорошо, а сегодня, все снова катилось к чертям. Он очень жалел, что не может напиться как Старк. Тот видимо прочел его мысли и поставил перед ним стеклянную бутыль без надписей. — Чистый спирт. Девяносто шесть процентов. Мог бы довести до девяносто девяти, но не было натрия, чтобы осушить.       Стив сделал два глотка и поморщился от противного вкуса. Однако в голову дало почти мгновенно. Интересно, откуда спирт у гения. Не сейчас же он его перегонял? — Не перегонял, а синтезировал из подручных материалов, почти сразу после того как очнулся. Мне он нужен был для того чтобы микросхемы протирать.       Роджерс даже не понял, что задал вопрос в слух. Что за микросхемы, он предпочел не спрашивать, понимая, что скорее всего это связано с рукой Баки. С кухни потянуло запахом рыбы. Сил встать и включить духовку не было. Солдат сделал еще пару глотков. — Прости, я… Я должен был сразу начать отслеживать сигнал. Я…       Мужчина только махнул рукой, а затем спросил: — Сколько времени ты знаешь, что сигнал пропал? — Порядка трех часов. Я… Я пытался запустить дополнительные протоколы, получить хоть какую-то информацию по последнему местонахождению. Ничего не вышло.       Старк выдохнул и откинулся на спинку кресла. В груди снова начало колоть, а голове шуметь. Этого еще не хватало. Он прикрыл глаза и начал считать от двухсот до нуля. Остановился где-то на двадцати четырех из-за удивленного вскрика: — Вас, идиотов, на день нельзя одних оставить?       Стив успел изрядно опустошить бутылку с этиловым спиртом, на две трети точно. Поэтому он и сидел с ошалевшим взглядом глядя на мечущегося Барнса. Тот, кинув на стол перед ним странную папку, забежал сначала на кухню и вытащил рыбу из духовки, затем вернулся в гостиную и отобрав у Кэпа бутыль принюхался: — Вот же… Два сапога, блядь. Бегемот недоделанный и истерящая Маргарита. Где только чистый спирт взяли? — вскинул единственную оставшуюся руку Баки, — Хотя, о чем я спрашиваю. Старк, ты же можешь из глины и палок собрать очередной шедевр техники. Что тебе спирт перегнать из каких-нибудь цветов. — Твоя рука — наконец выдохнул Тони. — Ты все равно собирался мне новую сделать — нагло улыбнулся Барнс, а потом до него начало доходить, — Ты же перенастраивал жучок? И все это время, пока шлялся без нее, вы думали, что я? Вот же…       Стив на конец справившись с собственным телом, поднялся и обнял сержанта. Точнее перенес весь вес на несчастного, уставшего и голодного друга, который еще сумел приспособиться к отсутствию руки. Итог был неминуем, по мнению Старка, наблюдавшего за всем этим. Два суперсолдата оказались на полу. — Прости, — пробормотал Роджерс, куда-то в шею Баки, — Я думал ты… Снова ты… Я не могу потерять ни тебя, ни его. Я без вас не могу. Я не должен. Прости. Прости. Прости. Я же вас…       Барнс еле увернулся от губ. Для него это было все неожиданно новым. Точнее не все, но очень-очень многое. Например, что многолетнее чувство оказалось не безответным. Или, что люди вообще сейчас редко скрывают свою ориентацию. Или, что есть полиаморы и, что Стив явно сейчас признался в принадлежности к ним.       Он вывернулся змеей из-под тяжёлого тела. Нервно выдохнул, как бы он не пытался бодриться, но бывший оперативник Гидры оставался эмоционально не стабильным. Держать себя под контролем сейчас было сложно, особенно после тяжелой вылазки. Перетаскивать Стива в его комнату не было ни сил, ни возможности, поэтому мужчина просто взял плед с дивана и накрыл им Роджерса: — Не думал, что когда-нибудь скажу это, но мы поговорим об этом, когда ты проспишься.       Солдат развернулся к Старку: — Ну что, понравилось спаивать национальный символ Америки?       Тони растянулся в улыбке, несмотря на дискомфорт в груди. — Не от хорошей жизни, Барнс. Тем более я не рассчитывал на подобные откровения… Я рад что с тобой все хорошо. Я правда рад.       Баки тепло улыбнулся, но заметив гримасу боли на лице механика спросил: — Тебе плохо? — Не переживай, Эльза, я чутка переволновался. — А затем перепил? Я, пожалуй, сегодня прослежу за тобой, если ты не против.       Старк, кивнул, пытаясь развернуть кресло, но выходило у него не особо хорошо. Барнс помочь не мог, у него самого с координацией было сейчас не очень. Роджерс же отключился. Просто, замечательно. — Мой ковер в вашем распоряжении. Только не ложись слева от меня. В моем состоянии могут быть не очень приятные мне и окружающим последствия, — проговорил Тони, наконец-то въезжая в свою комнату, — Кстати, Джеймс Бонд, что это за папки из России с любовью?       Барнс как смог, помог забраться гению в кровать. По-хорошему, его надо было раздеть, но организм настойчиво требовал быстрее со всем разобраться и лечь спать. — Мое и Наташино досье с результатами всех экспериментов. Спи уже, гений, завтра со всем разберешься.       Собственно, этому совету изобретатель внял, вырубившись еще на середине фразы.