Перемены

Маринетт еле-еле разлепила глаза, на часах было десять утра. Адриан ушёл очень рано, она слышала, как хлопнула входная дверь, но открыв глаза она увидела, что за окном было сумрачно, а значит было только около шести утра. Заварив себе чая, Маринетт вышла на балкон, солнце играло на её волосах, а ветер развевал их будто в рекламном ролике. На перилах кое-где ещё были капельки воска, по которым Маринетт проводила своими тонкими пальчиками, задумавшись, она даже не заметила летящего на балкон чёрного силуэта. — Привет Принцесса! — Кот приземлился на балкон, хотя Маринетт чуть не выронила кружку с чаем, он не удостоился даже взгляда в свою сторону, — У кого-то плохое настроение? — Нет. Что ты тут делаешь? — Это моя квартира, я сдаю её другу и судя по всему тебе. — Расстроен? — Нет, я только рад, — Кот заметил некую грубость или озлобленность на него девушки, но списал все на ранний подъем, кольцо Нуара запищало и он вынужден был покинуть балкон попрощавшись с Мари. Через десять минут входная дверь открылась, это вернулся Адриан. Маринетт ещё стояла на балконе и Агрест направился туда, она стояла около перил, и кажется смотрела на пробуждение Парижа. — Маринетт, я с хорошей новостью! — но в ответ была тишина, Адриан говорил громко и не услышать она не могла, приблизившись к ней со спины, он увидел как девушка слегка дрожит. «Хмм, лето, такая жара, а она что замерзла?» — мысли Адриана и не предполагали того, что он увидел. Все лицо было мокрым, её волосы прилипли к щекам, а глаза были полны слез. — Маринетт, что случилось? — в ответ девушка лишь помотала головой не желая изливать свою душу. Что мог сделать Адриан, так это крепко её обнять, теперь его рубашка промокла, но кажется Мари перестала плакать. Ещё минут двадцать они простояли на балконе, пока Маринетт окончательно не успокоилась. — Извини, ты хотел что-то сказать? — Да, — Адриан отпустил объятия и посмотрел на заплаканное лицо девушки, — Я показал твои эскизы отцу и знаешь он очень хочет видеть тебя сегодня. — Что? А во сколько? — В два часа мы приглашены на обед, когда я показал ему твои наброски, он очень заинтересованно их рассматривал, обычно так он смотрит на работы конкурентов, так что думаю это хороший знак. — Спасибо! — Маринет подпрыгивала на носочках и убежала готовиться, ибо времени оставалось мало, а её красные глаза нужно было срочно приводить в порядок. В особняке Агрестов было все так же, как и раньше, кажется для его обитателей время было подвластно. Дверь молодым людям открыла Натали, она была все столь же стройна, очки были её незаменимым аксессуаром, только брючный костюм сменился на блузку с юбкой, видимо жаркая погода давала о себе знать. — Месье Агрест спустится к обеду, Адриан вы можете пройти в столовую. Звонок из кухни оповестил о готовности обеда и Адриан с Маринетт присели за большой длинный стол напротив друг друга. — Добрый день мадемуазель Дюпен-Чен. — Добрый день месье Агрест. — Адриан, сегодня я попросил подать твоё любимое блюдо, — Габриэль произносил все монотонным голосом, не выражая никаких эмоций, будь то беседа о запеченном камамбере с тимьяном или о потрясающих эскизах Маринетт. Серебряное блюдо посреди стола было накрыто большим блестящим металлическим клоше, которое повар в белом колпаке и кителе торжественно открыл. Лучше бы он этого не делал… — Извините, Адриан можно тебя на минуту. Хотя Маринетт словила на себе строгий взгляд Габриэля, это было лучше чем облажаться прямо за столом. — Где у вас тут уборная? — Пошли я покажу, — Адриан провёл Маринетт по длинному коридору, — С тобой все хорошо? Ты бледная. — Просто я не люблю камамбер, у него такой сильный запах! — Пфф… — прозвучало со стороны Адриана. — А? — Маринетт подумала, что Адриан фыркнул на её замечание, ведь это был его любимый сыр. Откуда ей было знать, что этот звук доносится из внутреннего кармана рубашки Агреста. — Это не…да я с тобой согласен, отец что-то напутал, я тоже не люблю этот вид сыра, — Адриан укоризненно посмотрел себе в карман, где ворчливый котёнок закатывал глаза от услышанных слов. — Я скоро подойду, — Маринет закрыла дверь, а Адриан направился в столовую. — Адриан, ты не забыл, у тебя в три съёмка для «Styllemagazine», уже надо ехать, — Натали записывала что-то в своём ежедневнике, попутно разговаривая то с Адрианом, то с фотографом, зажимая телефон между ухом и плечом. — А как же Маринетт? — Не беспокойся, мы обсудим с ней её работы, а потом вызову ей такси до дома, — Габриэль говорил все также холодно и отстранённо, но тем привычнее, поэтому Адриан не думая отправился на съёмку. Спустя десять минут Маринетт вышла из уборной. Чтобы хоть как-то перебить запах этого камамбера, она намазала себе духами губной желобок. — А где Адриан? — садясь за стол спросила у Габриэля девушка. — Ему надо на фотосессию. Как только закончите с трапезой пройдите в мой кабинет, — с этими словами старший Агрест встал и удалился. Маринетт показалось это крайне невежливым, но то, что она просидела в туалете десять минут было тоже не ахти, так, что они с Габриэлем квиты. «Тук-тук» — Входите, мадмуазель Дюпен-Чен, — Маринетт неуверенно юркнула за тяжелую массивную дверь. — Можете называть меня Габриэлем, но без фамильярности. Итак, я посмотрел Ваши эскизы и готов сделать Вам очень выгодное предложение. Я должен представить через месяц следующую сезонную коллекцию осень-зима, но у меня нет вдохновения, я подготовил около двадцати образов, они все пошиты, но из них только пять — не более, действительно достойны, остальное мусор. Я предлагаю тебе Маринетт, — переход на ты нисколько не смутил Маринетт, — Поработать со мною в паре, твоё имя будет в авторах коллекции, но выпущена она будет под маркой «Агрест». Как ты на это смотришь? — Я согласна! — а чего было думать, для Маринетт работа с самим Габриэлем Агрестом — это шанс, который выпадает раз в жизни и только ей. — Отлично, вот твой контракт, изучи, завтра я жду тебя здесь ровно в три. Выбежавшую из особняка, Маринетт ожидало такси, чему она удивилась, но обернувшись на особняк увидела в окне Габриэля, который пристально смотрел на неё и кажется улыбнулся. Решив навестить родителей, встретиться с Альей и отнести заказ мадам Гренье, Маринетт вернулась домой только в десять вечера. Адриан стоял посреди гостиной с нахмуренными бровями. «Что за манера ходить по дому полуобнаженным?!» — восклицала у себя в голове Маринетт, стараясь не смотреть на голый торс Агреста. — Где ты была? — тон Адриана был не совсем дружелюбный, а голос раздражённый. — Я заезжала к родителям, встретилась с Алей, отдала заказ… — Ты смотрела на часы?! — Адриан, тебе не кажется, что я давно выросла из комендантского часа? —  Маринетт непонимающе смотрела на сердитого друга. — Прости, я просто переживал, ты не отвечала на телефон, а отец сказал что ты уехала ещё в четыре. — Извини, я не слышала звонков, и кстати, Адриан, спасибо тебе! — девушка побежала и крепко обняла парня за шею. — Встреча с моим отцом, я так понимаю, была удачной? — Да, я буду помогать ему создавать новую коллекцию. А теперь извини, но у меня куча дел! — Маринетт, постой, — Адриан схватил девушку за ладонь, — Маринетт, прости меня… — За что? — За то, что не ответил на твои чувства. Но сейчас, сейчас я пересмотрел все и мне кажется… — Нет, — резко и испуганно Маринетт прервала Адриана, она буквально считала его мысли, — не продолжай, мы с тобой хорошие друзья и… — Но ты мне нравишься, Мариннет! — Адриан, ты мне тоже очень нравишься, но понимаешь… в моей жизни есть один человек, которого как мне кажется я люблю по-настоящему. Адриан был немного шокирован, ведь он никогда не замечал ни звонков, ни сообщений, ни побегов на свидания, все говорило о том, что Маринетт одинока, тем более прошло только три недели с того момента, как он ей отказал тогда в кафе, неужели она так быстро его разлюбила… Наверное только сегодня Маринетт осознала, что именно Кот нужен ей как никто другой, что та ночь не была случайностью и уж тем более ошибкой. Нуар всегда был с ней рядом, он был безумно влюблен в ЛедиБаг, терпел все её подколы, отказы, не обижался на её грубость, никогда не задавал лишних вопросов, будто понимая её без слов. И ведь к Маринетт он относился особенно, он называл её нежно «Принцессой», помогал с уроками, когда она ещё училась в школе, нахваливал её выпечку, и даже спасал несколько раз от акум. А уж сколько раз он уберегал ЛедиБаг от опасностей и говорить не приходится. «Что ж я такая дура-то была, почему я его отвергла…?» — Маринетт закрыла сапфировые глаза и уснула на влажной подушке.