Перемены

Квартира Агреста, около четырёх часов ночи. — Ну что заговорщица всех времён и народов? Что молчишь? — Плагг, успокойся, все под контролем. — Под каким контролем, Тикки, уже месяц прошёл с тех пор как Бражника поймали, уже два месяца нашему малышу, а они все ещё не достигли своего апогея! И девчонка уже который день плачет. — Ну во-первых, Адриан уже влюбился в Маринетт, во-вторых Маринетт любит Нуара, — маленькая квами прищурила свои глазки, в темноте было не видно, но она улыбалась. — Хватит улыбаться, и не строй мне гримасы, у меня кошачье зрение, — ворчал чёрный квами. — Я думаю скоро все разрешится, Маринетт должна будет признаться, что беременна и они будут жить долго и счастливо! — Ага, а мы на их свадьбе мёд с пивом попьем, да так, чтоб по усам текло и в рот попало тоже… Квами ещё до утра сидели на столе уминая своё угощение, любезно предоставленное их владельцами. Вот уже месяц, как Париж живёт без Бражника. За все это время супергерои не появлялись и посему уже давно не видели друг друга. Маринетт это только радовало, так она могла хотя бы немного забыть о своём ушастом возлюбленном. Адриан как мог поддерживал девушку, он не был в курсе всего, Маринетт обмолвилась лишь, что тот кого она любила открыто заявил, что больше ничего к ней не чувствует. Агрест готов быть той жилеткой для Мари, в которую плачут, был готов ждать её, исполнять все капризы, которые появились у девушки последнее время. Освободив наконец-то своё сердце от больной любви к ЛедиБаг, он даже не пытался полюбить Маринетт, он и так её любил. — Маринетт ты не забыла, что сегодня день показа? Отец не любит опаздывающих, особенно в такой важный день. — Я помню, — из комнаты Маринетт доносились тихие всхлипы. — Эй, Маринетт, — Адриан аккуратно заглянул в приоткрытую дверь. Девушка сидела на кровати в нижнем бельё, закрывая лицо руками, а на полу лежало скомканное платье. — Я не влезаю в платье! — Адриан невольно прыснул, еле сдерживая свой смех. — Маринетт, пойдём в магазин и купим тебе любое платье, какое захочешь? Или давай подберем тебе платье из коллекции моего отца. А вот, смотри какое красивое, — парень достал из открытого шкафа нежно голубое платье из шифона. Его забавляла детская наивность этой девушки, иногда он обращался к ней как к маленькой девочке. Вот и сейчас она сидела на кровати и плакала из-за какого-то платья. С другой стороны её внешний вид, фарфоровая кожа, и такое сексуальное бельё заставляли Адриана поднапрячься. Ему с трудом удавалось сдерживать в себе того зверя, который так и хотел наброситься на девушку и овладеть ей здесь и сейчас. Подняв глаза Маринетт улыбнулась, она совсем забыла об этом наряде, чмокнув Адриана в щеку она стала примерять платье, а щеки Агреста воспылали румянцем. Наконец в его жизнь пришла удача, его отец стал таким как был до пропажи матери — заботливым, любящим, веселым и даже чересчур эмоциональным. Адриан простил его сразу, как только тот пришел в себя. Видимо Мастер выполнил свой ритуал и первое слово очнувшегося Габриэля было: «Простите». У Нино и Али скоро свадьба, через два месяца они станут оба Ляифами, сегодня Адриан попытается предложить Маринетт стать его девушкой, ну, а если она согласится, то прямо на свадьбе друзей, он сделает ей предложение. А пока сейчас младшему Агресту нужно срочно отвезти Маринетт в зал, где будет проходить показ. — Я уже вас заждался, Маринетт ты как всегда божественна! — Агрест старший искренне был благодарен этой девушке за то, что она освободила его душу и тело, сняв талисман Моли. Конечно способ она выбрала оригинальный, но он относился к ней как к обретенной дочери, мечтая, чтобы у неё с его сыном все сложилось. — Спасибо, Габриэль. — Так, Адриан иди переодевайся, гримируйся, а нам еще надо проверить все ансамбли. Маринетт, за мной! Показ прошёл на ура, ажиотаж на новую коллекцию обеспечен, дизайнеры принимали поздравления, а к вечеру все так устали, что просто разъехались по домам. — О, неужели мы дома! — простонала Маринетт падая на диван в гостиной, — Неужели это конец, неужели я дожила до этого дня! — Маринетт, это только начало, думаю тебе стоит снять часть рекламы с сайтов, иначе ты не будешь успевать принимать заказы. — Да, но это я сделаю завтра, а сейчас я хочу только одного — чая! — Слушаюсь, Принцесса! — Адриан… Почему ты меня так назвал? — Я… ты просто похожа на принцессу в этом платье, — улыбнулся Агрест и состроил совсем невинные глазки. — На Золушку? — Да, вот твой чай. И ещё это тебе, — рука Адриана протянула Маринетт чёрную бархатную коробочку, открыв которую девушка расплылась в улыбке, на золотой цепочке висел кулон в форме кошачьей лапки. — Почему именно кошачья лапка? — Я заметил, что тебе нравятся кошачьи. У Маринетт и вправду было много напоминаний о своём возлюбленном: пижама в нуаровском стиле, шапка с кошачьими ушками, сумочка в виде кошачьей мордочки и любимая кружка с изображением Нуара, из которой она сейчас пила горячий чай и кулон, который он сам подарил ей. Как ни хотела она забыть Кота, обидеться на него, разозлиться и выкинуть к черту дурацкую кружку — она не могла. Может поэтому закрывая глаза и сливаясь в поцелуе с Адрианом, его губы показались такими родными, такими любимыми, и она позволила ему и себе зайти дальше, намного дальше… Из уст девушки вырвался стон, парень прохрипел что-то и упал на кровать, рядом с Маринетт. Оба тяжело дышали. — Я люблю тебя, Маринетт, — Адриан прижал палец к губам девушки, заметив, что она хотела ему что-то возразить, — Я знаю, что в твоём сердце пока есть только он, но я готов ждать. Маринетт грустно посмотрела на Адриана, он ей нравился, безумно нравился, но чувства к Нуару — от них она избавиться не могла. — Прости Адриан, но скоро ты сам не захочешь связывать свою судьбу со мною. — Что за глупости, Маринетт? — Давай поговорим завтра, я устала, пойду к себе. Утро. Адриан проводит его в одиночестве, точнее в компании Плагга. Маринетт уже куда-то ушла. Проболтав со своим квами, Адриан ещё немного вздремнул, и только потянулся за телефоном, чтобы позвонить Мари, как она уже появилась в дверях его комнаты. — Привет, — в глазах девушки было сожаление, но она ещё ничего не говорила, хотя Адриан откуда-то знал этот взгляд, и знал, чем закончится это разговор. — Привет, Маринетт, — как можно невозмутимее ответил Адриан, хотя внутри бушевала буря. — Я беременна. — Что? — нет, такого он точно не ожидал. — Я на третьем месяце, прости, что не сказала раньше, — Адриан поджимал губы и смотрел себе под нос. — Он бросил тебя? — Кто? — Отец ребёнка, он бросил тебя, когда узнал что ты беременна? — Нет, он вообще не знает об этом. Девушка подошла и присела на край кровати. Она говорила о своих страхах, о том что он её уже не любил и постоянно теребила свои подвески на шее: одну в виде кошачьей лапки, другую в виде чёрного котика с изумрудными глазками. Обе подарил Агрест, только в разных своих облачениях. Взгляд Агреста застыл, он смотрел на украшение, такое знакомое и эксклюзивное, он заказал ее почти одновременно вместе с подарком для Маринетт. — Так какой у тебя срок говоришь? — Уже три месяца. Руки парня сжались в кулаки, а глаза закрылись. Сквозь закрытые веки он видел её глаза — голубые, вот он мысленно одевает на них маску в горошек, вот он вспоминает ту ночь с ЛедиБаг и тут же проводит аналогию с вчерашней: одни и те же изгибы, тот же запах её волос, голос, её голос так и звенит в ушах. «Это она…она, и у нас будет ребенок…» — ничего не произнося в слух, Адриан сжав кулаки, сквозь зубы попросил Маринетт выйти из спальни. Через несколько минут, он уже ушёл, хлопнув дверью. А еще через пять минут на балкон приземлился Нуар. — Кот?! — кажется сердце остановилось, а ноги подкашиваются и вздохнуть не получается. — Ничего не хочешь мне сказать? — О чем ты?  — немного испугавшись свирепого тона спросила Маринетт. Зелёная вспышка осветила Нуара и перед Маринетт стоял уже Адриан Агрест. — Ты? Маринетт пошатнулась и уже ничего не видя перед собой только почувствовала как его руки успели поймать ее. — Я могу идти сама, Адриан, — мужчина её будто не слышал и продолжал держать на руках. Двери лифта открылись и Агрест наконец-то поставил девушку на ноги. В больнице сказали, что страшного ничего нет, просто нужно отдохнуть и прописали девушке валерьянку. Молча зайдя в квартиру, Адриан как ни в чем не бывало наливал себе чай. — Может скажешь что-нибудь? — Маринетт не выдержала молчания Агреста, с тех пор как она упала в обморок, он не проронил ни слова. — А что я должен сказать? Маринетт, ты ведь даже не собиралась мне сообщать, что ждешь ребёнка! — Я сообщила! — Адриану Агресту? Забыв при этом Кота. — Но ты и есть Нуар! — Но ты-то этого не знала! Подумать только если бы я не был с тобою знаком в реальной жизни, мог бы так и остаться в неведении, — Адриан со всей силы поставил кружку на стол, от чего та раскололась. — Что ты наделал! Это была моя любимая кружка! — из глаз девушки полились слёзы, но конечно они были не из-за разбитой посуды. Почувствовав как его сильные руки обнимают её и прижимают к себе, Маринетт разрыдалась ещё сильнее. — Прости меня, Котик, прости. — Тише, тише моя Принцесса, и ты меня прости, я так сильно вас люблю. — Меня и ЛедиБаг? — Нет, глупышка, тебя и нашего малыша. P.S. — Тикки! Помоги мне! Я сейчас захлебнусь в его слюнях! — маленькая красная квами смеясь порхала над детской кроваткой из которой доносились крики Плагга. — Может помочь ему? — За все надо платить, в том числе и за камамбер… — Адриан обнял свою жену под вопли ворчливого квами и тонюсенький смех Тикки.