Death online

      Вы знаете, я уже перестал считать дни, проведённые в Тулвилагоне. Сбился со счёта. Я, правда, даже не знаю, какое сейчас число или день недели. Может, просто я тупой, но гаджет, что дал мне капитан, показывает только время. Может, его надо было настроить. Но я не знал как. Если честно, этот скроллфон очень наворочен, и я пока не разобрался в его устройстве. С новыми технологиями нужно знакомиться постепенно. А пока я чувствовал себя дедушкой, пытающимся разобраться с последней версией айфона. И мне вдруг стало любопытно, а как же идёт время в этом мире и как называются месяца? А вдруг здесь как в Морровинде[1]? Например, месяц Урожая или месяц Мороза. Надо бы купить календарь. Пожалуй, этим сейчас и займусь.       Музыка в магазине напоминала мне о старых временах — это была небольшая лавочка с различным барахлом: книги, блокноты, шкатулки, зеркала... Перечислять просто нет смысла. Календарь на стене показал мне очень удивившее меня число. Я сказал "удивившее"? Да я просто в осадок выпал! Девятое января. Разве я здесь настолько давно? И где же снег на улице? Поверить своим глазам не могу! Может, это какая-то ошибка? Я же только в июле умер. И почему же я раньше не додумался узнать дату? — Простите, а календарь правильную дату показывает? — неуверенно спросил я у робота.       Я как-то и не надеялся что-то дельное услышать от андроида, никогда до этого с ними не заговаривал, но... — Вас приветствует администрация Тулвилагона. Сегодня девятое января две тысячи двадцать первого года двадцать первого века. Все данные точны на сто процентов. Хотите узнать точное время? — Какого года?! — у меня просто глаза из орбит чуть не повылезали. — Две тысячи двадцать первого года. По восточному гороскопу - год Металлического Быка. Этот год счи... — Так, тише-тише, я уже понял, что ты ходячий гугл. Спасибо... Как там тебя? — Хи Икосидио - двадцать четвёртая модель серии триа... — Стоп. Спасибо за информацию, Хи. Я, пожалуй, пойду. Пока! — Всего доброго. Приходите ещё! — махала вдогонку девушка-продавец.       Пройдя несколько метров, я вспомнил, что забыл купить этот чёртов календарь. Зато теперь я знаю, что лучше ничего не спрашивать у андроидов, дабы не быть задавленным их... интеллектом, что ли? Даже с Сири болтать и то интереснее. Она хотя бы шутить умеет. А эта... Боже, две тысячи двадцать первый? Это вообще как понимать? Я же умер в две тысячи семнадцатом! В голове не укладывалось всё это. Настолько, что до дома я дошёл пешком, мерно обдумывая произошедшее. А затем сел в прихожей. Как только в парадную дверь вошёл командир, снимая капюшон, я тут же озадачил его вопросом: — Какого хрена на дворе две тысячи двадцать первый?! — Тебе никто не сказал? — не изменившись в лице, спросил белобрысый. — В общем, здесь время идёт немного быстрее, чем на Земле. На какую-то долю секунды - это особо и не замечается. Но за столько веков разница набежала существенная. — А тогда почему же мы не праздновали Рождество и Новый год? — Обычно здесь не отмечают эти праздники, так же, как и дни рождения. Мы же уже трупы, зачем они нам? Мы живём здесь так давно, что уже и не помним сколько. А день своей смерти мы тем более не празднуем. Но вот праздник мёртвых - Хэллоуин - это другое дело. Да и календарь, если ты не заметил, начинается с марта, в нём тринадцать месяцев и двадцатьвосемь дней, как завелось в древние времена, — усмехнулся белобрысый и добавил. — Кстати, собирайся на квест.       Жнец вытащил из кармана скроллфон и нажал на какую-то голографическую кнопку, тут же моё устройство запищало. В соседней комнате тоже пискнуло, а потом я услышал оттуда недовольное ворчание. Маленькая Диорама вышла в коридор, и нас обоих потащили во двор. В скором времени вся команда была в сборе. И я уже было встал на скейт, оттолкнулся, подлетел, но упал лицом в траву. Оу, это забытое чувство. Раньше я много раз падал со скейта, пытаясь сделать крутые трюки, но то было при жизни. Здесь же я намного лучше управлялся с ним. Я чего-то не понял, а где левитация? — У вас тоже не получается? — спросил я у товарищей, поднимаясь с земли.       И вправду, никто не мог взлететь. Даже крест Диорамы просто рухнул на землю, чуть сотрясая её. Нехиленький такой агрегат у неё. Таким и раздавить, как прессом, можно. — Что случилось? — Хм, похоже баг в системе, — Асджер высказал свою догадку.       Ни слова больше не сказав, наш вождь двинулся в сторону леса, противоположную от города. Все двинулись за ним. Что? Баг? Разве такое вообще бывает? Как Создатель мог такое вообще допустить? И часто такие сбои случаются?       И тут мне в голову приходит действительно интересный вопрос: — Асджер, а как вообще этот мир возможно запрограммировать? В голове не укладывается. — Слышал про первичный бульон? — вопросом на вопрос ответил жнец. — Неа, — помотал я головой. — Окей, тогда слушай. Существует теория о возникновении жизни на Земле посредством постепенной химической эволюции молекул, содержащих углерод, в первичный бульон. Выдвинул её Александр Опарин. Он предположил, что этот бульон возник в мелких водоёмах планеты ещё четыре миллиарда лет назад и состоял из простейших соединений. Образовался он под влиянием высокой температуры, космического излучения и электрических разрядов. Молекулы белков соединялись друг с другом, увеличивались в размерах, притягивали к себе молекулы жиров, воды, сливаясь в органическое соединение. Но тебе же это совсем не интересно, ведь так? — Ну… Это весьма любопытно, но я пока не догоняю при чём здесь зарождение жизни? — почесал я за ухом. — При том, что даже если этот бульон на самом деле существовал, как носителю информации, ему было необходимо программное обеспечение, чтобы клетки начали делиться. И вот теперь самые главные вопросы - откуда появилась информация о строениях клеток, и кто задал им программный код?       Действительно, весьма интересный вопрос. Меня и вправду заставило это задуматься. Неужели, пришельцы? — Это и есть теория первичного бульона. И я так подозреваю, что та способность, которая досталась Создателю - это программирование. Так он и сумел запрограммировать всё, что мы сейчас видим вокруг.       Это звучит немного даже пугающе. Я плохо разбираюсь в таких вещах, но это точно что-то мощное. Он словно Господь Бог. Не зря его нарекли таким громким именем — Создатель. И ведь никто не знает, как его зовут на самом деле. А ведь он наверняка обычный парень. Если это вообще парень...       Я раздумывал над всем этим, время шло, мысли кончились. Мы шли так долго, что я даже стал побаиваться, что за сегодня мы и не доберёмся до нужного места. К тому же, мы огибали все локации с мобами, чтобы попусту не тратить свою энергию на них, а это удлиняло дорогу. Ноги мои уже стали изрядно так поднывать. Я уже начал думал, что больше не смогу идти, как внезапно жнец остановился у старого пня и открыл крышку. Грёбаную крышку! Какого лешего в пне сделали крышку?! Нахрена?! Чтобы в ней лепреконы прятали золото, или что? А следующие слова капитана меня вообще убили наповал: — Сейчас по очереди прыгаем внутрь. — Ты издеваешься что ли, мать твою? — спросил я шёпотом, чтобы жнец не услышал. — Что, Джинг? Я не расслышал. Ты хочешь прыгнуть первым? — Нет! Не говорил я такого! — Ну же, Джинг, — он поманил меня к себе рукой.       Страшновато спорить с главным. Особенно если это Асджер. И он, похоже, отчётливо разобрал все мои слова и разозлился. Прям кожей чувствую, как разозлился. — Первый пошёл, — он толкнул меня вперёд.       И я, запнувшись о корень, полетел в этот люк вверх тормашками. Я чувствовал, как стремительно падаю вниз и боялся посмотреть куда же именно я лечу. Словно рыба, выброшенная на берег, я барахтался в невесомости. А потом, осмелев, я открыл сощуренные от порыва ветра глаза и увидел озеро, сияющее в лучах солнца, полосу леса и огромное розовое поле. Я летел, казалось, слишком долго и нескончаемо, но это было приятное чувство. Дух захватывало, как на аттракционах. А потом, ближе к земле, мне показалось, что скорость падения уменьшается, и на меня надели невидимый парашют. Это было очень кстати! И даже приземление было мягким. Не таким, чтобы отбить себе всю жопу или голову. Словно пёрышко, я плавно приземлился на берег озера. Не знал, что тут есть скрытые телепорты. Я в принципе здесь много чего ещё не знаю.       В моих волосах спутались клочки облаков, словно пух. Тут же неподалёку приземлилась на ровную гладь воды самая младшая участница команды. Не было даже небольшого всплеска, лишь по воде разнеслась резвая рябь от её прикосновения с носком сапога. И Диорама не утонула. Словно Иисус, она прошлась по зеркальной поверхности, смахивая с себя клочки небесной ваты. Сверху зашуршали листья, и с веток, будто кошка, спрыгнула Наоми. Такая же растрёпанная, с листьями и сучками в косах. А прямо перед моими глазами поплыли белые мушки. Я уж было подумал, что это клочки облаков, но это оказались хлопья снега. Чья-то рука обхватила мою поясницу, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. И тут в опасной близости от моих губ появилась харя сноутера и хорошенько получила по носу от меня. Хорошо бы он уже перестал пялиться на меня с этим идиотским выражением щенячьего восторга в глазах. — Я же только хотел тебя подстраховать, — корчился от боли Сильверстейн. — Себя подстрахуй для начала! И хватит уже нести всякий бред.       А вот и Асджер. Он махнул косой в сторону поля: — Сегодня мы здесь ищем Камень Небес.       Уже в самом начале поля я почувствовал, что это надолго. Трава была мне до подбородка, мало того, что она высокая - на концах её имелись розовые цветы с пухом. Этот пух постоянно утыкался мне в нос, щекоча его. А ветер подхватывал его и разносил по воздуху. От чихания у меня уже весь нос был красный. Асджеру хорошо — он высокий, в нём, наверное, метр девяносто. И Сильверстейну тоже нормально, он был чуть ниже капитана. А Наоми так совсем замечательно — капитан уговорил её сесть верхом на его плечи. Да и Диораме, наверное, ничего так — её головы даже не было видно из-под розовых цветов. Только их верхушки покачивались, когда она пробегала вперёд. Лишь я один оказался каким-то левым, впрочем, как и всегда. Магической способностью меня также обделили. У всех она такая крутая, а у меня обычная телепатия, которая нафиг никому не сдалась.       Вдруг мою штанину кто-то начал навязчиво дёргать. — Диорама, перестань, — я потряс ногой. — Что, Джи-Джи? — её голос раздался совсем с другой стороны.       И тут я знатно так прифигел, собрал всю храбрость в кулак и нагнулся вниз. То, что я увидел, оказалось здоровенной крысой, и она была здесь совсем не одна. — Мобы! — схватился я за пистолет.       Дримы обернулись в мою сторону и тут же подключились к битве, с их помощью стая крыс быстро поредела. Их было совсем мало, никто даже не пострадал, вот только мои джинсы стали очень модными — в дырочку. М-м-м, "здорово"! Ненавижу крыс! Но чем дальше мы заходили, тем больше зубастых тварей таилось в траве. Способность Наоми тоже, как и моя, здесь была ни к чёрту. Она закапывала их землёй, а грызуны рыли новые норы на поверхность — бессмысленная трата времени и сил. А вот Асджер своей косой косил не только мобов, но и эту грёбаную траву. Пуха в воздухе стало ещё больше. И, по-моему, он заставлял чихать лишь только меня. Ну, что я говорил? Я - неудачник!       Мы долго плутали по огромному полю, оставляя после себя дорожку из крысиных трупов. Мне казалось, что это какой-то нескончаемый лабиринт, а ведь солнце уже скоро должно было садиться. Но к счастью, словно сорока, йоерша приметила что-то сверкающее в траве. В лучах заходящего солнца нам предстал голубой шар, аккуратно вложенный в нишу. Я даже облегчённо вздохнул, увидев его. Ведь это означало, что квест закончен, и нам положен отдых. А за сегодняшние похождения я сильно устал и жутко натёр себе ноги — наверняка, останутся мозоли. Даже на обратном пути я не пошёл пешком, а полетел на скейте вплоть до самого озера. Хорошо, что к этому времени пофиксили баги! А вообще, утомился не только я, потому-то капитан и решил сделать привал.       Ночь. Мне не спится, и этот пух ещё повсюду летает. Немного повалявшись в спальном мешке, я, почесавшись, встал и отправился на берег озера. Лунный свет отражался от поверхности, и казалось, что всё озеро сияет. Благодаря трём тулвилагонским лунам видимость здесь даже ночью очень хорошая. Пух сверкает, купаясь в лучах, притворяясь светлячками. Я был так этим обворожён, что даже испугался постороннего шороха. Из кустов показалась малиновая макушка: — Джинг? А ты чего не спишь? — Встречный вопрос, — обратился я к девушке. — Тут неподалёку, я слышала, есть цветок один редкий, вот, — девушка протянула руку вперёд - это был белый цветок, переливающийся радужный светом. — Он распускается только ночью.       Она присела рядом и как-то мы разговорились с ней, сидя на этом берегу. Хоть Наоми до сих пор немного жалась и краснела, всё же, она была более разговорчива, чем обычно. Может, на неё так новолуния действуют? Шутка, конечно же. — Я из Канады. Двадцатый век, сороковые года. Я, знаешь ли, под поезд угодила, — какие откровения на ночь глядя. — Да? Это так ужасно! — Угу. Ехала на роликах около железных путей, упала и ударилась головой. Проснулась только от гула едущего поезда, — девушка как заворожённая наблюдала за пушинками. — Честно говоря, я даже не помню, было ли мне больно. Всё пронеслось за мгновения. — Кошмар какой! — тряхнул я лохматой головой. — Почему же тебе никто не помог? — Я была одна. Вокруг никого. Такое, уединённое от всех место. Обычно там мало людей встречается, и этот день не был исключением. — А как же друзья? — У меня их не было. Только домашние кошки.       Я, у которого имелась уйма друзей, даже представить не мог, как это не иметь ни одного. — Ты мне не веришь? — вопросила девушка вслед за моим молчанием. — Ну... Мне трудно представить, что у такой милой девушки как ты не было поклонников и подруг.       Наоми покраснела: — Ну, просто надо мной издевались в школе. — Издевались? Почему? — Я была желанным ребёнком. Родители очень долго не могли завести детей, а потом появилась я. Поэтому, когда я пошла в школу, они были уже приклонного возраста. Это и стало причиной насмешек, — девушка сделала паузу, а потом добавила. — И не только это. Однокласники всегда находили за что зацепиться. Дёргали меня за косички, портили мои вещи и всё в таком духе. — Дети порой бывают жестоки. — Угу. А я была таким, знаешь, тепличным цветочком. Всё детство родители меня опекали, холили и лелеяли. Пылинки с меня сдували. Вот я и боялась сказать им, что меня травят в классе.       Наоми как моя полная противоположность. Если до меня никому не было дело, то её родители подарили ей счастливое детство. Но интересно то, что если я слишком рано стал самостоятельным, то она не была готова к жестокости мира. И, кажется, она до сих пор скучает по своим родным. Лицо розоволосой при мыслях о них тут же погрустнело. Да у неё просто глаза на мокром месте! Наверное, она их очень сильно любит. — Ох, может, тогда, не будем о грустном? — Извини, — встрепенулась девушка. — А ты... Ты вот... чем ты при жизни увлекался? — Я? Да, вроде, ничем таким, — призадумался я, приложив палец к губе. — Ах да! Соника очень любил! — Так зовут твою девушку? — точно, она же его не застала. — Нет, что ты. Мою девушку зовут Селеста. А это нарисованный персонаж. Синий ёж Соник. У меня с ним было столько вещей: игры, комиксы, тетради и тому подобное, — похоже, я немного увлёкся. — А ты чем занималась? — Я - спортсменка. Ходила на фигурное катание, мы ездили по всей Канаде на соревнования. Мне это так нравилось! А летом я на роликах каталась. — Ну, а я только на скейте гонять умею. Точно бы с роликов свалился, хех. — В моё время скейты ещё не были так популярны, поэтому я тоже бы упала с него, — тихо посмеялась девушка. — А сколько тебе сейчас лет? — Мне семнадцать. — О, а мы с тобой ровесники. Я во столько же умерла.       Сзади нас со стороны поля зашуршала трава. Может, кто из наших тоже не спит? А может, там затаился моб или ещё что хуже — преступник? — Сильверстейн?       Ответа не последовало. — Может, сходим посмотреть? — спросила девушка.       Мы вместе, синхронно, пристав на цыпочки и согнув ноги в коленях, направились к полю. За высокими травинками бегали огоньки. И мне, серьёзно, было любопытно, что же там творится. Неужто шабаш ведьм намечается? Но, приглядевшись, я заметил огромных красных муравьёв с факелами в лапках, идущих строем куда-то вглубь поля. Наоми сдвинула брови на переносице: — Что это? — такого вопроса от человека, который живет здесь довольно долго, я уж точно не ожидал. — А мне-то откуда знать? — Просто их нет в базе данных, — она искала мобов в каталоге скроллфона, но гаджет лишь вывел на экран большую надпись ERROR.       У нас, по-моему, одновременно дыхание спёрло. И именно в такие моменты любопытство берёт вверх. Сколько фильмов ужасов я не смотрел, все герои сначала из любопытства находят приключения на свою пятую точку, и никогда это ещё хорошим не кончалось. Думаю, меня так ничему эти фильмы и не научили. Поэтому я двинулся вдоль муравьиного строя, скрываясь за травой. — Джинг! Ты куда? Стой! — прошипела Наоми мне вдогонку.       Постояв, помявшись, нервно оглядевшись по сторонам, роллерша обречённо опустила голову и побежала вслед за мной. Так и не предупредив никого, мы шли навстречу этим самым приключениям. Не зная, что случится, не зная, что ждёт впереди. А в таких случаях, по закону жанра, не жди ничего хорошего.       И тут я резко остановился, Наоми даже врезалась мне в спину. То, что я увидел в тот момент, ввело меня в оцепенение, но в то же время заинтересовало ещё сильнее. Некоторые из муравьёв тащили на себе людей. Это трупы? Ах да, здесь же нельзя умереть. Наверное, они просто без сознания. Или всё-таки трупы? А может, это жертвы преступников?! — А-а-а-ах! — наконец, и девушка заметила жуткую сцену.       Я тут же прикрыл ей рот ладонью. Муравьи остановились на мгновение, посветили на траву, увидели только высокий холмик, и двинулись дальше по своим делам. Наоми всё же вовремя закрыла нас землёй. Здесь было темно, но я почувствовал, как на ладонь мне попала капля воды. Наоми плачет? - Тише, спокойнее. Ну, не плачь. Мы обязаны им помочь.       Дальше мне почти силой пришлось тащить розоволоску за собой. А огни становились всё ярче, создавая зарево на небе, наверное, мы подходим к их логову. И я уже вижу вытоптанное поле, посреди которого стоял трон. На том троне восседал человек — девушка в пышном красном платье с короной и скипетром в руках. Ей преподносили бессознательные тела, как жертву. И тут я начал догадываться, что муравьи — не мобы, а создания той самой дамы. Такая же способность, как у меня — чтение мыслей или у Наоми — управление землёй. Моментально в голову стукнула мысль, что именно за такими подростками и охотятся админы, именно таких называют преступниками и утилизируют. Когда я шёл сюда, я чувствовал себя героем, но сейчас мне резко захотелось развернуться и убежать. Ведь поговаривают, что преступники сами, как и наёмники, могут убивать навсегда. И как же не вовремя перед носом пролетела грёбаная пушинка с этих грёбаных гигантских цветов. Я пытался не чихать, но это сильнее меня. Наоми даже подпрыгнула и крикнула от неожиданности. — Стража! — девушка встала с трона и указала жезлом в нашу сторону.       В фильмах обычно именно в такие моменты и происходит какая-нибудь чистая случайность, из-за которой ты попадешь маньяку в плен. Этот раз не был исключением — мои кроссовки прилипли к какой-то противной вязкой слизи. Ролики Наоми так же не хотели вырываться из ловушки. Так нас и поймали.       Мы сидели на коленях прямо перед королевой муравьёв, обречённо опустив голову. Связанные и уже лишённые надежд. А девушка что-то стала слишком разговорчивой и начала нам высказываться. Вот только с чего это вдруг? Наверное, она — жутко одинокая злодейка: — Мелкие сошки. А знаете, зачем мы это делаем? Нет, не знаете! Это заложено у нас с самого появления в Элизиуме. Но я уверена, мы убиваем во благо всего. Если бы не мы, мир бы переполнился! — Но он же с каждой "звёздочкой" растёт! — Не перебивай меня, смертный, — разозлилась седовласая. — Так, на чём я остановилась? Ах да, нас зовут ангелы, а не вирусы, как нас ещё называют. Это глупое клеймо для нас придумали ВИПы. Ненавижу их! Ненавижу ВИПов! Они уничтожили наш прекрасный дом, и мы не можем вернуться назад и жить прежней жизнью.       ВИПы? Это она об админах? Ну, вполне логично, что их так называют. Ведь у них есть все полномочия. И, в отличие от нас, они зарабатывают ещё и драгоценные камни, которые для других игроков труднонаходимы. — Нас много. У нас есть даже тайное сообщество - Альянс ангелов. Мы - верхушка эволюции души. Сверхсильные и смертоносные, — мечтательным тоном проговорила девушка.       Тогда где же сейчас твоё хвалёное сообщество? Почему ты работаешь в одиночку? — Мы выбраны свыше. Мы - создания Богов! А вы все - грешники! Мы должны отчистить Рай от заразы!       И только она занесла надо мной свой скипетр с острым наконечником в виде сердца, её рука обледенела, и королева завизжала от боли. Тут некоторые муравьи исчезли пылью, а те, что остались, встрепенулись и взялись за оружие. — Стража! Головы с плеч этих мерзавцев!       Ноги её тоже начали покрываться льдом, и прямо перед нами появился Сильверстейн, а с ним и капитан. Он хмуро так глянул на незнакомку, а она ответила ему странным долгим взглядом. В полутьме не разглядеть, какие там у них выражения лиц были, но сам этот обмен взглядами вызвал у меня смутную тревогу. К тому же после всего этого мы как-то подозрительно легко ушли из её логова. Даже погони за нами не было. Лишь слова проклятия: — Вы ещё поплатитесь за это!       Это всё, пожалуй, как-то слишком загадочно. Хотя, возможно, она поняла свои шансы против нас или ослабла из-за полученных ранений. — Асджер! Мы должны вернуться и помочь всем этим игрокам, пока она уязвима! — внезапно вспомнив про бессознательные тела, выкрикнул я. — Стой, им уже не помочь, это не наши проблемы. Лучше прыгай в портал, если жить хочешь, — капитан толкнул меня вглубь озера, возвращая обратно к пню.       Свалившись в омут, я упал спиной на землю и устремил свой взгляд на звёздное небо, где ещё минутой ранее рябилась водная гладь.