От пепла к пеплу

«Как же мне необходимо твоё внимание, Но ты не та, кого я смогу удержать. Я лгал тебе, малышка, Когда сказал, что моя любовь остыла. Мне необходимо твоё внимание, Ведь именно ты делаешь меня бесстрашным, Именно ты заставляешь быть таким любопытным.» Wyatt — Attention

      Падение в бездну необузданных чувств лишает рассудка. Всё вокруг становится сладким и сияющим, как в самых приятных детских сказках. Воздух слишком горяч и обжигает горло, но Макейлу это мало волнует. Касаясь пальцами своих губ, девушка до сих пор помнит поцелуй Коннора.       Возможно, она окончательно спятила. Ступает босыми ногами по тропе из ножей и безжалостно режет ступни, но не останавливается. Словно маленький ребёнок, которому запрещено есть много сладостей, но от этого их хочется ещё больше.       Хочется больше Коннора.       Слишком притягательный запрет, и Макейла прекрасно знает об этом, но с каждым разом сдерживать себя становится всё труднее. Она не относится к Коннору как к машине, ведь он делает для неё больше, чем многие люди. Но одно остаётся неоспоримым фактом: андроид — не человек.       Влюблённость однозначно красит серый мир. Оставляет яркие кляксы, которые греют истлевшую душу. Бланшар впервые чувствует себя такой окрылённой, ведь даже нынешние проблемы теперь кажутся не самыми важными. Единственное, о чём она думает, когда ложится в постель после трудного дня, — это Коннор.       Бесчувственный андроид, неспособный полюбить её.       Из-за одной внезапной чудовищной мысли сердце разрывается на части. Её бело-розовый мир рушится, так и не успевая полностью возродиться. Пара слов вновь возвращает её в привычную тоскливую реальность.       Да, она целует его. Раскрывает свою душу, выпускает из неё оживших птиц и смиряется с тем фактом, что влюблена. — Какая же я дура, — совсем тихо произносит Макейла в пустоту и крепко сжимает одеяло пальцами.       Слишком много противоречий. Он похож на человека, но внутри остаётся машиной. Глубоко в душе девушка знает, что её чувства навряд ли станут когда-нибудь взаимными.       …я думал, что если ты не будешь постоянно появляться, то моя система перестанет выявлять сбои. Но каждая женщина, которую я видел за этот мучительный месяц, напоминала о тебе. То цветом волос, то поведением, но ни одна из них не была тобой. И я был рад этому, но одновременно истерзан.       Тогда зачем говорить подобное? Какой смысл отвечать на поцелуй, если он всё равно ничего не значит?       Макейла растеряна. Она хочет, чтобы Коннор стал девиантом.       «Мира смогла полюбить, так может и он сможет?» — неожиданно призадумывается девушка. «Боже, да о чём я думаю?» — Бланшар готова ударить себя по лицу за такие эгоистичные мысли. — Его ведь тогда уничтожат… — шёпотом, будто боится, что это воплотится в реальность, произносит Макейла и ещё больше укутывается в мягкое одеяло.       Всего лишь несколько слов смертельно ранят её сердце. Она не должна позволять столь сумбурным мыслям закрадываться в затуманенный рассудок. Если бы Коннор был обычным человеком, то девушка смогла бы найти разумный выход из проклятого лабиринта чувств, но он — андроид. Опасные задания, постоянная погоня за девиантами и невозможность завязать близкие отношения лишь усугубляют их положение.       Смог бы Коннор полюбить её?       Он должен как можно скорее вернуться в департамент, но вместо этого присаживается на скамью возле сквера. Коннор подносит пальцы к своим губам и не может понять, почему Макейла совершает такие обескураживающие действия.       Все воспринимают Коннора как машину, которая чётко следует указаниям. Хэнк ежедневно называет тупой жестянкой и относится весьма пренебрежительно, в отличие от Макейлы, которая так и норовит исправить робота.       Починить.       Но он не нуждается в этом. Только вот именно из-за неё помехи, именно из-за неё сбои, именно из-за неё в голове полная неразбериха.       Коннору не по себе, когда Макейла рядом, но и её отсутствие негативно влияет на его деятельность. Мужчина много знает об андроидах, которые привязываются к людям, но не смеет даже подумать, что и сам когда-то окажется на их месте. Коннору тяжело признавать тот факт, что Макейла — человек — хочет быть с ним. Он вспоминает ту самую пару, встреченную по дороге в закусочную, и не может представить, чтобы они с Макейлой могли бы держаться за руки у всех на виду или чувствительно касаться друг друга губами. Это чуждо для машины и абсолютно противоестественно.       Совсем неясно, куда заведут эти необычные отношения, но ни Макейла, ни Коннор не хотят, чтобы это прекратилось. Отсутствие встреч на протяжении целого месяца болезненно сказывается на обоих. Больше нет сил сбегать, искать укрытия друг от друга и бороться с собственными желаниями.       Андроид возвращается в департамент и понимает, что его задание полностью выполнено, а это значит, что повода для встреч с девушкой больше нет. Коннор приходит на рабочее место, в очередной раз замечая, как Хэнк поглощает в себя горький кофе. Он садится на стул, кладёт руки на колени и смотрит в одну точку, что слегка напрягает лейтенанта. — Чего завис-то? — решает нарушить тишину Андерсон.       Коннор несколько секунд молчит, а следом медленно поворачивает голову. — Может ли прикосновение губами означать, что женщина испытывает к мужчине побуждение, не опосредованное сознательным целеполаганием или же даже стремление сформировать парную связь?       Хэнк ошарашенно приоткрывает рот и отставляет кружку с горячим кофе. Он не до конца понимает суть сказанного, но делает весьма очевидный вывод: — Тебя что ли твоя подружка зацеловала? — Кого Вы имеете в виду? Макейлу? — уточняет Коннор, по-прежнему держа спину ровно. — А кого же ещё? Из всех женских особей только она постоянно крутится возле тебя. — Я… — Коннор хмурит брови, — я не до конца понимаю, почему Макейла сделала это. Может, хотела отблагодарить? — Это было до или после того, как уничтожили её жестянку?       Коннор хмурит кустистые брови и опускает голову. — После.       Хэнк усмехается и облокачивается на спинку кресла. — Тогда сомневаюсь, что здесь пахнет благодарностями.       Коннор переводит озадаченный взгляд на него и негромко интересуется: — Можно я расскажу кое-что?       Мужчина готов твёрдо сказать «нет», но вопрошающий взгляд андроида почему-то заставляет лейтенанта промолчать.       Коннор от начала до конца делится с напарником о моментах, проведённых с девушкой, что уже начинает утомлять Хэнка. Андроид до малейших деталей и вплоть до самого последнего слова Макейлы сообщает ему все подробности этих никудышных взаимоотношений. Андерсон продолжает внимать рассказу без особого интереса, сонно потягивается и мысленно проклинает сегодняшнюю ночную смену, как вдруг бестактно перебивает Коннора. — Стоп, что? — лейтенант устремляет немигающий взор на собеседника. — Что ты ей сказал? — Когда именно? — прерывается он, не сразу понимая, о чём конкретно спрашивает Андерсон. — Ну, когда вы шатались по ночным переулкам, — небрежно вылетает из его уст. — Я провожал её до дома, — исправляет Коннор Хэнка, а после этого отвечает на его вопрос: — Сказал, что думал, если она не будет больше… — Нет, в конце, — Хэнк указывает на собеседника пальцем и потупляет в стену негодующий взгляд, внимательно вслушиваясь в его слова. — Я сообщил, что был рад этому, но одновременно истерзан.       Андерсон резко поворачивает поседевшую голову, не веря в услышанное. Его брови сурово сдвигаются к переносице, а в голове возникает смутное воспоминание. — Помнишь, о чём ты оповестил меня как-то на одном из заданий? — мужчина и сам не ожидает от себя подобной реакции, ведь относится к андроидам весьма скептично. — И ты продолжал твердить мне это каждый грёбаный день.       Коннор вопросительно клонит голову набок. — Ты сказал мне, что машины ничего не чувствуют.       Между ними виснет скверная тишина. Коннор, кажется, хочет что-то ответить, но Хэнк вновь прерывает его. — «Рад», «истерзан», «страшно», — перечисляет он ранее сказанные слова андроида, — Тебе не кажется, что ты сам себе противоречишь?       Хэнк не может понять, почему разговор с Коннором впервые приносит ему не только раздражение. Мужчине действительно становится интересно: с каких пор, лишённый чувств робот, говорит совсем, как живой человек? — Я… — заметно, как Коннор растерян, — не подумал об этом, — диод вновь мигает анализирующим жёлтым. — Я не девиант…       Теперь в его интонации намного меньше уверенности, чем во время разговора с Ульриком. Хэнк лишь недоверчиво косится в сторону собеседника и наконец допивает остывший напиток бодрости.       До самого утра из головы не выходит ночной разговор с Андерсоном. Коннор не может сконцентрироваться на делах с девиантами, что отрицательно сказывается на его работе. Лейтенант замечает это, но не собирается больше ни о чём расспрашивать. Хэнк теперь окончательно понимает, по какой причине его напарник на протяжении месяца был в некой прострации и почему та самая особа с Портер-стрит приходила сюда. Только мужчина не может поверить, что Коннор действительно всё это время думает о Макейле.       «Его ведь так обработали, что он даже бровью не повёл, когда пришлось застрелить девианта. Тогда какого чёрта этот андроид озабочен какой-то девкой?» — размышляет Хэнк и делает вывод, что ни к чему хорошему это не приведёт. — Лейтенант, могу ли я отлучиться ненадолго? — вежливо просит Коннор. — Мне нужно… проверить кое-какую информацию по поводу местоположения скрывающихся девиантов. — Всю информацию можешь найти на экране, — Хэнк кивает в сторону терминала. — Он прямо перед тобой. — Мне… — запинается мужчина, — мне нужен другой источник.       Андерсон ухмыляется, а следом потирает покрасневшие от недосыпа глаза пальцами. — Проваливай, — соглашается Хэнк. — Только скажи своему «источнику», что если ещё раз отлучишься от работы, то тебя запросто заменят на другого.       Андерсон не верит в глупую ложь Коннора и искренне поражается тому, что андроид пытается улизнуть от собственных обязанностей. Он знает его как дотошного, но до жути ответственного робота, который сделает всё, чтобы достичь поставленной цели. Может, именно поэтому Хэнк позволяет Коннору на некоторое время покинуть департамент, чтобы тот, в свою очередь, смог решить непростую проблему — понять самого себя. Ведь даже факт того, что андроид нагло обманывает, приводит Андерсона в минутное замешательство. Тем более отсутствие докучливого напарника лишь поднимет Хэнку настроение.       Коннор обязан вернуться к ней и обсудить то, что произошло вчера. Он не хочет покидать рабочее место, но вновь приходится стучать кулаками в плотные стены, построенные системой. Его поступки в последнее время весьма опрометчивы и нелогичны, и Коннор понимает из-за кого все эти неполадки.       Андроид быстрыми шагами подходит к её непримечательному дому и замечает, как девушка выходит наружу, попутно закрывая дверь ключами. Его непреклонная решимость внезапно даёт слабину, но Коннор всё равно делает несколько шагов навстречу.       Макейла спускается по ступенькам, как вдруг видит Коннора. Встреча с ним согревает её сердце, но в тот же момент безжалостно леденит его. Девушка мило улыбается и неловко произносит: — Привет, Коннор. — Ты идёшь куда-то? — в спешке интересуется он, забывая даже поздороваться. — Мне к Камилле наконец стоит наведаться, — в её голосе слышится нотка грусти. Девушка крепче сжимает пальцами ремешок сумки, чувствуя некоторую холодность в свою сторону. — Я… — начинает он, но заглядывая в омут её голубых глаз, теряется. — Я хотел сказать, что… — Да? — Макейла чувствует неладное.       Коннор делает глубокий вдох, а следом произносит: — Машины ничего не чувствуют.       Бланшар даже думать не хочет о том, что андроид снова собирается прекратить общение, и совсем не верится, что он приходит сюда только ради того, чтобы сказать это. Ей страшно, что вновь придётся разлучиться, и до безумия боится услышать дальнейшие слова. Девушка опускает опечаленный взгляд и закусывает губу. В следующую минуту Макейла поднимает голову и пристально вглядывается в мужчину. — А ты что-нибудь чувствуешь, Коннор?       Он молчит, а в его системе вновь появляются оповещения о нестабильности. — Если внутри тебя ничего нет, то ты оттолкнёшь меня сейчас, — твёрдо заявляет Макейла, делая пару шагов вперёд. — Оттолкну?       Девушка небрежно бросает сумку на асфальт, встаёт на носочки и одной рукой обхватывает шею, а другой дотрагивается щеки, притягивая его лицо к себе. Макейла приоткрывает уста и касается ими губ Коннора. Она оставляет на них сладкий поцелуй и слегка отстраняется, но не убирает руки.       Ждёт, пока оттолкнёт. — Ну, так избавься же от меня, Коннор, — шепчет девушка, а следом заботливо вытирает пальцем оставшуюся вишнёвую помаду с его губ.       Он прикрывает веки и чувствует вкус чёрного шоколада, который Макейла употребила на завтрак. Следом его взор устремляется в её, наполненные горьким ожиданием, глаза, что заставляет Коннора, совсем не раздумывая, проговорить прямо в губы: — Я... я не хочу избавляться от тебя.