Мой персональный демон.

Все идет своим чередом несколько недель. Джин не появляется в поле зрения Намджуна. Намджун не думает о Джине. Чимин забывает о Гуке. Тэхен и Чонгук счастливы вместе. Самуэль признается Хосоку. Хосок продолжает бегать за другом. Юнги не нравится Самуэль. Но он рад, что Чон ходит за ним по пятам. Джексон старается не попадаться на глаза Марку. А Марк наконец-то чувствует себя свободным. Эти недели прошли быстро. Даже глазом не успели все моргнуть, как началось самое сложное. Директор дал распоряжение собрать всех у ворот академии и все с нетерпением ждали его. Намджун смотрел на Хосока, пока тот ворчал о том, что Юнги снова его игнорирует и застревает в библиотеке каждый день, а друг только гладит его успокаивающе по голове. Он не видит, что за несколькими учениками стоял Джин, который в свою очередь, слушал Юнги. Тот говорил о том, что докопается до истины и смоет с себя позор, а демон кивает, ничего не говоря в ответ. Намджун не расстроен и даже не обижен на демона. Ему не больно, он переживет это. Джин чувствует себя странно, будто что-то давит на его каменное сердце. А может и кто-то. И этот кто-то Намджун, что заставляет Джина разглядывать учеников в поисках его самого. Джексон трется о кого-то плечом и проходит вглубь, сталкиваясь с Самуэлем и игнорируя его «Привет», проходит дальше. Он не хочет быть тут, но надо и поэтому встает напротив директора, чтобы он видел, что наделал с ним. Сердце Тэхена бьется быстрее, когда Чонгук прижимает его к себе, не давая никому прикоснуться к его фее. Он чувствует приятный запах и кладет голову ему на плечо, от чего Тэ под ним плывет. Он краснеет, а волосы выделяют его из толпы и Чимин сразу узнает своего друга. Он улыбается по известной только ему причине и переводит взгляд на Марка, который что-то говорит ему. — Что? Чимин точно все слышал, но слова будто стерлись с памяти. — Говорю… — Уважаемые ученики академии! Завопила миссис Хван. Она всегда принимала участие во всем, даже когда ее не приглашали. Все моментально замолчали. — Ученики академии Свелтроулд. Уже начал директор. — С этого дня у нас одна только цель. Истребление смертников в мире людей. Чимин вздрогнул от такого. Он не хотел появляться перед людьми. Он вспомнил свою ошибку в первый же день и молился, чтобы только не появляться в том мире. Намджун переглянулся с Хосоком, вспоминая того самого нового эволюционированного нелюдя, пожирающего плоть. От такого расклада событий они побледнели. Джину было все равно о чем говорил этот старый дедуля. Истребить? Запросто! — Вы думаете это просто для очков, не так ли? Влез мистер Райан, переводя все внимание на себя. — Смертники сейчас намного сильнее, чем раньше и мы не гарантируем того, что вы вернетесь обратно. Может вы сгниете, как люди или… Директор похлопал по плечу своего друга и попросил остановиться. Испугавшись все этим заявлением, ученики начали перешептываться между собой, создавая гул, что так не хотел директор. — Прошу не создавать панику. Это всего лишь смертники, которых мы должны отправить в их законное место. — Заговорили о законе?! Крикнул кто-то из толпы. Мистер Райан начал искать глазами ученика, который решил выделиться из всех. И он уже знал кто эта выскочка. Да, это был Джин, с которым у учителя были не очень хорошие отношения. — Закон, пфф. Скрестил руки на груди демон, привлекая внимание на себя. — Просто истребить, сгнием, как люди. Вы делаете из нас рабов для людей. Не так ли? Демон испепелял взглядом то учителя, то директора. Все смотрели на него и не могли пошевельнуться. Некоторые возможно и думали, что демон прав, а другие лишь говорили ему помолчать. Намджун знал, что Джин придурок, но не настолько же. Поэтому он завороженно слушал его, так сказать, что в душе накипело. — Наша академия создавалась именно для того, чтобы помогать людям. Ответил директор спокойно, стараясь выйти из ситуации. — А какой толк в этом? Они же сгниют. Джин продолжал удивлять всех. Юнги потянул его за локоть, но демон настырно стоял на месте. — Ким Сокджин, как ты смеешь перечить директору?! Повысил голос мистер Райан, влезая в разговор. — А как вы смеете применять нас, как оружие для всякой фигни, выходящей из неоткуда? Как упертый баран говорил демон. Директор улыбнулся. Он даже не догадывался, что Джин может быть таким. — Если ученику что-то не нравится, он может покинуть академию. Неожиданно подал голос Намджун. Все расступились, давая ему пространство. Ангел подошел к директору, кланяясь и поворачиваясь к Джину. На минуту демон бросил взгляд в пол, стараясь не смотреть в глаза Наму. — Правило 453. — Плевал я на правила! Почти срывая голос, сказал демон. Он никак не ожидал так столкнуться с Намджуном. Особенно сейчас. Здесь. Перед всеми. — Я готов отдать жизнь ради мира. И в это включаются люди. Заявил ангел. Все начали снова перешептываться и в ту же секунду над головой Намджуна загорел нимб, из-за которого все только сильнее начали разговаривать. Джин никогда не видел у него нимб, только у Хосока он обычно горел, как лампочка и сейчас, стоя как истукан, Джин поглядывал на него. Задумавшись, он продолжил: — Я демон. И мне плевать на них. — Думаешь, они тебя оставят в покое? До тебя то тоже доберутся смертники. Если не они, так что-нибудь другое. Намджун говорил спокойно и это жутко раздражало. Директор прекратил их разборки и попросил успокоиться всем присутствующим. Джина схватил Мин и потащил подальше от толпы, чтобы хорошенько проучить за все сказанное, а демон только и делал, что рассматривал нимб Джуна и думая, что ему бы он подошел больше. Ангелы тут же направились в мир людей. Хосок наткнулся на одного в доме и поволок Нама за собой. Возможно они и были сильными, но не такими, как ожидалось. В два счета они разобрались с несколькими и пошли за следующими. Намджун переглядывался. Он думал и что-то чувствовал, будто за ним кто-то или что-то следует по пятам. Но что бы это ни было, оно казалось не таким уж и страшным. Юнги вел за собой Джина, который нервно относился ко всему этому. Он не извинялся, не смотрел на ангела, лишь фыркнул и снова сбежал. Падший ангел уже хотел надеть ему цепь на шею, чтобы тот больше не дергался и слушался. — Он мне не нравится. Как-то говорит Хосок, когда Намджун размазывает клейкую массу об тротуар. — Он хороший. — Ну, я видел. С сарказмом проговаривает Чон и рассматривает в дали еще пятерых, грызущих чье-то тело. — Давай кто быстрее соберет две тысячи? Подмигивает Хосок и Намджун не может не согласиться. Юнги сжимает в цепях нелюдя, превращая его тело в куски мяса. Цепь исчезает, а желание придушить Джина нет. Он сидел на земле, попивая баночку чего-то и Мин прожег дыру в ней. — Эй, я вообще-то потратился. Цокнул демон, кидая банку в сторону. Он выдохнул и посмотрел из-под челки на Юнги. Сокджин чувствовал что-то непонятное, такое, что невозможно было описать. Но это точно не чувство совести и тому подобное. Мин всегда выглядел каким-то расстроенным, а сейчас был более спокойнее и рассудительнее. — Ты что-то говорил о том, что ищешь виновного, который подставил тебя. — Я продолжаю поиски. Говорит Мин, смотря на пылающее солнце. Он готов поспорить, что давненько не видел и не чувствовал кожей эти солнечные лучи. Они будто проникают сквозь тело, оставляя теплый отпечаток и Юнги это нравится. — Я помогу тебе. Все равно делать нечего. Падший ангел почти смеется на эти слова, но Джин серьезен.

***

Тэхен смотрит на Чонгука, который без каких-либо усилий разрывает тело. Пусть это и смертник, но смотреть жутко больно. — Они похожи на людей. Говорит Тэхен, рассматривая из-под лужи крови голову. Его воротит, но он держится молодцом. Чонгук все равно не видит этого и идет на следующего, защищая фею. Тэ быстренько проговаривает заклинание и все исчезает. Перед глазами светится число полученных очков и он думает, что это не правильно. Это не его рук дело, а Чонгука, который сейчас топчет очередного нелюдя. Он помогает оборотню, когда кусают его руку, оставляя ужасные следы зуб. Тэхен бубнит под нос непонятные Чону слова и мелкие блестки заполняют укус тонкой пленкой. Чонгуку щекотно и приятно. Тэхен рядом, держит его за руку, они вместе и он счастлив. — У меня нет пыльцы. — Не больно уже. Гук улыбается и видит исчезающие следы. Он хочет забыть все, то, что он не человек, то, что он оборотень и что не принадлежит этому миру. Он просто хочет жить, как человек и не подвергать риску Кима. Все что он хочет, так это свободы. Его глаза бродят по аккуратному носику Тэхена, по нежным и розоватым щечкам и Гук хочет потискать его, как маленького и беззащитного малыша. Сдерживается, когда Ким облизывает нижнюю губу, помогая встать на ноги и Чонгук готов произнести эти слова еще раз. — Люблю тебя, Тэтэ. И ничего в ответ он не услышал. Опять.

***

Джину нормально. Ему как-то все равно на людей. Он смотрит на труп и не чувствует ни отвращения, ни чего-либо другого. Демон проводит рукой в воздухе, собрав очки и заметив подходящего Мина. Джин не боится его, но иногда хотелось удрать подальше от соседа по комнате и не знать его в лицо. Падший ангел продолжал стоять в позе детектива, рассматривая что-то на стене, а может он просто пялился в одну точку и заснул. Да, Юнги мог заснуть с открытыми глазами и стоя на ногах. Джин уже видел такое однажды. — И какие зацепки? Голос демона прозвучал грубее и Юн вздрогнул от того, как он раздался. — Чего? — Ну, подозреваешь ли там кого-нибудь? Может есть улики, зацепки? План придумал, м? — Это мой двойник. Джин посмеялся минуту, две, а потом понял, что Юнги не шутит и смотрит как-то грубовато на него. — Он перевоплотился в тебя? — Думаю, да. Мин расплывчато вспоминал картинки из прошлого. Даже лица не помнил, что тут говорить о силе. Падший ангел смотрит куда-то в пустоту, задумчиво рассуждает, а Джин пока считает минуты до завершения, так сказать миссии. — Юнги, вы закончили? Как-то неожиданно появляется Хосок и Намджун. Демон сразу бросает взгляд на Нама и тут же встречается с его глазами. По телу проносится табун мурашек, заставляя Джина встрепенуться. Он смотрит на то, как лучезарно улыбается Хосок и обнимает Мина, будто бы не виделся с ним лет пять. Подмечает, что ангелы игнорируют его, будто Джина вовсе не было рядом. Улыбаются Юнги, будто он телезвезда и острая боль пронзает железное сердце демона. А вот как, он и сам не знает. — Слушай, у меня для тебя новость. Намджун чувствует напряжение и не может скрыть того, что обеспокоен Юнги. — Я знаю, что убийца оборотень. Видел как-то. Юнги сначала не понимает, а потом расширяет глаза от удивления. Хотя, чему удивляться то? — Кто он? Ты знаешь его имя? Мин хватает Намджуна за рубашку бежевого цвета и смотрит прямо в светлые глаза. Ангел хочет выглядеть безразличным, но ничего не получается. — Этого я не знаю. Не успел разглядеть. Хосок думает вмешаться, но видит Джина и идет к нему, от чего в горле демона пересыхает. Он боится его. Особенно эти бездонные глаза белого цвета. Демон делает шаг назад, а Чон уже стоит рядом, все еще поглядывая на него. — Ты мне не нравишься. Джин фыркает. Тоже новость. — Но Намджун беспокоится о тебе, идиота кусок. То, что демон немного в шоке от такого заявления — ничего не сказать. Он смотрит через плечо ангела на Джуна и думает, что за херню несет этот Чон Хосок? Намджун беспокоится о нем? О Джине? Демон посмеялся бы, будь это сказано с юмором и каким-нибудь сленгом в конце. — Поэтому, пожалуйста, не причиняй ему вреда. И не ищи приключений на свою задницу. Джин смеется. Смеется тихо, да так, чтобы никто не услышал, где-то у себя в голове. А потом всплывает образ ангела и демон понимает, что влип.

***

Джексон не может не протянуть руку помощи, а Марк же игнорирует. Снова. — Просто скажи мне, что я тебе не нравлюсь! Кричит полукровка в спину ему. Марк останавливается, тяжело дышит из-за боя с каким-то чудищем и не может ничего сказать. — Это все из-за того, что я полукровка? — Нет. Тут же отвечают ему и Джексон желает лишь одного, чтобы ангел повернулся к нему лицом и ответил на вопрос. — Так почему? Почему ты ведешь себя так? Ведь сначала все было нормально. Под словом нормально он подразумевает их теплые отношения, когда ангел не игнорировал его и всегда был рад его компании. — Что так изменило тебя, Марк? — Ты. С ложью произносит ангел. Он проглатывает слезы и сжимает кулаки. Марк не хочет врать ему. Не хочет врать самому себе. Но приходится. Джексон понравился ему с первой встречи и нравился до сих пор. Он сжимает зубы и потухший нимб постепенно исчезает, полукровка не двигается и ждет ответа. Неужели ангел не видит в нем никого? Джексон хочет услышать ответ. Пусть и не такой, какой он хочет, но лишь бы что-нибудь. — Всему виной являешься ты. Тихо проносится мимо ушей.