Против всего мира (Against the whole world)

Не скажу, что я очень долго страдала. Возможно кто — то посчитает, что я эгоистка или бесчувственная, но я не могу ничего поделать с тем, что не ощущаю огромную потерю. Да и почему собственно говоря я должна страдать? У меня были чувства к нему, но видимо не такие сильные, как я думала. Он предал меня, не ценил так, как должен был. Так что я не должна стыдится того, что мне стало легче. Вечные подозрения из — за этого я стала параноиком. Разве такое должен проживать влюбленный человек? А где же счастье? Где все то, о чем так говорят? Любовь капризная, непостоянная? Или же страстная и волнующая? Возможно, однажды я узнаю ответ на свой вопрос. — Хазан! Открой дверь, глупая девчонка. Голос матери вырывает меня из раздумий. Ну вот посланник ада пришел наказать меня. Она стучала в дверь со всей силы. Была мысль, чтобы притворится будто бы меня нет, но тогда она перевернет весь Стамбул. — Да иду я, иду. Имей терпения, мама — Терпения говорит. Открой дверь я покажу тебе терпение. — Что случилось, мама? — Говорит что случилось. Я расскажу тебе, что случилось, госпожа Хазан. Ураган Фазилет буквально ворвалась в квартиру. Это на долго. Мне не спастись от ее гнева. — Добро пожаловать, мама. — Ты что совсем с ума сошла, как ты могла бросить Синана. Девочка, ты совсем обезумела? Ты должна поговорить с ним и помирится, Хазан. — Мама, ты что говоришь? Какое помирится? Человек обманывал меня, мама. Как ты можешь защищать его, тебе совсем меня не жаль? Пускай ты не любишь меня, но чисто по человечески не жаль меня? Слезы наворачиваются на глаза. Как такое возможно. Почему я должна выпрашивать у нее любовь и поддержку. Пускай в прошлом что — то случилось, но она же не хочет говорить. Что было такого, что теперь я за все расплачиваюсь. — Я хочу, чтобы ты не в чем не нуждалась. Я делаю это ради твоего блага. — Ради моего блага? Так спроси меня чего я хочу, что меня тревожит, что у меня на сердце — вот это будет ради моего блага. Слезы скатываются по щекам. Не могу вынести эти унижения. — Я не буду больше об этом говорить. Если это все, что ты хотела сказать, тогда тебе лучше уйти. Она смотрит на меня, как на врага. Мне хочется убежать. Прямо как в детстве, когда мне что — то не нравилось или злило, я всегда убегала. Детство прошло и я научилась все держать в себе, только вот сейчас хотелось скрыться от всех. — Нет, не уйду! Ты просто не можешь понять, что теряешь. Сам Синан Эгемен выбрал тебя, а ты крутишь носом, разве так делают?! — А я не выбрала Синана Эгемена, мама, не выбрала! Раз ты не уходишь, тогда я уйду. Беру сумку и ключи. Не могу здесь быть. Выхожу за дверь, мама бежит за мной. Я слышу стук каблуков и верю, что она остановится. — Нет! Ты так просто не уйдешь, Хазан. — Почему это? Кто меня удержит? — Я — твоя мать, не смей от меня уходить. Она хватает меня за руку и удерживает на месте. От этих слов мне стало смешно. мой смех звучал надорвано, истерически. — Ты вспомнила, что ты моя мать? А не слишком то поздно, госпожа Фазилет? Не надо притворятся, тебя волнуют деньги, а не я. Ты волнуешься обо всем, только не обо мне. Не будем обманывать друг друга. Не получается у нас быть матерью и дочкой. И это твоя вина. Мои слова превращаются в крик. Люди повыходили со своих квартир, чтобы посмотреть на драматическую сцену. — Да, как ты смеешь. Ее рука бьет меня по щеке. — Ты ударила не по щеке, а по сердцу, мама. Чего я ожидала, что она поймет меня? Я замолчала, больше не было слов, криков и истерики. Я замолчала. Она с ужасом смотрела на меня, а я с безразличием. — Заходите в свои дома, все нормально. Давайте. Я слышу знакомый голос. Поворачиваюсь и смотрю прямо в голубые глаза Ягыза. Интересно, как давно он здесь и сколько успел увидеть? Да в прочем, какая разница. Я не на твердых ногах плетусь к лифту. Мама все еще так и стоит. Я захожу в лифт и спотыкаюсь, чьи-то руки ловят меня и спасают от падения. — Хазан, ты в порядке? — Ягыз, что ты здесь делаешь? — Я немного волновался, ты не очень хорошо выглядела. — У Мистера Заносчивость есть немного сопереживания? — Мистер Заносчивость? — Не спрашивай. — Хорошо. — Куда ты пойдешь? — Не знаю, а какая разница? — Разница есть. Вдруг тебе станет еще хуже и не будет рядом кого — то, кто сможет тебе помочь. Я не могу оставит тебя одну в таком состоянии. — Очень благородно. — Хазан, я серьезно. Если хочешь, можешь побыть у меня пока твоя мама не уйдет. Значит он все слышал и видел. — Но мы ведь не очень хорошо знакомы. — Хазан, я не маньяк и не убийца, а просто хочу помочь. — По тебе и не скажешь. — Что я выгляжу, как маньяк? Его голубые глаза смотрят в мои черные, он улыбается, а я немного успокаиваюсь. У него очень красивая улыбка. — Немного. — Теперь я понимаю, почему не совсем хорошо умею ладить с людьми. Мы улыбаемся вместе. Я вытираю слезы и только сейчас понимаю, что он все еще держит меня. Это так странно и… спокойно. Чувствую безопасность. — Хорошо я побуду у тебя недолго. — Отлично. Ягыз все еще поддерживает меня и я не сопротивляюсь. Не хочу сейчас показывать свой характер и силу. Я просто Хазан — без ярлыков и обязательств. Просто девушка, которая хочет внимания и поддержки. Его квартира очень красивая. Он подводит меня к дивану, и снимает пальто. Все движения очень уверенные и правильные. За ним приятно наблюдать. Челка едва спадает на глаза, но руки так и тянутся убрать ее с голубых глаз. Он смотрит на меня и приятная волна раскатывается по телу, разве нормально такое ощущать просто смотря на человека? — Хочешь что-нибудь выпить? Голос звучит четко и приятно. Мне нравится наблюдать за ним. От этих мыслей стало самой не по себе. Веду себя как школьница, наблюдая за парнем который нравится. Ягыз закатывает рукава рубашки, а для меня это словно самый интимный жест в жизни. Разве девушка, которая недавно рассталась с парнем должна себя так вести? — Я буду то, что и ты. — Уверенна? — Да. Огни города отражались в окнах. Было слишком прекрасно, чтобы нарушить этот волшебный момент. Он подал мне в руки стакан со спиртным и сел на против. — И так, хочешь поговорить о том, что произошло? — Нет. Я выпиваю жидкость и она мне жжет горло. Сначала неприятно, а потом тепло растекаться по всему телу. Становится легко. — Разве у Ягыза Эгемена мало своих дел? — Причем здесь это? — Так почему тебя волнует данная ситуация? Я тебе никто. Почему это тебя волнует? Он допивает содержимое стакана и смотрит в окно, а потом на меня. Прочитать его мысли довольно сложно. Он умеет скрывать свои чувства. Ягыз поправляет рукой волосы и мое дыхание останавливается. Разве возможно лишь от одного движения потерять рассудок, разве можно наслаждаться видом совершенно незнакомого парня. — Недавно ты обвинял мня во всяких гнусностях, а теперь проявляешь заботу? Очень мило, а главное искренность так и заметна. Его глаза враз потемнели, теперь совершенно не было видно чисто голубой оттенок, лишь темно — синее отражение. Он резко встает и откидывает стакан. Быстрыми движениями он оказывается возле меня. В момент мне стало мало воздуха. Комната стала нереально маленькая. Он наклоняется ко мне и его лицо очень близко. Время остановилось. Мир остановился. Я пытаюсь отодвинутся, но он не дает мне такой возможности. Это пугает и одновременно… притягивает. Офф, глупая Хазан. — Что ты делаешь? Мой голос звучит немного напугано. Вся эта ситуация странная. — А по твоему? — По моему ты позволяешь себе много лишнего. Я отстраняю его от себя и собираюсь уходить. Мне не нужны проблемы. — Ты куда? — Домой, спасибо за все, но мне пора. Он выглядит растерянным. Глаза потеряли свой оживленный оттенок, а движения стали немного расслабленными. — Постой, я только хотел проверить тебя. Прости, но нужно было. Пойми просто слишком много людей, а именно девушек, которые интересуются не человеком, а деньгами. Мне было интересно почему брат так увлекся тобой. Это было не совсем правильно, но я лишь думал о том, как защитить брата. — Не волнуйся, история с Синаном давно окончена. Я должна испытывать злость, но не было ничего кроме усталости. — Хорошо. Давай я сделаю тебе кофе и мы поговорим. — Ладно. Я не хотела уходить, не хотела оставаться одна, не хотела думать. Устроившись на диване я прикрыла глаза и не заметив как меня погрузила темнота уснула. Все, что я успела запомнить — голос Ягыза, такой далекий, но очень приятный. Жаль, что я тогда не знала на сколько он мне станет близким.