Honest when Drunk

Смутное осознание, что кто-то обнимает его, и тепло вокруг плеч — настолько приятное, что двигаться, и уж тем более просыпаться совершенно не хотелось, заставило Англию, убаюканного чувством, прижаться ближе, позволяя разуму вновь погрузиться в полусон. Что произошло? Последнее, что вспоминалось, это, понятное дело, выпивка — он находился в пабе… а затем… заказывал что-то, поднимая руку для привлечения внимания бармена … потом… Потом появился Франция, эта идиотская лягушка, и сел рядом… Выходит, фактически Англия не помнил ничего, кроме огромного количества алкоголя и явного чувства, словно что-то не так — что он не должен чувствовать себя так… Как он добрался до дома? С трудом вспоминалось, как он оскорблял Францию, игнорируя его блуждающие руки, и выпивал больше, чем следовало… затем… Чуть отодвинувшись, Англия с трудом распахнул заспанные глаза, и окружающий мир сфокусировался после нескольких миганий, показав комнату и разбросанные повсюду комплекты одежды. Сморщив нос в отвращении, Англия вздохнул, зная, что необходимо вставать и одеваться; дел, в действительности не было никаких, но оставаться в постели, даже после похмелья, было не в его обычае. -Хммм? Англия моргнул. С его позиции видна была рубашка, валяющаяся на полу, затем штаны, носки, три туфли, и… Подождите, три?! Что-то скользнуло по коже живота, поразив его. Медленно, ужасно медленно, глаза Англии расширились от шока. О, ради любви к… -Bonjour, Angleterre, — журчание рядом с ухом. Англия застыл. -Нееееееееет! Со скоростью, которая могла бы соперничать с итальянцем, убегающим в испуге, Англия взмахнул руками, отталкивая «что-то» от себя подальше, отскакивая от кровати, практически упав на ковер лицом вниз, отползая и вставая в мгновение ока. Страх затуманил разум, и Артур медленно обернулся, а там был он — наполовину прикрытый простынями, с самодовольной, похотливой ухмылкой, развалился на кровати так, словно владел этим местом. -Т…Т…Ты! --Англия тыкнул дрожащим пальцем и сделал шаг назад, слишком потрясенный, чтобы сформировать последовательную мысль. -Что… когда… ч… -Да ладно, не стоит удивляться, mon cher Angleterre, — Франция усмехнулся, и Англия готов был поклясться, что дрожь, пробежавшая по рукам, вызвана лишь отвращением. Это было… сколько? Век, когда у него был кто-нибудь в его постели? Наверно, больше. Не помогало, что в прошлый раз он спал с тем же самым человеком, который сейчас улыбался ему. Англия, возможно, безнадёжный лузер и законченный алкоголик, но это уже слишком! -Как ты оказался в моей постели, извращенная лягушка?! — отказываясь приблизиться и опасаясь попыток Франции приставать к нему, (Господи, что произошло?) Англия опустился на колени, чтобы сначала поднять штаны, неотрывно следя взглядом за растянутой на кровати фигурой. -Это плохой способ благодарить меня, Артур, — то, как Франция закатил его имя своим языком, следовало бы признать преступлением, по крайней мере, в стране. — Я тот, кто привел тебя домой, после того, как ты потерял сознание в пабе… Щеки Англии стали абсолютно красными. -Я… я… ты… — заикание не очень-то и помогало. — Почему ты остался? Ухмылки, которую он получил в качестве ответа, вероятно, вполне хватило, чтобы обратить в бегство большинство наций, но Англия укоренился на месте. -Я, разумеется, беспокоился, — промурлыкал Франция, подмигивая. — Кроме того, у меня есть мораль, так что не мог же я просто… бросить тебя одного … -Мораль! Если бы! — пока Англия торопливо натягивал штаны, он оказался в опасной близости от кровати и отпрыгнул, как только заметил эту деталь. — Ты просто хотел легкого траха! Ухмылка исчезла, сменившись хмурым взглядом, в котором лишь частично сквозила боль. -Я бы никогда не воспользовался пьяной, вырубившейся нацией. Ты должен знать меня лучше… Я ждал, когда ты проснешься. И до чего же приятный вид у меня был! — ухмылка вернулась, тщательно скрываемая, хотя губы дергались в забаве. — Ты довольно-таки миленький. Похоже, со временем ничего не поменялось. Прошипев еще немного, Англия поспешно напялил штаны обратно. -Убирайся из моей кровати! Если ты думаешь, что сможешь что-то получить… ты ошибаешься! Ты гребаный ублюдок! -Ладно, ладно, успокойся, хорошо? — Франция зевнул, растягивая спину и позволяя простыне соскользнуть по телу вниз, демонстрируя очень голый, очень вертикальный под ней. Англия ахнул, покраснев от стыда и гнева. Как он посмел… -Прикройся, как следует! -Нет ничего, что ты не видел… или не пробовал… раньше, — пальцы Франции потянулись вниз, едва коснувшись вершины своей эрекции, и от следующей дрожи, пробежавшей по телу, у Англии пересохло во рту. Это было именно тем, чего так хотелось избежать — они с Францией несколько раз уже делили постель в прошлом, но с их нынешними отношениями он не намеревался… -Вон! Фрэнсис ухмыльнулся и в следующий момент поднялся с постели, утренняя эрекция оказалась выставлена на обозрение Артура. Ему с трудом удавалось игнорировать Фрэнсиса, ибо он был недостаточно пьяным. И недостаточно одетым, чтобы чувствовать себя в безопасности. -Я бы не пришёл, знаешь ли, — Франция шагнул к замершему Англии с поистине королевским величием, — если бы не твои слова, вчера… Англия отступил, глаза метнулись, чтобы проверить, есть ли у него что-нибудь, что можно швырнуть во Францию; к сожалению, единственное, что можно было схватить — это его одежда и стул, и, хотя ударить француза стулом казалось заманчивым, он очень любил свою мебель. -О чём ты, блять, говоришь?! — прорычал он, готовый сражаться кулаками и зубами, если всё дойдет до этого. Обнажённый Франция приближался, но Англия отказывался запугиваться в собственном доме. Независимо от ситуации. -Не удивительно, что ты ничего не помнишь, — Франция небрежно отмахнулся, — ты был слишком пьян, после чего начал хлюпать носом, а затем смеяться, и высказывать мнение о своём правительстве, которое не мешало бы держать при себе… Англия, устыдившись самого себя, почувствовал, как румянец на щеках усиливается. Действительно — когда он напивался, вещи обычно заканчивались тем, что пьяные бредни начинали обретать какой-то смысл, а слова просто слетали с губ, но он же не собирался… конечно, он не мог сказать ничего действительно важного… -Но это ещё не всё, — промурлыкал Франция. Он был слишком близко, и знакомая близость не помогала Англии думать. Определенно, просыпаться рядом с Францией по утрам добром не закончится… -Ты сказал, я цитирую, — Фрэнсис поднял руки вверх, — «в дствтельнсти я не ненвижу тбя Фрнс… — ухмылка стала дикой, а голос подражал невнятному английскому диалекту. — Я фктчски лблю тбя», — продолжил он. Он шагнул вперед, и Артур стремительно отступил, прижавшись к стене и проклиная свой идиотизм. -"Ты тпой ублдк, не пнимаешь мх чвств». Ну, разумеется. Мог бы и сам догадаться. -Я лгу, когда пьян, — прошипел он. Теперь Франция был ближе, взъерошенные светлые волосы почти задевали подбородок Англии, а руки прижимались к стене по бокам. -Правда что ли? -Разумеется! -Поэтому ты пытался лапать меня… в пабе? — еще одно мурлыканье, лицо Франции приблизилось. Англия издал шокированное удушье. -Я…я этого не делал! К сожалению, развратная ухмылка Франции говорила иное. Это было прекрасное время для того, чтобы в комнату ударила молния и поразила англичанина во всей своей ярости, но, конечно, ничего подобного не произошло… -Я не возражал, Angleterre. Англия вновь ахнул, ибо сейчас француз подобрался непозволительно близко, и — Господи, теперь восставшая плоть прижималась к его собственному паху… -К…конечно, ты не возражал, ты, долбанный… Франция прервал очередную тираду, склонившись, чтобы медленно облизать губы Англии, нежно скользя между ними языком, касаясь зубов. Сотрясающей тело дрожи оказалось вполне достаточным ответом для Франции, чтобы понять, что Англия не особо и протестует. -Прочь! — руки были на плечах, отталкивая от себя горячее тело, но Франция лишь зловеще ухмыльнулся. -Почему это? — поинтересовался Фрэнсис, когда одна из его рук вновь вернулась на талию Артура. -Потому что… это ты, и я не желаю…и… — было намного сложнее сосредоточиться, с руками Франции, блуждающими ниже… — Нет! Такое не сработает… -Давай посмотрим правде в глаза — прошло много времени с тех пор, как ты в последний раз занимался сексом, non? — Фрэнсис снова наклонился вперед, всё ещё возбуждённый. — Мне здесь вполне комфортно, и я ждал, когда появится удобный случай, которому ты не сможешь противостоять… -Чёртов уб… И, тем не менее, враждебное отношение Артура по большей части было сконцентрировано на словах ненависти, не позволяющей Фрэнсису понять, что британец лжёт. Их бои удовлетворяли обоих, и Артур полагал, что этого вполне достаточно. Он больше не позволит, чтобы между ними что-то случилось. Это просто… это не сработает. Если у него и есть… какие-то чувства, ну, они не имеют значения. Этого просто-напросто недостаточно, только не с Фрэнсисом. -Засунь свой член в чей-то другой зад, потому что мой определенно не подходит, — крикнул он, отталкивая сильнее. Фрэнсис попятился, но ухмылка по-прежнему не сходила с губ. Артур отступил, щеки пылали красным, от чувства, что близость француза навредила больше, чем он думал — в наспех надетых брюках у него возникла эрекция. Франция, казалось, точно знал, что произошло и, вместо того, чтобы отойти, как делал до этого, лишь зловеще ухмыльнулся и двинулся вперёд, схватив Англию за запястье, прижимая другую руку к его паху. Англия застыл, напрягся и покраснел сильнее, душа стон, когда ладонь надавила на чувствительную область. -П…прочь! -Angleterre.— И снова это его мурлыканье… Англия боролся с желанием закрыть глаза. Это было его имя, произнесенное настолько непристойно, и в подобной ситуации не приносившие ничего хорошего. -Je ressens la même chose pour toi. Глаза Англии расширились. Несмотря на его показательную ненависть к мужчине, несмотря на его фырканье, когда француз говорил на своём родном языке, Англия умел разговаривать на нём, и фактически мог всё понять. И то, что Франция только что сказал … -Ч…Ты… Что… Слишком шокированный, чтобы отбиваться от приставаний, Англия опомнился только, когда руки мужчины начали лапать его грудь, в результате чего он оказался прижат к телу Франции. -Н.…Погоди, ты, чертов… -Non, Артур, — голос Франции стал низким, рокочущим мурлыканьем, когда он наклонился вперед, глядя прямо в глаза. — На этот раз, будь честен с самим собой, хммм. Я возьму тебя, пока ты не сможешь больше стоять… Последняя сдержанность Англии оборвалась на этом — отскочив, он бросился в объятия Франции, дрожа и нуждаясь. Глаза Франции расширились от удивления, не ожидая настолько бурной реакции, но он быстро возобновил контроль, швыряя Англию к стене и соединяя их губы. -Только слова… и…и никаких действий, чёртова лягушка, — прошипел Англия сквозь поцелуи. Англия и Франция дико боролись за господство, встречались языки и переплетались друг с другом, Франция грыз губы Англии, прикусывая кожу и снова целуя, шустро стаскивая с него брюки. Артур пинком оттолкнул штаны в сторону, одной ногой обвив бедро француза, вжимаясь в него пахом и обхватив Фрэнсиса за плечи, чувствуя, как подгибаются колени от едва сдерживаемого возбуждения. Фрэнсис властно зарычал, одной рукой прижимая его к себе, вторая скользнула сзади, нащупывая задницу, пальцы с восторгом втирались в кожу, чувствуя ее упругость. -Это моё, — напевал он, наклоняясь вперед, чтобы снова поцеловать Артура, лишив его дыхания. Британец уже дрожал — прошло слишком много времени с последнего раза, и он был так близок… — Ты мой, — продолжал Фрэнсис голосом, превратившимся в низкое, собственническое рычание. Англия почувствовал, как его член дергается от этих слов, и издал мягкий стон, встретившись с вызывающе-дерзким взглядом француза. -Т…Ты, наверно, захочешь продолжить, и я не знаю, как долго продержусь, если ты не прекратишь… Получив лишь улыбку в качестве ответа, Англия почувствовал, как длинные, опытные пальцы обхватывают его эрекцию, нещадно лаская. Он выгнулся и застонал, прижавшись к стене и сильному телу Франции, невольно вцепившись в чужие плечи, прежде чем заняться сосанием мокрого пятна на шее, задрожав, когда пальцы еще сильнее сжались. -Ннннн….Фрэнсис…с…стоп…. Не думаю, что смогу…. Вторая рука Франции спустилась к ягодицам, и Англия снова застыл, чувство жжения в паху удвоилось по интенсивности, пока палец медленно, мучительно, скользил вверх и вниз меж ягодиц, массируя расщелину, затем ниже, едва касаясь яичек… -Я только начал, нет никакой необходимости сдерживаться…кончи для меня, Артур… Палец, надавливающий на вершину его эрекции… Застонав от удовольствия, Англия сдался, выгибая спину и неконтролируемо кончая, упав в объятия Франции, задыхаясь и хрипя, пока рука продолжала ласкать член, вторая же раздвигала ягодицы, с трудом проходя через плотное кольцо кожи и мышц. -Фр… Франция….Ах… -О, Артур… — его имя прокатилось во рту Франции, лишь заставляя Англию снова почувствовать себя неудовлетворённым. — Так узко… прошло столько времени… -Прошло, — нерешительно отозвался Англия, не в силах отвести взгляда, но вся неуверенность была смыта явным желанием и голодом, отражающимся на лице француза. Рыча, Англия бросился на него, губы с жадностью встретились снова, языки танцевали в битве, зубы и губы столкнулись; отступая, Франция потянул Англию за собой, задняя часть колен ударилась о матрас, и они рухнули на постель. Англия свалился на него сверху, с ногами по обе стороны от тела Франции, лапая его во всевозможных местах, до которых только мог дотянуться, впившись губами в шею, дегустируя кожу… С протяжным стоном Фрэнсис взмахнул бедрами вверх, используя все свои навыки поцелуев, чтобы оставить столько засосов на британце, сколько сможет, руки снова обхватили задницу Артура, распространяя ягодицы, втирая их эрекции вместе в исступлении. Они перекатились, Франция сверху, а Англия оказался на матрасе лицом вниз, язык мастерски выводил круги на спине. Он вновь становился всё тверже, но это было не так сложно, с запахом Франции вокруг него, наполняя ноздри, как естественный афродизиак… –П…просто сделай уже это, Фрэнсис, — прорычал он, не желая, чтобы кто-то — особенно Франция из всех людей — видел его настолько уязвимым — неважно, что происходило, у него всё ещё оставалась гордость. -О, mais non, Артур… — мурлыканье, язык опустился ниже, к пояснице. — Я хочу наслаждаться этим… Теплые пальцы снова раздвинули ягодицы, и Англия имел только это предупреждение, прежде чем язык Франции скользнул туда, горячий и извивающийся. -Ах! Изо всех сил вцепившись в простыни, Англия откинул голову назад, задыхаясь и чувствуя, как член твердеет ещё больше, отчаянно прижимаясь к простыням. Англия спрятал лицо в подушку, чтобы заглушить громкие стоны, когда теплый язык, умело маневрируя, вылизывал его дырочку, рука ласкала яички, давая мягкие, нежные похлопывания по ним. Ощущения… и Франция, о, он помнил всё о его теле. Самой мысли о том, что, несмотря на все эти годы, француз до сих пор помнил, какое именно чувствительное место необходимо стимулировать, было достаточно для того, чтобы Англия почти кончил снова. -Non, Артур, — мурлыкал Фрэнсис, останавливая своё замечательное проявление способностей, — я хочу услышать тебя… -Б…безмозглый идиот! К…как я мо… ах… — Кусая нижнюю губу, Англия извивался в объятиях, зная, что чем громче вскрики, тем счастливее становился француз, но отказывался… Je ressens la même chose pour toi. Слова эхом повторились в сознании, серьезные и честные. Резко краснея, нуждающийся и смущенный, — сердце трепетало, как проклятая бабочка, — Англия изо всех сил попытался подняться, вставая на четвереньки, но, когда Франция возобновил действия, снова приближая его к завершению, британец отбросил гордость и, вскинув бедра, громко застонал, сосредоточившись на чувстве языка, проскальзывающего мимо колечка мышц … -Твою мать…да! С усмешкой, чуть не заставившей потерять самообладание, Фрэнсис толкнул язык дальше, чувствуя соблазнительный способ, которым мышцы Англии сжимались вокруг него. «Oui, mon amour, — подумал он, его собственная эрекция дрожала от удовольствия. — Именно так»… Рука Франции обхватила член, сжимая и чувствуя, как под ласками укрепляется плоть, скользя пальцами по головке и потирая её, вслепую потянувшись другой рукой к прикроватному столику, куда ранее положил свою смазку. Вскрыв тюбик, он покрыл пальцы свободной руки скользким холодным лосьоном и поднял взгляд от восхитительной задницы перед ним, взглянув на раскрасневшееся и распутное лицо британца. Да, и все это принадлежало ему. -За дело уже, мерзавец, — смог вставить Англия между стонами, оборачиваясь, чтобы увидеть проклятого француза, смотревшего собственническим, похотливым взглядом, от которого вновь бросало в дрожь. Обвинения строились главным образом на целом веке сексуального бездействия, а не на каких-либо чувствах, которые он испытывал… но, конечно, мысль не продлилась. Не с Францией, взирающим на него таким образом. Фыркая по поводу отсутствия терпения у своего Англии, Франция переместился, прокладывая дорожку из поцелуев вниз по спине, чувствуя дрожь, когда добрался до нижней части позвоночника. То единственное местечко было эрогенной зоной британца — он до сих пор помнил это, поэтому набросился на него, поддразнивая маленькую, обычно невзрачную область, покусывая и посасывая, пока она не покраснеет. Реакция последовала немедленно — прогнувшись, Артур упал лицом обратно в подушку, и беззастенчиво застонал, тонкие толчки ломали его тело, пока он изгибался на кровати. Используя это отвлечение, Фрэнсис протолкнул первый палец, мастерски шевеля им внутри, поглаживая и расслабляя напряженные мышцы, пока Артур, когда движения ускорялись, продолжал громко стонать, сыпля ругательствами между вскриками. -Ах…будь ты проклят… хааа… еще… ты, черт возьми...... хннннн Франция толкнул второй палец, расставляя на манер ножниц, поглаживая и борясь против сжатых мышц, застонав, поскольку знал, что будет внутри очень скоро. Так туго — два пальца еле влезли, и Франции стоило больших усилий остановить себя от стонов во весь голос. С двумя пальцами было легче проникнуть внутрь, и с самоотверженностью, не похожей на него, Франция начал потирать всю внутреннюю кожу, зная, что достиг простаты Англии, когда другая страна пригвоздила спинку кровати, пытаясь убежать от исследовавших его пальцев. -Ах… Фрэнсис! Т…там… н…нет! Это слишком… -Столь же чувствителен, как и раньше, mon amour… — напевал он, безжалостно трахая его пальцами. Комбинация слов и движений заставили Англию хвататься за всё, что только можно, для того чтобы сохранить рассудок, особенно когда Франция продолжал двигать пальцами, ни на секунду не позволяя ему смириться с удовольствием, пожирающим изнутри. Каждый толчок заставлял звезды появиться за закрытыми веками, удовольствие, бесконтрольно путешествующее внутри него… Он пылал — не в состоянии вырваться, Артур вцепился в подушку, кусая её, чтобы не кричать, слезы текли по его щекам. Это было так… хорошо -Нет, Angleterre… Тебе запрещено заглушать свои крики… Прекратив, Франция скользнул вверх, прижимая тело Англии к матрасу, убирая подушку из ослабленных рук и оставляя на шее дорожку поцелуев, пальцы до сих пор находились внутри и убирались, стоило тому попытаться обернуться. -Ты ч…чёртов….эксгибиционист…. В ответ на слова Англия получил лишь ухмылку, и вскоре движения возобновились, заставляя забыть обо всем на свете. Он закричал, когда простата была поражена снова и снова, отталкиваясь назад на исследующие пальцы, пока темп не был быстрым и непрерывным, удовольствие закручивалось внутри него, душа, сжигая легкие и заставляя нуждаться в большем… -Н… С…стоп… Фрэнсис… — Англия, едва в состоянии сформировать последовательную мысль, тщетно пытался остановить явно наслаждающегося шоу Францию. — Я хочу … тебя… внутри… пальцев ааах… недостаточно… Франция приостановил движения, почувствовав, как его эрекция подёргивается, и одна лишь сила воли помешала ему кончить. Он быстро перевернул Англию на спину, раздвинув ноги, чтобы полюбоваться на возбуждённую плоть, выступающую вверх, сочащуюся смазкой, подергивающуюся, нуждающуюся и красную. Он планировал попробовать довольно многое, прежде чем заполнить его, а затем ещё кое-что, но понимал, что вполне достаточно дразнил Англию на данный момент. -Перестань пялиться и…и трахни меня уже, лягушка! — Щеки пылали алым, Англия дернул его руку дрожащей рукой, смотря в сторону. — Лучше бы тебе сдержать свое обещание! Развязная, почти глупая улыбка появилась на лице Франции, и едва не украла дыхание Англии. -Конечно, mon cher… обещание есть обещание, в самом деле… И затем он толкнулся, эрекция намного больше и толще, чем пальцы, и это растягивало его — Англия поперхнулся и схватился за грудь Франции, задыхаясь, широко раскрыв глаза, струйка слюны стекла по подбородку, пока он пытался приспособиться к французу. Большой, знакомый, жёсткий и заполняющий его полностью, до такой степени, что он едва мог дышать, едва думал, лишь ёрзал в поисках более удобной позы… -О… да… такой узкий… Артур… — Фрэнсис откинул голову назад, дрожа и экспериментально перемещая бедра, закинув ноги Артура чуть выше и кусая его плечо, чтобы заглушить слишком громкие стоны. Да, это было так же туго, как он помнил, — так же жарко, тело, приспосабливающееся к его собственному точно так же, как и в прошлом. Англия слишком долго избегал секса, но Франция, в конце концов, положительно оценил этот факт. -Ничего, если я начну двигаться, Артур? — спросил он, едва в состоянии остаться неподвижным теперь, когда был внутри…. -Ах… ах… е… если ты не начнёшь д…двигаться… сейчас… Аааах… Клянусь… Я… оторву тебе голову… Сжимая внутренние мышцы, Англия поёрзал, удерживая француза в себе, наклоняясь вперед, чтобы покусывать ключицу, полный решимости наставить как можно больше засосов. Франция задохнулся, ресницы затрепетали, когда он наслаждался теснотой вокруг своей эрекции, заставляющей мурлыкать от удовольствия, а те губы на шее, в тщетной попытке хоть что-то контролировать… В следующую секунду он почти полностью вышел… только чтобы вновь толкнуться внутрь до упора. Англия издал громкое проклятие, поскольку почувствовал, что Франция смещается над ним, начиная с быстрого, тяжелого темпа, не позволяя приспособиться к члену внутри себя, горячему и твердому, и… -Аххххх! Да! Да! Блядь, да! Просто нереальное удовольствие разливалось по всему телу, заставляя непрерывно стонать, обжигая с каждым толчком и подталкиванием, словно его кожа пылала, а внутренности жгло раскалённым огнём, пальцы, впиваясь ногтями в кожу, царапали и сжимали руки Франции. Он скучал по этому — все нервы тела кричали от удовольствия, аромат Фрэнсиса повсюду, сильное и потное тело против его собственного, буквально втрахивая его в матрас… Закатив глаза, Англия позволял голосу становиться громче и громче, прося о большем каждый раз, когда Франция врезался обратно, посылая нервы в короткое замыкание. Это было… -Еще! Проклятье… с…сильнее …. Ах … да … Фрэнсис, сильнее! Повалившись на бок, Англия ахнул, когда Франция раздвинул его ноги еще шире, одну закинув на плечо, другую прижав к простыням, и толкнулся сильнее, почти болезненно попадая в простату… Губы, пожирающие его собственные, пальцы, ласкающие его, пощипывая соски, приближаясь к талии, массируя то самое место … Руки Англии нашли крепкую хватку на спинке кровати над головой, ногти впивались в древесину, приподнимаясь, встречая неровные толчки, припухшие губы распахнулись, снова выкрикивая смесь проклятий и нуждающихся стонов, лишь подстегивающие Францию… Затем руки обняли талию и, к огромному потрясению Англии, Франция поднимал его выше постели, и вес заставил пронзить себя дальше по члену Франции… -Чертпобери, блять… Его спина столкнулась со стеной, и он схватился за более близкую поверхность для помощи, пригвождая стену одной рукой, в то время как Фрэнсис продолжал толкаться, удерживая его сильными руками. Рефлекторно, Англия сжал внутренние мышцы, свободной рукой вцепившись в шею мужчины и толкнув тело вниз, снова встречая ритмичные толчки, ища губами губы француза. Перед глазами всё расплывалось, и Англия перестал осознавать, кому принадлежат крики удовольствия, напряжённо цепляясь за плечи, почти доходя до края оргазма… -Фрэнсис… пр…проклятье… Жмурясь, Англия укусил Францию между шеей и плечом, оставляя засосы, прижимаясь к его телу со всей оставшейся силой, чувствуя достижение кульминации и даже не осознавая, что ладонь мужчины обхватила его член, до того как он кончил. Франция, широко распахнув глаза, наблюдал, как разрумянившийся Англия содрогается в его объятиях, прижимаясь так крепко, что они могли лишь дышать друг другом, липкая влажность покрывала их животы, и, по-прежнему оставаясь внутри, с притяжательным рычанием он отошел от стены, завозившись с дверью, ведущей в коридор. Британец наслаждался оргазмом, крича в шею Франции, разгорячённый и удовлетворённый, голова шла кругом, и зрение затуманилось, не позволяя видеть ничего вокруг. -Ах… Ф…Фрэнсис…? — потрясенный Англия пытался удержаться, чувствуя, что Франция еще не кончил, но ему не дали времени придти в себя, прежде чем снова повернули, — руки на прохладной, гладкой поверхности, — и обнаружил, что смотрит в свое собственное зеркальное отражение. — Чт… Подняв взгляд, он встретил глаза Франции, отраженные на чистой поверхности (одно из его старых, огромных зеркал, хранящиеся в кладовой), наполненные всё ещё неудовлетворенной похотью, и застонал. -Т…ты, развратный… аннн… Новая позиция, с Францией, вколачивающимся в него сзади, послала уже сверхчувствительные нервы Англии в короткое замыкание, а тот факт, что он может видеть нуждающегося, покрасневшего и задыхающегося Францию в зеркале, постыдно возбудил Англию снова в считанные секунды. — Боже… т…так хорошо… Франция хихикнул, задыхаясь, толкнувшись, стремясь снова злоупотребить простатой Англии. -Oui … Ты можешь назвать меня так, если желаешь … Англия не мог ничего сделать, кроме как отчаянно цепляться за зеркало, поскольку Франция, не проявляя никаких признаков сдержанности, с каждым толчком шептал слова поощрения и похвалы в уши Англии, по-прежнему не сбавляя темпа. -Ты такой горячий, Артур… — язык, обводящий контуры уха, жаркое дыхание на потной коже… — Посмотри на себя… так соблазнительно выглядишь… отдался мне, стонешь мое имя, покрасневший и сексуальный… -Ах… ааа, черт тебя… Ннннх… Ногти Англии впились в древесину рамки, поднимая себя вверх, не в состоянии оставить отражение Франции, пойманный его глазами, омраченными похотью и… Это горело в нём снова, сильнее и опасно близко, почти останавливая сердцебиение, и он застонал, дрожа в объятиях Франции, почти рыдая, почти… -Ф…Фрэнсис… я… я… — так близко, так… Наклонившись вперёд, вплотную к спине Англии, Франция нежно поцеловал его в щеку, что-то шепнул на ухо. Глаза Англии расширились от шока, он выгнулся, чувствуя, что очередной оргазм сжигает разум, взрываясь в белой вспышке, и, почти потеряв сознание, упал в объятия Франции. Франция застонал и наконец-то позволил себе кончить, покусывая затылок другого мужчины, глуша длинный, удовлетворенный стон, держась за стену, чтобы не упасть на пол, изнурённый и ослабленный силой своего оргазма. Сглаженная спермой, из Англии выскользнула теперь обмякшая плоть Франции, и оба они стонали от ощущения. -Я сдержал свое обещание, Артур? — мурлыкал Франция, сгребая дрожащее тело в объятия и перенося обратно в постель, натягивая на них одеяло. Англия издал неразборчивое бормотание, уже без сознания. Франция засмеялся, прижимая его к себе, и повторил то, что заставило британца кончить так внезапно в третий раз, прежде чем также закрыть глаза. «Je t'aime, Angleterre».