Под стать

«Уже целых полтора месяца прошло. Информации достаточно, чтобы план был идеальным. И хоть цель моя изменилась, я добьюсь её.»

      Акаши напряжённо вошёл в конюшню. Он глядел на встревоженного Юкимару и прибавлял шагу до тех пор, пока не настиг коня. Сейджуро вспомнил, как нашёл его без обмундирования после выездки. Он окатил Хокори таким литражом бранных слов, что почти потерял самообладание, чтобы произнести их вслух. Но когда до Акаши дошло, что обмундирование на месте, а девушка просто освободила Юкимару, он даже почувствовал некий стыд, что ему не свойственно. Сейчас конь пристально глядел на стойло, где ранее находилась Пиковая дама. Осознав, что её там нет, Акаши едва заметно вздрогнул. Парень схватил за руку первого попавшегося конника и выудил у него информацию о местонахождении лошади. — Увезли её на осмотр, — спокойно ответила Марэ. — А Хокори где? — Сказала, что проведает сегодня старого друга, — в голове Сейджуро всё сложилось и он рванул в часть Токио где располагался клуб «Аллюр».       Парень подошёл к охранному пункту и узнал где именно находится Аризу. Спустя десять минут он уже подходил к «Холму одинокого дуба», как его называли в «Аллюре». Услышав приближающиеся шаги, Хокори взяла себя в руки и приподняла подбородок. — Я бы предпочла остаться одна, — думая на старых товарищей по клубу, произнесла Риз. Но когда она увидела Сейджуро, то неосознанно задержала дыхание.       Парень взглянул на надгробие и едва заметно улыбнулся. Его впечатлила эпитафия. — Я прошу прощения, что ворвался сюда без какого либо разрешения. И прошу прощения за то, что скомандовал тебе отойти от Юкимару тогда, в день когда мы познакомились. Я не знал, что случилось с твоей лошадью. И не знал, что они так похожи, — перед тем, как Аризу подала голос, Акаши прокомментировал её реплику, — конечно, это не оправдывает меня. Раздавать приказы направо и налево, особенно незнакомым девушкам это признак дикого невежества. Я усвоил это, — Хокори сделала полшага назад.       Почему-то сейчас Сейджуро казался ей совершенно другим человеком. Она ощутила это в первый раз, когда он снял её с пьедестала, и вот опять. Он был так искренен, так честен, что она не заметила, как начала опускать голову, слушая его. — Твои извинения приняты, Акаши-сан, — вот-вот дрожащим голосом произнесла Риз. — Прошу, зови меня Сейджуро, и позволь звать тебя по имени. — Х-хорошо… — неуверенно отозвалась Хокори, — Сейджуро. — Видишь ли, Аризу, я пришёл сюда не просто так… У меня есть информация, которой ты должна обладать.       Парень предположил, что серьёзный разлад в отношениях с матерью у Риз начался после того, как погибла Шинко. Сейджуро был уверен, что Аризу винит в убийстве лошади мать, так как Риз получила «недостаточно высокий» балл по английскому, уроки которого ей проходилось иногда пропускать из-за верховой езды. Однако, несколько бессонных ночей и Акаши понял кто на самом деле приложил руку к смерти Шинко. — Что? — едва слышно вымолвила Аризу дрожащими губами. Она не могла поверить в услышанное. Её глаза метнулись к надгробию любимца. Брюнетка из последних сил приподняла подбородок, стараясь сохранять спокойствие. — Ты не потеряешь гордость, если позволишь себе выразить свои настоящие чувства сейчас. Не сдерживайся, — мягко произнёс Сейджуро и проследил за тем, как Риз упала на колени перед надгробием Шинко. Её лицо залило слезами, которые брюнетка старалась закрыть трясущимися руками. Она плакала так сильно, будто до сих пор, не позволяла себе этого. Девушка задыхалась и захлёбывалась слезами почти теряя сознание. Акаши прильнул к ней и обнял за плечи. — Она была ближе всех… В этом мире не осталось никого, кто любил бы меня так же сильно… — дрожащим голосом признавалась Хокори цепляясь за руки парня и крепче прижимаясь к нему. — Не зарекайся, — едва слышно произнёс Акаши.