Во всём виноват Мукуро...

Был прекрасный солнечный день. Не случилась война с другими мафиози, члены Альянса тихо и мирно занимались каждый своей Семьёй, не появился новый сумасшедший учёный, стремящийся захватить мир, а старые были известны и занимались чем-то более мирным. Верде так вообще исследовал Пламя взрослеющих Аркобалено. По этой же причине был занят главный источник проблем Десятого поколения Вонголы – Реборн: даже лучшие киллеры иногда не в силах вырваться из цепких рук безумных учёных, особенно если исследования этих учёных направлены им на пользу. Вендиче бдили, следя, чтобы никто не нарушал законы мафии. В особняке Вонголы был привычный хаос, звуки взрывов не нарушали идиллическую картину (напротив, тишина была бы плохим знаком). Всё было прекрасно, и, как теперь понимает Гокудера, даже слишком прекрасно. Первым тревожным звоночком стало то, что босс вышел на завтрак не в костюме, с которым, казалось, сросся за те несколько лет, что управлял Семьёй, а в обычной повседневной одежде. Савада Тсунаёши уже так давно не надевал джинсы и футболки, что этим приковал к себе всеобщее внимание. Такеши рассмеялся: – Ого, Тсуна, ты что, решил, наконец-то, расслабиться? По губам босса скользнула нехарактерная для него лукавая улыбка: – Точно. Мне кажется, я немного засиделся со всеми этими делами. – Зверёк вспомнил, что он не офисный планктон? – полюбопытствовал Кёя, редко задерживающийся в особняке, но именно сегодня приехавший отчитаться в выполненном задании. С некоторых пор все связи с якудза были на нём. – Можно сказать и так, Кёя-кун. Это было вторым звоночком, но на нехарактерное для босса обращение не обратил внимания никто, даже сам Хибари. Завтрак прошёл относительно мирно, и только босс на творящийся беспредел (капризничающий Ламбо снова напугал чем-то И-Пин, отчего Такеши пришлось быстро уносить девочку прежде, чем бомба Пинзу взорвалась, Гокудера опять поругался с Рёхеем, Хибари медленно зверел от массового нарушения дисциплины за завтраком) поглядывал с неожиданным спокойствием и даже некоторым удовольствием. Хаято подумал, что у Джудайме, наверное, прекрасное настроение: даже перестав так сильно паниковать, как в первые годы их знакомства, Десятый по-прежнему нервничал и обречённо закатывал глаза, когда Хранители начинали развлекаться, и пытался как-то стабилизировать хаос вокруг себя и проследить, чтобы никто не пострадал. Сегодня Тсуна спокойно завтракал, позволяя другим решать возникающие проблемы. С лица его не сходила знакомая, но почему-то казавшаяся Хаято неуместной улыбка. Следующим звоночком стал приезд в особняк злющего босса Варии. Нет, распахивающий двери пинком ноги Занзас был уже привычен и идеально вписывался в обстановку. Приездов Скайрини, вечно чем-то недовольного и пытающегося вытрясти что-то из Десятого, даже не хватало, когда у босса Варии случались какие-то внутрисемейные проблемы. Ямамото вот сразу привычно отвлёк на себя Скуало, заманив в тренировочный зал. Непривычным был ответ Джудайме на грозный рык Занзаса: «Мусор, ты охренел?» Во-первых, потому что традиционный вопрос в этот раз прозвучал не в традиционном месте встречи, кабинете босса, а в саду. Во-вторых, потому что развалившийся на травке с какой-то книгой Десятый поднял голову и почти равнодушно спросил: – И что тебя на этот раз не устраивает? Теперь охренел уже Занзас. От дёрганного, по старой памяти его опасающегося и вечно заваленного бумагами Савады он такого ответа просто не ожидал. – Мусор, какого хрена ты свалил на меня эту туеву кучу заказов? Тсуна зевнул: – Это всего лишь двухнедельная норма, которую выполняют обычно мои Хранители. Или ты хочешь сказать, что Варии слабо справиться с тем, что делают сопляки вроде нас? Какое-то время босс Варии озадаченно разглядывал нетипичного Саваду. Возмущаться и отказываться дальше было бы глупо – Десятый поставил вопрос так, будто интересовался их профпригодностью, и Занзас не собирался дать возможность мальчишке утверждать, что эти молокососы чем-то превосходят его отряд. – Мусор! А своих ты чем собираешься занять? – О, – чарующе улыбнулся Савада, – поверь, в ближайшее время у них появится много-много дел. Если увидишь, как они носятся, паникуя, по всей Италии, не удивляйся. – Что ты задумал? – подозрительно поинтересовался Скайрини, прекрасно помня, кто был репетитором этого недоразумения и как Реборн повлиял, например, на чувство юмора Коня, тоже изредка устраивающего встряски мафиозному миру. – Ничего, – демонстративно уставился в книгу Тсуна, – просто хочу немного расслабиться. – Если из-за твоих шуточек пострадает Вонгола… – Ну что ты, никакого ущерба интересам Семьи. Я же не враг себе. – Смотри мне, мусор, – пригрозил напоследок Занзас и, сообразив, что Савада не собирается отрываться от книги, ушёл: скандалить стало неинтересно. Так быстро их споры ещё никогда не заканчивались. День шёл своим чередом, и Хранители далеко не сразу сообразили, что что-то не так. – А! Глопудера, отдай мои бомбы! – Заткнись, тупая корова! Ты в очередной раз едва не подорвал дом! Если Джудайме увидит это… – А-ха-ха, это было экстремально шумно! Не думаю, что он не заметит! – Травоядные, – раздалось негромкое по коридору, и на мгновение стало потише. Но тут Ямамото рассмеялся, хлопнул Кёю по плечу («Чёртов самоубийца», – подумал Хаято) и радостно заявил: – Да брось, Кёя! Весело же! – Весело? – с пугающей интонацией переспросил Хибари, и Гокудера представил, как будет посещать могилу бейсбольного придурка, погибшего так глупо, когда мимо них с невозмутимым видом прошёл Десятый, что-то напевая. – Джудайме, я всё объясню! – безуспешно попытался закрыть спиной подорванную стену, образовавшую новый проход в гостиную, Хаято. – Да всё в порядке, Хаято-кун, – отозвался тот, даже не обратив внимания на окружающих, и пошёл дальше, провожаемый подозрительными взглядами. – Вам не кажется… – задумчивым тоном начал Ямамото. – Что с Савадой что-то экстремально не так? – закончил Рёхей. – Почему это глупый Тсуна даже не посмотрел на нас?! – возмутился Ламбо. – И на завтраке был очень тихий… – Может, что-то случилось? – Что могло случиться такого, что Джудайме нам не рассказал? Хранители переглянулись. В воздухе стал ощутим запах новых приключений. – Надо выяснить, что случилось с Тсуной! – А может, просто спросить? – робко поинтересовалась Хром, но услышана не была. Стоявший за поворотом Савада неспешно пошёл дальше. С губ его не сходила улыбка. Весь день Хранители занимались тем, что пытались поймать босса на какой-то тайне, но Савада только читал книги, спал в саду на солнышке, и даже играл в компьютерные игры, к которым не прикасался уже несколько лет. Навязчивое внимание Хранителей он стойко игнорировал или ловко нагружал их какой-нибудь работой, мешающей слежке. И тогда, поняв, что травоядные как всегда не могут справиться сами, за дело взялся Хибари Кёя, поступивший, впрочем, ожидаемо: – Я хочу сразиться с тобой, зверёк. – Давно не тренировался, Кёя-кун? – с ленцой отозвался ничуть не впечатлённый Тсуна, что Хибари не понравилось совершенно. А когда Кёе что-то не нравилось, у тех, кто вызывал его неудовольствие, появлялись тяжкие телесные повреждения. – Ух, ты! – пригнулся Тсуна, пропуская тонфа. – Ну, можно и размяться. Наблюдающие с безопасного расстояния Хранители многозначительно переглянулись: Савада даже не стал причитать, что они разрушат гостиную. И только следя за боем, Гокудера почувствовал, как в его голову закрадываются страшные подозрения: босс только уворачивался, не призывал Пламя, хотя Хибари вовсю использовал своё, не дрался в знакомой и уже привычной манере… – Мне кажется, или… Летевшую в голову тонфа блокировал трезубец. – Оя-оя, не удержался, – прокомментировал Тсуна и даже пожал плечами. – Рефлекс. – Ты! – выскочил Хаято. – Рокудо Мукуро! – Надо же, не прошло и полжизни, – ухмыльнулся иллюзионист, захвативший тело Десятого босса Вонголы, – вы всё-таки заметили! Ну, раз такое дело, то мне больше не нужно сидеть здесь и можно пойти развлекаться. – Травоядное, я тебя не отпускал. – А я и не собирался спрашивать разрешение. Впрочем, – Мукуро в теле Тсуны уселся на диван и сделал приглашающий жест, – можешь продолжить. Больно всё равно будет Тсунаёши-куну, так что я даже не буду сопротивляться. – Камикарос! – Стой, Хибари! – с двух сторон Хранителя Облака одновременно удерживали Такеши и Рёхей. Тсуна только рассмеялся, подперев щёку рукой. – Какого чёрта, Мукуро? – прошипел Хаято. – Я думал, ты на нашей стороне! – Какой наивный мальчик, – ухмыльнулся иллюзионист. – Я всегда остаюсь только на своей стороне. И ещё я всегда выполняю свои обещания. – Немедленно оставь босса в покое! – Ммм… дай-ка подумать… Нет. – Лучше бы тебе всё-таки оставить тело Тсуны и вернуться в своё, – нахмурился Такеши. – Мукуро-сама, – робко позвала Хром, – пожалуйста. – Даже ради тебя, моя милая Наги, я не покину это тело раньше, чем получу то, зачем пришёл. – Мы не собираемся идти у тебя на поводу! – возмутился Хаято. – Ты должен освободить Джудайме из-под контроля, иначе… – Иначе что? – ухмыляясь, спросил Рокудо. – Чем вы можете мне угрожать? Моё тело и так в Вендиче, ничего страшнее вы не придумаете. Если попытаетесь изгнать меня из Тсунаёши-куна, ущерб будет причинён именно ему. О, и разумеется, вы не можете обратиться к какому-нибудь другому иллюзионисту, если не хотите показать, как слаба Вонгола, раз Десятого смог захватить его собственный Хранитель Тумана. Он был чертовски прав, и, переглянувшись, Хранители осознали, что у них нет выбора. – Чего ты хочешь? – мрачно спросил Хаято. Мукуро в теле Тсуны сладко улыбнулся: – Ничего. Я ведь уже сказал, что собираюсь развлечься. Счастливо оставаться! – похлопав его по плечу, прошёл мимо парень. – И что теперь? – озадаченно спросил Рёхей. – Мы же не можем просто позволить ему делать, что захочется. – В прошлый раз Джудайме сделал так, что Рокудо не мог управлять захваченными телами и был вынужден их покинуть, – нахмурился Гокудера. Хибари многозначительно хмыкнул. – Но сейчас это не выход! – поспешно добавил Хаято. – Нам нужен здоровый босс, чтобы другие Семьи ни о чём не узнали. А если мы начнём его лечить сразу, Мукуро может просто дождаться полного выздоровления, не покидая тело. – Как он вообще смог захватить тело Тсуны? – задал важный вопрос Такеши. – Хром? – Я не знаю, – сжалась девушка под тяжёлыми взглядами. – Мукуро-сама может захватывать тела только тех, кого оцарапал трезубцем. – Никаких тренировок у них не было, значит, он сделал это тогда, когда Тсуна не мог ему помешать… – Он что, оцарапал его во сне? Напасть на босса в такой момент, как это на него похоже! – возмущению Хаято не было предела. – Проблему это не снимает, – заметил Ямамото. – Что будем делать? – Мы должны найти способ выгнать его из тела Тсуны! – И проследить, чтобы в это время Мукуро ничего не натворил. Страшно представить, что он может сделать, используя его тело. – Этим займусь я, травоядные, – категорично заявил Хибари. – Э, нет! Проследить могут Рёхей и Хром, ей-то Мукуро точно ничего не сделает, – поспешил вмешаться Хаято, примерно представляющий, чем может закончиться инициатива Облака, – а вот вам с Ямамото предстоит отправиться в Вендиче. – В Вендиче? – удивился Такеши. – Насколько это разумно? – А что, есть другие варианты? Так мы хотя бы можем обменять тело Мукуро на тело Джудайме. – А чем в это время займёшься ты? – Займусь делами босса, кто-то же должен проследить, чтобы ничего не случилось, и буду искать другие способы освободить Джудайме. – А мы что будем делать, Глопудера? – влез Ламбо. – Ну… Будете искать вместе со мной, – со вздохом принял на себя тяжёлую ношу заботы о детях Хаято. – Смотри, как забегали, – усмехнулся подслушивающий Мукуро. – Есть предпочтения, с чего начнём, а, Тсунаёши-кун? – услышать ответ мог только иллюзионист, и, видимо, слова Тсуны его повеселили. – Значит, я выберу сам.

***

Спустя сутки Хаято вдруг осознал, что и не представлял, как много дел на себя взвалил Джудайме. Он просто тонул в этом бумажном кошмаре, едва успевая справляться с самыми срочными. Вздохнув, он набрал номер Такеши. – Как успехи? – Торгуемся, – лаконично отозвался Хранитель Дождя, наблюдая за попытками Кёи забить Вендиче. – Ещё немного и мы с Хибари их переубедим. – Понятно, – отозвался Хаято, слышавший этот ответ раз в четвёртый. Следующей он позвонил Хром. – Как дела у вас? – Мукуро-сама посетил все музейные выставки Палермо, побывал на фестивале мороженного, поучаствовал в уличных гонках, – отчиталась девушка. Гокудера почувствовал, что у него задёргался глаз. – Ты уверена, что это он, а не иллюзия? – Да. – Чёрт-те что, – пробормотал Хранитель Урагана. – Он что, действительно собирается развлекаться? – Мукуро-сама как-то говорил, что почти ничего не знает о том, как отдыхают обычные люди, – робко заметила девушка. – Но это же не повод захватывать тело Джудайме! Нет, за этим наверняка что-то стоит… какой-то хитрый план… Продолжайте слежку. Когда в кабинет вносят новую стопку очень важных и срочных дел, Хаято утыкается лбом в стол и бормочет: – Мне вас как никогда не хватает, босс, – как Правая рука он, конечно же, помогал Тсунаёши, но и не представлял, сколько всего Савада делал сам. Необходимость контролировать действия других Хранителей всё только усложняла. – И как вы со всем этим справлялись в одиночку? Когда спустя ещё двое суток (Мукуро за это время посетил казино, элитный бордель – только чтобы выспаться, фестиваль поклонников вселенной «Звёздных войн») Хибари сбросил на диван тело бессознательного иллюзиониста, Хаято больше напоминал зомби. Впрочем, «беседа» с Вендиче тоже не лучшим образом сказалась на состоянии Такеши и Кёи, да Рёхей давно уже не фонтанировал энергией. – Хром, будь добра, передай Мукуро наши условия… – Ку-фу-фу, – довольный жизнью иллюзионист появился в кабинете и нисколько не смутился от убийственных взглядов остальных Хранителей, изрядно за эти несколько дней вымотавшихся, – надо же, какая прелесть! За пять лет нашего сотрудничества вы всё-таки додумались вытащить меня из тюрьмы, и мне почти не пришлось прибегать ради этого к шантажу! – он стёр невидимую миру слезу умиления со щеки, – вот теперь я готов поверить в нашу дружбу! – Верни нам Джудайме, – мрачно потребовал Хаято. – Конечно-конечно, – ухмыльнулся иллюзионист. – Получите вашего Десятого и распишитесь! Если кто-то и надеялся забить до смерти Мукуро, вернувшегося в своё тело, то его ожидания не оправдались – иллюзионист исчез за секунду до того, как Тсунаёши открыл глаза. – Босс, вы в порядке? – налетели на него Хранители. – Он ничего не сделал вам? Мы поймаем Мукуро и вернём его обратно в Вендиче! Тсуна расслабленно улыбнулся: – Нет-нет! Не стоит волноваться: всё хорошо. В жизни так круто не отдыхал! – каждый из Хранителей вдруг почувствовал себя очень глупо после этих слов. – Так что я запрещаю вам что-то делать Мукуро. После разрушенной стены особняка, – серьёзный взгляд остановился на Хаято, Ламбо и И-Пин, – испорченных отношений с Вендиче, – посмотрел он на Хибари и Ямамото, – а также ссоры с несколькими наследниками наших союзников из Альянса, – ещё один укоризненный взгляд достался разошедшемуся во время слежки Рёхею, – его шуточка кажется мне самой безобидной. – Но босс… – как-то робко попытался оправдаться Хаято. Тсуна хлопнул ладонью по подлокотнику кресла: – Ничего не хочу знать. Мукуро всё ещё остаётся Хранителем Тумана, и кое в чём он был абсолютно прав: мы давно уже должны были ему помочь. А сейчас я бы хотел выспаться после столь насыщенных выходных, чего и вам всем желаю, – добавил Десятый, обратив внимание на посеревших от усталости Хранителей. В тишине своей комнаты Тсуна с блаженной улыбкой развалился на кровати, когда над ухом кто-то рассмеялся знакомым фыркающим смехом: – Ну, что, Тсунаёши-кун, доволен? – Ещё как! – сияя глазами, повернулся он к вторженцу. – Знаешь, Мукуро, ты был прав: я нисколько не пожалел, что согласился пойти с тобой на свидание!..