School of killers

В ушах словно были беруши, сквозь которые звук отдавался только тихими отголосками, будто вибрацией. Уже безжизненное тело вместе со стулом упало назад и брызги крови отлетели на белоснежное платье держащей свою любимую игрушку девочки. Мужчина отпустил руку ребенка, а та, подняв голову, медленными шагами шла навстречу сестре. Соен упала на колени и не знала как реагировать. Девочка не отрывала взгляда от родного человека и наконец подошла. — Кирён… — шепнула брюнетка, подняв руку, чтобы прикоснуться к шелковистым волосам сестренки. Но та оттолкнула ее. Соен задержала дыхание, ведь этот жест был как ножом по сердцу. Так резко заболела грудная клетка. — Ты бросила меня, — темп произнесенных слов нарастал с бешеной скоростью — бросила меня в больнице, когда я в тебе так нуждалась! — Я не… Кирён не стала слушать сестру, а развернулась и вышла за дверь, идя в каком-то, известном только ей, направлении. Феликс поднял словно обездвиженную Соен с пола и оставив ее, ринулся за девочкой. Как только дверь за ним захлопнулась, Пак будто очнулась. — Да что моя семья тебе сделала?! — ствол полетел в директора, но мужчина уклонился и пистолет с глухим стуком ударился о стену и упал, — Может, и родители мои живы?! У меня нет сомнений, что Вы причастны к их смерти. — Ты должна задаваться вопросом, почему именно я причастен, — усмехнулся Ким и махнув рукой своим подопечным, вышел из помещения. Мистер Че и бугай за ним. — Что же мне еще придется пережить? — кинув взгляд на труп Джемин, она продолжила, — Ты такого не заслужила, я знаю. Вздохнув, Соен захлопнула железную дверь и пошла на выход из школы, обещая себе, что больше никогда не зайдет в эту комнату. Ни под каким предлогом, никогда и никак. *** Феликс догнал девчонку и остановил, присев перед ней на корточки. Она плакала. — Ты чего ревешь? — Если я скажу — всем будет больно, — девочка терла руками глаза. — Ты можешь мне доверять, — тепло, что несвойственно для блондина, шепнул он. — Этот дядя сказал, что если я буду всячески игнорировать сестру, он ее не тронет. Директор говорил, что если я кому-то что-то расскажу, он будет ее обижать. — Так, идем, — Ли взял Кирён на руки и понес в сторону комнаты старшей сестры. *** — Это еще кто? — Гахи вскочила с кровати, ошарашенно смотря на ребенка. — Младшая сестра Соен, — сказал Ликс и потер двумя пальцами переносицу, — посиди с ней, мне надо кое-кого найти. *** Сидя на холодной траве заднего двора учебного заведения, девушка отрывала от несчастного цветка замерзшие лепестки. Она рассуждала вслух и будто не чувствовала медленно окутывающий ее кожу мороз. — Значит, Джемин все время сохла по сынку директора. А этот индюк ее подкупил тем, что устроит все и сведет с Сынмином, воспользовался ей в качестве коллектора и подставил. Верно, он не считается с тем, что делает. Для него люди — перчатки, которые можно менять постоянно. Жизнь для него — ничто. На плечи упала тяжелая куртка. — И мы найдем все доказательства его причастности, я тебе обещаю. — Ты пойдешь против своего отца? — повернулась брюнетка и заметила на лице парня грустную улыбку. — Я когда-нибудь должен был сделать это. Пришло время. А теперь пошли в школу, здесь мороз лютый. — Где моя сестра? — вставая, спросила Соен. — Гахи ее должна была уложить спать у вас в комнате. Пара направилась на третий этаж, в западное крыло. То, что их связывает, трудно описать словами. Соен кардинально меняет Феликса, сама того не подозревая. Теплый голос, раскрытие истинных чувств и улыбок — что-то невообразимое для блондина. Холодный, не преступный словно скала снаружи, но внутри него горит огонь. Самое горячее пламя. Ли понимает, что все больше и больше раскрывается ей. И не жалеет. Он чувствует рядом с ней себя собой и может не притворятся. Прекрасно понимает, что именно эта девушка примет его таким, какой он есть. Примет ужасным человеком. Примет тем, кто убил сотни людей, кто забивал стрелы в сердца. Голову кружит, когда видит Соен рядом с собой, жуткий собственник в душе не дает покоя, а руки так и тянутся обнять, но не на глазах у всех. Ликс не знал как это назвать… Точно не привязанность, он не умел привязываться к людям. «Кажется…я люблю ее…» *** «Сынмин, я знаю, что я, возможно не вовремя, и у вас и так там проблем по горло, но мне нужна действительна твоя помощь.» — гласило письмо, пришедшее к Киму на почту. «Джисон? Куда ты пропал? Гахи места себе не находит, что еще за приколы с прощальными письмами?! Ревет целыми днями» — ответил шатен. «Хенджин. Мне нужна вся подноготная. Прости, но чем быстрее ты найдешь информацию о нем, тем быстрее я вернусь. Мне пора идти, жду информацию в любое время. И ни слова Сон, ясно?» «Окей. Семьдесят два часа в лучшем случае». Открывая специальную программу, где высвечиваются несколько экранов с записями видеокамер, он кликает на одно из окон. — Кирён, детка, закрой глазки. — выстрел. После этого парень нажал на паузу, так как в голове отдавалось «Я всего лишь безответно любила. Сынмин, а он так и не обратил на меня внимание…» — Он же обещал никого не ввязывать, твою мать, — Сынмин закрыл лицо руками, — прости меня, Соен, я перед тобой так виноват. *** — Я так понимаю, сегодня я ночую здесь? — спросила девушка, зайдя в комнату, в которой была раза два от силы и толком разглядеть все не успела. — Как хочешь, — плюхнулся на кровать Феликс. Комната была больше, чем у других, оснащена телевизором, красивым письменным столом, который в свою очередь был абсолютно пуст, балконом и главным — двухспальной широкой кроватью с шикарной резьбой на изголовье. — Тут очень красиво. — Мне тоже нравится, — сказал парень, прикрыв глаза. Пак не знала, что делать и решила просто прислушаться к сердцу. Сняв с себя куртку, она повесила ее рядом с дверью на крючок, а затем скинув ботинки, подошла к кровати и легла рядом с Ликсом, приобняла одной рукой и положила голову блондину на грудь. Он не ожидал, но вида не показал, а лишь погладил ее по спине. — Я же не одна это чувствую? Когда это началось? — тихо спросила она. — Не знаю, но точно не одна. — Давай забудем обо всем на несколько минут и просто поговорим на постороннюю тему, которая будет не давить на голову и итак расшатанные нервы? — Так ты предложи тему, — усмехнулся парень. — Трудно, — девушка впервые за несколько дней посмеялась, — Хотя… Она замолчала. — Так что? — Феликс приподнял голову, открыл глаза и встретился со светящимся взглядом Соен. — Я не знаю, правильно ли это, — она вмиг оказалась на бедрах блондина, что внимательно ее разглядывал, стоя на локтях, — но я делаю то, что подсказывают чувства. Феликс не дал ей опустится к его лицу первой, поэтому сам сел и, взяв ее за талию, наконец припал к желанным губам. Оторвавшись, он сказал: — Давай сначала сделаем, а потом будем сожалеть. Поцелуи были страстными, такое чувство, что они ждали друг друга вечность. За пеленой желания в глазах обоих искры стреляли, а кровь била в голову с бешеной скоростью. — Я никогда не буду об этом сожалеть, — шепнула Соен с придыханием. Воспользовавшись моментом, Феликс сдернул с себя футболку и кинул куда-то в сторону. Запустив руки под кофту Соен, она вздрогнула от горячих прикосновений. Потихоньку одежда куда-то девалась и оба остались практически без нее. Девушка все еще смирно сидела на его бедрах и обнимала, в то время как он целовал шею и оставлял метки, чтобы после все видели, что она — только его. — Ты прекрасна… Воспоминание стрельнуло в разуме. — Феликс, стой, стой, — она взяла его за лицо и посмотрела в глаза, — в тот раз…тогда в мотеле, ничего же не было? — на глазах появились маленькие слезинки. — Ты что? Нет конечно. Ей стало легче дышать, а его рука провела кончиками пальцев по позвоночнику. Прикосновения чувствовались особенно горячо. Глаза Феликса будто въедались в ее, что девушка просто не могла оторвать взгляда, как завороженная. Ли сводил с ума близостью и умопомрачительным запахом. Чувствовать своей промежностью крепкие мышцы бедер ей было непривычно и стыдно. А еще восхитительно приятно и возбуждающе, отчего она льнула к парню, пытаясь почувствовать его сильнее. Брюнетка почти не проявляла инициативы, стесняясь своей неопытности и позволяла ему целовать так, как ему нравилось: глубоко и влажно. Феликс прекрасно это понимал, по ее некоторой скованности. Ли перевернул девушку и навис сверху. Она до трясучки боялась смотреть вниз и ее щеки краснели, но все до дрожи нравилось. Ровно до того момента, как тело не пронзила резкая боль. Соен рвано выдохнула. — Тише, тише… — пытался сделать все как можно аккуратнее, шепнул Феликс. Вскоре по комнате раздавались сдержанные стоны и выдохи. В комнате было невыносимо душно и такое чувство, что все в действительности пропахло любовью. Обессиленно упав на кровать, брюнетка моментально уснула. Большой стресс и усталость дали свое. А Феликс еще очень долго перебирал ее волосы и зачарованно глядел на спящую красавицу. Его красавицу.