from cold to understanding

Чёрные тучи давно покорили некогда девственно-чистое небо, погружая всё пространство в темноту, и делая мир невероятно неприветливым. Мощные струи дождя ниспадали сплошным потоком, будто стеной, скрывая окружающий мир. Тяжёлые капли яростно били по лобовому стеклу машины, оркестром разбивались по крыше автомобиля. Дворники отчаянно пытались справиться с природой, но их сил не хватало, а её натиск был слишком велик. Сверкнула яркая молния, на миг, освещая пространство, а потом также быстро исчезла, оставляя после себя оглушающий и вездесущий, мощный гром, распространяющийся невообразимо тяжёлым полотном звуков, которые заставляют сердце сжиматься от резкого испуга. Как будто там, в небе есть тот, кто, не переставая, бьёт огромным молотом по наковальне. Человеческое сердце с замиранием ожидало баса от лая электрических псов, пробегающих стайкой мимо, и разгоняло приятное, трепетное чувство по груди, тянуло вниз, заставляя дыхание колебаться. Земля и небо смешались воедино, и только яркие вывески города, светофоры и вестники грозы придавали улице прежний вид прогресса человечества. Капли падали на стекло и стекали вниз причудливым танцем, наблюдать за подобным занимательно, это как антистрессы, которые были популярны лет пятнадцать назад. Рэйчел наклонилась головой к окну, благо ровные дороги позволяли не остаться с ушибом головы, а стекло совершенно не вибрировало, и она наблюдала за движущимся миром и каплями, изредка повторяя их траекторию на холодном стекле пальцем, оставляя легкий след тепла от человеческих рук. Рваный вздох разрушил абсолютную тишину в машине. – Детектив, – раздался голос Коннора, атмосфера вне транспорта была настолько громкой, что человеческое ухо еле различало посторонний звук, – Вас что-то беспокоит? – взгляд карих глаз на секунду задержался на женщине, а потом вернулся к дороге, ведь в подобную грозу нужно быть очень внимательным, чтобы не попасть в аварию. – Я просто думаю о том, как нам проникнуть в тот клуб, – достаточно бодро протянула в ответ Рэйчел, будто бы вовсе не её хандрило из-за погоды секунду назад. Она потянулась к бардачку, вытаскивая записную книгу на время расследования, и тихий шорох страниц присоединился к их разговору, – У нас совсем мало информации, – она прикусила губу, с сомнением прочитывая пометки, – я не знаю, что делать, если улики так и не обнаружат, а поход к Бэйкеру и в клуб ничего не даст. Что это за человек невидимка? Не может же быть, чтобы он не оставил ни следа, наверняка, мы просто не заметили, – ногти от напряжения принялись отбивать ритм по кожаному переплету записной книжки. – Не стоит так быстро сдаваться, – попытался приободрить робот собеседника, но прозвучало это крайне нелепо и неуместно в данный момент. – У нас ещё есть дневник Джастина Бэйкера. Я уверен, если мы проявим больше настойчивости, то у нас все получится, – он даже на секунды приподнял уголки губ в слабой улыбке, и плавно повел машину к бордюру. – Ты где эти фразы откопал? Они уже давно не популярны, – с доброй усмешкой спросила она и покосилась на довольного андроида. Машина остановилась у ухоженного дома с газоном и гномиками в красных шапочках, если она правильно идентифицировала эти фигуры. Они переглянулись, и женщина напоследок поправила волосы, прежде чем выйти из машины. Зонт моментально заскулил под напором ветра и косых летящих капель, намереваясь вырваться из рук держащего его, и наклоняясь из-за потока воздуха то немного влево, то вправо. Воды на дороге оказалось так много, что подошва её оксфордов почти полностью потонула, она с жалостью оглядела свою обувь, надеясь, что после подобного они не размокнут. Коннор обогнул автомобиль и поспешил к детективу забрать зонт из её рук, и теперь сам удерживал его, освобождая человека, по его мнению, от такой тяжёлой работы, она поблагодарила его и поспешила к дому, чтобы андроид не стоял под дождем просто так. Навес над крыльцом защитил их от непогоды. По бокам дверей на небольших крючках висели аккуратные горшки с ухоженными цветами, которые своими зелёными листьями-руками тянулись к крыльцу парадной двери. От бутонов нежно-пастельного разового цвета исходил приятный запах, который, не смотря на дождь, ловко забирался через ноздри глубоко в легкие, оставляя приятный осадок свежести и мягкости. Рэйчел нажала на дверной звонок, подмечая, что район, в который они прибыли достаточно благополучный. За изучением внешнего вида парадной она пропустила тот момент, когда дверь открыла женщина. Она была красива, с благородными чертами лица, даже морщины не портили ее кожу, лучистые глаза с интересом осматривали гостей, маленький рот изогнулся в приветливой полуулыбке. Сильнейший контраст с Мартой Коллинз. Детектив представилась сама и представила андроида, который склонил голову в знак приветствия. Женщина поспешила пропустить их в дом и засуетилась вокруг следователей, принося извинения, за то, что так долго держала их на улице под проливным дождем. Даже стало как-то неловко. Жена Эйдена Бэйкера, Виктория Бэйкер, провела их в гостиную, в которой находились двое: отец и маленький сын; они играли в самолётик: ребенок сидел на плечах у родителя и звонко смеялся. Увидев жену и следователей, Эйден сначала замер под недовольные возгласы ребенка, а потом, осознав все происходящее, попросил супругу заняться сыном, и провел гостей на кухню, закрывая за собой дверь. Это был мужчина лет сорока с черными глазами и орлиным носом, имеющий едва заметные признаки лишнего веса. Странно, даже рост совпадал с установленным портретом подозреваемого. Вообще довольно глупо вот так вот сразу определять виновность человека, без явных доказательств, тем более только начав беседу с ним, но статистика говорит, что родственники жертв чаще всего оказываются убийцами. В нынешнее время не все люди привыкли делиться личной информацией с обществом, верных друзей заменили андроиды, а многие не владеют навыком социализации, привыкнув к бездушным технологиям, окружающих их и сопровождающих повсюду машин. В полицейской практике довольно много случаев братоубийства. Рэйчел и Коннор присели на стулья за большим круглым столом. И вновь они представились, а мужчина открыл настенные шкафчики, вытаскивая стаканы и виски. – Я был потрясен, когда узнал, что Джастин умер, – не оборачиваясь, вымолвил он, разливая жидкость по стаканам, а она плавно ударялась о стенки, раскачиваясь и отдавая блики при свете комнатной лампы. – До последнего не верил, пока не увидел его тело, – и, склонив голову, передал стакан детективу, сев напротив, и поглаживая кончиком пальца каемку своей посуды. Взгляд детектива невольно бросился к безымянному пальцу левой руки мужчины. Сейчас на нём супружеское кольцо, но видна потёртость кожи – кольцо маленькое для пальца и каждый раз, когда мужчина снимает его, он снимает и часть эпидермиса, а происходит это довольно часто, судя по ранам. Ногти ухоженные, следит за своим внешним видом. Интересно, для работы или иного развлечения за пределами дома? То, под каким углом он держит запястья, наводит на мысль – его работа связана с компьютерами, он − офисный работник, также нельзя не заметить большое количество лопнувших капилляров в глазах и в целом покрасневшие белки. Это не слёзы так подействовали на слизистую оболочку зрительного органа, так как припухлости вокруг глаз от соли, содержащейся в слезах, отсутствуют. – Мои соболезнования, – детектив постаралась вложить в эти слова как можно больше сожаления, ведь это может задать ход разговора дальше, стоит расположить человека к себе, и вызвать доверие. – Я понимаю, как Вам сложно, но мы вынуждены задать вопросы. – С утра в вопросах, – усмехнулся мужчина и сделал глоток спиртного. Край сознания уцепился за эту фразу. Что он мог делать с утра, если прибыл в участок ночью. На работе он, скорее всего, взял отпуск по причине горя в семье. С кем он мог встречаться утром? – Один из свидетелей, – начал за детектива Коннор, – упомянул, что видел, как Вы подъезжали к дому Джастина Бэйкера за пару часов перед его смертью, – по какой-то причине его голос стал холодным, а взгляд пристальным, что насторожило женщину. Машина стойко смотрела в глаза человеку, будто бы безошибочно определила, что он что-то знал, и ждала, когда человек сознается, весь этот взгляд был пропитан каким-то недоверием и подозрительностью. Коннора с самого начала насторожило это место, слишком щепетильная правильность для иррациональных людей, семья ведёт себя, как с американских плакатов 60-х годов прошлого века, где активно использовалась пропаганда семейных ценностей — улыбки, некая чопорность, как будто жизнь проста, а кроме семьи человеческому существу ничего и не нужно. Его зоркий глаз провёл анализ внешнего вида Эйдена, и всё говорило о том, что он что-то скрывает. Его движения немного нервные, и это можно было бы назвать последствием смерти близкого родственника, но его сердце ускорило ритм, пульс быстрый для человека прибывающего в горе, он скорее боится чего-то, чем испытывает боль утраты. Невербальный язык тела невольно выдает хозяина – обычно в печали плечи человека опущены, спина выглядит сгорбленной, поза образует некий купол, как будто щит от окружающего мира, но плечи этого мужчины скорее напряжены, он сидит ровно и прямо, как стержень. Голос мужчины на секунду дрогнул, а потом с силой вернулся в прежнюю тональность, он даже не поддерживал зрительный контакт с детективом, посчитав алкогольный напиток интереснее. Коннор просканировал алкоголь, который передали его человеку, и отметил, что оно нездешнее, а в составе множество инородных частиц, которые могут нанести организму огромный ущерб. Это как раз подходит для того, чтобы отправить человека, если не в могилу, то на больничную койку, и поэтому он ладонью отодвинул от Рэйчел стакан в сторону, и подметил, что виски в стакане Эйдена отличается по составу. Разве человек, которому нечего скрывать пойдет на такие меры? Коннор хотел озвучить данные своего анализа и задать вопросы касательно подобного поведения, но звук с уст Аддамс слетел быстрее. И Коннор остался даже немного рад...? Тому, что детектив приняла во внимание его настороженность. – Приносим свои извинения, – Рэйчел попыталась исправить напряжённую обстановку, – мы на работе, – и легко улыбнулась, надеясь, что Бэйкер всерьёз не воспримет действия андроида, но внутри натянулась, как струна, ожидая худшего, ведь такое поведение Коннора может быть предвестником чего-то плохого. За окном ударила молния, белизной окрашивая кухню, последующий гром заставил окна дрожать. – Это Ваш личный андроид? – непринуждённо спросил Эйден, делая глоток виски. – Детективам разрешено использовать их? – Полиция Детройта использует андроидов для помощи в расследованиях, – она нахмурилась, – Но мы пришли говорить о Вашем брате, – и склонилась чуть ближе к мужчине, стараясь расположить собеседника к себе. – Если Вы хотите наказать убийцу — говорите, – вспышка молнии вновь озарила пространство кухни. – Да, вы правы, – наконец он расслабился и спокойной речью начал рассказывать, – Я действительно, приезжал к Джастину, он позвонил мне после того, как разобрался с покупателем, и попросил приехать. Предлагал взять часть товара, – и под конец речи уже зашипел, – но я ничего не взял, – и помотал головой в знак отрицания. Аддамс уловила дрожь в голосе, которая была хорошо спрятана под злостью, и еще как он судорожно коснулся волос и щеки. Особенно эти суетливые движения заметны, когда он встречался взглядом с Коннором. Она закинула ногу на ногу и вместе с этим незаметно толкнула андроида, и как бы ненароком прочистила горло и извинилась перед Бэйкером. RK800 намёк понял и перестал прожигать дыру в человеке, осматривая кухню. Ничем не примечательная комната, такая же, как и все другие. Но на настенном шкафчике след «красного льда», оставленный двадцать семь часов и сорок одну секунду назад, совпадает со временем посещения дома Джастина Бэйкера. – Также свидетель упомянул, что Вы находились в плохих отношениях с братом и постоянно устраивали драки, – с прищуром уточнила детектив. – Я – старший брат и, конечно, я был против того, чем он занимается, особенно после смерти Оливии, – с особой грустью прозвучал ответ. – Поэтому и старался отгородить его от всего противозаконного, – вена на тыльной стороне ладони стала особо заметной, пальцы мелко подрагивали. – Кто такая Оливия? – Бывшая девушка, Джастин не рассказывал о причине смерти, но он впал в депрессию. Мало, что рассказывал о ней, в основном они встречались в клубе, я даже фамилии её не знаю, – уверенный взгляд в глаза детектива. На секунду её подозрения почти разбились под этим натиском, они бы заставили поверить в невиновность, но мужчина вновь коснулся щеки. В этот момент в пальто, которое висело на спинке стула, завибрировал телефон, на дисплее высветился контакт криминалиста, и Рэйчел удалилась в ванную комнату, оставляя процедуру допроса на Коннора. Только она приняла вызов, как в трубке раздался судорожный возглас Макса, наконец, появились плоды упорной работы криминалистов, удалось найти пару волос, пока неизвестно, чьи они, а также засохшие капли крови на месте, где предположительно стояла ваза, и что-то, что заставит Рэйчел прыгать от радости. Следом Макс пояснил – так как брат, пока единственный подозреваемый, ему уже отправили письмо с просьбой прибыть на ДНК-тест. Женщина вздохнула, понимая, что неизбежное, которое она так долго откладывала, нагрянуло неожиданно. Она просто надеется, что за время разговора Коннору удалось вытянуть что-то из Эйдена, и ей не придется вновь вести себя, как сострадающий человек, это выматывает, хочется стукнуть кулаком по столу и потребовать, чтобы моментально и беспрекословно рассказали всю правду. Она никогда не отличалась терпением, да, её характер был достаточно отчужденным, и это одна из немногих импульсивных черт в психопрофиле. Иногда хотелось получить всего и сразу, это чувство в груди, которое всё требовало вырваться наружу, мешало её установленному порядку жизни, рушило планы и изматывало морально. Даже во время учёбы на детектива у неё не получалось методично заучивать теорию, все шло кусками, а потом приходилось расплачиваться за своё нетерпение личным временем и сидеть над учебниками ещё дольше. Но если её по-настоящему завлечёт какое-то дело она забудет обо всём на свете и полностью погрузится в процесс, забудет про сон и еду, и пока не получит удовлетворяющий результат − Рэйчел не успокоится. И с другой стороны она также быстро теряла к чему-либо интерес, но заканчивала начатое через силу, потому что трудолюбие и ответственность просто не позволяли оставить всё на своих местах. Внутри одна противоречивость. Аддамс поспешила за Коннором в кухню, проходя мимо гостиной, и увидела, как Виктория рисует за столом вместе с сыном. Ребёнок выглядит счастливым, он улыбается и хлопает в ладоши, во рту всего несколько зубов, а в глазах безграничное счастье и любовь к матери и жизни вообще. Рэйчел уставилась в пол и поспешила на кухню, стараясь стереть из памяти эту картину. Коннор всё также прямо сидел, как по линейке, и спокойным тоном выпытывал из Эйдена ответы на заданные вопросы, подобное поведение, так или иначе оказывает давление на человека и в момент уязвимости можно поймать его на лжи, мысленно она аплодировала «Киберлайф». Они вышли из дома под блаженную, несколько невинную улыбку Виктории и немного панического взгляда Эйдена. Дождь хлыстом бил по лицу, и Рэйчел поспешила добежать до автомобиля, прикрывшись руками. Она бросила почти сухой зонт на заднее сиденье и, пробурчав что-то себе под нос, оглядела обувь и ткань брюк, на которых красовались уродливые кляксы – разводы грязной воды из-за пробежки по бескрайним лужам. Коннор не теряя хладнокровия, дошёл до автомобиля позже. Все ему нипочём. Все сиденья в машине теперь мокрые. – Детектив, – подал он голос, включая обогрев в автомобиле, – зачем мы отпустили Эйдена Бэйкера? – У нас мало улик и доказательств, ордер на арест нам не выдадут просто так, – она, осматривая себя в зеркало заднего вида, пригладила волосы, которые из-за повышенной влажности начали завиваться в довольно милые, крупные локоны. – Он угрожал должностному лицу − это статья, – настаивал андроид. – Этот человек добавил Вам в виски мышьяк и свинец, – Коннор схватил женское запястье, заставляя её отвлечься от прихорашивания и обратить внимание на его слова, – Вы могли серьёзно пострадать. Такое количество тяжёлых металлов в человеческом организме вызывает отказ систем органов, онкологические заболевания или смерть, – в порыве он даже немного дёрнул Рэйчел на себя, стараясь объяснить всю серьёзность ситуации, будто бы она маленький ребёнок и не понимает очевидного. – Коннор, я понимаю, – Аддамс накрыла его ладонь своей и мягко отодвинула от запястья, он на секунду опустил глаза и, поняв, что сделал, вернулся в изначальное положение, сложив руки на колени. – Но пойми и ты, мы не можем сейчас его арестовать, нам нужно для начала доказать его причастность к убийству, – она потёрла запястье, скорее на автомате. Кожа ладони RK800 была мягкой и тёплой, встроенные датчики теперь регулировали температуру тела, делая его больше похожим на человека, он не кажется таким холодным как при первой их встрече. Или Рэйчел просто не замечала этого? Всё то время она воспринимала Коннора просто как машину для выполнения задач, теперь же он стал её напарником и, наверное, другом? Она не знала, как это объяснить, но за него она чувствует ответственность, переживает за него, как за близкого человека, и испытывает симпатию, как это обычно бывает, когда тебе нравится кто-то, кто почти всё время рядом, кто уделяет тебе внимание и проявляет заботу, привлекает тебя и внешне. Это странное, противоречивое чувство: испытывать симпатию, как к человеку, и осознавать, что это всего лишь робот. – Спасибо за заботу, Коннор, – она мягко улыбнулась и наблюдала, как он заводит машину. – Расскажи, что ты узнал из допроса?

***

В отделе по-прежнему стоял шум: тихие разговоры, шуршание бумаг, и стук каблуков. Рэйчел спокойно прошла до своего стола, попутно здороваясь с коллегами, и открыла терминал, отмечая, что появилась новая запись от Аддамса. Коннора она отправила в морг и в отдел криминалистики за отчётами, второй из которых Макс составил на скорую руку, там нет результатов ДНК-теста, но все необходимые исследования имеются, им удастся узнать были ли улики оставлены в районе смерти Джастина Бэйкера, также результаты опроса местного населения, которые все же вышли на контакт, и дополнение в психологическом портрете убийцы. Мягкие подушечки наушников коснулись ушей и произвели звук с видео. Первые минуты видеоряд наполняли дежурные вопросы, после расстроенный мужчина поделился тем, что его семье угрожали. В полицию он не обращался, так как не хотел подставлять брата, и неизвестные порекомендовали не ходить в полицию, а выдать местоположение и расписание Джастина. Значит, Эйден знаком с теми, кто угрожал ему, причем, хорошо знаком, они знают адрес его местожительства, а Джастин скрывался не, только от полиции. Дальше из его уст слетело предложение, которое значительно поставило в тупик – он видел модель PL600 около своего дома, как раз во время угроз, в человеческой одежде и без диода. Диод можно отсоединить? Она об этом даже не догадывалась, от этой важной детали так легко избавиться, зачем он тогда вообще нужен, если каждый проявит чуть больше смекалки и будет ходить без него, сливаясь с потоком людей. Достаточно опрометчиво со стороны «Киберлайф». Рука андроида плавно опустила папки на рабочий стол детектива, он ждал, пока она обратит на него внимание, Рэйчел, не поворачиваясь, махнула рукой, чтобы он подождал и Коннор послушно кивнул, сложив руки за спиной, спокойно уставился в экран, отыскивая это видео в системе и занимаясь его анализом. Жёсткая картонная бумага оказалась в нежных руках. Она бегала глазами по тексту, отыскивая в нем, только самое важное. В следах от ботинок обнаружены частицы: глины, асфальтного грунта, растительности, микрочастицы сточных вод. Под ногтями жертвы находились вырванные нитки хлопка, вероятно с одежды нападавшего. Улики на месте преступления были оставлены в районе времени смерти, следы крови совпадают с ДНК одним из соседей, с тем самым, что заходил к Джастину по словам Эйдена. Она уже отчаялась искать что-то среди опроса, портрета, в котортом упомянули особую жестокость и неконтролируемые вспышки гнева. Но сознание цепляется за слово. Поразительно. Джастин успел оставить собственную надпись, он оказался умнее убийцы и непросто так трепыхался в руках палача, как подстреленная охотником утка. Рэйчел показалось, что внутри всё затрепетало, просто от осознания того, что человек-невидимка перестанет быть таковым. Джастин знал и понимал, что ему не выбраться живым и оставил сообщение, чтобы убийцу было легче найти. Это может значить, что угодно, что может повлиять на процесс расследования. На нижней части кровати, на деревянном отрезке, было оставлено: МБ. На лакированной поверхности точным, ярким знаком, остались жирные следы от потовых желез и частицы того же наркотика. Она подняла голову к молчаливому андроиду, желая поделиться своими догадками, но у Коннора был такой вид, будто бы он очень долго ожидал её внимания. Недоумённый взгляд человеческих глаз. – Что? – Это вам, – Коннор протянул небольшой кусок пластмассы с дном, которое можно вытащить. Плавно выехало увеличительное стекло. – От Вашего друга криминалиста. – Э? – на лице застыла эмоция удивления и недопонимания. – Он что-нибудь сказал? – Да. Желаете услышать? – Да. – Слово в слово? – Будь любезен. – Уже можно начинать? Это мой подарок тебе. Не думай, что я делаю это из чистых побуждений, я ещё помню, как ты обхитрила меня в споре. Хм, о чём я? Кароче, мне надоело выслушивать от одного парня, как ты жопой к верху обнюхиваешь место преступления, точно дворняжка в поисках еды. По-моему не самое лучшее сравнение. Кхм. Он самыми разными эпитетами восхваляет твои формы, в подробностях описывает фигуру и чтобы сделал, – Рэйчел со вздохом уткнулась в ладонь, не желая слушать дальше. Какой же стыд. – Ты мне, конечно, друг, но выслушивать по несколько часов оды о твоём теле, немного раздражает. Угомони мальчика и перестань давать ему повод обливаться слюнями, – она молилась, чтобы сообщение быстрее закончилось, это было просто невозможно. Она бы не смущалась, услышав это непосредственно от Макса, но от Коннора... слишком для её психики. – В общем, пользуйся на здоровье, надеюсь, ты перестанешь переживать, что большинство улик пропадут до попадания в лабораторию. Как думаешь, стоит ли говорить: целую? – здесь он скорее обращался к Коннору. – А твой андроид достаточно удобен, будто бы голосовое сообщение оставляю. Бип. Вызов завершён. А чуть не забыл, чмокни своего Коннора, всё-таки он бегал за тебя по отделам и отвлёк меня от реактивов, теперь заново всё замерять, повесь ему, что ли на шею колокольчик. Она не двигалась, сжимала увеличительное стекло в руке, которая покоилось вдоль тела, всё также уткнувшись в ладонь, пальцы упёрлись в глаза, с силой потирая их, оставляя жёлтые круги. Коллега, который был ближе всего к Коннору, громко засмеялся над нелепостью ситуации, чуть не опрокидывая стакан воды. Какой позор. Оды здесь нужно петь о красноречии и навыках тактичности, точнее их отсутствия, у Макса. – Удали всё, – устало потребовала женщина. – Всё сообщение? – Да. – Выполнено. Коннор присел за свой стол, потупив взгляд в пол. – Если Вас успокоит это, детектив, – начал он издалека, – по меркам человеческой красоты, Вы довольно привлекательны, – его слова никак не повлияли на женщину, и он посчитал это своим промахом. – Слышал, человеческим мужчинам нравятся рыжеволосые девушки, – ободряющим тоном он попытался вновь. – Ваша фигура почти близка к стандартам... – Замолчи, – подала женщина спокойно. – Вы абсолютно здоровы и можете дать здоровое потомство, – никак не унимался андроид. – Что? – она, наконец, взглянула на него, подняв усталый взгляд, всё ещё держа руку у лица и начиная осознавать, что он мог сделать. – Ваше здоровье было крайне нестабильным в последнее время, и я произвел анализ по Вашей слюне, которая осталась на кружке. Но я рад, что мои опасения оказались пустыми, – и так невинно и доверчиво посмотрел в серые глаза, что желание убивать только возросло. Она, не отрываясь, смотрела в карие глаза андроида, желая проделать в его голове, как минимум дыру. Чтобы голубая кровь, которая так важна для их существования, пятном растекалась по плитке. Коннор, видимо, ощутив немую угрозу, отвёл взгляд к терминалу, прокашлявшись, а когда вновь поднял глаза, то женщина уже вернулась к отчёту. – Просмотри камеры наблюдения с шоссе, найдешь что-нибудь – скажи мне. Это была единственная фраза за несколько последующих безмолвных часов. Коннор методично просматривал записи с камер наблюдения, а Рэйчел заснула на рабочем месте, накрыв лицо отчётом. Андроид не стал её будить, давая человеку отдохнуть пару часов, сам же занимался поисками умершей Оливии в базе данных. По всей стране за пять лет умерло тысяча пятьсот сто девятнадцать женщин с таким именем, конкретно в Детройте пятьдесят семь. Что-то смущало, и он не мог понять, что именно. Коннор открыл глаза в прекрасном благоухающем саду. Цель – найти Аманду. Легкой походкой ступал по белоснежному грунту, практически не составляя звук шагов. Над головой ясное небо, лишь пара облаков уместилась на голубизне, и смотрелась крайне неуместно. Будто эти облака чужие и неправильные. Коннор перестал анализировать небосвод и ускорил шаг к Аманде, которая бережно поливала цветы, а после улыбнулся женщине, когда она обернулась. – Здравствуйте, Аманда. – Здравствуй, Коннор, – женщина коснулась рукой цветов. – Правда, они прекрасны? Им нужна забота, чтобы они смогли обрести свою красоту, но на жестокость они выпускают шипы, – в глазах Коннора застыло непонимание. – Совсем, как люди, – она легко улыбнулась, смотря на андроида, – такие же хрупкие и опасные одновременно. Расскажи, как проходит твоя социализация? – Моя социализация проходит успешно, Аманда. Я постепенно изучаю людское поведение, их мимику, жесты и привычки, благодаря чему лучше адаптируюсь к людям и ситуации, а они привыкают ко мне, – он наблюдал, как Аманда взяла садовые ножницы и срезала одну розу. – Это максимально безопасная интеграция с миром людей. – Что насчёт Рэйчел Аддамс? – немного холодно прозвучал её голос в ответ. – Тебе удалось наладить с ней контакт? – Я тщательно анализирую вкусы и предпочтения индивида. Детектив Аддамс не конфликтная личность и настроить с ней контакт несложная задача. – Я очень надеюсь, Коннор, – женщина аккуратно срезала очередную розу и положила на белоснежный пьедестал. – Нам необходимо её сотрудничество для выполнения миссии, – женщина развернулась, со строгостью и холодом смотря на RK800. – Как продвигается дело? – К сожалению, не так быстро, – Коннор опустил глаза в знак вины. – Дело довольно запутано, но с моим высокопродуктивным анализом и дедукцией детектива, оно недолго будет оставаться таковым. – Время ещё есть. Постарайся, Коннор, или нам придётся заменить тебя на другую модель, – как-то лукаво сказала она, сверкнув глазами, – на более исправную и продуктивную. – В этом нет необходимости, – последовал незамедлительный ответ. – Недостатков и ошибок в работе моей системы не наблюдается. – Это хорошо, – с поразительной детализированностью человека, она вдохнула аромат розы. – А сейчас иди. И помни о своей главной миссии, Коннор, – громко бросились слова в спину удаляющемуся андроиду. – Ловить. Девиантов. Коннор на секунду повернулся, и, кивнув, скрылся из ландшафта, оставляя Аманду наедине с цветами. Глаза вновь открыты. Тот же отдел, тот же характерный шум занятости людей и пустой стол детектива. Вещи на месте, а учитывая её привычку выпивать кофе после сна, она может находиться у кофейного автомата. Андроид плавно поднялся с кожаного кресла и быстрым шагом пересёк помещение, уже наблюдая женщину у столика. Она, приложив руку ко лбу, хмурится и борется с головной болью, но завидев андроида, принимает будничное выражение лица непринужденности, и делает глоток кофе без сахара. – Узнал что-нибудь? – усталым тоном спросила рыжеволосая, спрятанным под дежурный тон. Она надеялась, что андроид долго будет отправлять свои отчёты, но не прошло и пяти минут, как он прискакал к ней. Что за назойливость. Она ненавидит показывать свою слабость на людях, и до сих пор ненавидит себя за тот случай, когда девиант чуть не придушил её, а после она кинулась к Коннору, как к рыцарю. Дурацкое сравнение. – Мне удалось установить марку и номер машины, но камеры наблюдения не запечатлели их побег. Вероятно, тот девиант взломал и их, – и кивнул своим словам. Тон максимально спокойный, чтобы не представлять человеку дополнительный дискомфорт. – Также я провёл анализ всех умерших женщин в Детройте с именем Оливия за последние пять лет. Но… нет ничего, что могло бы привлечь внимание. – Что же, – усмешка заиграла на женских губах, – я думаю, нам пора наведаться в одно место. Они прибыли в небольшое помещение с кучей одежды для спецзаданий. Когда-то сотрудники были крайне недовольны тем, что чаще всего после операций одежда оказывается испорченной, и поэтому они решили устроить данный гардероб, чтобы каждый мог найти подходящий камуфляж для дела. Они остановились напротив одной из вешалок, женщина задумалась, прикладывая пальцы к подбородку. Клуб. В плохом районе. И Коннор, который слишком выделяется среди людей, даже если одеть его в гражданскую одежду. Нужно что-то такое, что скроет его чопорность и индивидуальность, превратит в блеклое пятно, но вместе с тем, вызовет доверие. А главное спрятать диод. Она не может просить отделить его, ведь диод является важной частью идентификации в обществе, как андроид пояснил совсем недавно. В руках оказался пиджак. Слишком официально. Чёрная кожаная куртка. В самый раз. Следом непримечательная серая кофта. Все это оказывается в руках андроида. Шапка и берцы. Пока андроид шуршал одеждой за спиной, она оглядывала другую вешалку, женской одежды не так уж и много и вряд ли здесь можно найти что-то стоящее. Но попытаться стоит. Топ без бретелек, чёрные джинсы и косуха. Откуда здесь такой откровенный топ непонятно. – Коннор, ты переоделся? – Да, детектив. Она повернулась, сталкиваясь глазами с преображенным андроидом. Цветовая гамма отлично скрывала его идеальность, наполняя какой-то повседневностью. Рэйчел сорвала какой-то шарф и обмотала вокруг мужской шеи, теперь выглядело куда приличнее. Его стандартная униформа аккуратно сложена на небольшом пуфике. – Я прибуду первой, ты придёшь через тридцать минут. – Это нерационально, детектив. Я пойду с Вами, – мгновенно последовало отрицание от него. – Это будет подозрительно, если мы придём одновременно и также уйдём, – она вздохнула, не желая спорить из-за этого. – Просто выполни, можешь считать это приказом. – Он противоречит моим инструкциям сопровождать Вас. – На данный момент поставь в приоритет мой приказ, – колко ответил человек и закатил глаза. Коннор просто молчал, смотря с замешательством на собеседника, а после кивнул. – Держи, – она протянула ему пистолет, – на всякий случай. Мне некуда его спрятать. – Я могу себя защитить, детектив. Вам нужнее. – Ну, – протянула женщина, – тогда у нас проблема, Коннор. Ведь я тоже могу защитить себя.

***

Издалека виднелась неоновая вывеска клуба, буквы яростно мерцали, завлекая обычных посетителей, неоновый цербер в безмолвие раскрыл пасть. Рэйчел поежилась от холодного ветра и открыла дверь заведения. В нос тут же ударили не самые приятные запахи: табачный дым, запах пота и алкоголя. На женщину почти никто не обратил внимания, лишь пару человек за барной стойкой окинули её быстрым взглядом. Заведение было довольно маленькое, и называть его «клубом» — честь. Она прошла за барную стойку, усаживаясь на табуретку, и осматривая весь зал, надо влиться в общество как можно скорее и выведать нужную информацию. – Впервые здесь? – посторонний голос заставил вздрогнуть посетительницу. Это афроамериканец с дредами, которые были покрашены в разные цвета, но из-за искажения от неоновых ламп не удалось определить в какие именно. В руках он держал неоткрытую бутылку вина. – Изящный напиток для изящной дамы, – и достал стакан с полки позади, с немым вопросом «стоит ли наливать?». – Да, впервые... Многие говорят об этом месте, – она кивнула мужчине, все ещё поглядывая на людей, и слушая тяжёлые басы музыки. Звук разлившегося напитка привлёк внимание, темно-бардовая жидкость оттолкнулась от стен и застыла. – Ты ведь нездешняя? – с улыбкой он протянул напиток и склонился ближе к женщине, облокотившись на локти. И поспешил добавить, увидев недоумение на её лице. – Твои манеры поведения и внешний вид отличаются от людей, которые родились здесь. Ты из полиции? Рэйчел поперхнулась вином. Прошло только пять минут, Коннор прибудет через двадцать пять, а обстановка уже накалилась. – Успокойся, – он усмехнулся и поспешил налить другим посетителям, а после вернулся к ней, – ты тут по поводу Джастина? Слышал, его завалили недавно? – Да, – вся конспирация накрылась крахом, не было смысла отпираться. – Я расследую его убийство. Ты знаешь, с кем он обычно проводил время? – Я нет, но вон там, – он указал пальцем на группу людей позади Рэйчел, – они постоянно тусовались вместе. Это была группа амбалов, лысых и накачанных, с татуировками, и пара девиц лёгкого поведения. Аддамс думала, что такие люди остались только в фильмах. Не хочется ей идти туда одной. Надо как-то влиться в эту компашку, подслушивать не вариант, она человека напротив еле слышит из-за басов. – Выглядит очень устрашающе, – мужчина лишь усмехнулся на её слова. – Как к ним можно подобраться? – в кармане косухи завибрировал телефон, сообщение от Коннора, который спрашивает все ли нормально. Отвечать сообщением на этот же номер? – Попробуй просто с ними поговорить, они не такие уж и плохие. – Вот же чёрт, – она вновь оглянула людей. – А ты не против полицейского у себя в клубе? – Мне бояться нечего, все документы в норме, да и потом, ты делаешь благое дело, но за других я не ручаюсь, – другой посетитель подозвал бармена, что означало конец разговора. – Чёрный выход в конце коридора, рядом с туалетом, – напоследок оповестил он детектива и удалился. Что делать? Этот вариант событий она не продумала. Двадцать минут. Нужно осмотреть всё заведение, чтобы в случае чего, знать пути отхода. Барная стойка располагалась практически у главного входа, и занимала собой большее пространство, рядом стояли столики и диванчики, чтобы люди могли отдохнуть и здесь. На другом конце зала, напротив, находилось ещё одно место для посиделок, вероятно, для VIP-персон. Посередине танцпол, на котором в конвульсиях тряслись люди, стойка с диджеем. Дальше за залом коридор с уборными и подсобкой, лестница на второй этаж с комнатами, где можно поспать, но часто она предназначена для других случаев. Один из амбалов прошел сквозь толпу людей куда-то вглубь заведения, и, женщина, выпив весь стакан залпом, вздохнула и поспешила за ним, понимая, какую роль придётся сейчас отыгрывать. Временами она ненавидит свою работу. И двигалась по стенке, там докуда не доставали дрыгающиеся люди. Рэйчел не понимала их, ведь в их понимании отдых – напиться, потанцевать под оглушающую музыку, а наутро бороться с похмельем. Странное понятие отдыха. Но каждому своё, как говорится. Так засмотревшись по сторонам, чтобы никого не сбить, женщина не заметила человека впереди себя. Столкновение было неожиданным для женщины, и видно человек также не ожидал подобного. Они остановились, смотря друг на друга. Дисковый шар мешал разглядеть лицо, играясь разноцветными лучами, но по мере освещения лицо незнакомца раскрылось. Как самая неожиданная тайна это оглушило женщину, заставив смотреть в голубые глаза напротив, и усомниться в действительности. Казалось, весь мир остановился ради этих двоих, рассыпаясь на миллионы осколков, оставляя их одних. Этот блеск в глазах старого друга она ни за что не спутает. Он тоже узнал её. Прежде, чем она успела прийти в себя, знакомый незнакомец поспешил скрыться, перед этим прошептав имя женщины. Забвение пропало, та шаль, которой оно укрывало человека, спала с плеч. – Джошуа! – она отчаянно прокричала эти слова в толпу и попыталась нагнать андроида, но плотность людей была столь высока, что ей не удалось сделать и двух метров. Она всё надеялась на его благоразумность, надеялась, что он вернётся к ней. Живой блеск в глазах напугал. Он – девиант. Вероятно, стал им после «деактивации», а ведь она не видела его тела и никогда не спрашивала о нём у родителей. Они просто выгнали его на улицу, как какую-то дворнягу, и под гнётом жёстких реалий этого мира вынужден был стать тем, кем стал. Она бы списала все на алкоголь, но порция была слишком мала, чтобы вызвать подобную горячку, а удар от столкновения болел вполне реально. Оправившись от шока, она поспешила вернуться к первоначальной задаче. Широкая мужская спина скрылась за уборной, а Рэйчел сняла с плеч косуху и кинула её в подсобку, оставаясь в красном топе, который пришлось оттянуть вниз для лучшего эффекта. Хотелось от подобного пустить пулю в лоб. Принять кокетливую позу – и вот от девицы лёгкого поведения уже не отличишь. Лишь бы Коннор прибыл во время. Только мужчина вышел в коридор, как тут же расплылся в улыбке, увидев Рэйчел, она походкой кошки приблизилась к нему, с блеском в глазах обнимая за плечи, отмечая, что повалить его будет очень сложно. На две головы выше неё, выглядит... Впечатляюще. Руки мужчины нашли своё место на заднице Рэйчел, и она еле поборола желание сломать ему пальцы. За небольшим разговором настойчиво он стал тянуть новую знакомую в сторону лестниц, ведущих на второй этаж, но Рэйчел обломала его метким словцом, которое судя по реакции, понравилось мужчине. Как можно быстрее пара направилась обратно в зал за тот самый столик с VIP-персонами, насильно её усадили на колени. Никто из присутствующих не обратил должного внимания на Рэйчел, но это было лишь на руку, ни одного человека, который был бы здесь в адекватном состоянии, лишь девушка, которая с ясным пониманием смотрела в глаза Аддамс и с отвращением на попытки бугая облапать её формы. Эта девушка по-своему красива – глаза были посажены далёко друг от друга, переносица широкая, что предавало ей вид рептилии, но вместе с тем она обладала нежными чертами лица. Она запоминающаяся. – Привет, – незнакомка улыбнулась в попытке познакомиться, – я Кити. Как тебя зовут? – её кроме Рэйчел никто не услышал, но вопрос и был адресован только ей. Голос Кити отдавал хрипотцой, что говорило о злоупотреблении курением; а отросшие чёрные корни волос указывали либо на скудные финансы, либо на нехватку времени заботиться о своём внешнем виде; одета скромно, если брать остальных девиц, лишь косуха, майка и потёртые джинсы с кедами, типичный образ пацанки. Даже сидела также, закинув ногу на ногу, так щиколотка левой ноги лежала на колене другой, и откинув руки на спинку дивана. – Кристина, – дружелюбно ответила детектив. Ей очень повезло, что кто-то из них пошёл на контакт, так будет проще влиться в эту атмосферу и не вызвать подозрений. Взгляд прищуренных зелёных глаз заставил насторожиться. – Красивое имя, – она, сильнее откинувшись на спинку дивана, улыбнулась и схватила у проходящего мимо официанта коктейль, и после протянула Рэйчел. Ничего не оставалось делать, как принять подарок, и прислониться губами к трубочке, кривившись от мужских рук, что мяли талию. Напротив неё сидела пацанка и довольно щурилась, глядя на Рэйчел, но как-то только взгляд искристых изумрудов падал на сильные объятия, она начинала дёргать левой ногой. Завибрировал телефон, Коннор писал, что уже видит её в сомнительной компании и спрашивает о ситуации, она посоветовала ему не лезть и раздобыть информацию в другом месте. – Так, что привело тебя сюда? – Хочу отдохнуть, Кити, – засмеялась Рэйчел, сделав вид, что девушка спрашивает её о самой большой глупости. – Пф, – блондинка закатила глаза и искренне засмеялась, откидывая голову назад, – в таком месте? Серьезно, Кристина? Хочешь быть изнасилованной в ближайшей кабинке? – нога вновь задёргалась, а пальцы принялись отбивать ритм по дивану. – Я тебя здесь ни разу не видела... – Слышали новость? – неожиданно их перебил другой мужчина, заставив всех смотреть только на него. – Джастина недавно грохнули, – на эти слова Кити ухмыльнулась, будто обо всём догадалась, и, изогнув брови, боковым зрением сначала окинула говорившего, а потом с хитростью вернулась к Рэйчел, не изменив прежней позы. – Жаль, мне нравился Джастин, хороший был мужик, – Кити с торжествующей улыбкой, обнажающей ряд зубов, обменивалась невербальными знаками с Рэйчел. – А что с ним случилось? – пропищала одна из девиц. – Копы караулили его дом сутки, но как поговаривают, его задушили, – этот человек крайне разговорчив. – Шарфом Оливии. Рэйчел напряглась и невольно поддалась вперёд, стараясь уловить большего, и Кити, заметив этого, сверкнула глазами. – Джастин своим образом жизни, так или иначе, нажил врагов, – заговорщически проворковала блондинка, щуря глаза и дразня детектива. – Не дом был, а проходной двор. Один раз в него даже стреляли, – и подмигнула рыжеволосой. – А кто такая Оливия? – между тем подала голос детектив, будто этот вопрос пришелся так к слову, с опаской смотря на всех исподлобья, играясь с трубочкой от коктейля, и с терпением перенося все лапанья тела. – Его бывшая девушка, – вновь заговорил мужчина, он определенно нравится Аддамс, вытрясти из него всю информацию не составит труда, только вопросы нужные задавай. – Наверное, – уже с сомнением протянул он, – у неё много, кого было. Всегда шарф носила, такой, – он отставил бутылку и чуть съехал с дивана, и, закрывая глаза, нахмурился, жестами изображая предмет гардероба, – бардовый такой, с цветами. Странная девушка была. – Была? – Умерла полтора года назад, – без сожаления или промедления выдала Кити. – Отчим забил до смерти всю семью и её, а потом застрелился. Скверный был ублюдок, – Аддамс замерла от подобного. Эта информация, ударила по голове молотом. – На наркотиках сидел, видать крыша совсем поехала. Оливия не часто сюда приходила, мы знали её в основном из слов Джастина. Но она была крутой. Какое-то время все молчали, а потом вернулись к прежним разговорам. На данный момент в приоритете стоит дневник Джастина, если он был влюблен в эту девушку, то оставлял записи о ней. Это чисто психология, он мог оставить хоть предложение о ней неосознанно. Кити закрыла глаза, а потом встала с насиженного дивана и прошла мимо Рэйчел, на ухо, шепнув о том, что ждёт её в туалете через пятнадцать минут. Женщина, поняв намёк, начала ластится к мужчине, которого подцепила совсем недавно, говоря о том, что желает уединиться, его мужское эго не заставило себя ждать, и уже через некоторое время они были в комнате. Тут Рэйчел с дури бросили на кровать, да так, что она растерялась на несколько секунд от осознания того, что произошло. Его огромные руки тут же начали мять тело, это причиняло боль, а попытавшись возразить чуть не получила по лицу огромной рукой. В этот момент дверь тихо со скрипом открылась, и также некто шагает по ковру. Сразу догадавшись, кто это, рыжеволосая попыталась достать до пистолета, завёрнутого в тряпку и спрятанного под кроватью, на сиё действие выпустили гортанный рык, и мужские руки сомкнулись на шее женщины. Он не обратил внимания на шаги и скрип половиц позади себя. Удар ногой, и удалось на миг откинуть его от себя, не теряя времени, она схватилась за пистолет и со всей силы и гневом, который бурлил в ней с самого начала встречи, ударила по злобному лицу прикладом. Его корпус тела откинулся назад, и он увидел человека позади себя, и тут же сознание покинуло из-за сильного удара. Грузное тело с грохотом свалилось с кровати. Коннор сжимал и разжимал кулак, будто удар нанёс некую боль и ему. Рэйчел поправляла на себе топ, который чуть в клочья не разорвали. Андроид подал человеку верхнюю одежду и сел на колено перед мужчиной, проверяя карманы. – Хорошо, что мы все продумали, – с облегчением выдохнула женщина. – Это было рискованно, детектив, – с осуждением опроверг её слова напарник, поворачиваясь через плечо к ней, – у него наблюдаются нестабильные вспышки гнева, этот человек мог сделать, что угодно. – Он слишком предсказуем, Коннор, – она уловила, как он нахмурился и отвернулся, до конца не желая соглашаться со словами женщины. – Что-то узнал? – Да, – ловкие пальцы достали водительское удостоверение мужчины и просканировали. – Джастин Бэйкер был частым посетителем данного заведения, в основном торговал наркотиками здесь, но особым и постоянным клиентам оставлял свой адрес местожительства, – пара смятых купюр и ключи, ничего интересного. – Помогали перевозить наркотики за границу двое: некий Бегемот и неизвестный. – Да, в дневнике было упоминание о первом, он познакомился с ним в начале карьеры, Эйден также о нём говорил, – она замерла, понимая, что только что сказала и вдумалась во фразу. – Откуда Эйден знал о нём, если с его слов он не влезал в дела брата? – в карих глазах андроида сначала сверкнул огонь интереса, а после приняли будничный холодным блеск. – Наверное, оттуда, откуда он знает, где брать «красный лёд», – с издёвкой ответил Коннор. – О, – в тон протянула женщина, – ты язвить научился. Всего-то двадцать минут прошло. – Первый перевозчик пропал без вести года два назад, – он решил проигнорировать провокацию. – Второй оказался убитым спустя полгода после пропажи первого. Что узнали Вы? – Оливия, эта девушка была убита полтора года назад. Отец семейства употреблял наркотики и после очередного приема забил всю семью до смерти, включая её, а потом застрелился. Шарф принадлежит Оливии. Но это не все. Пошли. Они спустились с лестницы, и зашли в общий туалет, где на раковине восседала Кити, держа сигарету между губами. Увидев Рэйчел, она повеселела и махнула рукой, мол, проходи. Коннор скептически проанализировал блондинку и аккуратно прикрыл дверь. – Отделалась от того дебила? – риторический вопрос. – Я надеюсь, ты вырубила его, а не дала ему, – она выдохнула дым, заставляя его растворяться в воздухе, и прищурено глядела то на женщину, то на Коннора позади. – Ты прямо самка, Кристина, – усмехнулась девушка, спрыгивая с раковины и туша сигарету об неё, – уже нового подцепила, – Коннор выгнул бровь, услышав, как эта девушка назвала детектива. – Женский разговор, мальчик, – и начала пихать андроида к выходу из помещения, – иди, посторожи снаружи, чтобы нам никто не помешал, – Коннор вопросительно посмотрел на детектива и после её кивка, покинул комнату, подпирая дверь плечом с той стороны. Но вряд ли она остановит его от прослушивания разговора, в любом случае он окажется в курсе всех подробностей. – Ох, – блондинка закинула руки на плечи рыжеволосой, и только сейчас последняя заметила, что Кити выше неё на пол головы, – мне всегда нравились люди в форме. Ты же носишь форму, Кристина? – и толкнула женщину к раковине, но отметив крайнее недовольство на её лице, с шипением отступила. – Вот мудак, испортил тебе настроение. – Кити, – вздохнула вновь женщина, подмечая головную боль из-за сигаретного дыма и басов музыки, – ты же не просто позвала меня сюда? Говори. – Ух, доминантка, ладно, – она вприпрыжку подошла к Рэйчел. – В общем Оливия какое-то время работала перевозчиком у Джастина, так и познакомилась с ним. Видишь ли, её семья бедная, приходилось выживать, – руки развели в воздухе. – Был ещё один, но про него не могу ничего сказать, не встречалась с ним. Знаю лишь, что он пропал с очередной перевозки. Грохнули, скорее всего. Оливия была помолвлена с кем-то, я замечала её кольцо, но вместе с тем она продолжала встречаться с Джастином и другими. – Постой, – Аддамс нахмурилась, – ты откуда это знаешь? Ты же сама сказала, что знала её со слов Джастина. – Ну, мы встречались пару раз, – коварно улыбнулась девушка и прикусила губу. – Брат его, не знаю, как зовут этого орла, тоже частенько встречался с Оливией. Даже раз подрался из-за этого с Джастином, – и закатила глаза, говоря под нос что-то о мужиках, которые привыкли выяснять все силой. – Но несмотря на это помогал брату. Я пару раз слышала, как Джастин называл Оливию другим именем, не помню сейчас, но это было что-то итальянское. Не особо разбираюсь в итальянском, ну ты понимаешь, – и для убедительности покрутила руками, что-то изображая. – Могу сказать её адрес, – шагнула ближе, – наденешь форму, – с придыханием шепнула она, вновь позволяя себе близкие контакты, – позовёшь меня, и мы вместе обследуем место преступления, – и чуть наклонилась к губам Рэйчел. – Сначала скажи, – она всматривалась в зелёные глаза с расширенным зрачком и обняла в ответ Кити, подмечая, что, на что только не пойдешь ради расследования. Но объятья блондинки были куда приятнее, возможно, если бы не расследование, она могла бы позволить себе пару часов в окружении этой девушки. Голос с хрипотцой прошептал на ухо слова, и тут же её губы накрыли губы детектива, толкая назад, заставляя вжаться в раковину. Кити была настойчива, но не позволяла себе ничего большего, чем поцелуй, и Рэйчел отвечала, обнимая её за талию. Приятнее, чем от большинства мужчин. Тело блондинки приятно пахло свежестью, а кожа ладоней нежная и мягкая. Кити отстранилась, прикусив нижнюю губу Рэйчел, и мелко задрожала, приходя в чувство. – Под кайфом это ещё лучше, – прошептала она и вновь потянулась к губам следователя. – Не-а, – игриво Рэйчел приложила палец к губам напротив. – Только, если ещё что-то расскажешь, – и хитро улыбнулась, смотря на снисходительное выражение лица и прикрытые глаза. – Ладно, львица, – тоже улыбнулась Кити и всунула в ладонь смятый лист бумаги с номером телефона. – Я постараюсь в местах ещё что-то выведать для тебя. Позвони, желательно сегодня, – и уже собралась уходить, как в одно движение оказалась рядом с рыжеволосой и всё же оставила короткий поцелуй на мягких губах, и, подпрыгивая, дошла до двери под возмущённые вздохи позади нее. Она столкнулась с Коннором у выхода и щёлкнула его по носу со словами: – Не подслушивай, – и скрылась среди толпы людей. Коннор смотрел ей в след, а потом шагнул в уборную, прикрыв двери и опираясь спиной на неё, уставившись на Рэйчел с приподнятой бровью. – Что ты пялишься на меня? – она попыталась скрыть сбившиеся дыхание за маской негодования. – Ваша помада, детектив, – и указал на свой рот, как бы доказывая сказанное, и с прищуром наблюдал, как она с ругательствами вытирала косметику, которая предательски размазалась, рукавом косухи, а после проанализировал её возбужденное состояние, готовясь к новому вопросу. – Ты же слышал, да? Оливия была перевозчиком, а потом Эйден, значит, завтра наведаемся к нему. – Детектив, – Коннор подошёл к женщине и протянул руку вперёд, – ключи, – и, заметив вопросительное выражение лица, пояснил. – Вы пьяны и не можете в таком виде вести машину. – Я абсолютно трезвая, Коннор, и контролирую все свои действия, – с раздражением бросила она, отмахиваясь от руки, и прошла к двери, с той стороны, которой слышался шум и погром. RK800, услышав звуки стрельбы и драки раньше, схватил Рэйчел за руку и оторвал её от двери, потащив к последней кабинке. Аддамс с опаской поглядывая на дверь, начала ругаться, но завела за собой робота в пространство между стеной и кабиной. Слишком тесно и узко. Но кабинки в первую очередь проверят, а тут найти кого-то шанс минимальный. Коннор нависал над Рэйчел, смотря в её глаза, в которых плескалось некое волнение, если их укрытие обнаружат, то он сможет закрыть её своим телом от потенциальной угрозы. Женщина, прижатая к стене, понимала, что к чему, и почувствовала страх за андроида, который так просто подставил свою спину ради неё. На его лице выражено безмятежное спокойствие, будто бы не они оказались в ловушке и в любую секунду может что-то произойти. В глазах холодная уверенность в своих действиях, которая отнюдь не успокаивала, а заставляла насторожиться и ожидать худшего. – Не бойтесь, Рэйчел, – тихо сказал Коннор, не прерывая зрительного контакта. – Я защищу Вас, – и чуть склонился ниже, полностью укрывая её собой, доставая пистолет из куртки. Она почувствовала, как тело андроида напряглось, и запаниковала ещё больше из-за его слов, когда поняла, что он прислушивается к шагам за дверью. С губ сорвался звук, но Коннор закрыл её рот ладонью. Дверь ударилась о стену, и послышались тяжёлые шаги. Она хотела сказать, что не стоит так рисковать, что этого не нужно, не нужна такая жертва, но всё что оставалось – схватиться за его руку, чисто на рефлексах, и глядеть, как с каждым звуком другая рука с пистолетом поднимается всё выше, а сам Коннор скосил глаза в бок, считая через, сколько секунд человек дойдёт до их укрытия. Тяжёлый удар первой двери кабинки. Послышался крик с другого конца коридора, чтобы заканчивали быстрее. Выстрел дробью заставил вздрогнуть от неожиданности женщину и сильнее вцепиться в запястье андроида, он до сих пор закрывал её рот, чтобы непроизвольно не вырвался звук, который раскроет их. Следующая череда выстрелов по кабинкам и слышится, как двери сносит под дробью, треск кафельной плитки. Последний выстрел совсем близко и тишина. Звук удаляющихся шагов. Рэйчел выдохнула, уткнувшись лицом в плечо андроида, сжимая холодными пальцами его ладонь, которую он сразу же убрал от её лица, когда человек ушёл. – Ты идиот, Коннор, – глухо донеслось с её губ. – Не подставляйся так, а если бы тебе убили? – Детектив, я не живой, – ответил он. – Меня нельзя убить в отличие от Вас. Я состою из деталей, которые можно заменить и всё будет в порядке, Вы же состоите из крови и плоти, – андроид неловко похлопал её по голове, ведь так люди успокаивают друг друга? – Одна из моих задач – защищать Вашу жизнь. – Ценой собственного существования? – прошептала Рэйчел, не прерывая близость и рассматривая собственную обувь. – Я всегда выполняю задачи. Оставаться здесь совершенно не хотелось, нападавшие могут вернуться в любой момент, что они вообще здесь делали? Аддамс набирала номер полиции и скорой, двигаясь в сторону чёрного выхода через лужи крови. Свежий воздух прогнал туман в голове. Они спустились с лестницы, скрываясь в тени. Пока она разговаривала по телефону из двери выбежали двое, она узнала по одежде Джошуа, другой, скорее всего тоже был девиантом. Коннор мгновенно достал пистолет. – Не стреляй! – прокричала Рэйчел, бросая телефон в сторону и подбегая к андроиду. Но Коннор выстрелил. Девиант упал. Аддамс попыталась отобрать пистолет у RK800, чтобы спасти Джошуа, который увидев мёртвого напарника, не знал, что делать. Но бывшая хозяйка громко прокричала: беги! И он побежал. Коннор с силой оттолкнул детектива от себя и вновь прицелился, но стрелять было уже не в кого. – Чёрт, – прошипел он под нос, всматриваясь в темноту и опуская пистолет. Он повернулся к Рэйчел и тут же схлопотал сильный удар по лицу, который на секунду сбил координацию, но устоять на ногах удалось. Был бы он человеком, то вероятно заработал бы вывих челюсти; его ладонь прикоснулась к месту удара, скорее на автомате, проверяя компонент на наличие повреждений. Карие глаза метнулись к взбешённой женщине, с рассечённой брови которой стекала красная кровь – последствие приземления после толчка андроида. – Я приказала не стрелять! – зло выплюнула она, не обращая внимания ни на разбитые костяшки, ни кровь, что заливала лицо. – Я понимаю, что людям свойственно проявлять эмпатию, – начал в ответ Коннор, – но моя задача – нейтрализовать девиантов. – Засунь свою задачу, куда подальше! Зачем ты выстрелил? – Детектив, – модель поведения выбрана, агрессия на агрессию, – это машина, которая неисправна, она могла убить кого-то из людей, – он наклонил голову и указал пальцем на андроида, лежащего в голубой крови. – Определитесь уже, на какой Вы стороне. Защищаете бездушных машин или живых людей, – повышенный тон робота не разозлил, как обычно бывает, когда вступаешь в перепалку с кем-то, а наоборот успокоил, будто бы какой-то груз упал с плеч. – Пошел ты, – Аддамс подняла телефон и направилась к выходу из переулка, где уже стояли машины полицейских и скорой помощи.

***

Рэйчел заполняла отчёт, время от времени касаясь поврежденной брови, заклеенной пластырем, потому что боль – отрезвляет и не позволяет окунуться в омут мыслей. Она вернулась домой около часа назад. Сейчас было двенадцать ночи. Нужно заполнить все бумаги, чтобы завтра посвятить себя расследованию. В комнату входит Коннор, которого она оставила одного в переулке, мельком бросает на него взгляд и возвращается к монитору. Неоновые вставки на костюме раздражали глаза яркостью. – Рэйчел, простите меня. Мне стоило последовать Вашему приказу. – Не стоит, Коннор, – не отрываясь от работы, задумчиво вымолвила она. – Это мне следует извиняться за то, что вспылила и ударила тебя. Спасибо, что готов был подставиться под пули, чтобы защитить меня, – нейтрально-холодный тон сопровождал речь. – Прости меня за то, что ударила, – небольшая пауза. – И прости за то, что посчитала тебя человечным.