(More than) Infatuation

Питер с восторгом смотрел на пролетающий мимо пейзаж, не веря собственному счастью. Неужели Нью-Йорк остался позади, а он, действительно, здесь? В Сануре? На курорте, о котором бредил добрые полгода? - Да! – Паркер не сдерживает эмоций, открывает окно и высовывает голову, растягивает рот в счастливой улыбке. - Дорогой, не надо так делать, - тетя Мэй, моложавая женщина, с длинными волосами, убранными в хвост, и выглядящая чуть-чуть за тридцать, покосилась на него. - Не хватало, чтобы с тобой что-то случилось. - Ага, - парень слушается, продолжая улыбаться, - Спасибо вам. - Как договаривались, - дядя Бен первый ответил, - Попадаешь в список лучших студентов, и поездка в твоем кармане. - Стоило стараться, - Паркер достал смартфон и посмотрел на время, - Нам еще минут двадцать ехать? - Да, около того. – мужчина кивнул, и продолжил, - Не сверни голову, Питер. У нас две недели. Успеешь осмотреться. - Легко сказать, - парнишка усмехнулся. – Тут так красиво! - Да, - согласилась тетя, - Отличное место для отдыха. Оставшееся расстояние проехали молча, наслаждаясь ненавязчивой музыкой, доносившейся из колонок. Как только семья достигла пункта назначения, и люди вышли из автомобиля, то Питер замер, оглядывая снятую ими на две недели виллу. Белая, огромная, словно из обложек глянцевых журналов, да еще и с бассейном… - Так круто! – шатен уже хотел бежать, чтобы устроить себе экскурсию, но его остановили. - Куда? – дядя Бен строго посмотрел на племянника. – Сначала поможешь отнести вещи, а потом можешь заниматься своими делами. - Хорошо, - Питер никогда не пререкался, слушая мужчину, заменившего ему отца. Он должен помочь. Не заставлять же Мэй носить тяжелое. Подхватив пару сумок, юноша отправился вслед за Беном. Войдя в просторную гостиную, мужская часть семьи Паркер отправилась дальше, отдав возможность оценить интерьер одной из главных женщин их жизни. Чтобы не терять время с распределением комнат, они договорились о том, кто какую займет еще при бронировании, поэтому сейчас оставалось только отнести чемоданы и разобрать их содержимое. - Тут поставить? – Питер указал на шкаф. - Да, рядом. - Тогда я пойду? - Иди, - дядя улыбнулся, тепло глядя на взрослого непоседу, - Аккуратнее только. А то ты вечно в синяках. - Что поделать, - юноша пожал плечами, - Ты знаешь, я неуклюжий. - Знаю, - потрепав племянника по волосам, мужчина вышел из комнаты и направился на голос жены, что-то щебетавшей о прекрасном виде на океан.

***

Почти весь день был посвящен разбору вещей и привыканию к новым условиям жизни. Ближе к вечеру, Мэй предложила сходить в один из ресторанчиков, которые они видели по дороге, и все единогласно согласились. Выбор пал на тихое местечко с живой музыкой, находившееся недалеко от виллы и с очень приемлемыми ценами. Расположившись за столиком, который находился около окна, семейство сделало заказ. - Может, было бы лучше, если мы поселились в отеле? – Мэй оглядела немногочисленных посетителей. - Не думаю, - Бэн сделал глоток воды, - По-моему, смысл отдыха в том, что нужно отдохнуть. Соседей нам хватает и в Нью-Йорке. К тому же, Питер хотел уединения, да? - Да, - юноша благодарно посмотрел в ответ. Он не хотел поднимать тему, почему его решение было именно таким, и был признателен, что родные люди обладали тактичностью, и никто не лез к нему с расспросами. - Ты прав, - женщина улыбнулась, поворачиваясь к группе музыкантов, - Так здорово играют. Паркер не обратил внимания на слова тети. Подперев голову рукой, парень любовался своими родственниками. Вежливые, стройные, опрятные… У них даже цвет волос был почти одинаковым – коричневым. Наверное, со стороны они смотрелись идеальной семьей. Однако, это было не так. В их жизни тоже возникали споры, порой перерастающие в непонимание. Но умение слушать друг друга, и идти на компромисс всегда побеждали негатив, возникающий в отношениях. - Молодцы, - похвалил дядя, когда одна мелодия закончилась и началась следующая. Более медленная и чувственная. – Потанцуем? Тетя без слов приняла предложение супруга, и они отправились на небольшой танцпол, кружась в медленном танце. Питер любовался бы и дальше, если бы не ассоциация. Тоже вечер, музыка. Он танцует с однокурсницей, внимание которой добивался больше двух месяцев. Его руки на ее талии. Скованные движения от сильнейшего волнения. Песня почти доиграла, и через секунду будет самый подходящий момент для поцелуя. К несчастью, этот момент происходит. Девушка сама целует, видя нерешительность кавалера. И после юноша готов убежать прочь, ведь… - Привет, - из мыслей выдергивает незнакомый мужской голос. Пару раз моргнув, шатен поднимает глаза и смотрит на молодого мужчину, потревожившего его. - Привет, - осторожно отвечает юноша, - Ты что-то хотел? Пока Питер говорил, то не мог не заметить изучающий взгляд и наглость человека, без разрешения, усевшегося напротив. Сам он только сейчас рассмотрел незнакомца: загорелое лицо, карие глаза с пушистыми ресницами, средний прямой нос, розовые губы, темные волосы, бежевая рубашка и свободные белые штаны. - Познакомиться, - собеседник одаривает широкой приятной улыбкой. – Меня зовут Тони, а тебя? Брюнет протягивает руку, и, не желая быть грубым, юноша пожимает ее. - Питер. - Что ж, приятно познакомиться, Питер. Отдыхай. Молодой мужчина встает и быстрым шагом идет к музыкантам. Свободным инструментом оказывается синтезатор, и, путем нехитрых логических цепочек, Паркер понимает, что говорил с пианистом. Новый знакомый подтверждает его догадку, становясь именно там, где и думал парень. И что ему понадобилось? Странный какой-то, хоть и симпатичный… Вздохнув, шатен отворачивается к окну, стараясь увидеть океан, но из-за освещения, единственное, что ему доступно – это собственное отражение. Глаза, хоть и не утратили блеска от счастья, что он на острове мечты, но физиономия была грустной из-за воспоминаний, которые всеми силами загонялись на дно души. - Все в порядке? – подошедшая тетя обеспокоенно посмотрела на племянника. - Да, - Питер натянул на лицо улыбку, - Думаю вот, когда нам заказ принесут. - Я спрошу. – женщина отошла от столика, и тут же наткнулась на официанта с их заказом. - Повезло, - усмехнулся Бен, понимая, что обслуживающий персонал чудом лишился претензий по поводу времени, затрачиваемому для приготовления блюд и бедных голодающих детей, которым уже стукнул двадцать один год.

***

Громко выдыхая воздух, Питер снова переворачивается на другой бок, не в силах заснуть. Не сказать, что он не устал за день. Напротив. Стресс от перелета никто не отменял, да и сортировать вещи тоже весьма утомительно. Так почему ему не спится?! Раньше у него не было проблем с новыми местами и сном в них. Что не так сейчас?.. Дело точно не в том, что жарко. В вилле почти везде кондиционеры, настроенные на оптимальную температуру. Да и сам шатен не чувствовал дискомфорта, укрытый легким одеялом, больше похожим простыню. Дело было еще в чем-то. Или в ком-то. Да, точно, в ком-то. Ком-то, кто все время смотрел на него, пока они ужинали. Ком-то, чьи глаза теперь наглухо врезались в память, и как только юноша закрывает собственные, то видит внимательный взгляд, заставляющий все внутри дрожать от непонятных эмоций. Ночь была хорошим временем для размышлений о том, что произошло полгода назад и почему парень теперь не находит себе места. Но еще лучшим временем она была для того, чтобы позволить себе хотя бы в мечтах решиться на опыт, который с мужчинами у Питера отсутствовал и о котором он эти самые полгода думал, но не решался. Да и с кем, если подумать? Паркер был стеснительным, и с людьми сходился трудно. Его единственным другом был Нед Лидс, с которым они знакомы с семи лет, и которого он никогда в жизни не смог бы воспринимать иначе, кроме как приятеля или даже брата. Чисто в теории, можно было бы познакомиться с кем-то на стороне (больше никогда не встречаться с теми, кто с ним учится), но после расставания с Лиз, он не был готов подпускать к себе кого-то. Но сейчас все было иначе. Пианист привлек его внимание. Возможно, Питер так реагирует из-за того, что к нему впервые проявляют такой интерес. Если он, конечно, не ошибся… Но, трудно сделать неправильные выводы, когда наклонившись, чтобы подобрать упавшую салфетку, шатен отчетливо чувствовал, что на его зад пялился этот Тони. Откинув одеяло в сторону, парень подходит к окну, и раздергивает шторы, впуская в свою комнату лунный свет. Сам же Паркер смотрит на пустынный пляж, и на то, как волны разбиваются о берег, одаривая брызгами желтый песок. Сейчас бы искупаться, пусть и до глубины пришлось идти больше ста метров. Но нельзя. Несмотря на то, что он занял максимально отдаленную комнату от опекунской, рисковать не хотелось. Да и если что-то случится, то никто ему не поможет. Был еще один способ, который успокаивал, и после тянуло в сон. Что ж, почему бы и нет?.. Вздохнув, юноша ложится обратно на кровать и проводит по своему подтянутому торсу влажной ладонью. Затем, сняв боксеры и достав из прикроватной тумбочки крем, выдавливает себе на живот субстанцию, осторожно размазывает ее, направляя движение вниз, пока не доходит до полувозбужденного члена. Продолжая неспешно ласкать себя, Питер пытается расслабиться, настраиваясь на нужный лад. Для полной «готовности», ему не помешали бы или годное порно или сексуальная фантазия. Первый вариант отметался, потому что пока он будет включать ноутбук и рыться в своей коллекции, то настрой сойдет на «нет». Значит, придется довольствоваться воображением… Как назло, на ум не приходит ничего возбуждающего. Ситуацию спасает подсознание, и вот уже не Паркер дрочит себе, а черноглазый музыкант. Длинные пальцы молодого мужчины обводят ствол, а потом смыкаются на головке. Шатен закусывает губу, подавляя рвущийся стон, и расставляет ноги чуть шире. Воображаемый любовник без слов понимает просьбу и берет в руку яички, одаривая и их вниманием. После Тони возвращается к изнывающему члену, начиная остервенело дрочить, заставляя Питера тихо всхлипывать от переизбытка эмоций. Как же хорошо. «Да, - пульсирует в голове парня, - Так. Мне нравится». Вторая ладонь не сильно нажимает на низ живота, от чего у юноши подгибаются пальцы ног, а первая в несколько движений доводит до оргазма. Тяжело дыша, Питер открывает глаза и расфокусировано смотрит перед собой, видя довольного призрачного партнера, который, подмигнув, исчезает. Облизав пересохшие губы, шатен еле находит в себе силы, чтобы вытереться, спрятать испачканные салфетки, натянуть боксеры обратно и уснуть, оставив одеяло где-то на краю постели.

***

Следующие два дня Питер пропадал на экскурсиях вместе с дядей и тетей. Они съездили на соседний остров Нуса-Пенида, занимались там дайвингом и сделали кучу фотографий природы, обещая себе, что когда-нибудь вернуться и посмотрят храмы, которые считались главными достопримечательностями. Паркер был счастлив проводить время подобным образом. За день он уставал так, что на анализ того, что случилось в его комнате в первый день не было сил. В тот ресторан они тоже больше не заходили, чему юноша радовался. Неловко было бы смотреть на человека, который, пусть только и в мечтах, но дрочил ему. Правда, в глубине души, хотелось снова увидеть пианиста. Хотелось узнать профессиональное мастерство, ведь тогда он был слишком задумчив и поглощен собой, чтобы оценить старания группы. Сегодняшний день семья Паркеров планировала провести на пляже. Питер, правда, настороженно отнесся к этой идее, потому что нормально загорать у него получалось редко. Из-за того, что его кожа была более светлой, нежели у дяди и тети, то чаще он только обгорал, забавляя своим внешним видом, но зато получая гордую кличку от Неда, что он «вождь краснокожих». Взяв все необходимое, Бен выбрал небольшой участок, показавшийся ему наиболее подходящим для загорания, и, расстелив коврики, жестом пригласил остальных. - Прошу. - Спасибо. – Мэй, предусмотрительно намазавшаяся кремом для загара, сняла с себя парео, оставаясь в белом закрытом купальнике, выгодно подчеркивающим ее фигуру, осторожно легла. Дядя последовал ее примеру, тоже растягиваясь на солнце. - А ты чего ждешь, Питер? – женщина приоткрыла один глаз и посмотрела на племянника. - Сейчас, - парень отвернулся, надеясь, что никто не спалил, что он смотрел на тот ресторанчик и высматривал там Тони. Юноша стянул с себя футболку, оставаясь в широких шортах, и хотел было присоединиться к родственникам, как почувствовал чей-то взгляд, а пару секунд спустя на его плечо легла рука, по-дружески прижимая к себе. - Привет, Питер. Как дела? – повернув голову в сторону говорившего, Паркер готов был поклясться, что его щеки покраснели. Рядом стоял герой его фантазий и хитро улыбался ему. - Привет, - вышло тихо и удивленно, - Нормально, а ты как? - Расскажу, - шатена прижимают к теплому боку, и Питер вдруг осознает, что он, в отличие от музыканта, одетого в белую рубашку и шорты, стоит по пояс голый. - Но сначала я должен украсть тебя. А лучше отпросить. Опекуны, еще после первых слов незнакомца, привстали, рассматривая странноватого человека, который так развязно ведет себя с их племянником. - А ты, собственно, кто?- Бен редко терялся перед людьми, и сейчас был явно не тот случай. - Тони. Тони Коллинс. – пианист сделал вид, что не почувствовал неловкости, и протянул руку. - Бен Паркер. Давно знаком с Питером? - Уже три дня, - брюнет продолжал улыбаться, - А что? - Он о тебе не рассказывал. - Да? – новый знакомый наклоняет голову и смотрит в глаза парня. – Ты не рассказывал обо мне? Почему? Тон становится наигранно-обиженным, но пока юноше не слишком смешно. Он не знает, что ответить на шуточное обвинение, и неуверенно мямлит: - Не знаю… - Ничего. Я сам о себе рассказал, так что все в порядке. – личное пространство нарушается еще больше, и теперь молодой мужчина обнимает его за шею. – Тогда, если не возражаете, можно мне забрать Питера на несколько часов? Бен, видя, что его племянник не возмущается такому обращению с собой, сдержанно кивает. - Хорошо. - Телефон с собой? – подала голос Мэй, молча наблюдавшая за сценой до этого. - Да. – Паркер улыбается, - До вечера. Когда они отходят на несколько метров, то Коллинс спрашивает: - Твои родители? - Почти. Дядя и тетя. Может, - юноша указывает на руку, все еще находящуюся на шее. - Отпустишь? - А что? Разве неприятно? Остается только поражаться такой непосредственности. И находчивости, ведь обычно из Питера не так-то просто вытянуть хотя бы слово. Однако, он не намерен раскрывать все карты, поэтому игнорирует вторую часть вопроса. - Жарко же… - Мне от тебя тоже, - интимный шепот на ухо выбивает воздух из легких, и Паркер испуганно смотрит на брюнета, который, видя его взгляд, заразительно смеется. - Это что, шутка? – парень не понимает реакцию молодого мужчины. - Ну, - Тони, наконец, отпускает его, - В каждой шутке есть доля шутки и правды. Так что, думай сам. - Окей, - шатен натянул на себя майку, и перевел тему, - Ты говорил, что расскажешь мне как твои дела. - Это не интересно, - отмахнулся собеседник, - Ты уже был на окраине Санура? - Еще нет. - Отлично. Тогда сейчас возьмем в аренду тачку, и поехали. - А разве я сказал, что согласен? – Питер сопротивлялся чисто из вредности. Не привык, что кто-то, кроме дяди Бена, может ставить его перед фактами. -Нет? Оставишь меня одного? – Коллинсу явно не пришелся по душе ответ парня, но маску напускного веселья он не терял. Зря юноша решил поиграть в независимость. Сейчас все равно не хотелось объясняться перед родными кто его новый друг. Да и после этого «одного» стало немного стыдно. - Да, поеду. - сдается Паркер, не понимая, почему не может отказать этому человеку. У него хоть и раньше были проблемы со словом «нет», но не до такой степени. - Отлично. Тогда пошли.

***

Ребята ехали по небольшой аккуратной дороге. Было бы идеально, если бы звучала какая-нибудь тихая инструментальная мелодия, но Тони, как выяснилось, носил с собой флешку с любимыми композициями, так что пришлось слушать старый добрый рок восьмидесятых. Пока они добирались до места, то Коллинс рассказывал о прогулочно-беговой дорожке, если вдруг сам Паркер или его родственники пожелают заняться спортом. О том, где на курорте магазин с наиболее низкими ценами, но, при этом, качество продуктов там не уступает дорогим супермаркетам. Поблагодарив за информацию, шатен замолчал, раздумывая, о чем будет можно спросить брюнета. Добравшись до небольшого храмового комплекса, Питер с восторгом посмотрел на многоярусную пагоду. Оба вышли из машины, и пианист щелкнул сигнализацией. Юноша протянул: - Жаль, я фотоаппарат не взял… Придется на смартфон фотографировать. - Да ладно. Не последний раз здесь. Можем еще съездить. – определенно, у молодого мужчины любая проблема была решаема. Но, если подумать, то он прав. Погода, вроде, не должна была измениться в ближайшую неделю. - С тобой? – и кто тянул Паркера за язык? Тони спрятал руки в карманы, и качнулся на носках. - Если хочешь. Угукнув, парень идет в сторону берега, где замечает странную конструкцию. - Что это? - Алтарь. Достав смартфон, шатен щелкает несколько раз, надеясь, что вышло сносно. - Ты откуда? – неожиданно спрашивает Коллинс. - Из Америки, а ты? – Питер осматривается, в поисках интересных кадров. - Тоже. Какой город? - Нью-Йорк. - Вот так совпадение, - музыкант берет Паркера за плечи, поворачивая к пагоде, - И я. Юноша послушно поворачивается и делает пару фотографий. - Да? И что ты делаешь в Сануре? Приехал на отдых или постоянное место жительства? Тони ухмыляется на такое количество вопросов. - Еще не решил. А ты учишься, верно? - Да, но хотел попробовать пройти собеседование в Старк Индастриз и стажироваться там. - Неужели? – Коллинс странно посмотрел на него. – Достаточно известная компания. - Ага, - Питер не замечает перемен, - Я мечтаю попасть на выставку Старк Экспо. С чего-то надо начинать. - Хочешь изменить будущее? - Если получится, то сделать его лучше. Но это не цель всей жизни, так что, если не выйдет, то переживу. - Правильный настрой. - Только не думай, что я так быстро сдаюсь. – добавляет шатен, - Дядя говорит, что если ты сильно чего-то хочешь, то должен быть готов приложить усилия. Поэтому, если не возьмут с первого раза, то я буду приходить еще. - Пока не попадешь в черный список охраны, и тебя не пустят даже на порог? – посмеивается собеседник. - Да, - присоединяется к смеху парень. – Но, я думаю, что до этого не дойдет. Я один из лучших на курсе, может мне и повезет. - Отдаешь всего себя учебе? Наверное, времени на личную жизнь нет? – Тони играет голосом, делая его ниже. - Кхм… - вот она, запретная для Паркера тема. Можно ведь сейчас соврать, но почему ему не хочется? – Я не хочу говорить об этом. - Как скажешь, - легко соглашается Коллинс. Они прошли дальше, к каменной косе, слушая шум разбивающихся о скалы волн. - Тут спокойно, - спустя минуты молчания говорит Питер. - Поэтому мне нравится бывать здесь. Под настроение. - Верю. Ты не похож на человека, любящего тишину. - Разбираешься в людях? – брюнет с интересом смотрит на шатена. - Не очень, если честно. – признается юноша. - Насчет меня ты не ошибся. Паркер улыбается, и решается задать волнующий его вопрос: - Почему ты подошел ко мне? - Захотелось. - Так просто? – парень не скрывает разочарования. - А должно быть сложно? - И ты всегда делаешь то, что хочется? - Почти, - Тони пожимает плечами, - Если есть возможность, то почему нет? - Это эгоистично. Музыкант хмыкает. - Я бы не сказал. Просто стараюсь жить без сожалений, что я чего-то не сделал. Питер улыбается. - Какое красноречие. Другие слова, и ты уже пример для подражания. - Слова те же. Просто каждый воспринимает по-своему. - Согласен, - Паркер делает глубокий вдох морского воздуха. – А что находится за храмом? - Там пляж из черного песка. - Сходим? - Конечно.

***

Молодые люди неспешно шли по пустынному пляжу. Тони вновь нарушил личное пространство, шагая так близко, что их обнаженные руки постоянно соприкасались, посылая по телу приятную дрожь, которую Питер, без особого успеха, старался скрыть. Тихо переговариваясь, Паркер не сразу замечает, что его взяли за руку. А, когда не находит в себе желания выдернуть ее, то его притягивают к себе и целуют. С первых секунд, парень понимает, что теория подтвердилась. Дело было не в Лиз. Как и ожидалось, это он играет за другую команду. От поцелуев девушки у него не подкашивались ноги. И уж точно юноша не стонал сквозь поцелуй от невероятно приятных ощущений. Питер зарывается пальцами в густые волосы, открывая рот шире, впуская язык молодого мужчины. Тело тут же прошибает током, сосредотачивая напряжение в паху, и шатену хочется смеяться от счастья. Он нормальный. С ним все в порядке, просто ему нужен был Тони, а не однокурсница. Когда поцелуй заканчивается, то Паркер слепо тянется обратно, вызывая мягкий смешок Коллинса. - Мы сейчас продолжим. Но я повторю вопрос о личной жизни. У тебя есть кто-нибудь? - Я один. – парень плохо соображает, смотря на блестящие от слюны губы, и первый целует. Пианист позволяет лидировать, но вскоре перенимает инициативу. Руки музыканта приподнимают футболку, и забираются под нее, поглаживая поясницу. Юноша прижимается ближе, сокращая сантиметры между их телами, однако, Тони опять ломает весь кайф, отрываясь. - Так не пойдет, Питер, иначе придется трахаться прямо здесь, - брюнет смотрит в карие глаза с поволокой, стараясь достучаться, но его самого ведет от такого взгляда, и он чертыхается. Снова поцелуй, но гораздо требовательнее, и Паркер понимает, что еще немного и он сам снимет штаны с просьбой как следует поиметь его. Перспектива приятная, в теории, но если учесть, где они находятся, то сомнительная. - Тони… - Питер шумно выдыхает. – Нам бы как-то… остановиться. Коллинс кивает, отпуская юношу и отходит, смотря таким взглядом, что все внутри замирает и больше всего на свете хочется вернуть слова обратно. Оба молчат, и тяжело дышат, физически ощущая притяжение. - И как с тобой сейчас ехать в одной машине? – хрипло спрашивает молодой мужчина. - Не обязательно ехать сейчас. Надо успокоиться. – тихо отвечает парень. Тони хмыкает. Он теперь точно не успокоится.

***

Питер лежал на мягкой кровати, то и дело, косясь на электронные часы, показывающие полночь. До часа икс чуть больше получаса, а он так и не принял решение. Идти или не идти? Причина, по которой Паркер изображал из себя Гамлета весьма проста. Хотелось бы сказать, что ему назначили свидание под луной, но все было гораздо прозаичнее. «- Извини за прямоту, Питер, но я не привык скрывать свои желания. Я хочу тебя. Поэтому, не вижу смысла ходить вокруг да около. Я буду ждать тебя сегодня недалеко от пляжа, где мы встретились. Около лавочки с сувенирами. Выбор за тобой». С одной стороны, шатен был благодарен за честность. По крайней мере, ему в лицо сказали, чего от него хотят и не стали морочить голову пустыми словами. С другой же, чувствовал себя стремно. Соглашаться на подобное было совсем не в стиле юноши. Но он не представлял, как устоять перед соблазном, особенно, после хриплого «Я хочу тебя». Да и стоит ли цепляться за порядочность, когда один раз она уже привела к разочарованию в отношениях с девушками? В принципе, терять Питеру было практически нечего. Он не трясся за свою анальную девственность. А вот жизнь… Только бы Тони не оказался маньяком, собирающимся продать его на органы. Насколько Паркеру было известно, то, по официальным источникам информации, в Сануре не было зарегистрировано таких преступлений. Оставалось надеяться, что шатен не станет исключением. На всякий случай, парень написал записку с адресом места встречи, ближайшими домами и гостиницами и оставил координаты в файле, которые скинул Неду с пометкой «Если что-то случится». Зарядив смартфон, юноша поставил его на беззвучный режим. На стуле лежали неприметная толстовка и широкие темные джинсы, прикрытые сверху вещами, которые были на Питере днем. Решение давно принято, только Паркер еще не признался самому себе. До встречи остается меньше двадцати минут.

***

Парень спотыкается уже третий раз, пока бежит. Лучше не вспоминать, как он собирался, умудрившись одеть толстовку наизнанку, а джинсы застегнуть так, что чуть не «вжикнул» молнией по самому дорогому. Повезло, что из дома шатен вышел нормально, ничего не спихнув по пути. Добравшись до условленного места, Питер громко дышит, пытаясь понять, сколько времени заняла дорога. Когда сзади кто-то зажимает ему рот рукой, то перед глазами проносится вся жизнь. Правду говорят, что самая высокая цена у глупости. - Опоздал, - Паркер облегченно выдыхает, узнавая шепот. Его освобождают и он извиняется, не собираясь признаваться, что долго искал презервативы, чудом оказавшиеся в чемодане. - Пошли. – Тони берет за руку, ведя за собой. Через пару кварталов, молодые люди останавливаются около роскошной виллы, аренда за которую точно была заоблачная. Питер разбирается, они с семьей просмотрели кучу вариантов. - Ты здесь живешь? – юноша огромными глазами смотрит за здание. - Снимаю у друзей. Они сделали мне хорошую скидку. - Охренеть… - мало верилось в слова брюнета, но юноша не собирался расспрашивать. - Самому нравится. Вперед, не задерживайся.

***

Внутреннее убранство тоже поражало своим великолепием. Но Питер уже не обращал внимания. В приглушенном свете, в гостиной, он увидел столик, на котором стояла бутылка шампанского и трехъярусная ваза для фруктов с нарезанными плодами. - Нравится? – Коллинс обнимает сзади и целует шею. - Да… - шатен прикрывает глаза. - Я рад, - музыкант громко выдыхает воздух и отпускает Паркера. – Присаживайся.

***

- Я не очень умею пить, если честно. – парень неуверенно смотрит на фужер с игристым напитком. - Брось, не думаю, что тебя развезет с одной бутылки. – лицо Тони при таком освещении становилось еще привлекательнее, и юноша залипает на необычайно красивые глаза. - Будем надеяться, - Питер неловко улыбается, делая глоток. - Не стыдно? Даже без тоста. – Коллинс усмехается. - По-моему, без разницы. – бурчит Паркер. – Я не умею их говорить. - Хорошо. – пианист отпивает из своего бокала. – Почему ты пришел? - Мне уйти? – вернулась нервозность, с которой парнишка боролся. Тони откидывается на спинку стула. - Я ни слова не сказал про уйти. Я спросил «Почему?». Сглатывая, юноша не сразу находится, что сказать. - Потому что тоже… тебя хочу. – щеки загораются от смелости слов. - Видишь? Все не так уж и сложно. – музыкант под столом касается ноги парня. - Мне обязательно говорить очевидные вещи? - Ну, на меня произвело такое впечатление твое «А кто сказал, что я согласен?». Поэтому уточняю. Питер думает, что Коллинс настоящая заноза. - Я тебя сразу заметил, - неожиданно продолжает музыкант. – Ваша семья выделяется. - Многие так говорят. - А потом твои дядя и тетя пошли танцевать, а ты сидел такой потерянный. Одинокий. - Кстати об одиночестве. – переводит тему Паркер - Мой статус ты знаешь. А как насчет тебя? - То же самое. - То есть, один? - Да, - Тони придвигается, беря Питера за руку. Сжимая свою в ответ, парнишка подмечает, что вместо нежной кожи, чувствует шершавую. Простое прикосновение будоражит, и напряжение внутри нарастает. Шатен благодарен, за то, что пианист не стал трахать его, как только закрылась входная дверь, но желание ощутить себя в чужой власти уже зашкаливает. Выражение лица меняется, и Паркер не знает, как сказать о том, чего хочет. - Иди сюда. – брюнет интуитивно догадывается о том, что творится с собеседником. – Иди ко мне, Питер. Медленно встав, юноша умоляет вестибулярный аппарат не подводить. Не хватало упасть и растянуться на полу. Подойдя, парень садится на колени к молодому мужчине. - Умница, - Тони притягивает его ближе, касаясь языком тонких губ, а затем целует по-настоящему. Питер стонет, обнимая за шею. У шатена совсем не богатый опыт в поцелуях, но Коллинс определенно становится номером один в его маленьком списке. Отстранившись, музыкант берется за край толстовки, и, заставив партнера поднять руки, быстро снимает ее. Будущий любовник смотрит расфокусированным взглядом, и наклоняется к загорелой шее. Проведя по ней языком, собирая вкус кожи, парень крепко целует кадык, вызывая у брюнета удивленно-восторженный стон. С трудом остановив Паркера, пианист говорит: - Пошли в комнату.

***

Они еле доходят до горизонтальной поверхности, постоянно целуясь. Рубашки, из-за нетерпения Питера, молодой мужчина лишается еще в коридоре, оставляя ее там валяться до лучших времен. Наконец-то оказавшись около кровати, Тони толкает Паркера, и как только он оказывается на лопатках, быстро стаскивает с него джинсы и нижнее белье, а потом ложится рядом и припадает к накаченному прессу юноши, проводя между кубиками языком. - Да… - шепчет Питер, выгибаясь. Когда музыкант переключается на бледные соски, то из груди тяжело дышащего парня вырываются тихие стоны. - А громче можешь? – молодой мужчина говорит это на ушко и прикусывает его. Шатен ничего не отвечает, пытаясь обнять Коллинса, но пианист не позволяет, спускаясь быстрыми поцелуями все ниже, пока не достигает паха любовника, и Питер получает ласку, на которую даже не рассчитывал. Тони берет в рот член юноши, от чего глаза Паркера широко распахиваются, и он не сдерживается от крика. Любовник удовлетворенно мычит, расслабляя горло и делая ощущения еще острее. Ненадолго выпустив пенис из влажного плена, брюнет проводит языком по всей длине, чувствуя каждую вздутую венку, а затем снова заглатывает. Парень очень хочет продержаться подольше. Старается отвлекаться на мебель, занавески. Хоть что-то. Но ничего не помогает. Слишком хорошо. Слишком нереально и запредельно. Юноша не хочет думать о том, какой опыт у Коллинса, раз так умело отсасывает ему. Наплевать. Сейчас существуют только он, Питер и Тони, доводящий его до финальной точки. Понимая, что осталось немного, Паркер вцепляется в темные волосы, и кончает, крича имя человека, подарившего ему наслаждение. Сглотнув, музыкант облизывает губы, жарко смотря на партнера. - Продолжим? - Да! - звучит с таким энтузиазмом, что брюнет едва сдерживается от смеха. - Как ты хочешь? - Чтобы я мог видеть тебя. – шатен пока не задумывался о другом варианте. - Тогда ножки шире, Питер. – Коллинс подмигивает и достает из под подушки бутылочку с гелем. - У меня в джинсах презервативы. - Отлично. Я чист, но лучше перестраховаться. Только лезь за ними сам, я не роюсь в чужих вещах. - И я чист, - говорит парнишка и свешивается с кровати, чтобы достать средство контрацепции, и неожиданно ойкает, получив легкий укус в одну из половинок. - Не удержался, - улыбается любовник. Питер силится сделать недовольное лицо, но правда в том, что ему понравилось, и он отворачивает довольную мордашку, вынимая презерватив. - Держи. - А сам не хочешь? – Тони с интересом смотрит на шатена. - В смысле? – озадачился Паркер. - Надеть на меня. Некоторым такое нравится. Отказываться неудобно, и, смущаясь, юноша осторожно раскатывает латексное изделие по крупному стоящему члену, чувствуя, как краснеют щеки. - Стесняшка, - умиленно протягивает Коллинс, - Боже, не убивай меня. Ты что, девственник? - У меня была девушка. – выходит по-детски обиженно. - А парень? - Разве это имеет значение? – нервничает шатен. - Значит, не было, - заключает Тони, видя реакцию. - Какая разница? Я здесь, с тобой и готов к тому, что будет. – Питер ложится и как можно шире расставляет ноги. Брюнет молча подкладывает под ягодицы подушку, и, наклонившись, целует. Паркер с удовольствием отвечает, пусть пока и не чувствует возбуждения. Оставив в покое губы любовника, молодой мужчина открывает бутылочку и выдавливает гель себе на руку. Не тратя время, музыкант начинает поглаживать промежность партнера, кружа около входа в тело. Это продолжается несколько секунд, а затем скользкий палец надавливает на сжатое отверстие, проникая внутрь. Парень морщится, стараясь привыкнуть. Спустя минуты, за первым, в жаркую шелковую глубину, следует еще один, принося еще больший дискомфорт. Но Питер не из тех, кто отступает на полпути и боится трудностей. Третий входит совсем тяжело, но любовник делает какое-то движение, задевая простату, от чего у юноши снова встает и он раскрывает рот в немом крике. Тони не скупится на растяжку, хотя возбуждение уже стало болезненным. - Хороший мальчик, - бормочет музыкант, жадно смотря, как шатен насаживается на его пальцы. Терпение почти на исходе, и молодой мужчина убирает руку, наблюдая как анус сокращается. Коллинс берет свой член, осторожно вводя в стройное тело, не останавливаясь, пока не входит полностью. Брови юноши от боли почти сошлись на переносице, но он стойко терпит. Ничего приятного в однополом сексе Питер тоже не видит, но, может, еще не все потеряно?.. Брюнет ждет, пока любовник привыкнет, а потом делает пробное движение, стараясь найти нужную точку. Не сразу, но у него получается, и вот Паркер громко стонет, подмахивая и наслаждаясь чувством заполненности с отголосками боли. Парень не может поверить, что это происходит по-настоящему. То и дело цепляется за партнера, но руки не слушаются и скользят по взмокшей спине, не давая толком ощутить разгоряченную кожу. Питеру мало, он хочет обхватить Тони ногами, чтобы проникновение было еще глубже, но конечности с непривычки совершенно не слушаются. Коллинс немного меняет позицию, и Паркер получает то, что хочет, выгибаясь как кошка и крича. Движения становятся резче, приближая к кульминации. Первый кончает молодой мужчина, хрипло простонав, а следом за ним и любовник, оставляя белые полосы от ногтей на спине музыканта.

***

С той ночи многое меняется. Иногда Питеру кажется, что теперь в его теле живут двое: один был примерным мальчиком, почти весь день проводившим с родными, разъезжая по экскурсиям, а второй счастливым парнем, радостно познававшим прелести секса с мужчиной, для которого в постели слова «нет» просто не существовало. По крайней мере, все идеи и фантазии Паркера встречались на «ура». В общем-то, юноша и не просил ничего сверхъестественного. Ну, хочется ему самому сделать минет Тони – пожалуйста, член к его услугам. Хочется на практике узнать о римминге – вперед, только и успевай выпрыгивать из штанов. Хочется освоить новую позу, - так Коллинс даже подскажет, какую лучше. Парень чувствовал, что за спиной вырастают крылья, и не только из-за количества оргазмов за последнюю неделю. Помимо прочего, музыкант по вечерам гулял с ним, показывая самые живописные места, узнав о том, что любовник увлекается фотографией. Один раз они встретили вместе рассвет, и Питер запечатлел вулкан Агунг, который был хорошо виден только ранним утром. Молодые люди почти всегда находили темы для разговора. Чаще в роли рассказчика выступал Тони, рассказывая смешные случаи из жизни на курорте. Паркер слушал, запоминая тембр голоса, жесты и колдовские черные глаза, думая, что жить без этого всего он сможет, только будет очень скучать. Юноша старался не думать о расставании, живя секундой. Но грустные мысли являлись не единственной ложкой дегтя. На днях он случайно подслушал разговор дяди и тети, состоявшийся после того, как они снова заглянули в ресторанчик, где работал музыкант. Коллинс держался, только иногда позволяя себе улыбку в адрес юноши, а вот Питер пялился на пианиста почти весь вечер и только со второго раза слыша вопросы родственников. - Мне он тоже не нравится, Бен. – тихо говорила Мэй, когда семья пришла домой, и Паркер, как думали, ушел в душ. – Но Питер взрослый. Мы не можем решать, с кем ему общаться, а кем – нет. После того, что он слышал на душе было погано, но парень не собирался отказываться от любовника. Если первые дни он старался контролировать чувства, убеждая себя, что не влюбляется, то теперь было иначе. Тони уже пробрался под кожу, его имя текло сладкой отравой по венам, а сердце плясало чечетку, стоило увидеть знакомый силуэт. Шатен не строил иллюзий, относительно их отношений и понимал, что когда придет время, то роман закончится, оставаясь курортным. Тем более, Коллинс упорно молчал том, кем работал в Нью-Йорке. И сколько бы парень не пытался расспросить, все было тщетно. Единственно, что он узнал, это то, что брюнет собирается туда вернуться. Ради интереса Питер даже искал пианиста в фейсбуке, твиттере, но везде его ждала неудача. Относительно правдивости имени Паркер не сомневался. Как-то они смеялись, чья фотография в паспорте хуже и показали друг другу документы. Возможно, молодой мужчина был зарегистрирован под каким-нибудь ником?.. Ответ уже был не столь важен. Осознание и принятие фактов – две разные вещи. Юноша никак не мог смириться, что после тропической сказки придет суровая реальность. И хотя было очевидно, что встречи в большом городе не произойдет, шатен не хотел недосказанности. Тони – прямой человек, и скажет правду, если он спросит. Лучше знать заранее, чем вариться в собственных домыслах. Расставить точки над «i» Питер решил вечером, на встрече. В век современных технологий, было необычно, что у них отсутствовали мобильные номера друг друга. Коллинс посмеялся и назвал это романтичным, предупреждая, что если он будет опаздывать больше, чем на пятнадцать минут, то ждать его не стоит. А Паркер согласился, уныло подумав, что его просто не хотят подпускать близко и музыкант избавляет себя от нежелательных звонков и смс. Он еще долго не будет знать, что Тони в их первую ночь скинул себе номер любовника, а потом удалил звонок. Питер здорово нервничает, идя по пляжу, и не представляя, как будет выдавливать из себя слова. Юноша останавливается около пальмы, замечая партнера в расстёгнутой синей рубашке в полоску и джинсовых шортах. На лице темные очки, которые брюнет сдвигает на нос, как только видит, кто к нему подошел. - Привет, Питер. Классно выглядишь. Паркер робко улыбается, реагируя на комплимент. Они сегодня оба оделись в темной гамме: только на шатене черная майка и серые бермуды. - Спасибо. Ты тоже. - Прогуляемся? – Тони подходит, и приобнимает парня за плечи, словно они близкие друзья. - Конечно. – до ужаса хочется обхватить Коллинса за талию, но пока нельзя. Слишком многолюдно. Ребята идут по ставшему уже привычным маршруту, ближе к вилле музыканта, недалеко от которой был пляж, где редко кто бывал. Это стало одним из любимых мест Питера, но сейчас привычного умиротворения нет. Только волнение и напряжение.

***

Паркер сидит между ног пианиста, откинувшись на грудь брюнета, и выдыхает. Он не представляет, с чего начинать. Молодой мужчина обнимает его, молча выражая поддержку и целуя в скулу. - У меня есть одна новость. Не очень приятная. – первый говорит Тони. – Обстоятельства немного изменились и я должен вернуться в Нью-Йорк раньше. - Насколько раньше? – шатен чувствует ком в горле. - Завтра вылет. Юноша молча кивает, закрывая глаза. Вот тебе и не строил иллюзий. Тогда почему его трясет от мысли, что они не увидятся? - А мы… Что будет потом? – через несколько минут молчания, тихо спрашивает Питер. - Будем жить дальше. – Коллинс задумчиво смотрел вперед, по-прежнему сжимая парня в объятиях. - И все? – звучит совсем жалко. - Я не строю далеко идущие планы. Я живу сейчас. Сейчас я с тобой и не хочу уходить. Паркер снова молча кивает, принимая ответ. Глупо было ждать чего-то другого. Они взрослые люди. По крайней мере, один из них. Тишина продолжается еще несколько минут. На улице больше двадцати градусов, и скоро становится жарко, но парень не хочет, чтобы его отпускали. - Я отпрошусь на ночь. – шатен достает смартфон, но Тони перехватывает руку. - Не стоит. Мы все равно не натрахаемся на месяц вперед. А ты тогда завтра ходить нормально не сможешь. - Ты не хочешь больше провести времени вместе? – Питер уязвлен. - Я не хочу, чтобы из-за моего отъезда ты бросался в крайности. - Какая забота! – с сарказмом отвечает юноша. Коллинс не хочет слушать дальше и, повернув голову, запечатывает губы поцелуем. И парень не может противиться, отчаянно отвечая, и зарываясь пальцами в темные волосы. - Не истери, - шепчет музыкант, - Все будет хорошо, я тебе обещаю.

***

Питер громко стонет, раскачиваясь верхом на члене. Запрокинув голову, он наслаждается ощущениями, пытаясь забыть, что больше такой близости не будет. Но разве это возможно? Паркер облизывает губы, но даже на них он чувствует привкус отчаяния. Насаживается сильнее, неравномерно смешивая боль с удовольствием и первого в коктейле определенно больше. Тони рычит, переворачивая их, не давая любовнику причинять себе вред. Юноша обнимает его, крепко прижимая к себе и максимально раскрывается. Жаль, что удовольствие меркнет от факта, что больше ничего не повторится. На щеку падает предательская слезинка, и Питер молится, чтобы молодой мужчина не увидел. Но напрасно. - Я так не могу. – Коллинс выходит из него. – Это изврат какой-то. У меня чувство, что я твой мучитель, а ты страдаешь стокгольмским синдромом. Так не пойдет. - Прости. – парень отворачивается. Его настрой тоже стремительно идет на спад. – Я пойду тогда? - Тебя никто не прогоняет. – Тони снимает презерватив, выкидывая его в рядом стоящее ведро. – Давай поговорим. - О чем? - У нас разве проблемы с темами? - Нет, но… - Вот и отлично. Повернись ко мне. Мне нравится твоя спинка, но говорить я предпочитаю с глазу на глаз.– партнер слушается. – Ты про собеседование мне рассказывал. Когда планируешь идти в Старк Индастриз? - Не знаю, а что? – шатену сейчас не до этого. - Просто лучше не затягивай. Там сейчас конкурс, и мест не так много. - Откуда ты знаешь? - Друг рассказал. - Ммм. – парнишка безучастно смотрит перед собой, и, когда чувствует поглаживание по голове, то поднимает взгляд на пианиста. - Расскажи мне о своей бывшей девушке. – шокирует его Тони. - Зачем? – удивляется Паркер. - Раз спрашиваю, то интересно. - А разве не дурной тон обсуждать своих бывших? - Я не ревную к прошлому. Юноша хмыкает. Пусть послушает. Все равно уже плевать. Он ведь так никому ничего толком не рассказывал, а порой выговориться жутко хотелось. - Ее зовут Лиз, она моя однокурсница. - Хорошенькая? - Ну да. Она милая. - И почему вы расстались? – Коллинс наблюдает за любовником. - Странный вопрос, учитывая, что несколько минут назад я был на твоем члене. - Потому что ты предпочитаешь парней? - Наверное. – Питер опускает глаза. - И когда ты осознал? – музыкант берет за руку Паркера. - Когда переспал с ней, и мне не понравилось. - А до этого звоночков не замечал? - Целоваться вроде было нормально. Терпимо. – неохотно отвечает Питер. - Серьезно? – Тони усмехается. – Тебя не смущало, что поцелуи любимой девушки «терпимы»? - Мне особо не с чем сравнивать. – бурчит юноша. – И было бы фигово так сразу бросать ее. Я думал, может что-то изменится. - Открою тебе страшную тайну. Если с самого начала не нравится близость человека, то так и будет продолжаться. У меня, например, иначе не бывает. - Поэтому ты сразу поцеловал меня? Хотел проверить? - Ага. – Коллинс озорно улыбается. - А если бы не понравилось мне? Тони пожимает плечами. - В худшем случае, я бы получил по морде. Это не страшно. Продолжай. - Больше нечего рассказывать. Ей, наверное, тоже не особо было и мы разбежались. - Она тебя кинула? – вскинул брови пианист. - Лиз сказала то, что я не решился. А я в жизни себя таким мудаком не чувствовал. - И почему же ты – мудак? – музыкант наклонился, всматриваясь в лицо юноши. - А кто я, если после двух месяцев ухаживаний и уговоров, я начинаю ее избегать как только она переспала со мной? Знаешь, Лиз даже сказала, что я не такой, как другие. А я поступил хуже многих. - Так и есть. Ты не похож на тех людей, которых я знаю. – Тони мягко целует его. – Просто обретение себя – это длинный путь. И по нему нельзя пройти, ни разу не ошибившись и не причинив никому боли. - Спасибо за поддержку. – шатен нежно улыбается. Впервые за несколько часов тоска в груди отпускает, позволяя наслаждаться моментом. Коллинс смотрит на него, как-то по-особенному, и Питер спрашивает: - О чем ты думаешь? - О том, сколько вероятности встретить человека из своего города на другом конце света. - Случайность? - Может случайность, - Тони поглаживает скулу. – А может и Судьба. Паркер посылает все к чертям, голодно набрасываясь на брюнета. Прижимается, прося взять его. У них еще есть время. И юноша хочет сполна им насладиться.

***

- Не задерживайся, Питер. – тетя обеспокоенно смотрит на паренька. - Хорошо. – улыбается шатен. – Всем пока! Паркер выбегает из дома, оставляя опекунов обмениваться понимающими взглядами. Оба знали, что друг племянника уехал. Они бы вздохнули с облегчением, но страх за моральное состояние того, кого они считали сыном был сильнее личных неприязней. Повезло, что вопреки ожидаемой депрессии, юноша не стал тоннами есть мороженое или заливать горе в алкоголе. Было видно, что он расстроен, но что-то поддерживало его, не давая увязнуть в болоте грусти.

***

Питер присел на песок, и пропустил его сквозь пальцы. Кажется, он все еще хранит тепло Тони. Всего один день прошел, а у него ощущение, что целая неделя. Закрыв глаза, Паркер представляет как на его плечи опускаются руки музыканта, прижимая к себе и он чувствует размеренное биение дорогого ему сердца. Может, это все-таки не любовь? Просто безумное увлечение, которое пройдет, когда парень окажется дома? Юноша вытаскивает из кармана записку, которую нашел в своих шортах, и, разворачивая ее, в сотый раз перечитывает. «Не люблю прощаний. Увидимся, Питер». Ложь, но зато такая приятная. Увидимся… Паркер не будет раскисать. Пусть они вряд ли еще встретятся, зато он определился с ориентацией и вернул обратно уверенность в себе. Питер будет помнить солнечную сказку. Будет помнить Тони, мысленно благодаря за все время, что они провели вместе. Он был счастлив, а это – самое главное.

***

Коллинс нервно барабанил пальцами по столу, косясь на смартфон. После возвращения молодой мужчина сто раз порывался позвонить Паркеру, но не хотелось портить сюрприз, для которого он уже столько сделал. Чего стоило только уговорить отца на то, чтобы оставить одно место для парня, выбранного Тони для работы. Говард, скривившись, согласился, предупреждая, что особого отношения не будет и если стажер не оправдает ожиданий, то вылетит из компании. Менее резкого ответа он и не ждал. Прошло почти две недели. Тони проверял себя, понимая, что скучает по Питеру. Дело было явно не в красивом месте, а человеке, который был рядом. Как же снова хотелось увидеть любовника. Не фотографию, а живого юношу. Заставить его улыбаться и больше не расстраивать, чтобы не видеть того отчаяния, плескавшегося в карих глазах. Тони встает с кресла и подходит к панорамному окну, смотря на огни города. Где-то там его Питер. Оставалось ждать, а это Коллинс всю свою жизнь ненавидел.

***

Паркер громко вдыхает воздух, поднимая взгляд на башню Старк Индастриз. Что ж, вот оно. Первая попытка. Наверняка, не последняя, но самая волнительная. Парень видит свое отражение в стекле и пытается ободряюще себе улыбнуться. Нужно оставить за порогом свои личные проблемы и привязанность к Тони, которая так и не прошла. Город не подарил Питеру равнодушие, а забрал светлую грусть, заменяя ее ощущением, что все, что случилось было сном. Единственным, что доказывало обратное стали фотографии с музыкантом, на которые Паркер смотрел почти день и ночь. Ладно, вперед. Юноша входит в здание и подходит к ресепшену. - Здравствуйте, меня зовут Питер Паркер, я оставлял заявку на собеседование на сайте и вчера мне пришло email, что я могу прийти. - Минутку, мистер Паркер. – блондинка в белой блузке дежурно улыбается. – Сейчас распечатаю пропуск. Вас уже ждут на двадцать пятом этаже, в двести пятьдесят шестом кабинете. Произошли изменения и собеседование проведет не мистер Мерси, а другой человек. - Спасибо. – кивает шатен, от волнения забывая спросить имя нового интервьюера, забирая у девушки кусочек пластика. Питера немного холодит, пока он едет на лифте, но парень старается взять себя в руки. Вряд ли компании нужен паникер. Когда он доезжает до нужного этажа, то с опаской смотрит на дверь с табличкой «256», но дважды стучит и слышит приглушенное «Войдите». Шагнув за порог, юноша видит большое помещение с серыми стенами, диваном, деловым столом и панорамными окнами. И черт бы побрал его невнимательность, ведь теперь неизвестно как обращаться к человеку! - Здравствуйте. – молчать тоже не выход. – Меня зовут Питер Паркер, я по поводу собеседования. Сидевший в кресле не повернулся, продолжая изучать пейзаж города. - Здравствуйте. – Питер вздрогнул, потому что голос говорившего был похож на голос пианиста. – Присаживайтесь, мистер Паркер. Расскажите о себе. Сев в удобное кресло, парень напряженно смотрит на спину мужчины. - Мне двадцать один год, учусь в колледже Барнарда, изучаю науку и технику. В прошлом году участвовал в конкурсе на грант от Старк Индастриз, но не занял призового места. В последнем семестре попал в списки лучших студентов. - Занятно. Почему мы должны выбрать именно Вас? Питер растерялся и удивился невежливости, ведь к нему так и не повернулись и он не выдерживает. - Простите, мне и дальше разговаривать с Вашим затылком? Слышится усмешка. - Обычно я предпочитаю с глазу на глаз. - По-Вашему, сегодня иначе? - Да. Сегодня я говорю с человеком, который не похож на тех, кого я знаю. Юноша вздрагивает от знакомых слов. Может, он что-то не так понял? Или у него слуховые галлюцинации? - Простите? - Сюрприииз! – тянет собеседник и, крутанувшись на стуле, поворачивается. Паркер чувствует, как глаза становятся в больше, а челюсть падает на пол. - Это шутка что ли? – лепечет шатен. – Как тебя сюда пустили? - Я владелец одной из дочерних компаний Старк Индастриз. Почему меня не должны пустить в главный офис? - Что? – Питер непонимающе смотрит. – Ты прикалываешься? - Тихо, - Коллинс подходит к парню, с намерением обнять, но он не дается. - Объясни. – парень часто дышит. – Как ты оказался в Сануре? - Отдыхал. Меня как раз назначили на новую должность, и я хотел развеяться. - А твоя работа в ресторане? – продолжается допрос. - Я просто заменял заболевшего. Тем более, это мое хобби. – отбивает Тони. - Когда я спрашивал о постоянном месте жительства, ты сказал, что не решил. – припомнил юноша. - Это была шутка. – брюнет снова тянется, чтобы обнять, но Питер отпрыгивает. - Ты врал мне. Все это время ты врал! – Паркер не знал, как реагировать. Он ведь скучал, так надеялся на встречу, и теперь, когда она состоялась ему страшно. Потому что стоящий перед ним молодой мужчина в деловом костюме был совсем не похож на Тони, которого он видел на острове. - А как бы я сказал правду? – Коллинс начинает нервничать. Не так он представлял реакцию на себя. - Просто. Ты ведь не любишь сложности. – язвит собеседник. - Кому нужна эта правда? Ты бы поверил, что я внебрачный сын Говарда Старка? Образцового семьянина и лучшего мужчины Америки? Обо мне не написано ни в одном издании, а в графе об отцовстве – прочерк. Я – Тони Коллинс. Почти никто не знает, что меня связывает родство с Говардом. А те, кто посвящен, уже подписали договор о неразглашении. Репутация прежде всего, знаешь ли. – к концу речи брюнет уже не скрывает горечи. – У мамы был мужчина, когда они познакомились, но Старк… Гораздо проще произвести впечатление на женщину, если у тебя есть деньги. Он отбил ее, если так можно выразиться. Они больше года были вместе, мама думала, что у них что-то серьезное и появился я. Говард обрадовался, у него с женой тогда еще не было ребенка…. Думала, он уйдет к ней. Но не срослось. Она потом вышла замуж, а я поклялся, что в жизни в чужие отношения не влезу. Питер сглатывает, и подходит ближе. - Вы с отцом общались? – Паркер сочувствующе смотрит. - В детстве не очень много. Потом Сара родила Стива, и я автоматически стал номером два. Зачем нужен ребенок от любовницы, когда есть от жены? Говард бы и не позвал меня в компанию, если бы не выяснилось, что у его любимчика отсутствует талант к управлению. Он хорош в военном деле, а не в предпринимательстве. Я к тому времени уже сам основал собственное дело, и довольно успешное… Тогда Старк и вспомнил, что мы родня. - Получается, тобой пользуются? - Я ими тоже. Так что, все нормально. – Тони раскрывает руки для объятий. – Так и не обнимешь? Питер улыбается, и прижимается к молодому мужчине. - Я скучал. – оба говорят это почти одновременно. Шатен поднимает голову, смотря в темно-карие глаза. - Ты совсем иначе выглядишь в этом костюме. Мне кажется, я тебя… не узнаю. – смущенно произносит юноша. - Эй, - Коллинс наклоняется. – Я все еще я. Тот самый парень, который играл на синтезаторе. - И который обещал мне увидеться. Спасибо, что сдержал слово. – Паркер первый целует, обхватывая любовника за шею. К сожалению, поцелуй длится недолго. Брюнет со стоном отстраняется. - Продолжим у меня в квартире. Вечером. Ты ведь не против? - Я «за». – Питер снова чувствует, что не хочет и не может отказаться. - Отлично. Давай, познакомлю тебя с коллективом. - Подожди… Я получил место только потому что сплю с тобой? - Питер, я бы не притащил бесперспективного человека. Будь он даже каким-то божеством в койке. Ты умный парень, я знаю. И почему бы мне не поработать доброй феей, если у меня есть возможность? Тони приобнимает шатена за плечи. - Ладно. – выдыхает Паркер. Вряд ли мужчина стал бы подставляться отцу из-за абы кого. - Хорошо. Пойдем знакомиться. Джарвис, можешь снова включать камеры и звук. - Как скажете, сэр. - Что это? – парень вертит головой в поисках источника звука. - Искусственный интеллект. Его создал Брюс Беннер. Ученый и мой приятель. Не тормози, - Коллинс мягко подталкивает парня к двери. – Скоро со всем разберешься. Питер кивает, думая, что как раз-таки совсем не скоро в его голове все уложится по полочкам, и он поймет, что происходит в его жизни. Но в ней снова есть Тони. А это совсем-совсем неплохо. И пусть он пока выглядит незнакомцем, но теперь их время не ограничено. И будет интересно с новой стороны узнать человека, ставшего для него очень важным.