Трудно быть асом. Часть вторая "Король Рудбара"

      Я огляделся, всматриваясь в темноту. Все были здесь. А где же Даган? Неужели случилась беда?       С треском продираясь сквозь ветки, ведь чары маскировки уже спали, на поляну выскочил последний наемник, волоча за собой двух связанных альвов.       Одного из них я хорошо знал. Валейон из рода Смотрителей казны Аркуэнона Первого. Я едва заметно кивнул ему.       Мидею все-таки удалось попасть в качестве сопровождающего казначея в этот поход, хотя до последнего мы с Амбросиусом не были в этом уверены.       Даган зло тряхнул альвов, кидая тех на землю.       — Вот, хотели деру дать, крысы желтоглазые. Заставили побегать, сволочи!       Наемник от души пнул ногой одного из альвов, тот издал жалобный стон.       Я успокаивающе поднял руку. Не хватало еще, чтобы Мидея били ногами.       — Даган, будь милосерден к этим несчастным.        Наемник зло сплюнул под ноги, но согласно кивнул.       Мне оставалось только довольно улыбнуться. Пусть и с небольшими потерями, но пока все шло так, как я задумал. Больше всех из моей команды пострадал только Полоз, если не считать многочисленных ссадин, ушибов и легкие порезов у остальных. Однако за него можно было не беспокоиться — Анна хлопотала над ним. Если же чуда не случится… Что же, надо признать, что судьба вора меня мало волновала. Его брат получит щедрую компенсацию за потерю родственника.       Я подошел к Аркуэнону, опускаясь возле того на корточки.       Король желтоглазых лежал обездвиженным, выражение крайнего недоумения от всего происходящего застыло на его красивом, уточненном лице.       Без зазрения совести я обыскал альва, вытащил пару кинжалов скрытого ношения, потом снял оглушающее заклятье.       Аркуэнон тут же резво вскочил, озираясь по сторонам.       — Чта вье себе позвольяете, благогоднейший ас?! — желтые глаза альвы гневно сверкнули, лицо искривилось в презреннейшей гримасе.       — А что ты себе позволяешь, перворожденный? — парировал я, намеренно пренебрегая этикетом. — Продаешь кондитор ванам, зная, что по мирному договору на это наложен запрет, и ты обязан был сообщить о нахождении металла на Совете Иггдрасиля.       Аркуэнон спесиво поджал губы, но я отчетливо видел, как нервно дернулась щека короля.       — Чта вье такое гаговите, я не понимаю…       Я подал знак рукой. Абасс бросил к моим ногам развязанный мешок из повозки ванов. Из него выкатились куски руды кондитора.       — Что это, Аркуэнон, не подскажешь? — ехидно поинтересовался я. — Это предательство, Аркуэнон, предательство Основателей, тех, кто создал тебя и твой мир.       Я шагнул навстречу к альву, неотрывно глядя тому в глаза. Кажется, король начал понимать, что его карта сыграна.       — Как потомок Основателей, я имею право убить тебя здесь и сейчас, — тихо проговорил я, поднимая руку со светящимися пальцами от прилива боевого дара.       В глазах Аркуэнона промелькнул страх, он попятился назад, опасливо поглядывая на меня.       Я зло усмехнулся. Жалкий перворожденный…       Аркуэнон выдавил из себя жалкую улыбку в ответ, пытаясь держать хорошую мину при плохой игре.       — Может, мы договоримся, благороднейший ас? Половину от всей добычи. Это больше деньги, что скажешь, Локи?       Я едва сдерживал смех. Мне удалось так напугать желтоглазого, что тот напрочь забыл про свою привычную манеру разговора. Действительно, хорошо говорит на общепринятом, а я еще сомневался.       Я покачал головой.       — Ты напрасно пытаешься меня подкупить, Аркуэнон. Твою судьбу решит поединок с тем, кто больше всего на свете жаждет убить тебя. А ведь в свое время асы просили у тебя хотя бы немного кондитора, но ты просчитался, альв.       Я уступил место Тхалимону.       Наемник подошел почти вплотную к королю, тот отступил, не понимая, кто сейчас стоит перед ним.       — Тье помнишшь меня, Аркуэнон? Маленького мальчика, которого тье прикасзал вывесзти в лесз?       Наемник снял кожаный нагрудник, развязал завязки на рубашке, обнажая родовую татуировку. Остальные наемники в недоумении переглядывались. Кроме Анны, пока никто не понимал, что происходит.       Даже ночью при свете звезд было видно, как побелел Аркуэнон.       — Тхалимон из рода Друлавана, сын короля Морохира, — пораженно прошептал альв.       Позади меня раздался единодушный возглас изумления. Даган и Абасс смотрели на Тхалимона удивленными глазами. Полоз, уже здоровый, хмурился и нервно покусывал губы. Анна стояла молча, неотрывно следя за всем происходящим.       Женщина встретилась со мной взглядом.       — Книга, — тихо проговорил я. Смертная кивнула и скрылась в лесу, быстро принося книгу «Во славу предков».       Я передал ту Тхалимону. Альв бережно принял ее в руки как величайшую реликвию.       — Прадед моего отеца создал её, — прошептал наследный принц Фэйруна, благоговейно водя пальцами по кожаному, потертому переплету.       Аркуэнон ошеломленно смотрел на книгу. Казалось, он не верил в то, что видел.       — Так вот кто украл её! Хорош наследник трона, разбойник с большой дороги…       Тхалимон дал пощечину королю, голова альва мотнулась, с разбитой губы потекла струйка крови.       — Не сзмей обвинять меня в воровсзтве, жалкий трусз! — вскричал альв. — Тье пришел в мой дом ночью и выресзал всю мою семью. Я требую кровной платы, Аркуэнон! — Тхалимон снова вернул книгу мне и вытащил из-за спины два клинка.       Я попросил Анну снять оглушающее облако с альва-охранника, которого она обездвижила во время боя. Второго казначея развязали и посадили рядом, не забывая приглядывать. Это свидетели, они будут нужны Тхалимону, чтобы взойти на престол Фэйруна. Валейон из рода Смотрителей казны Аркуэнона Первого стоял тут же, и Абасс не сводил с него глаз. Но Мидей конечно же не станет пускать в ход оружие.       Аркуэнон растерянно озирался по сторонам.       — Мне нужно оружие.       Даган подобрал с земли два палаша и кинул королю. Альв схватил их налету.        Тхалимон тут же пошел в атаку, не давая сопернику даже принять боевую стойку. Наемник осыпал короля ударами, парные мечи сверкали в ночи.       Вот он атаковал стремительным уколом сверху вниз, в шею, король даже не стал останавливать этот удар, а просто рухнул на бок. Перекувыркнулся, тут же вскочил и ответил стремительной атакой.       Как я и предполагал, Аркуэнон явно проигрывал Тхалимону, но сейчас у альва будто открылось второе дыхание.       Натиск короля был хорош, только постоянные движения и свиля спасали принца от ран. Аркуэнон явно хотел сбить тому дыхание, но принц знал возможности своей физической оболочки, он был натренирован самой жизнью.       Все же принц отступил назад, разрывая дистанцию.       Атака. Отшагнуть. Увернуться, отвести вторым мечом клинок врага…       Я с замиранием сердца следил за поединком Аркуэнона и наследного принца, про себя проговаривая то, что видел. Стоит признаться, что более стремительного и красивого боя я еще не видел в своей жизни. Противники яростно атаковали друг друга, клинки пели и звенели в руках фехтовальщиков, превращая схватку в смертельный танец.       Аркуэнон бросился в атаку, принц подвинулся, пропуская короля мимо, развернулся, стремясь нанести удар в спину. Король ускорился, будто чувствуя опасность, но не успел — острие клинка распороло его рубашку, рассекая спину от плеча до поясницы.       Альв взвыл от боли. На поляну брызнула первая кровь и не последняя.       Король пошел на хитрость, делая вид, что ему плохо. Он пошатывался, нетвердо стоял на ногах. Тхалимон ринулся в атаку, но в самый последний момент Аркуэнон резво нырнул вниз и атаковал в живот.       Только быстрая реакция спасла принца от страшной раны. В последнюю секунду он перенес вес тела вбок, клинок скользнул, лишь слегка его задевая.       Тахлимон усмехнулся в зверином оскале. Царапина, но она была тоже неприятной. Ему пора заканчивать бой, иначе он рискует проиграть из-за банальной кровопотери.       Принц знал это не хуже меня.       Он сделал вид, что смотрит на рану, Аркуэнон ринулся в атаку. Тхалимон подвинулся, развернулся, оказываясь быстрее короля на какую-то долю секунды, и сделал выпад вперед. Палаш принца вошел в правый бок короля, пробивая того насквозь. Аркуэнон захрипел, роняя оружие.       — За отца!       Тхалимон провернул клинок в ране и резво отскочил назад.       — За мать, за сестру!       Принц снова подскочил к королю, нанося в этот раз два удара в грудь короля, сверху вниз.       Кровь лилась из страшных ран умирающего. Король протянул руку в просящем жесте к Тхалимону.       — Удар милосердия, при-и-инц… — прохрипел альв, на его губах пузырилась кровь.       Тхалимон понимающе кивнул и вонзил клинок в сердце короля.       Аркуэнон дернулся и упал с остекленевшими глазами.       Над поляной повисла тишина, было слышно только тяжелое дыхание уставшего и раненого принца.       Я повернулся к двум альвам, свидетелям, оба были напуганы развернувшейся кровавой драмой.       — Король умер, — проговорил я и тут же добавил: – Да здравствует король.       Альвы, сидевшие в оцепенение, как по команде подняли глаза на Тхалимона. Как бы странным это не казалось со стороны, но в обществе альвов правила престолонаследия извращены настолько, что порой даже непонятно, как при подобной путанице возможно продержаться на троне хотя бы десяток лет. И что самое удивительное, поначалу альвы беспрекословно принимают нового правителя, сколько бы не были сомнительны его притязания на престол. Все дело в отношениях к монархической власти, которая считается дарованной альвам от Основателей и, следовательно, самой правильной и непоколебимой основой их общества. А раз альвы жить не могут без короля, значит, нужно быстренько найти… нового правителя, если предыдущего свергли или убили. На этом, собственно говоря, и строился мой план по возведению дружественного мне Тхалимона на престол.       Вот и теперь свидетели вендетты беспрекословно признали в нем нового монарха, становясь по правилам приближенными лицами нового короля, а следовательно, получая право на львиную долю в пироге под названием «Высший Совет». Сказывают, что однажды таким способом титул благородного и место советника получил некий пастух, ставший свидетелем этой самой вендетты. Сыграл на руку и тот факт, что покойного батюшку Тхалимона в Фэйруне до сих пор помнили и чтили как монарха реформатора, при котором альвы получили несколько спокойных и мирных лет.       Казначей встал на колени, присягая бывшему наемнику, альв-охранник сделал то же самое.       — Да здравствует король Фэйруна, Тхалимон Первый! — почти одновременно проговорили альвы, кланяясь новоиспеченному правителю.       Я подошел к Тхалимону.       — Прекрасный бой, Ваше Величество. Совету Иггдрасиля должен быть представлен новый правитель перворожденных, я позабочусь об этом.       Король альвов протянул мне испачканную в крови ладонь, но мы крепко пожали друг другу руки.       — Я помню про обьещщщание, Локи. Мой род всзегда оплачивает долги.       Я поведал Тхалимону, какие кланы больше всего были недовольны правлением Аркуэнона, где можно найти «домашнюю оппозицию», на чью поддержку может рассчитывать новый король.       — Возвращайся в Фэйрун, друг мой, у тебя теперь много забот. — Я приветливо улыбнулся Тхалимону.       Новоиспеченный король альвов кивнул.       Настала очередь наемников. Даган, Абасс и Шнурок подошли к Тхалимону.       — Прямо даже не знаю, как с тобой теперь общаться-то. — Даган неуверенно повел плечами.       — Вье точно можжжете называть меня по имени, друсзья. — Тхалимон по очереди крепко пожал руку бывшим товарищам.       Анна предложила остановить кровь альву, тот охотно согласился.       Я же подошел к телу поверженного короля. Нужно было разобраться с трупом и желательно побыстрее. Мое внимание привлекло что-то блеснувшее в его ладони. Я наклонился, чтобы получше рассмотреть.       Это были обломки сигнального кристалла. Очевидно, что умирая, Аркуэнон успел разломить кристалл.       Я грязно выругался, резко вскакивая на ноги. Мидей в образе Валейона уже стоял рядом со мной, вопросительно глядя на меня.       Как я мог пропустить этот кристалл, когда обыскивал альва?! Болван!       Мы должны были не терять ни минуты. Сейчас сюда заявится целое войско альвов, и тогда уже нам точно не спастись.       Я поведал всем о том, что случилось.       Наемники бросились перетаскивать вещи в повозку ванов, полную кондитора, Мидей вызвался им помогать, но воины решили недвусмысленно отказаться. Мне пришлось объяснить, что этот альв свой. Шнурок только сомнительно покачал головой, Абасс и Даган все еще недоверчиво поглядывали на метоморфа.       — Чьем я могу вам помочь, друсзья мои? — Тхалимон смотрел на наши метания с невозмутимым видом. Я заверил альва, что его место в столице. Более того, ему следует спешить, ведь в Фэйруне кто-то уже наверняка знает о смерти Аркуэнона. Ему стоит быть там и пресечь любые попытки карательной операции.        Тхалимон быстро забрал книгу «Во славу предков» и заставил сесть двух свидетелей на лошадей. Тело бывшего короля он завернул в плащ и взвалил на лошадь, видимо, собираясь принародно сжечь, как положено по отношению к тиранам. Король альвов еще раз на прощание махнул мне рукой и пришпорил лошадь, быстро скрываясь на дороге, альвы поскакали вслед за ним.       Лишь только в ночи рассеялся топот копыт, а наемники все уложили в повозку ванов, как над лесом в небе вспыхнул огромный голубой шар.       Я сжал кулаки от злости. Сигнальные чары сработали быстро, как и положено, только, к моему удивлению, сфера портала была не красной, как если бы шли через тонкий мир из Фэйруна, а голубой.       Была только одна раса в целом Иггдрасиле, у которой поток имел подобный цвет.       Ваны.       Сфера портала крутилась с бешеной скоростью и по своим размерам могла вместить небольшой отряд воинов. Крутящийся шар медленно опускался на землю прямо посреди леса, послушался треск ломаемых веток, сквозь деревья бил яркий свет, ослепляя.       Я оглянулся — наемники, Анна и Мидей застыли в растерянности, глядя на это светопреставление.       Абасс витиевато, грязно выругался, и я был полностью согласен с ним. Прихвостни светлейшей Фрей не входили в мои планы на эту ночь.       Нужно было что–то срочно делать. Решение пришло мгновенно.       Я подскочил к наемникам.       — Убирайтесь отсюда, живо!       Дважды повторять не пришлось. Даган уже резво спускался внутрь повозки ванов через люк, Абасс карабкался за ним. Машина дернулась, едва слышно затарахтела — это Даган сел на место водителя.       — Нам не уйти от них, — констатировал Мидей все еще в образе Смотрителя казны. Зачем раскрывать личность своей "мышки-норушки"?       — Знаю, — я согласно кивнул.       Шнурок и Анна только недоуменно переглянулись.       — Локи, — начала она, — может, как я в прошлый раз, в два «Сантара»…       Я покачал головой.       — Нет, это не поможет. Держи. — Я вложил в ее ладонь сигнальный кристалл наподобие того, что был у Аркуэнона. — Ваша задача отъехать отсюда как можно дальше и вызвать воздушное судно. Корабль будет через десять минут, вам нужно продержаться это время, ты меня поняла? Отошли кондитор и все бумаги, которые ты найдешь в повозке, в Асгард. Это приказ, ученица!       Я проникновенно посмотрел на Анну. Уезжай, милая, прошу. Не рви мне сердце.       — Да, я поняла, но почему ты…       Я не дал ей договорить, обращаясь к Полозу:       — Вор, вот и мой просчет. Береги ее, не подставляйся под меч, ты ведь теперь не один.       Парень покраснел до корней волос, но охотно кивнул.       — Что значит «береги ее»?! — Анна переводила взгляд с меня на вора. — Локи, ты что, остаешься? Нет, мы вместе…       — Забери ее! — это прозвучало как приказ Шнурку. Я старался не смотреть в глаза любимой. В груди разливалась тупая, ноющая боль.       Полоз быстро понял, что к чему. Парень подхватил Анну, та начала кричать, что никуда без меня не поедет.       — Анна! — окликнул я женщину, останавливая ее попытки вырваться. — Помнишь, однажды я сказал тебе, что если придется выбирать между долгом и любовью, я не уверен, что выберу последнее. И ты приняла это.       Смертная сглотнула, в ужасе глядя на меня.       — Нет, Локи, нет… Только не ты, нет! — по щекам женщины побежали слезы.       — Это мой выбор, — старался до нее донести я. — Нам не уйти живыми отсюда, кто-то должен их задержать.       Лес пылал все больше, до раскрытия портала оставались считанные минуты.       — А ты, — я запнулся, сглатывая тяжелый ком в горле, — ты просто живи, милая.       Я не стал больше ничего говорить Анне, а только смотрел, запоминая, образ любимой. Свет очей моих, мы опять расстаемся, и похоже, что теперь навсегда…       Женщина не оставляла попыток вырваться. У нее даже засветились ладони, как предвестник скорого выброса дара, но Абасс помог скрутить её, и вместе с Полозом они затащили ученицу внутрь повозки. Люк машины закрылся, а я все еще слышал рыдания Анны.       — Я с вами, мой король. — Мидей остался стоять рядом.       — Глупо, — я пожал плечами, — ты не обязан умирать вместе со мной.       — Я давал вам клятву служить, и теперь я с вами, — упорно повторил Мидей.       Машина тронулась, набирая скорость. Даган прибавил ходу, и через минуту повозка ванов резво скрылась в темноте.       Я повернулся в сторону горящего леса. Сердце переворачивалось от одной мысли, что я больше не увижу Анну. Но со мной ей нельзя. Так сложилось.       Вот и все. Похоже, что сегодня пришел мой черед.       По злой иронии судьбы рядом со мной стоял самый злейший враг асов и одновременно мой соплеменник по крови — ётун. Как и я. Мидей уже принял своей истинный облик, что было весьма правильным, ведь ледяные великаны довольно выносливы. На его синем лице отражались всполохи огня от сферы портала.       Я смотрел на голубое зарево. Мне не было страшно умирать, ведь я славно поработал за лучшую жизнь асов, и это не пустая болтовня. Основатели могли бы гордиться мной. Асгард снова будет иметь Врата Радужного моста, разве это не главное?       Опальный принц выполнил решение суда, цена уже не имеет значения. Полоз прав, я всегда плевал на общие догматы, являясь по сути одиночкой.       Коварно улыбнувшись врагам, я сделал шаг навстречу судьбе.