Семейные узы pt2 (Я люблю тебя!)

«Это её поразительная способность — рождать во мне самое чистое и светлое и в тоже время заставлять меня предаваться крайней степени безумства, выпуская демонов наружу, сбивая с толку, обескураживала…»

***

Автор

Хлопнула дверь. Чимин забежал в пустой дом. Тишина встретила парня и по телу пробежал табун мурашек. — Суён! — Пак скидывает куртку и ботинки. — Выходи, давай поговорим! Тишина. — Чёрт! — парень обыскал весь дом, кроме мансарды-мастерской Суён.

Флешбек прошлое

— Не заходи сюда! Это моё личное пространство для творчества, поэтому прояви капельку уважения и не заходи без спроса! — Суён только обустроила свою мастерскую и раскладывает мольберт. — Ладно, — хмыкнул Чимин. Он как творческая личность понимает просьбу Суён. Да и видеть, как она целыми днями рисует непонятную мазню не особо хочется. — Обещай мне, что не под каким предлогом не зайдешь сюда! — Суён серьезна как никогда. Чимин не может сдержать смех, наблюдая за хмурым взглядом тринадцатилетней сестры. «Боже, что за милашка!» мимолётно скользнула мысль. «Для неё это всё не шутки.» Чимин сдается и протягивает ладонь: — Обещаю, но взамен ты не будешь лезть ко мне, когда я гуляю с друзьями, — Чимину кажется, что это справедливо. Его достало, что Суён постоянно натыкается на него с Чонгуком, когда ребята веселиться, и всё портит своим появлением. — Хорошо! — тут же согласилась Суён и пожала протянутую руку.

Конец флешбека.

Чимин поднялся по лестнице к мансарде. Обещание, данное в детстве сестре, парень не нарушал, не заходил в мастерскую сестры. Пак делает глубокий вдох и на мгновение замирает у двери, прежде чём войти и нарушить свое слово. Запах краски бьет по рецепторам. В комнате душно, хоть круглое окно открыто настежь. Чимин в первую же секунду понял, что Суён в мастерской нет. «Куда ушла это девчонка?!» думает Чимин. Пак включил свет. Он здесь впервые за долгое время и ощущает себя неуютно. Будто вторгся в душу Суён без стука. Чимин снимает пыльные простыни с холстов и рассматривает каждый шедевр. — Что это? — Чимин натыкается на свой портрет впервые. Суён рисовала его? После всех «ненавижу», что они бросали друг другу? Парень продолжил рассматривать художество сестры, и каждой раз находя себя в завалах картине, чиминов моторчик, то замедлял свой ритм, то бился в ребра до болевых ощущений. — Что это за убожество? Не умеешь рисовать не берись за портреты! И вообще не рисуй меня — это ужасно! — Чимин скомкал кривой рисунок сестры, что в свои девять делала первые попытки в художественном ремесле. — Почему ты такой? — вытирает слезы Суён, поднимая рисунок. В тот день Пак с ДэБоном снова поссорились и Чимин просто вылил свой гнев на младшую. Да, Чимин помнит, что тогда перегнул палку, сказал лишнего и обидел сестру. «Суён сильнее, чём кажется…» — думает Чимин рассматривая её работы. «После моих резких слов она продолжила рисовать меня, дуреха.» Пак понимает, что не заслуживает такого внимания. Ему кажется невероятным тот факт, что сестра вкладывала столько сил в каждую работу. ** Abel Korzeniowski — Six Hours Пак цепляет взглядом холст, стоящий на мольберте. Он прикрыт тканью, лишь небольшая часть выглядывает из хлопковой простыни. Поэтому дураку можно понять, что это изображение — портрет. Чимин чувствует, что ткань скрывает нечто большее, чем просто рисунок, оттого и медлит. Парень подходит ближе, рассматривает открытую часть картины. В нижнем углу, тонким и немного кривым почерком Суён дала название картине «Цветок и Нож». Несовместимое сочетание. Цветок — нечто нежное, красивое, живое и беззащитное, а нож — холодное оружие, что может ранить или даже убить. «Будто рай и ад соединить в одно…», а потом у Чимина мысли обрываются на полуслове. Бессвязным коком выжаться внутри черепной коробки. Растекаются, липнут друг к другу, потому что Чимин видит дату, поставленную, когда картина было завершена, и всё понимает. «12.08.2018» — дата похорон Пака. Пак будто под гипнозом протягивает руку к простыне. Пыль поднимается столбом, когда ткань падает на пол, открывая Чимину тайну, что Суён пыталась скрыть под неё. Сердце парня глухо отбивает улащенный ритм. Чимин смотрит в свои же глаза будто в отражение, и кажется, что сам Пак не знает свое лицо настолько хороша как Суён. Сколько же она наблюдала за ним? Сколько рисовала, чтобы достичь такого мастерства? — Чимин даже представить себе не может. Парень невольно восхищается работой, но ощущает горечь на кончике языка. Будто картина впитала тоску и боль художника. Чем дольше Чимин смотрит, тем тяжелее дается каждый вздох, будто что-то задавливает его легкие. Чимину необходимо найти Суён! Прижать к себе и не отпускать! Любить до потери пульса, до последнего вздоха, не сдерживаюсь… Пак не железный — всему когда-то приходит конец и сдерживать свои чувство белее он не в силах. «Прости, отец, но я так больше не могу!» Чимин выбегает из дома.

***

POV Суён

Я выбрала место у окна. Автобус тронулся и устремляется за заходящим солнцем. Красиво…но мне до этого. В голове полный хаос. «Чимин сейчас с этой Юри? Он действительно влюблен в неё? Агхр, что со мной такое?!» Я знаю, что ревную, но это неправильно. Нельзя ревновать брата! Да, свободного, но всё же такого рода чувства осуждаются обществом. Нельзя было давать волю сердцу. Сейчас не было так больно и так тяжело… Да кого я обманываю?! Ещё как мчалась бы! Любовь в конце концов бы уничтожила меня изнутри, если бы я по-прежнему сдерживала себя. Раньше мне удавалось врать себе, хранить под замками все свои чувства глубоко в сердце, но после этих долгих и мучительных месяцев, что я жила без Чимина, всё замки вскрылись, выпуская наружу нечто запретное. Но что мне делать то теперь? Как вырвать Чимина из сердца, если я не хочу снова потерять его? — Ах, бабушка, мне нужен твой совет… — судорожно выдыхаю я. Я отключила телефон, чтобы никто не тревожил, предварительно написав Хосоку, отцу и бабушке, чтобы не переживали. Почти всю дорогу я проспала, слушая в плеере музыку. На вокзале меня встретили папа с бабулей. Ах, как я скучала по теплым объятиям бабули! — Почему ты отключила телефон? — нахмурился папа. — Я хотела сэкономить зарядку, — соврала я. — Если бы мы не получили фото с твоим билетом, то не знали бы, когда тебя забирать! Пришлось бы тебе пешком до дома идти! — отчитывает отец. — Поэтому я отправила вам фотографию, — улыбнулась я, обнимая родителя. — Хватит ворчать! Пошли Суён, ты устала с дороги, — бабушка повела меня к парковке. — Как там дедушка? Ему лучше? — поинтересовалась я. Чимин сказал мне, что дедушке стало плохо, поэтому отец рванул к ним. — Да, как увидел ДэБона, так сразу на ноги встал! — бабушка улыбнулась мне. Хороший знак. — Его скоро выпишут, — подтвердил папа, — тебе стоит навестить его. — Обязательно! — кивнула я. Бабушка всю дорогу смотрела на меня через зеркало заднего вида. Думаю, её женская интуиция заподозрила что-то неладное, когда я сообщила ей, что приеду без Чимина. Её взгляд так и говорит: «Я знаю, ты что-то скрываешь.» Слава богу мы доехали быстро. В доме закончен ремонт, уютно и тепло по-прежнему. Бабушка накрыла на стол, а я поставила чайник на плиту. Отец вышел покурить, оставив нас с бабушкой наедине. — ДэБон переживал за тебя и Чимина, когда приехал сюда. — сказала бабуля, прожигая меня взглядом. — Причина твоего приезда связана с этим. Так ведь? — Не сейчас… Это долгий разговор и не при папе, — даю понять бабушке, то что я готова поделиться с ней своими переживаниями, но не сегодня. Мы поужинали в приятной обстановке. Папа намекнул, что в скором времени уедет обратно, ведь Чимин остался один, а я как помощница останусь у бабушки. Я зашла в спальню, разложила вещи и, обняв Пику, легла на футон. Странно находиться в комнате, где почти год назад я ночевала с Чимином. Тогда нас разделяла только ширма и громкое «ненавижу», а сейчас нас разделяет километры и тихое «люблю», что, возможно, никто из нас так и не произнесет. Утром меня разбудил крик петуха. Папа уехал работать в поле с первыми лучами солнца, оставив помощь по дому на меня. Бабушка приготовила завтрак и дала задания на день. Мне было сложно начать разговор с ней, но рано или поздно, мне придеться объясниться. Бабушка мудрая женщина, понимает, что пока я сама не приду к откровению, не стоит на меня давить. Работа хоть и не тяжёлая, но хлопотная и позволяет забыться. Лишь вечером, придя в комнату, я мысленно возвращаюсь к Чимину и Юри. Ругать себя за ревность бесполезно. Не всё в жизни я могу контролировать, а неспокойное и чувствительное сердце, тем более не поддается контролю. День за днем — я уже неделю в гостях у бабушки. Папа уехал не закончив работу в поле. Я знаю, что он устроит допрос с пристрастием Чимину, подумав, что он взялся за старое и мы снова поссорились. Ничего! Чимин заслужил небольшой взбучки. Пару раз я навещала дедушку. Он выглядит здоровым и ждет не дождется выписки. Я очень рада, что он в порядке. Интересно, столько времени мне нужно, чтобы хоть как-то прийти в себя?

***

Автор.

**Thirty seconds to mars — great wide open</i> Чимин отбросил попытку дозвониться до Суён. Видимо она кинула его номер в черный список. Пак первым делом пошел к Чонгуку и Дари. Суён часто убегала к ним, когда они ссорились, ища защиту. Парень бежал, попутно набирая Хосока, чтобы убедиться, что сестра не с ним. — Хён! Суён нет дома. Она не с тобой? — выдает Чимин, как только друг взял трубку. — Чёрт! Так и знал, что нельзя было её одну оставлять! Нет, Чим, она не со мной, — вздохнул Хосок. — Я могу поискать её по окрестностям. — Если найдешь, то сообщи мне, — Чимин уже видит дом семьи Чон. Ах, как же давно он здесь не был. В последний раз в тот злосчастный день, когда его дружбе с Чонгуком пришел конец. Хосок что-то ответил и Пак отключился. Вот он дом, где перевернулась жизнь Чимина. Парень замедлил ход и перешел на шаг. Странное, забытое чувство недосказанности и незаконченности посетило Чимина. Если бы Пак тогда не вмешался в отношения Чонгука, то были бы они по-прежнему близки? Дала ли чиминова совесть ему спокойно спать, зная, что Минджи так обманывает его друга? Нет, всё было бы хуже. Чимин уверен, что он поступил правильно, несмотря на потери, что он понес. «Сожалеть о прошлом бессмысленно. Сейчас самое важно это будущее. Мое и Суён будущее, что ускользает с каждым неверным шагом.» — думает Пак, запуская руку в волосы. Парень медлит, находясь уже у порога дома Чонгука. Короткий звонок в дверь — возможно сегодня в этом доме второй раз решиться судьба Чимина, если Суён окажется там. — Я открою! Думаю, это пицца! — послышался женский голос за дверью. Чимину показался голос лишком высоки для Дари и слишком молодой для миссис Чон. Послышался щелчок и дверь приоткрылась. — Чимин? — улыбка Минджи стерлась с лица, заметив старого знакомого. Пак чуть склонил голову в бок, разглядывая девушку. Непонимание в глазах парня сменилось на осуждение и гнев. — Что случилось, малышка? — Чонгук появился в коридоре. Минджи испугалась и захотела захлопнуть дверь, но Чимин не дал ей это сделать, подставив ногу. — Малышка? — нервно усмехнулся Чимин, смотря в глаза другу. Чонгук мягко оттолкнул девушку выходя вперед. — Зачем ты…? — Чонгук не успел среагировать и в его челюсть прилетел чиминов кулак. Чимин намеривался ударить ещё, но Минджи встала между бывшими друзьями. — Господи! Ты с ума сошел? — Как ты додумался променять Суён на…на вот это! — Чимин брезгливо посмотрел на девушку. — Так она тебе не сказала? — брюнет потерял вытер кровь с губы. — Суён бросила меня. Мы расстались по её инициативе. «Стоп! Суён бросила Чонгука?» до Пака не сразу дошла эта мысль — И правильно сделала, что бросила тебя! — бросил Чимин, собираясь уходить. Извиняться перед Чонгуком парень не собирается. Чонгук сам виноват! И Чимин не сильно его ударил…вроде. — Стоять! — Чонгук схватил Пака за локоть. — Ты пришел сюда помахать кулаками или всё-таки поговорим? Чон давно хотел поговорить с Чимином на чистоту, и вот этот засранец здесь, машет кулаками и нападет не успев разобраться в ситуации. Нет, Чонгук его так просто не отпустит. — Я думал, что Суён у тебя, но очевидно, что её нет, — Чимин снова бросил пренебрежительный взгляд на Минджи. — У меня нет времени на бессмысленные разговоры, нужно найти её, — одёргивает свою руку из цепкой хватки Чона. — Всё-таки довел её, и она сбежала? — невесело усмехнулся брюнет. — Да пошел ты! — Чимин не намерен выслушивать это дерьмо от младшего и уходит. — Прости, Минджи, — бросает Чон девушке и следует за старшим на улицу — Подожди! Чимин шагает быстро, но Гук поспевает за ним. — Чимин! Чимин, мать твою, остановись на минуту! Хён, — подействовало. Пак остановился и резко развернулся. Чонгук давно не называл Чимина хёном и это режет старшему слух. — Хочешь ещё получить? — Блять, ты просто невыносим! Хён, попробуй, хоть раз не быть упрямой скотиной и выслушать! И что девушки находят в тебе? — Чонгук мечется, пытается собрать мысли в кучу и выдать всё, что на сердце. Он знает, что с Чимином сложно разговаривать, когда тот не в духе, но ещё сложнее заставить старшего выслушать. — Похоже я не рассчитал и ударил слишком сильно. Ты страх потерял?! — Чимин сдерживает себя, чтобы не вставить мозги Чонгуку обратно. — По-другому ты бы не стал меня слушать. — вздыхает Чонгук — Хён, я… — сложно как же сложно Чону даются слова. — Я хочу извиниться перед тобой. «Что? Похоже я, действительно, не рассчитал сил и Чонгук не в себе. Иначе не объяснишь его поведения!» Чимин шокирован, а Гук продолжил: — Я знаю, что налажал и разрушал нашу дружбу. Мне жаль. Я понял это на твоих похоронах. Понял, что всё могло быть иначе, не будь той ссоры. Я был ослеплен ненавистью и не видел очевидного и всё испортил. Минджи рассказала мне всё… Я её простил, но теперь чувствую, что виноват перед тобой. Наверно, поздно что-то пытаться вернуть. Мы столько пережили вместе, и я, надеюсь, что я не пустое место для тебя, а нашу дружбу можно вернуть. Чимин потер переносицу и вздохнул. Чонгук сейчас искренен. Порой Пак думал, что было бы здорово, будь в компании Юнги Чонгук. Иногда, Чимин чувствовал нехватку друга, ведь дружбу длинною в жизнь так просто не забыть. Сейчас Чон осознал, что был не прав, но что делать со всеми острыми и дерзкими словами, сказанными сгоряча? Так легко разрушить мир, но так сложно забыть войну. — Гук, какой же ты тормоз! — всё что смог выдать Чимин. — Почему мне нужно было сдохнуть, чтобы ты понял свою неправоту. — Не делай так больше. Я ведь, действительно считал, что ты мертв, — Гук пожал плечами, смотря в пол. — Ладно, — кивнул Пак, — мне нужно идти, так что поговорим позже… — парень не готов пока налаживать отношения с младшим, но первый шаг сделан. Бывшим друзьям предстоит большой путь к примирению. — Я могу помочь. Суён обычно посещает парк, когда расстроена. Можешь там поискать. Чимин кивнул, поджав губы. Неловко вот так принимать помощь. — Удачи! — улыбнулся Чонгук, чувствуя, что Пак настроен менее враждебно.

***

Чимин в ту ночь не нашел сестру. Обошел почти весь город, но она исчезла, тогда Пак понял, что возможно она уехала и был прав. Один звонок отцу подтвердел догадки парня. ДэБон сообщил сыну, что Суён уехала к бабушке с дедушкой. «Я приеду на следующей неделе. Будь дома, нужно кое-что обсудить.» — строгий голос отца заставил Чимина напрячься. Если бы не эта просьба, то Пак бы сорвался и приехал за Суён. В этот раз парень, сломав себя, решил послушать отца и дождаться его. Всю ночь парень мучился от бессонницы, думая, как признаться ДэБону, как посмотреть ему в глаза, и что будет делать дальше. Юри писала Паку, но Чимину было не до неё. Парень готовился к приезду родителя. Время от времени встречался с Хосоком и Намджуном, как в прежние времена. Парни обсуждали планы на будущее и делились новостями. В городе стало небезопасно. Каждый день новый бунт, что сложно подавить полиции. Мэр не выходит из своей резиденции без охраны, а Тэхён в розыске как предатель народа. Чимину любопытно, что сейчас испытывает Бан Ши Хек, будучи преданным. Мэр проиграл, но пока держится из последних сил, пытаясь что-то изменить. Пока Пак с друзьями чувствуют себя в безопасности, ведь теперь чуть ли не каждый житель считает их героями. Чимин встретил отца. ДэБон приехал вечером и выглядел уставшим. — Пошли, прогуляемся, — мужчина не стал разуваться и позвал сына во двор для разговора. Чимин не мог понять эмоции отца. Пак был готов к тому, что родитель начнет отчитывать его, но ДэБон выглядит спокойным, и тени злости на сына нет. <i>**Ilan Eshkeri — Speech Чимин вышел из дома накинув легкую ветровку. Вечером на улице прохладно. Во дворе уже нет цветущих роз, но остались детская площадка. Пак старший и Чимин присели на качели. Цепочка зазвенела, а деревяшка скрипнула под весом взрослых мужчин. — Ничего не хочешь мне сказать? — ДэБон посмотрел на сына ожидая чего-то. Чимин облизнул пересохшие губы от волнения и чуть оттолкнул качели, опираясь ногой о землю. — А что ты хочешь услышать от меня? — Что произошло между тобой и Суён? У меня такое ощущение, что я совершенно не знаю своих детей! Раньше я хотя бы знал, что не хоть вы и ссоритесь, но это временное явление, но сейчас… Я думал, что после твоего возвращения ссоры прекратятся, ведь Суён так скучала по тебе. ДэБон помнил взгляд Чимина, когда Суён выкрикивала «Ненавижу», он видел, как сын борется с собой и интуитивно понимал, что мешает. Пак старший с тяжелым сердцем уезжал к своим родителям, надеясь, что дети померяться и Суён простит Чимина. Какого же было его удивление получив он от дочери сообщение о приезде. Что же случилось? — Я знаю, что я никудышный сын и ужасный брат… Знаю, что множество раз подводил тебя. — начал Чимин свою исповедь. — Всё то время пока я был вдали от семья я думал о своей жизни. Я изменился, будто родился заново и не хочу больше ранить кого-то, но знаешь, это оказалось сложнее, чём я думал. Почти всю свою жизнь я сопротивляюсь чему-то или кому-то, почти всегда борюсь и бросаю вызов судьбе. Даже сейчас… — Чимин тоже посмотрел наверх, но его внимание привлекло окно Суён. — Она тоже в постоянной борьбе. Мы ссорились, потому что не могли по-другому… — Пак посмотрел в глаза родителю и мягко улыбнулся, давая понять, что близок к признанию. — Отец, ты ведь тоже любил когда-то. Этому чувству сложно долго сопротивляться. Я пытался, правда старался игнорировать это ради целостности семьи, но так больше продолжаться не может. Я… — сердце ДэБона перешло на бег, услышав слова сына. — Люблю… — мир мужчины переворачивается. — Суён. Чимин видит растерянность отца и чувствует себя виноватым. Минуты ожидания приговора родителя длиться вечность, но Пак младший ждёт. — Отчасти я догадывался, но не хотел верить… У вас что-то было? — ДэБон хмурится, он чувствует себя преданным. — Нет, мы даже не говорили друг другу об этом. Я намерен признаться ей. Хоть для тебя Суён дочь, мы не можем быть братом и сестрой. — вздыхает Чимин. — Если ты не можешь принять это, то я могу отказаться от фамилии и никаких проблем в обществе не будет. Я не достоин быть твоим сыном и носить твою фамилию… — парень серьезен как никогда. — Замолчи! Ты мой сын и я не собираюсь терять тебя во второй раз! — разозлился ДэБон из-за слов сына. — Я всё ещё помню себя молодым и могу понять твои чувства, но не делай поспешных решений! Я знаю, как любовь накрывает с головой и понимаю твои чувства, просто дай мне привыкнуть к этой мысли… — ДэБон не сдержал эмоций. Он не хотел кричать или отталкивать сына, но слова про отказ от фамилии вывели из колеи. Мужчина действительно боялся потерять ребенка. Перед ним стоит выбор: дать детям возможность быть вместе и тем самым осчастливить их или быть препятствием, лишиться детей и разрушить целостность семьи. Конечно, ДэБон выбирают менее болезненный и самый лучший вариант. Если Чимин говорит о той любви, что ДэБон испытывает по сей день к своей жене, то мужчина ничего уже с этим не сделает. Это навсегда и безповоротно. Взгляд ДэБона цепляет завядшие розы, и он вспоминает свою Хон Чжу. «Что бы она сказала сыну?» думает мужчина. — Прости… — вздыхает ДэБон. — Езжай за ней. Я не стану препятствовать. — мужчина поднимает взор в небо прося у жены сил. Чимин следит за взглядом старшего и тоже смотрит на звезды. — Спасибо, — искренне благодарит парень. Непосильный груз сваливается с души, дышать становится легче и кажется, что Чимин вот-вот взлетит. Так легко и так спокойно. ДэБон считает, что поступил правильно. Он как любой любящий родитель хочет счастья свои детям. Они всё-таки не кровные брат и сестра… ДэБон смотрит на сына: «Как же он вырос и возмужал!», снова взгляд в небо: «Хон Чжу! Ты бы гордилась нашим сыном. Он ведь, не упустит своего и будет идти до конца, как и ты…самоотверженно.» Закрыв глаза ДэБон вспомнил как впервые взял на руки пищащего Чимина. Он был таким крошечным и так сладко пах. У ДэБона закружилась голова от волнения и он неловко держал сына, что толи мяукал, толи пищал. Хон Чжу помогла правильно взять Чимина и улыбалась так ярко! Первые неуверенные шаги Чимина, первые слова, первый поход в школы — всё это мелькало перед глазами мужчины. Сейчас Чимин совсем взрослый и не нуждается в объятиях и сказках. Куда делись его пухлые щеки и детское любопытство Чимина? Время пролетело слишком быстро. Невозможно вернуть это и многое изменилось в сыне… Но одно неизменно — Чимин и Суён всё ещё зависят от родителя и нуждаются в его поддержке как никогда. Что ж, он их поддержит и защитит от нападок общества!

***

POV Суён.

**Sinead O'Connor — Sinead O'Connor — Only You Глубокий вдох и аромат свежей травы защекотал нос. Ласковое солнце греет меня, а песня ручейка успокаивает. Бабушка отпустила меня погулять по деревушке, и я решила пойти на озеро. Отец отписался мне довольно поздно, сообщив о своем приезде домой. Интересно, о чём он разговаривал с Чимином? — Снова думаю о нём! — пинаю камушек под ногами от злости. Подняв глаза, я заметила сквозь гущу деревьев озеро, к которому шла. «Красиво и людей нет — просто идеально для набросков». Я взяла с собой блокнот и карандаши. Подхожу к небольшому «причалу» из дерева. Дети часто ныряют с такого в воду. Я бы тоже нырнула, но я плохо плаваю. Разместившись на краю причала, я начала рисовать пейзаж. Невольно вспомнилось, как мы с Чимином проводили здесь лето… Чик! — грифель карандаша сломался, потому что я сильно надавила. — А-щ-щ! Ну, что за невезение! Я не взяла собой нож, чтобы поточить карандаши! — ворчала я, беря другой оттенок голубого. В последнее время я стала рассеянной… Мне стоит собраться иначе дальше будет только хуже. Закончив рисунок, я приступила к другому. Я решила немного дать волю воображению и нарисовать, что-то своё, но блокнот с рисунками закончился, а собой у меня была лишь книга. — Что ж, искусство требует определенных жертв! — я открыла книгу и беспощадна начала водить карандашом по странице. Думаю, мой учитель литературы взялся бы за сердце, увидев, что я делаю с книгой! «Мисс Пак! Это верх неуважения и бескультурья! Что вы делаете с величайшем произведением?» — причитал бы мистер Кан. — Улучшаю его, мистер Кан! Добавляю красок, этому до жути скучному шедевру! — смеюсь я, продолжая рисовать. За работой я не заметила, как время подошло к вечеру. Рисунок в книге получился почти идеальным. Взглянув на него можно понять, что я очень скучаю по Чимину. Ведь именно его я нарисовала в книге, немного улучшив произведения. Обвожу пальцем пухлые губы, вспоминая их мягкость…

***

Автор.

Чимин взял билет в тот же вечер, после разговора с отцом и приехал не предупреждая бабушку, иначе бы Суён сбежала, так и не дав Паку высказаться. Парень пытается поймать попутку, чтобы добраться до дома с вокзала, но машины проезжают мимо. На удачу Чимина на вокзал приехал дедушкин приятель. Он сразу узнал внука друга и любезно подвез. Пак нервничал и тряс ногой всю дорогу, отвечая односложно и быстро. Приятель деда понял, что парня явно что-то беспокоит и не стал допрашивать. Чимин почти влетел в дом. — Бабуль! — в доме пусто, тогда парень вышел во двор. Бабушка уронила тазик с водой, увидев внука Чимин быстро подскочил к бабушке и прижал её к себе. — Боже, почему ты не предупредил? — женщина счастлива видеть живого и здорового внука. Она обнимает его так крепко, как только может. — Бабуль, мне нужно найти Суён. Прошу, скажи где она, а после я всё тебе объясню, — Пак суетится. — Я дала ей отдохнуть. Она сказала, что пойдет рисовать на озеро. Чимин отпускает бабушку, чмокнув её в щечку и убегает. Женщина в легком шоке от нежности внука. Она ощущает изменения парня. Перемены — грядут большие перемены в их семье — это мудрая бабушка знает наверняка. До озеро бежать пешком минут двадцать, но Чимин бежит как будто за ним гонятся. «Пора бросать курить! Дыхалака подводит!» — решает парень, ощущая дискомфорт в легких. Их будто разрывает, но Чимин не замедляется. Вот уже виднеются озеро, а на причале… Сердце пропускает удар — На причале сидит Суён. Её волосы развивает летней ветерок. Девушка сосредоточено смотрит в книгу. Чимин замедляется и тихонько подходит к причалу, чтобы Суён не заметила его раньше времянки. Боже, да Чимин прямо сейчас умирает и восстаёт из пепла! Как же долго он ждал этого момента, этой судьбоносной встрече. И как же ему страшно всё потерять сейчас, совершить ошибку. Нет, только не сейчас, когда все барьеры сняты — Пак не имеет права на ошибку. До Суён осталось десять шагов, сто ударов сердца и три слова, что уже рвутся из уст, но Чимин медлит. Смотрит на девушку, что сидит к нему спиной. — Нашел! Я нашел тебя! — Чимин пытается отдышаться. Девушка дергается будто от удара током и медленно оборачивается. Конечно же она узнала голос Чимина, но вдруг её послышалось, вдруг это воображение или сон. Суён поднимает глаза на парня и быстро моргает. Нет это не сон и не видение! Чимин здесь, стоит напротив и сверлит взглядом. Он дышит часто и тяжело, а мокрая челка падает на лоб. Девушка цепенеет встречаясь взглядом с Паком. Суён будто получила пощечину и очнулась от оцепенения, когда Чимин делает несколько шагов навстречу. Она встает на ватных ногах и хочет убежать, скрыться от него, но Пак перегородил путь к отступлению. — Ты хоть знаешь, как долго я тебя искал! — Зачем? Оставил бы меня в покое и жил бы себе спокойно! — Суён из-за всех сил пытается показаться сильной и независимой, но получается плохо, потому что голос дрожит. — Спокойно?! Да, я бы с удовольствием, но… — Чимин делает ещё несколько шагов навстречу, ни сводя глаз с девушки, будто охотник гипнотизирует свою жертву. — Ты умудряешься свести меня с ума не прикладывая к этому больших усилий. Суён мечется, ища лазейку. Кажется, сердце девушки готово реализовать план побега, но теперь валялось где-то на полу. Хотя, не где-то, а вполне в конкретном месте — у ног Чимина. — Сходи к врачу, он поможет тебе вылечить голову, — Суён хочет отойти назад, но она и так на самом краю самой настоящей пропасти. — А что делать с сердцем? Кто его вылечит, м?! — бросает Чимин, сокращая расстояние. Оставлялся шаг, всего лишь шаг и Суён уже никуда не денется. — Вряд ли кардиолог справится с этими ранами… — Я пришел узнать кое-что. Помнишь, наш последний разговор, перед моим уходом? Тогда, ты сказала, что любишь Чонгука. Ты ведь соврала мне! — Нет, я… — Лгунья! Какая же ты лгунья! Тогда ты не только об этом солгала… — в чиминовых глазах зажглись огоньки, в них пляшут демоны. — Может сама сознаешься? — А что насчет тебя?! –«лучшая защита — это нападения» решает Суён. — Ты воспользовался мои состоянием после выпускного и…поцеловал! — Не переводи стрелки! Тогда ты сама попросила научить тебя. — Чимин скользнул взглядом по губам Суён, вспомнив их вкус. — Ты ведь любишь меня, — снова глаза в глаза. «Почему? Почему Чимин имеет такую власть передо мной? Почему видит меня насквозь? Что же мне делать? Что ответить? Ведь, это был не вопрос! Чимин знает наверняка.» — мелькает в голове девушки. Суён попыталась сбежать по краю узкой пристани. Девушка оступается и падает в воду. Всплеск! Толща воды приняла девушку с распростертыми объятиями. Суён никогда не знала насколько глубоко в этом озере. Глубоко. Теперь она знала наверняка. Суён ощутила, как вместе с собой её окутала паника. Что делать? Суён ведь не успела перед падением вдохнуть побольше воздуха. Не дышать было невыносимо. Грести! Нужно грести и вода вытолкнет её на поверхность. Девушка начала болтать руками, но из-за нехватки воздуха и паники у неё не получалось всплыть на поверхность. «Это конец?» Сзади раздался какой-то непонятный шум, видимо, Чимин нырнул следом за ней. Наверное, прошло всего несколько мгновений, а Суён казалось, что целая вечность. Вот сейчас её спасут, вытащат. От этого погружения, девушку качнуло. Суён вдохнула. Так страшно и ужасно не было никогда. Осознание, что вместо спасительного кислорода через нос и рот в легкие врывается вода… Но организму плевать. Он отчаянно пытается жить! Выжить… Чимин в ужасе наблюдает как хрупкое тело летит прямиков в воду. Парень ныряет, следом. «Пузыри! Плохо дело! Она вдохнула!» Сжавшаяся, очень хрупкая и беззащитная… Суён барахтается в толще воды. Вот дуреха! Так отчаянно пыталась сбежать, что чуть не утонула. Чимин притягивает Суён к себе и выталкивает на поверхность воды. Девушка кашляет, и жмется к Паку всем телом. Страшно! Как же Суён испугалась, но Чимин рядом, он спас её. Парень вытащил Суён на берег — идти, а тем более плыть она не могла. — Тебе не убежать от меня, — Чимин крепко держит девушку на рука, — твои жалкие попытки чревато заканчиваются. Суён дрожит всем телом и уже не думает о побеге, прижимаясь к Чимину. — Я… ненавижу… тебя… — шепчет Суён. — Мы это уже проходили! Придумай что-то пооригинальнее… — усмехнулся парень, а Суён вздохнула полной грудью, вдыхая ненавистный, но в тоже время любимый аромат роз. Чимин шел в сторону дома. Поговорить с Суён не получилось, но она хотя бы не убегает сейчас. Пак ясно дал понять, что она не отвертится.

POV Суён.

— Я могу идти сама. Отпусти, — немного оклемалась я, а Чимин проигнорировал просьбу. — Эй! Я ведь тяжелая, — не унимаюсь я. — Ты давно себя в зеркале видела? Одни кости, да кожа! — подмочат Чимин. — А если нас кто-нибудь увидит… — Тебя это так заботит? — Да! Общественное мнение меня волнует! Чимин остановился и взглянул на меня с осуждением. Через мгновение я оказалась на своих двоих, а Пак молча зашагал вперед. «Обиделся что ли?» — подумала я. Совесть противно сжала сердце. Снова как в детстве я шагаю позади брата и смотрю на его руку, что сжата в кулак. Вода неприятно хлюпает в кедах, но идти нужно. Я уже сто раз пожалела о своей просьбе. Дома бабушка встретила нас и заварила горячий чай, чтобы согреть. Чимин мрачен и задумчив. Да, что происходит? — не понимаю я. С ужасом осознаю, что спать нам придется снова вместе. Я зашла в комнату готовая ко всему, но Чимина там не оказалось. **bts — best of me (music box edition) Я включила ночник и выключила основной свет. Притворюсь спящей и ничего не произойдет…да? Послышались шаги, и я зажмурилась. Чимин зашел тихо. Я почувствовала, что он лег рядом. «Ширма разделяет нас, поэтому я могу открыть глаза» — решаю я и медленно размыкаю веки. Чимин смотрит на меня не моргая. Между нами нет ширмы, нет препятствий. Я не отвожу глаз — просто не могу этого сделать. — Обманщица… — шепчет парень. — Притворилась, что спишь? Не знаю, что ответить ему. Я медленно киваю, крепче обнимая мишку. — Ты боишься осуждения и из-за этого сбежала? Дело в людях, а не во мне? Я знаю ответ, но хочу услышит от тебя. Снова киваю. К глазам подступают слезы. От чего-то горько признаваться в том, что всё было бы иначе, будь я смелее. — Зачем ты приехал? — шепчу я. — Ты ведь с недавних пор относишься ко мне как к сестре? — хочу добиться ответного признания, но слышу совершено неожиданное: — Да, это так, — это фраза сопоставила с «я не люблю тебя» и бьет больнее кулаков. Одна фраза и я в нокауте. — Сестер. Так. Не. Целуют, — по словам произношу я, смотря в глаза напротив, в попытке отыскать свое отражение в глубине янтарных озер. — Да? Хочешь поспорить? — медленно не встречая на своем пути препятствие Чимин приблизился ко мне. На мгновение время останавливается и чиминовы губы накрывают мои. Первое прикосновение было легким, едва ощутимым, на пробу. Чимин отстранился и рвано выдохнул. Секунда и вновь жадно прижался к моим губам, целуя сначала верхнюю, а затем нижнюю губу. — М-м-м, стой, — я отстраняюсь. — Так нельзя… — Можно, — Чимин улыбается. — Ты ведь любишь меня… — Люблю, но ты меня нет… — шепотом призналась я. Думаю, Чимин почувствовал горечь в моем голосе, потому что улыбка стёрлась с его лица. — Да, я пытался к тебе относится как к сестре, но ты оказалась права — сестёр так не целуют. — Чимин снова приблизился и прошептал в самые губы — Я люблю тебя — большим пальцем Чимин обвел контур моих губ. Признания оказалось достаточно чтобы я перестала сопротивляться и волноваться об общественном мнение. Когда мечта вдруг становится реальностью, в мозгу клинит вполне так конкретно. Я закрыл глаза и потянулся к парню, полностью отдаваясь моменту. Я издаю полу стон снова вкусив такие запретные, но такие желанные уста. Губы Пака пухлые, горячие, невероятно мягкие и в голове всплывает ассоциация с зефиром, который, кстати, очень мне очень нравится. Чимин углубляет поцелуй, касаясь кончиком языка мой. Подаваясь вперед я обвила чиминову шею руками, полностью погружаясь в ощущения. Огромная пропасть между мной и Чимином исчезла в одно мгновение. Да, всё что происходит сейчас в корне неправильно, но боже, как же мне хорошо! Кровь практически закипает, когда влажный язык нежно касался моего языка. Чимин целует меня то тягуче медленно, то обжигающе быстро. Прижимая меня к себе как можно плотнее. Чимин давал несколько секунд на передышку и потом снова жадно прижимался к моим губам, чтобы тут же углубить поцелуй. Мы целовались долго, самозабвенно, пока у обоих не заболели от поцелуев губы. Но даже после этого мы наслаждались друг другом, пока Чимин неспешными поцелуями покрывал мою шею. Поцелуй в подбородок, от чего я судорожно закусывала очень чувствительные губы. Поцелуй за ухом, пока я судорожно втягиваю воздух через рот. В основание шеи… Я неконтролируемо застонала и потянул Чимина на себя, вновь прижимая к своим губам. И так по новой… Мы не следили за временим и за окном небо окрасилось первыми лучами солнца. Но кого это волновало? Есть только я и он. Медленно эйфория отступает, на смену приходит угрызение совести. Я наплевала на мнение людей, но есть человек, перед которым я провинилась — «Отец! — Как теперь ему в глаза смотреть? Я ужасная дочь…» — Что нам делать? Папу за это убьет! — я выпуталась из объятий Чимина. — Кстати об этом… отец не против наших отношений, — неожиданно заявил Чимин. — Ты раньше не мог сказать мне об этом?! — я пихнула парня в бок. — Мои губы были заняты куда более важным делом, — просиял Пак. Да им сейчас можно улицу освещать! Как же долго мы шли к этому! Теперь, я не потеряю его, ни за что на свете! Никогда!

***

Мы с Чимином вернулись домой спустя пару дней после выписки дедушки. Он в своей манере выразил любовь к внуку, гоняя парня по двору с тростью в руке! Я бы вступилась, но думаю Чимин заслужил все тумаки и грозные слова, которые получил. Впредь он не допустит такой сложной ситуации, когда жизнь ставит тяжелый выбор. В автобусе я донимала парня вопросами. Пару раз мы поругались из-за мелочи и минут тридцать молчали. Что же, Чимин не изменяет себе и время от времени мы будем спорить. — Хорошо! Ладно! Я не встречался с Юри, и то что ты видела была деловая встреча, — выдал Чимин нарушая нашу молчанку. — Айгу, посмотрите на него! Врет и не краснеет! Я видела, как ты улыбался этой… — хотела обозвать её, но мы в общественном месте и выражаться здесь нельзя. — Отвратительной личности! А потом ещё и обнял! Чимина долго сдерживал смех, но на моем последнем слове не сдержался. — Как ты её назвала? Отвратительная личность? — сквозь смех говорит парень. — Юри дочь Ши Хёка и хороший информатор. Между нами ничего нет. — Пак накрыл мою ладонь своей и переплел пальцы. Удобно. Невероятно, но лишь одно чиминово прикосновение меня успокаивает. Не знала, что с ним может быть по-другому — комфортно, уютно и так хорошо! Хоть и стены между нами нет чтобы привыкнуть к этому новому Чимину, к этим новым осушениям. ** Ólafur Arnalds feat. Arnór Dan — A Stutter Дома нас встречает тишина. Непонятное предчувствие растекается по жилам. — Пап! Мы дома. — Чимин заглядывает в кабинет отца. — Неужели он уехал? Я проверила свой телефон не приходило ли мне сообщение от отца. Странно, что он не встречает нас с Чимином. — У меня плохое предчувствие… — делюсь своими чувствами я. — Он не мог не встретить нас или хоть бы не сообщить, что его не будет. Что-то случилось. Чимин внимательно осмотрел отцовский стол, но никакой записки не нашел. Всё вроде бы лежало на своих местах, но чувство, что чего-то не хватает не покидает меня. — Не разводи панику, хорошо? — Чимин взглянул в мои глаза, а после проверил свой телефон. Я решила отсмотреть остальные комнаты, попутно звоня ему. Вдруг крепко отец спит у себя? Телефон зазвенел в гостиной, но отца там не было. В кабинете послышался шум и ругань Чимина. Я подбежала к нему, пытаясь понять, что произошло. — Что случилось? — Дари и Юнги пропали. — Пак судорожно выдыхает. — Юри говорила, что её папаша что-то замышляет… Мне хватило секунды, чтобы понять, что произошло. — Боже! Что нам делать? — я сажусь на диван, ведь ноги не держать. — Мы ведь в полицию даже не можем обратится. Чимин изменился в лицо, осторожно взял мои руки в свои и заглянул в глаза. — Мы должны скрыться, — очень осторожно произнёс Чимин. — Мэру нужен я и Тэхён. Он ничего не сделает с ними. Я одёрнула руки. Паника завладело мной. Не успела я опомнится, как Чимин повел меня к выходу. Я еле перебирала ногами. Страшно, мне так страшно! «Папочка, где ты?» Чимин взял отцовскую машину, и мы уехали. Всю дорогу Пак успокаивал меня, уверяя, что во всём разберется. Я кивала, соглашалась с Чимином. Да, пока мы ничего не можем сделать… Нам нельзя разделяться или идти наражон — это глупо и опасно. Чимин остановил машину у заброшенного здания. Я сильно удивилась, заметив фигуру Хосока в окне почти разрушенного здания. — Ребята ждут нас, — Чимин помогает мне выйти из машины. Я смотрю на брата — рыжеволосый сидит на подовольнее осунувшись и закуривая терпкую сигарету. Мы поднялись по частично сломанной лестнице на второй этаж. Только подойдя ближе к Хоби, я заметила, что его лицо в ссадинах и побоях. — Что случилось? — я заботливо убираю огненную чёлку с лица брата, чтобы оценить всю серьезность травм. — На нас с Дари напали, — Хосок выдохнул ядовитый дым и дернул головой, убирая мою руку. — Я запомнил пятерых. Эти ублюдки затащили Дари в машину. Джун прибыл вовремя и помог мне, но мы не успели вытащить Дари. — Мы найдем её. — Намджун положил руку на плечо друга. — Твоя Юри что-то знает? — Хосок обрушается к Чимину. Он кажется спокойным, но металл в голосе выдувает его чувство. — Не больше нас. Ши Хёк не станет говорить дочери, где прячет пленников. Он хочет, чтобы мы сами сдались ему, хочет шантажировать нас близкими людьми. — Ему нужен ты и этот ублюдок Тэхён! Где он? Почему прячется в тени, а? — Чон сжимает кулаки. — Что ты предлагаешь? Сдаться Ши Хеку? — Пак смотрит в глаза Хосоку. — Нет, Чимин! — встреваю я. — Да, это единственный выход. — Хосок бросил на меня взгляд. — Или мы потеряем всё. Чимин тоже взглянул на меня и легонько коснулся руки. — Надо всё обдумать. Нельзя принимать такие решения вот так! — молвлю я. Мы расселись у небольшого костра, сооруженный из металлической бочки. Неприятный холодок пробегает по спине. Чимин и Намджун что-то обсуждают на улице. Я чувствую себя неловко рядом с Хосоком, что сейчас мрачнее тучи. — Хосок-а, я знаю, что ты переживаешь за Дари… — я попыталась взять его за руку — С ней всё будет хорошо, слышишь? — Пойду прогуляюсь. — он встал и ушел, оставив меня одну. Чимин проводил взглядом друга и вернулся ко мне. Организовав кровать из курток мы легли спать. Пак прижал меня к себе, вдыхая аромат моих волос и успокаивающе гладил по спине. Я не могла заснуть, чувство близости беды не покидает меня. По щебенке около здания раздался звук тормозящих шин. Я распахнула глаза и поняла, что всё-таки уснула и меня разбудил этот звук. «Хосок ещё не вернулся?» я огляделась. Чимин тоже не спал. Он напрягся услышав шаги. Кто-то идет! — Это Хоби? — шепчу я. Пак вскочил и взглянул в окно. Он приставил палец к губам, давая знак быть тише. — Это не он. Спрячься. — прошептал парень. Но куда мне спрятаться? Тут голые и полуразрушенные стены. Я искала глазами место, куда можно спрятаться, но не нашла. Шаги всё ближе и ближе. — Они здесь! — закричал мужчина, что поднялся по лестнице. Я оцепенела от ужаса. События начали развиваться слишком быстро. — Что вам нужно? — Пак сжимает кулаки. — Детишки, давайте вы по-хорошему поедете с нами, — мужчина в черном был не один. — А если мы откажемся? — Чимин наклоняет голову, оценивая опасность. — Взять их! Троя напали на Пака, а я стояла в углу комнаты, не в силах пошевелится. Кажется, меня не заметили. — Убегай! — Чимин уворачивается от удара и бьет в ответ в челюсть одному из нападавших. Я пытаюсь найти что-то, что можно кинуть в противника — палку, кирпич или камень, но под ногами только пыль. В нескольких метрах от меня есть несколько кирпичей. Я подбегаю к ним и уже поднимаю, но меня хватает ещё один, внезапно появившийся мужчина. Я пытаюсь вырваться из захвата сзади, но мужчина сильнее меня. Он поворачивать меня лицом к Чимину, что сейчас один против троих. Пак отталкивает одного от себя, и тут же накланяется, чтобы увернуться от удара. Он видит, что меня схватили и замирает на мгновения. Этой секунды хватило, чтобы пропустит удар в голову. — Смотри! Смотри, что мы сделаем с твои другом! – шепчет мужчина, а я не оставляю попытки вырваться. На моих глазах Чимина схватили двое за руки, а третий ударил его в живот. Я буквально задохнулась от боли. Судорожно открываю рот и хватаю воздух, но легкие отказываются нормально функционировать. Второй удар по лицу, и я не сдерживаю крик. — А-а-а! Не трогайте его! — болтаю ногами, пытаясь ударить того, кто меня держит. — Отпустите Суён! — Пак сопротивляется. — И я сделаю, всё что вы скажите! — Ух, какая резвая! — ещё один схватил мои ноги, полностью обездвиживая. — Кончайте его парни! — приказывает он троим, что продолжают избивать Чимина, несмотря на его слова. Парень смотрит на меня, теряя сознание. Нет, нет, нет! — Чимин! — истошный крик рвется из глубины сердца. Почему я такая слабая? Почему не могу спасти то, что дорого? Двое, что держали Чимина отпускают, обмякшее тело и усмехаются. — Вам следовало сдаться по-хорошему и не доводить до такого… Кстати, тот рыжий пришел, в себя? — Нет, этот парень ещё долго не оклемается. — Плохо, босс не сможет допросить. По моим щекам катятся слезы, неиссякаемым потоком. Чимин пытается встать, прийти в себя, пока я повторяю его имя снова и снова…

***

Автор.

Мегаполис — лучшее место, чтобы скрыться. В больших городах люди привыкли не обращать внимание на других людей. Чем больше численность, тем невнимательнее народ. Ким Тэхён сидит в небольшом номере с задёрнутыми шторами, что не пропускают свет, когда на смартфон приходить сообщение от Юри. Детка 23:34 «Чимина и Суён схватили! Это конец. Возвращайся, пожалуйста. Не дай им пострадать!» Ви ещё раз прошелся взглядом по тексту сообщения и схватился за голову. — Черт! — блондин вскочил с кровати и начал собираться. Парень знал, что приедет этот день. «Пора заканчивать эту войну, пока жертв не стало слишком много» Ким уехал в самый ответственный момент, потому что знал, что после событий в суде его конечно же схватят. Ши Хек не прощает предателей, а Тэхён ещё хочет увидеть, как рухнет мир мэра, как он подпишет документы об отставке. Да, Тэ мог бы наплевать на всех, остаться в тени, до того момента как Ши Хека не свергнут недовольные люди, но блондин чувствует себя обязанным перед всеми, кого схватил мэр. Ви достаточно наигрался их жизнями… Ши Хек всё равно не остановит недовольный народ и в конце концов проиграет, чтобы он не задумал. Тэхён уверен, что мэр будет шантажировать и давить на него. Тэхён добирается до родного города к утру следующего дня. Он настроен решительно и выглядит уверенно, хотя внутри погибает. Он один на один с мэром, без верных спутников и даже Намджуна. Тэхён решил не впутывать в это ещё кого-то, ведь Ши Хеку нужен он. Парень свободно проходит сквозь охрану и ступает по длинному коридору к кабинету мэра. Блондин миллион раз приходил в этот кабинет, почтительно клонился и улыбался, глядя в глаза ненавистному всем сердцем опекуну. Охрана остановила парня у самых дверей, проверяя на наличие оружия. — Я чист. — рявкнул Тэ, поправляя куртку. Охранники расступились, и блондин, прикрыв на мгновение глаза перед шагом в пропасть, собрался с мыслями. ** Hans Zimmer — Time Ши Хек стоит спиной к дверям, смотря в большое окно на город. Около ворот тысячи забастовщиков и недовольных людей, что пока действуют мирно, не устраивая беспорядки. Люди требуют отсевки. — Ты видишь, чего добился? — мэр услышал шаги, но не оглянулся. — Справедливость! Я добился справедливости! — Тэхён оглядывает кабинет, убедившись, что они с мэром наедине — Вы проиграли! Так отпустите моих друзей. — Справедливость? — мужчина наконец оглянулся, встречаясь взглядом с блондином. Перед ним всё тот же маленький напуганный мальчуган, лет семи, который звал маму. — Это справедливо? Я взял тебя под крыло! Вырастил как родного, а ты мне нож в спину! Что тебе не хватало? Я давал тебе всё! Деньги, образование, власть и свое доверие! — Семьи! — не сдержался Тэхён. — Вы отняли у меня отца и мать! Думаете, искупили свою вину? Их кровь на ваших руках и этими руками вы обнимали меня! — Так это была месть? Это всё во имя мести? — мэр окаменел на мгновение. — Я учил тебя, думал, ты станешь приемником, возлагал на тебя надежды, а ты мне мстил… Позволь кое-что рассказать тебе. Я совершил ошибку, не рассказав это тебе раньше. Хотел уберечь… У меня был друг. Его звали Чон Чонин. У него была семья, дети, хорошая работа в министерства. Его убили в собственном доме, вместе с женой и детьми. Безжалостно и ради денег. Тогда, я обезумел от горя и обещал, что отомщу. Сейчас, я понимаю, что это было огромной ошибкой. Твои отец был лишь наёмником, и я не знал, что в машине будет твоя мать. Твоя боль с родни с моей, но уверяю тебя, ты не будешь счастлив. Да, ты отомстил, но какова цена? — мужчина смотрит прямо в душу Тэхёну. — Мне наплевать на ваши причины! Вы заслужили всё это! Из-за вас город погряз в кризис! А вы знали, что Чон Хосок и Пак Суён дети Чон Чонина? Да, они выжили, но из-за вас их жизни сломаны. — Что? — мэр пошатнулся и взялся за сердце. — Этого не может быть! — Можете спросить у них сами. Отпустите ни в чём неповинных людей и примите свое поражение — Тэхён чеканит слова и подходит к Ши Хеку. — Хорошо, — мэр медленно садится за стол и нажимает красную кнопку вызова, — Привести их! — приказывает он. — Ты отомстил, поздравляю! Но что ты будешь делать дальше, м? Кто займет моё место? Думаешь, следующим кандидат будет лучше? А что насчет тебя? Я поговорил со всеми твоими «друзьями» — они ненавидят тебя. Ты такой же, как и я! Используешь людей в своих корыстных целях — прогнил изнутри, стремясь отомстит! А ты ведь мог влюбится, наслаждаться жизнью, отпустив свой гнев… На чужом горе счастья не построишь, мой мальчик. Ты умён, силен и обладаешь задатками лидера, но ты растрачиваешь свои таланты и время на ненависть! Пока мэр всё это говорил в кабинет завели Хосока, Юнги, Дари, ДэБона, Чимина и Суён, а за ними затащили Минджи, что тоже было замешана. — Тэхён… — Дари подала голос. Девушка напугана. Ким обернулся и помочился от неприятного чувство в области сердца. Невозможно смотреть на друзей в кандалах, а особенно на напуганную Дари. — Отпустить их! — приказал Ши Хек. — Я подпишу всё бумаги. Ты ведь этого хочешь? — Да — ответил Тэхён ясно и коротко. Блондин ощутил вкус победы, но всё омрачала правда — парень действительно одинок, «прогнил», как сказал мэр и не знает, что делать дальше. Позади стоят, люди, что пострадали в той или иной степени из-за него… ** Hans Zimmer — Solomon Никто не верил в происходящее, пока не очутились за дверьми дома Ши Хека. Суён прижалась к отцу и заплакала от счастья. — Папа, я так испугалась за тебя… — Всё позади, дорогая. — успокаивающе говорит ДэБон, обнимая дочь. Всё радовались, обнимались и успокаивали друг друга. Лишь Тэхён стоял в стороне, ощущая пустоту и одиночество. Парень собирался тихо уйти. — Постой! — Чимин остановил Тэ. — Что произошло? Почему нас так просто отпустили? — Мэр не дурак и понял, что всё кончено. Думаю, он хотел немного наказать вас, но его главной целью был я… Думаю, хотел выяснить всё. — объяснил Тэ — Простите, что снова впутал всех вас в это. Я не хотел. Дари нахмурилась и зажала ладонь в кулак. Девушка подошла к Ви, с глазами полными яростью и разочарования. — Простить? Простить тебя?! Меня ещё никто и никогда так не обманывал! Посмотри, что ты наделал! — девушка показала на избитых Хосока, Чимина и Юнги — И это лишь малая доля твоих деяний! — Дари, я… — блондин получил пощёчину. Тэхёну больно, но не физически… Болит душа, просто разрывается на части. Блондин признался к Дари, хоть и знал, что ничем хорошим всё это не закончится — она не простит его. Тэ бы на её месте не ограничился пощечиной. Хосок остановил Тэ, взявшись его за кисть. Чону стало впервые испытал жалость к Киму. — Ну и натворил ты дел… — ДэБон покачал головой. — К сожаление, ни одна война не обходится без жертв. — Юнги заступился за Тэ — Мы сделали большое дело, и понесли минимальные потери, благодаря смекалки Тэхёна. Всё могло закончится гораздо плачевнее… Суён кивнула, соглашаясь со словами Юнги. Тэхён тоже пострадавший. Ему только двадцать, а на плечах огромная ответственность за революцию. Удивительно, что всё остались живы. Немного потрепанные, но раны затянутся! Суён захотела обнять блондина, показать, что в жизни бывают не только темные, но и светлые полосы. Девушка уверена, что он начнет жизнь с чистого листа, как и всё присутствующие, забудет этот кошмар и направит свою энергию в нужное русло. — Всё будет хорошо, — шепчет Суён обнимая блондина. — Лично я прощаю тебя. Прости и ты себя. К объятиям присоединилась Минджи, которая наблюдала за всем этим со стороны. — Все мы не без греха! Я тоже прощаю тебя… И так каждый, кроме Дари, что ушла в растрёпанных чувствах, поделились с Тэ кусочком добра. Этого парня и так жизнь потрепала, так зачем же ещё нагнетать? В первые Тэхён ощутил себя не одиноким. Ему стало легче получив прощение от друзей. Значит, он не так безнадежен! Значит, он ещё не до конца прогнил… На следующий день объявили по радио, что Ши Хёк ушел в отставку. После этого никто не видел ни его, ни его семью в городе. Никто не знает, что с ними стало. Юнги вернулся в Японию к своей возлюбленной, что заждалась его. Шин шла на поправку, опухоль перестала расти, а это подарило надежду на счастливое будущее. Хосоку пришлось постараться, чтобы отец Дари и Чонгук приняли его. Отчасти парень отказался от разгульного образа жизни. Лишь иногда выкрадывал Дари и мчался с ней на своем верном байке куда глаза глядят. Пару раз приходилось удирать от погонь, но куда же без драйва! Народ избрал нового мэра. Тэхён стал самым молодым главой города в истории. Парень смог вытащить город из кризиса, но на это ушло несколько лет. Город процветает под его руководством, что не могло не радовать. Дари всё-таки отпустила свою обиду на парня. Сокджин получил повышение и награду за заслуги перед городом, помогая «успокаивать» разбушевавшийся народ. Полиция сработала быстро и не позволила людям перейти черту в своих действиях. Тэхён наградил каждого, кто помог ему восстановить мир в первые месяцы после отставки Бан Ши Хека. Намджун решил пойти на службу в секретную службу и продолжать творить добро, не привлекая к себе внимания. После всей это истории парень нашел таки общий язык с отцом. Теперь в их доме не было ссор и скандалов. Так, бытовые споры вроде «Что сегодня заказать на ужин» или «Какая футбольная команда сегодня победит». Сам же Сондже подумывает уйти на пенсию и посмотреть мир! Ким Сокджин отличный кандидат в роли преемника. Парень трудолюбивы, послушный и очень умен. Теперь Намджуну приходится время от времени видится с «горячо любимым» Сокджином. Эти двое взаимно ненавидят друг друга, но весомых причин для вражды нет. Возможно, в будущем что-то изменится, а пока они кричать друг-другу колкие слова с искренним «ненавижу тебя!» Что касается Суён и Чимина? Эти двоя проделывают большую работу над собой, учаться показывать свои чувства напрямую. Суён пришлось вернуться в Майями с отцом и ненадолго расстаться с Чимином.

POV Суён.

** Arrows To Athens — Used To Be Я ломаю голову почему же Чимин не отвечает мне уже второй день! Отношения на расстояние сущий кошмар, когда твой парень с диким характером. Иду по улице, слушаю музыку в наушниках, немного отвлекаясь от тревожных мыслей. Этот мир был таким огромный и необъятный, жестокий и страшный для девочки-бродяжки, которая жила на улице все свои шесть лет. «Уж лучше сгинуть на улице, чем жить в этом аду!» Оглядываясь назад в прошлое, я понимаю, что прошла большой путь и нашла своё место, под крылом ДэБона и рядом с Чимином, что не сразу принял меня. — Не волнуйся, вы с ним поладите, — заверял ДэБон малышку, подходя к своему дому. — Вдруг я ему не понравлюсь? — хмыкнула Суён. Она переживала из-за знакомства с братом и переезда в настоящий дом, но была счастлива, что наконец обретет свою семью, пускай и состоящую из отца и брата. Ей этого было более чем достаточно. — Кого ты в дом притащил? — недовольно спросил парень лет восьми, смотря на грязную девочку в дверях. — Ещё одно такое высказывание, молодой человек, и ты будешь наказан, — Строго сказал ДэБон. Я не жалею о том, что прошла через этот это, через голод, холод, не жалею своих потерь, ведь обрела нечто большее — огромный опыт, брата, крепкую семью и любовь. Ах, как же соскучилась по Чимину! И почему он не отвечает? Я бы многое отдала, чтобы увидится с ним. Два месяца разлуки довольно долгий срок. Музыка обрывается, кто-то вытащил мои наушники из мох ушей. — Йа! Какого черта?! — ругаюсь я, но замолкаю, как только встречаюсь глазами со своим отражением в янтарных глазах. — Замухрышка, очень опасно слушать музыку и ходить по улице! Тебя могут сбить велосипедисты! — ругается Чимин — Ещё раз такое увижу, порву к чертям твои наушники, поняла? Секунда, вторая… «Идиот! Придурок! Почему не сказал, что приезжаешь?! Я же волновалась!» хочу сказать, но вместо этого вырывается: — Иди ко мне! — я целую парня, по которому жутко соскучилась. Так и живем!

Дополнение

«Уважаемые (ваше имя и фамилия) Приглашаем вас на свадебную церемонию! Начало в 15:00! Мы будем рады видеть вас среди гостей» Суён бережно сложила приглашения в конверт.