Отдать жизнь за тебя.

Все как в тумане: Крист на моих руках истекает кровью, что беспощадно уносит его. Когда ребята вернулись, прилетел вертолёт спасателей я уже не помню, только отрывки всплывают в памяти, вызывая ужас, что я испытал в тот момент, когда Крист взял на себя пулю предназначенную мне. В моей жизни нет смысла без него. Резко открываю глаза и подскакиваю, как потом оказалось, я лежал на больничной койке. — Сингто, сынок. — Отец, стоявший у окна, сразу подбежал ко мне. — Сейчас, позову врача. — Крист… — Болезненно выдавил я, отец тут же вернулся ко мне, обняв, он спокойно сказал. — Он жив. Жив твой ненаглядный. Вы оба потеряли много крови, переливание прошло успешно, но он все ещё без сознания. — Живой. — С облегчением выдыхаю, как же я счастлив. Он жив, эта новость придает смысл жизни, именно благодаря ей хочется жить. Отец вышел за врачом, не прошло и двух минут, как в моей палате, появились несколько врачей, мой отец и Перават старший. — Доктор, я себя хорошо чувствую, хочу выписаться. — Сынок, ты только сегодня пришел в себя. Доктор, не слушайте этого мальчишку. — Пока папа отчитывал меня, я пытался, собраться с мыслями, знаю, что сейчас у меня будет серьезный разговор с отцом Криста, он не проронил ни слова с момента как пришел, это вселяло беспокойство. Вскоре отец с делегацией врачей покинули палату, а я сел, так как Перават старший подошел к моей кровати. — Сингто, не нужно. — Он сел рядом, дождался пока я приму горизонтальное положение и только потом заговорил. — Тебе удобно? — Да, Сэр. — Я просил тебя не называть меня «Сэр». — Простите, Пи. — В палате повисла тишина, и я не знал с чего начать, ведь он должен знать, что его сын пострадал из-за меня. Спасая меня. — Пи, я не справился с работой. Я не смог защитить вашего сына. — Бессильно закрываю глаза, чтобы удержать накатившую влагу. — Не смог? — Услышав его вопрос, я удивленно смотрю на него, а он взял мою руку в свои ладони, дрожащим голосом стал тихо говорить. — Ты отлично справился. Я видел видео с камеры наблюдения. Хозяева дома установили камеру у причала, она охватывает ту часть пляжа, где все произошло. — Он остановился, его голос совсем стих, немного отдышавшись, он продолжил. — Упрекать тебя в том, что он сделал, я не стану. Скажи Сингто, почему мой сын сделал это? — Я неловко отвел взгляд в сторону. Что я должен сказать? Что он любит меня? Крист ведь так и не сказал мне этого. — Сингто, он любит тебя. Это ведь так просто, мы ведь не каждый день готовы отдать жизнь за другого человека. Разве не так? Ты любишь моего сына? — Он не сводил с меня глаз, а я все не решался поднять на него взгляд. — Люблю. — Прозвучало тихо, но уверенно. — Врачи сказали, нужно с ним говорить, что это может помочь вывести его из этого состояния. Я думаю, ты ему нужен. — Я попытался подняться, но он пресек мою попытку. — Нет, твоя рана еще не затянулась, нужно лежать. — Сынок, я принес тебе поесть. — В палату вошел мой отец. — Я не голоден, пап. — Если все съешь, я лично доставлю тебя в палату Криста. — Отец зашел за ширму и выкатил оттуда кресло каталку. Отец сдержал свое слово, вскоре мы стояли у палаты Криста. — Пап, стой. — Отец Криста открыл дверь, я сделал рывок и встал на ноги. — Я могу пройти несколько шагов. Взрослые не стали возражать, упрямство у меня было хоть отбавляй, следовательно, спорить было бесполезно. Они зашли в палату, а я стоял в проходе. Вся семья Криста, была здесь, они в замешательстве уставились на меня. Отец Криста, пытался уговорить маму выйти ненадолго из палаты, но женщина не хотела отходить от сына, даже на расстоянии можно было разглядеть ее красные заплаканные глаза. Через какое-то время все вышли, и я, наконец, смог сделать несколько шагов, разделяющих нас. Без слов опускаюсь и касаюсь губами его лба, не отрываюсь. И плевать, что через стекло, в котором мы отражаемся, нас видят его родственники, все те, кто находятся там за дверью. Опускаюсь от его лба и касаюсь губами кончика его уха. — Крист, ты слышишь меня? Люблю тебя. — Забираюсь на кровать и ложусь рядом с ним на бок, смотрю на него и тихо рассказываю, то, что так давно хотел сказать. — Знаешь, когда я увидел тебя впервые? Три года назад, все началось для меня именно тогда. Я и не мог надеяться, что ты обратишь на меня внимание. Но ты заметил, все же заметил меня. Через три года. Помню, как сейчас тот день. Это длилось несколько секунд, мгновенно. Моя первая официальная практика, меня отправили охранять твоего отца. Он вызвал меня к себе домой, вот там все и произошло. Когда я входил в дом, ты выходил, да так что вообще не смотрел куда идешь, уткнулся в свой телефон и все. Боже, это было забавно. Ты врезался в дверь именно в тот момент, когда я заходил. Как же ты кричал, и как только я мог влюбиться в такого, как ты? Я видел тебя редко, но каждый раз, когда твой отец нуждался в моей работе, он вызывал меня, а вскоре после окончания учебы, он взял меня к себе телохранителем. Я часто думал о том, чтобы попробовать просто поговорить с тобой, подружиться, но когда я видел тебя, я словно терял дар речи, это было настолько невозможно. Я готов был просто смотреть на тебя, на эти изумительные ямочки на твоем лице, как же я люблю твою улыбку. Разве такое бывает, вот так влюбиться, не зная, какой ты настоящий? Тогда я и понял, что значит любовь с первого взгляда. Я долго боролся с этим, но снова возвращался к началу. Я пытался убедить себя, в том, что я совсем тебя не знаю. Внешность и все, а что за ней? Но даже это не спасало. Помнишь, тот день, когда твой отец сказал: «Сингто, охраняешь Криста»? я думал, что больше не сдвинусь с места, это было неожиданно. Когда ты ко мне обратился, я еле выдавил два коротких «Да, Сэр». А потом, все те моменты, я думал, что совсем с ума сошел, это было словно наваждение, когда ты вел себя необычно. Я решил, что ты поспорил с ребятами. Как сейчас там у вас элитная молодежь развлекается? Пари и все такое. Вот я себя и накрутил. Решил разделить работу и личную привязанность к тебе, но поверь — это давалось мне с большим трудом. Каждый день холодный душ, длительный холодный душ, отец готов был уже идти искать тебя, чтобы надавать. Папа вечно говорил: «Он там вообще слепой такого мальчика не замечает?» Иногда, я очень жалел, что рассказал ему про тебя. Поэтому мне было трудно поверить в то, что я тебе могу нравиться, в то, что все это мне не мерещится. Только тогда на пляже, когда ты так легко отдался мне. Только тогда, когда ты просто взял и закрыл меня от неминуемой смерти… Я замолчал, воспоминания, накатившиеся, словно лава медленно стекая, и заполняя все жаром, пламенем, так что из глаз потекли, слезы капая на плечо Криста. — Сингто…