we're not in the movie

— Какого черта, Брайс?! Ты шутишь? — Ханна выглядела напуганной, хотя, скорее, ошарашенной и шокированной вовсе. — Ханна, если бы я шутил… то я бы вообще так не шутил! — в глазах блондина читалась злость с неким страхом. — Тогда у меня такой вопрос: откуда я должна знать, кто тебя заложил? — девушка нахмурилась. — Это либо ты, либо Джесс, больше я никого не трогал! — практически крикнул парень, заставив Бейкер вжаться в стену и чуть-ли не заплакать. — Боже, только не надо слез. Если ты не при делах, я не трону. — Я не при делах, Брайс. — она глубоко вздохнула и попыталась пробиться через подростков, дабы дойти до аудитории. Кто это может быть? Кому это надо? Точно не Джессика, ей еще проблем не нужно…, но кто? Новенькая? Возможно. Ханна, ты же не думаешь прикрывать Брайса? Конечно, нет… Вернее, конечно да! Зачем? Попытка показать, какая ты хорошая? Определенно нет, здесь есть более реальная причина. Брайс сам создал слух о том, что я — шлюха. И если втереться ему в доверие, все это пройдет, и я смогу жить спокойной жизнью, возможно даже в дружбе с королем школы. Боже, Ханна, как наивно. Но доброта в тебе все еще живет. — Какого черта происходит, Джесс?! — крикнула Ханна, врываясь в аудиторию, где нет учителя. — Что! Что случилось? — смуглая вскочила с места, испуганно раскрыв глаза. — На Брайса кто-то донес, и это ни черта не смешно! — Что? Это не я, нет! — Я и не говорю, что это ты, но… кто? — Разве тебя это должно волновать? Если дело не замнется, то можно по полной его слить. — она потерла ладони. — Нет, Джесс, я пас. — выдохнула Бейкер, садясь за свою парту. — Что? Почему? Ханна, разве не он нас изнасиловал, ты что, забыла?! — крикнула Дэвис, как вдруг, в класс зашли люди в форме, проверяющие сумки школьников каждую неделю в разные дни. — Кто вас там изнасиловал? — заговорил один высокий мужчина с серьезным выражением лица. — Эм… никто. — кареглазая заметно растерялась, и на ее смуглых щеках был заметен легкий стыдливый румянец. — Подождите, так это тот, кто на плакатах по всей школе развешен? — спросил другой мужчина, который выглядел еще более серьезным. И в эти неловкие секунды в класс затолкнули самого Брайса, который небрежно поправил свою куртку и прошел к своей парте, ненавистно осматривая класс. — Смотри, это что, наркотики? — проверяющий поднял с пола пакетик, уроненный блондином, пока он проходил к парте. — Молодой человек, как ваше имя? — Брайс Уокер меня зовут. — испуганно вымолвил голубоглазый. — Имя, которое написано на плакатах? — спросил напарник проверяющего. — Видимо, вам придется проехать с нами. — На каком основании? — парень поднял брови. — На основании того, что вы наркоман, и похоже, что еще и насильник. — Вот второй пункт — не ваше дело! — Но мы можем с легкостью вызвать полицию и донести об изнасиловании. Тем более, здесь есть пострадавшая. — мужчина указал на Джессику, которая встала в полный ступор. По взгляду Брайса было понятно, что он разъярен, и война с Дэвис начинается. — По-моему девушка упоминала про двух пострадавших. — напомнил другой мужчина. — Да, еще одна пострадавшая — Ханна Бейкер. — смуглая указала на кудрявую. — Можно и в суд подавать! — пошутил проверяющий. — Уже. — добавила Дэвис, и тогда, класс замер. В тот момент у меня появилось ощущение, что сердце просто перестало биться. Джессика совершила очень глупый поступок, сказав все проверяющим, она заплатит за это, и очень крупно, и не раз. А я… я не знала, что делать. Я просто молчала. Мне пытались задать вопросы, что-то разузнать, но я молчала, будто язык проглотила. Джесс пыталась жестикулировать мне о том, чтобы я рассказала все, как есть, но я упиралась. — Ну ничего, в суде расскажет. Там ее насильно заставят. — нахмурился мужчина. — А, вы, Мистер Уокер, можете ожидать нас. — проверяющие вышли, а учителя все еще не было. — Какого черта, Дэвис?! — блондин резко встал и пошел по направлению к смуглой. — Тебе так сильно проблем захотелось? — ухмылка оставалась такой же злобной и похотливой. — У тебя есть доказательства? — Ханна мое доказательство! — уверенно буркнула девушка. — А ты уверена, что она хочет тебя поддержать? — усмехнулся Уокер. — А ты забыл про существование фотографий? — улыбнулась смуглая, и на этот раз Брайс встал в ступор. — Вот что, дорогая моя, я сделаю все, чтобы тебя наказали за дачу ложных показаний. — парень схватил свой портфель и выбежал из аудитории. Тем временем, Дэвис повернулась лицом к Ханне с недовольным взглядом, и спросила: — И почему ты молчишь? — Потому что это твоя игра, Джесс.

***

Как бы вы отреагировали на поступок Джессики? Если бы вы были с ней на одной стороне, уверяю, вы бы поддержали смуглую, но если вы — Ханна, то я поздравляю, у вас еще не все потеряно. Действительно, у Ханны не все потеряно. Она может предотвратить появление грязных слухов о себе, остановить свое перевоплощение в шлюху и в конце концов, жить нормальной жизнью. Человек может все, если только захочет. И представьте, что будет, если Брайс захочет изнасиловать всех девушек планеты, Джессика — чтобы все были на ее стороне, а Ханна — чтобы Брайса не посадили за решетку. Тогда начнется полный беспредел! Это как начнут драться два ученика, потом за них будут вступаться другие, за других еще одни, а потом будут драться все: подростки, практиканты, учителя и даже завучи с директорами. Думаю, это выглядело бы слишком смешно. Хотели бы вы посмотреть на такое и поприсутствовать в такой обстановке? Скоро поприсутствуем.

***

Наступила долгожданная перемена, когда Ханна могла пойти в столовую, купить еды и утолить голод, заодно и подумать над происходящем. Жизнь вносила в себя новые краски безумства и сумасшествия. Девушке определенно нравился такой мотив жизни, когда она может веселиться, не думать о проблемах и жить в кайф. У нее есть такая возможность, поверьте, не поздно все исправить. Пока вокруг нее ходят подростки с недовольными лицами, Ханна может улыбаться во все 32 и радоваться всем назло. Она ведь может встать на месте этих неугомонных, заводить слухи и оскорблять всех подряд, но зачем? Зачем становиться такой, какой тебя описывают слухи? Об этом внезапно захотел поговорить Мистер Портер, который застал Бейкер прямо посреди трапезы. — Извини, Ханна, не могла бы ты после ланча зайти ко мне в кабинет? — мужчина приулыбнулся. — Есть один важный разговор. Брюнетка лишь кивнула, попытавшись тоже улыбнуться, но у нее это вышло не очень, ибо рот был полностью забит едой. Господи, Ханна, ты же девушка! Мистер Портер был один из понимающих людей, который хоть и пытался навязать свои разговоры, но в большинстве случаев они шли на пользу (с такими же понимающими людьми, конечно), а остальные же ученики пропускали мимо ушей, либо вообще молча уходили. Конечно, Кевину было обидно, что его труды недооценивают, и лишь Ханна его немного, но поддерживала. Она всегда пыталась выслушать, дослушать, понять и что-то у себя в голове надумать, хоть это не всегда прям так и выглядело. Но да, это правда. И, наконец, доедая, девушка, вытирая рот влажной салфеткой, отправилась в кабинет к Мистеру Портеру. — Звали? — она аккуратно вошла и села на стул. — Да, Ханна. — он вздохнул. — Я бы хотел поспрашивать тебя насчет того, как ты реагируешь на слухи, которые ходят о тебе в последнее время? — Ну… — девушка задумалась. Она не думала, что смуглый сейчас затронет эту тему. — Я вот думаю, говорить вам правду или все же соврать? — Говори то, что говоришь мне обычно. — просто ответил он. — Честно говоря, я решила потакать этим слухам. — смутилась Ханна. — Как бы, я решила воплотить их в реальность. Я подумала, что так будет проще. — Прости? Это в плане, ты решила стать шлюхой? — голубоглазая кивнула, и мужчина нахмурился. — Я думаю, это не лучший выбор, далеко не лучший. В глубине души Бейкер это понимала, хоть она не знала ответа, почему, и теперь, когда появился шанс его узнать, она спросила: — Почему? — Потому что, Ханна, ты сама говорила: «Люди могут не так тебя воспринять.» Вот представь, понравишься ты мальчику такой: грубой, распущенной, но на самом-то деле ты не такая. — взмахнул руками Кевин. — И вскоре, тебе надоест носить эту стеклянную маску, ты станешь собой. И тогда, этот мальчик будет удивлен, потом обижен, затем разозлен, а позже, он станет пускать еще более худшие слухи, чем сейчас. Понимаешь, о чем я? — девушка кивнула. — Но понимаете, меня гложет то, что я воспринимаю все это близко к сердце. Я хочу стать стойкой, уметь давать отпор. — Нам суждено быть такими, какими нас создал Бог. Впрочем, носить такого типа стеклянную маску — это небольшое преступление. Но уверяю, найдется тот человек, который сорвет с тебя ее и разобьет. И тогда, опять же, будет еще хуже. — Мистер Портер выглядел унылым. — И как быть? — Надо быть собой, Ханна, просто быть собой.