we're not in the movie

Иногда полезно просыпаться на самом интересном моменте, ведь этот момент Ханна не хотела видеть ни при каких условиях. Самое страшное для нее, если это действительно случится на вечеринке: она придет, Брайс ее настигнет, а потом…, но это не та жизнь, чтобы сны были вещими, ведь… сколько раз Ханне снились хорошие вещи, которые в итоге не сбывались ни разу. На часах восемь вечера, до начала вечеринки еще час, но девушка уверена, что когда она придет, то половина народа будет елозить по полу, допивая последний алкоголь, а Брайс, как великий царь горы, будет ходить по телам с единичным градусом. Уже одевшись и выходя из комнаты, Ханну настигла Миссис Бейкер, которая не спеша рассмотрела девушку, а потом выдала: — Тебе не кажется, что стоит нанести какой-никакой макияж? — Ма-а-ам, у меня итак немного времени! — неудовлетворенно протянула брюнетка. — Нет-нет, я ничего не знаю! — женщина протянула дочери свою косметичку, — Подкрась ресницы, губы, брови чуть-чуть и иди. Голубоглазая выполнила поручение матери, она сделала все максимум незаметно и симпатично, внезапно вспомнив про свой хайлайтер, которым она пользовалась только в первый день в Либерти. Нанеся его небольшим слоем поверх яблочек щек, кончика носа и верхней губы, а также во внешние уголки глаз, девушка последний раз посмотрела в зеркало и чуть не забыла нанести под бровь. — Вуаля, мам, я готова. — она тепло улыбнулась, взяла телефон с комода, и попрощавшись с родителями, ушла.

***

Ханна была права, вечеринка и без нее шла полным ходом, но она была усовершенствованным дополнением ко всему блестящему параду пьяных подростков. Она была права, и не раз, ведь половина людей в действительности валялась на полу, во все горло орала песни и повсюду разливала свои алкогольные напитки. Бо-о-о-же, что за свинарник — про себя возмутилась Бейкер, выдавив лицо отвращения. — Поверить не могу! — перед ней появился Брайс, — Ханна Бейкер пришла на мою вечеринку! — он выглядел довольно весело, но не под градусом. Прямо как во сне, практически все подростки, находящиеся в помещении, закричали ее имя, от чего она широко улыбнулась. — Надеюсь, сегодня ты хорошо проведешь время. Если что-то будет нужно, можешь спросить, я на заднем дворе, подальше ото всех. — улыбка с его лица на секунду пропала, а позже он ушел. — Оу, Ханна, ты пришла. — сзади появился Джастин. — Не ожидал тебя здесь увидеть. — он расплывался в нетрезвой ухмылке. — Почему? — девушка нахмурила брови. — Ну, ты ведь помнишь, что случилось на последней вечеринке? Захотела это повторить что-ли? — он громко засмеялся, похлопав Бейкер по плечу. — Ладно, расслабься. Классно выглядишь, кстати. — его глаза пробежались по всему наряду брюнетки и остановились на бюсте девушки. — Я думаю, я пойду выпью. — она быстро отдалилась от брюнета и подошла к стойке с алкоголем. Налив себе немного выпивки, девушка села на высокий стул и стала разглядывать помещение. Сколько было народа — не сосчитать. На большом диване расселись тигры, за исключением Брайса, и с какими-то девушками они играли то ли в «бутылочку», то ли в «правду или действие». На самом деле, для них не удивительно — всем понятны их планы. Рядом стояли большие кресла, на которых сидели Джессика и Алекс. Джессика и Алекс. Ханна задалась вопросом, какого черта Джесс тут делает, но никому не было понятно, а Уокер просто не обращал внимания. Сегодня он был сам не свой, на это была веская причина — суд, похоже, состоится. Хотела ли Ханна поддержать его, спросить на этот счет что-нибудь? Возможно, но она сама не понимала, почему. Потому что слишком добрая, наверное. Не надо говорить, что она глупая, Ханна понимала, что Брайс — ее насильник, но девушка умела прощать — это ее плюс и большой минус. Не судите ее. Прежде чем сделать, она подумает. Хотя, какого черта я ее прикрываю? Иногда, она реально делает несуразные вещи, как например: она не вылезла из джакузи до того, как осталась наедине с Брайсом. И она знала… знала (!) что может произойти с ней! И это произошло, и в этом виновата только она сама! Как грубо. Впрочем, это в прошлом, и Бейкер уже, похоже, пережила произошедшее. Левее кресел танцевал народ, среди которого веселилась Хлоя, бывшая Брайса. Неужели одна она не изнасилована им? Хотя, не важно. Кого Ханна не ожидала увидеть на вечеринке, так это Клэя Дженсена, который зашел в помещение и как-то потерянно стал бегать глазами. Сквозь громкую музыку и крики, брюнетка закричала голубоглазому, и слава Богу, он услышал с первого раза, иначе девушка просто сорвала бы голос. — Привет, — она улыбнулась. — Ты же вроде не любитель вечеринок? — Ну, знаешь… я надеялся увидеть здесь тебя. — он засмущался. — Да, я пришла. — голубоглазая осознавала, что разговор получается до ужаса скучным и нелепым. — Клэй, я хотела бы тебе сказать, что… то, что между нами было пару дней назад — это не всерьез. — парень непонимающе наклонил голову. — То есть, ты мне не нравишься… то есть, ты мне нравишься, но не более, чем друг, понимаешь? — А, то есть ты реально захотела превратиться в шлюху?! — крикнул Дженсен, но никто даже не обернулся, всем было плевать, да и музыка гудела в ушах. — Круто, Ханна, так держать. — парень нервно закачал головой и отправился к алкоголю. Я ожидала такого от кого угодно, но только не от тебя, Клэй. Ей хотелось зарыться поглубже, уйти куда подальше, лишь бы не видеть этих лиц, не видеть этих туманных взглядов. Казалось, будто Ханна одна трезвая на этой вечеринке. Ее стало раздражать все: музыка, крики, резкие движения, голоса поблизости, звуки разбивающегося стекла, вплоть до того, что люди дышат! Это был пик ненависти к миру. И Бейкер знала, что совершает возможную огромную ошибку, но она не могла этого терпеть: она ушла в свободную комнату и как во сне, только без выпивки, села на кровать. Комната была в классических цветах, повсюду разные растения, цветочные горшки. Но больше всего внимания привлекла крупная красная роза, стоящая в стекле на подоконнике открытого окна, выходящего на задний двор, откуда дул приятный свежий ветерок. В эту минуту она поняла, что очень сильно любит красные розы: этот цветок вдохновил ее, занял какую-то часть в тусклой жизни. Ханна отпустила всю ненависть к миру, подошла к окну и разглядела розу поближе, случайно увидев одиноко сидящего в джакузи Брайса. Он и вправду выглядел пустым и опечаленным, но девушка не хотела ему мешать, она осталась в комнате, хотя желание залезть в воду и пойти на все риски не утихало. Но вдруг, оно перебилось другим желанием… желанием бежать. Знаете, почему? Потому что сзади послышался скрип открывания двери, а затем тихие, непостоянные шаги. Брюнетка резко обернулась и увидела перед собой пьяного Джастина, который шел к ней с отвратительной ухмылкой. Только она двинулась, чтобы бежать, как брюнет схватил ее за руку и толкнул обратно к подоконнику, от чего Ханна ударилась и случайно повалила стоящую розу. Стекло треснуло. — Будешь кричать — будет хуже. — хрипло произнес Фоули и попытался стянуть с девушки джинсы. Открытое окно. Задний двор. Брайс Уокер. Спасение или смерть? Или двойная смерть? Но об этом Ханна впредь не подумала и уже через секунду кричала, как резанная. — Ах ты, сучка. — Джастин сильно ударил девушку по щеке ладонью, от чего она упала на колени и в добавок ударилась головой о подоконник. Самое низкое для мужчины, когда он поднимает руку на женщину. Вы знали об этом? Бейкер заплакала, она желала о помощи, она молила, чтобы Брайс пришел, ведь она знала, что он может быть другом! Но Джастин поднял ее и уже успешно стянул с девушки джинсы, но до самого главного не добрался, так как в комнату галопом залетел Уокер, схватил Фоули за воротник и оттолкнул от брюнетки, ударив его об стену и нанося еще пару ударов кулаком. — Ты, блядский мудак, охуел здесь?! — закричал блондин, добивая последние разы. Брюнет отключился и тем временем, Брайс протянул плачущей Ханне руку, помог встать и отвел ее в джакузи. По пути, парень взял аптечку и уже перед джакузи обработал девушке рану на щеке и на лбу. Сняв с себя верхнюю одежду, брюнетка залезла в воду и села напротив голубоглазого, вытирая слезы. — Я ему завтра устрою. — рыкнул он. — Как это все произошло? — Я… я… — заикалась Ханна. — Я подошла к окну, чтобы посмотреть на розу, а Джастин… зашел и сказал, что если я закричу, то будет плохо. Но я видела, что ты сидел на заднем дворе, и я закричала, а он меня ударил. Он хотел меня изнасиловать… — снова заплакала девушка. — Ты могла прийти ко мне, я сидел один. — пауза, — Ты наверное думала, что я тебя изнасилую. — парень вздохнул. — Через 3 недели суд. Тебе и Джессике должны прийти бумажки, что вы будете давать показания на меня. А позже, я просто сяду. — снова пауза, подростки задумались. Под темным звездным небом, в бурлящей воде раздумья казались приятными и удивительными. Такое первый раз на вечеринке Брайса — Ханна не хотела уходить. Она исподтишка смотрела на него и видела совсем другого человека. Она понимала, что может воспринять его по-другому. Вот почему нужно оставаться собой. — А доказательства есть? — спросила голубоглазая. — Нет, не должно быть. — зачем я это все ей говорю, если она дает показания против меня? — подумал Брайс. Бейкер хотела что-то сказать, но ее перебил вибрирующий телефон. Ханна встала спиной к Брайсу, и больше половины ее ягодиц было видно, она это, кстати, понимала, и сев обратно, она не увидела на лице парня никаких эмоций. Странно. Но самое странное и пугающее, это сообщение от мамы почти в одиннадцать часов ночи:

— Быстро домой.