we're not in the movie

По телу пробежала холодная дрожь от мысли, как Брайс отреагирует на слова Ханны, но она не боялась последствий. Главное, чтобы он просто знал это. И вот, девушка набирает в легкие воздуха, как вдруг, телефон начинает предательски звонить, заставляя ее отпустить ту смелость, которую она на пару минут приобрела. — Алло, мам. — спокойным тоном сказала Ханна, жестикулируя блондину, чтобы тот убавил музыку. — В чем дело?

— Скажи-ка, где ты сейчас?

 — голос Миссис Бейкер был умиротворенным, что немного расслабило девушку. — Я… еще в школе, хочу поговорить с Мистером Портером.

— Да, тебе не помешает провести последние дни в школе под присмотром Кевина, кхм…

— В каком смысле… последние дни в школе? — голос Бейкер заметно задрожал, а Уокер в тот момент, широко раскрыв глаза, непонимающе взглянул на девушку, наклонив голову в бок.

— Когда придешь домой, я тебе все объясню. Если что, звони.

 — женщина положила трубку. Брюнетка не понимала, в чем дело. Ее глаза быстро забегали по городскому ночному пейзажу, она будто пыталась найти ответы в свете фонарей. Что же она хотела сказать Брайсу? И успеет-ли сказать это? — Какого черта, Ханна? — парень то-ли расстроился, то-ли разозлился. — В смысле, «последние дни в школе»? — Брайс… я не знаю, но я хочу поскорее узнать, поэтому… пора уходить. — Ханна… я не хочу расставаться с тобой. — Я тоже, Брайс. Просто поверь мне на слово, что на это есть причины.

***

Пока я ехал домой, я чувствовал, что меняюсь. Я ощущал, что я становлюсь тем, кто я есть на самом деле: искренний, добрый и приятный человек. По крайней мере, так описывала меня Ханна. Я был благодарен ей за то, как она уважала меня после всего того, что я ей причинил. Но я изменился, правда, изменился. Девушка, которая ранее была для меня никем, стала моей частью, моим смыслом. Ханна Бейкер — девушка, которая из черствого Брайса Уокера сделала парня, который может чувствовать что-либо. И я уверен, что у меня тоже есть причины на то, что я взаимно уважаю Ханну. Знаете, почему? Потому что я чертовски влюблен.

***

Девушка пришла домой, снова проходя на кухню и увидев сидящих родителей, которые о чем-то резво говорили, но резко замолкли, переводя взгляд на Ханну в дверях. — Привет. — тихо сказала она. — И в чем причина? — Причина в том, что через три дня ты ляжешь в больницу. — Миссис Бейкер сменила улыбку на серьезное лицо, но тон ее голоса все же был спокойным. — В чем причина, мам? Насколько я лягу? — На две недели… то есть, до суда. А причина в том, что тебя нужно положить на обследование. — родители переглянулись. — Я даже не буду спрашивать на какое обследование, потому что мне абсолютно не интересно. — девушка вздохнула и ушла к себе в комнату.

***

На следующий день Брайс пошел в школу, надеясь увидеть там Ханну и узнать, в чем все-таки причина. И заходя в здание, он как всегда поздоровался с тиграми, поговорил о чем попало, а потом просто ушел на поиски брюнетки. Увидев ее у шкафчика, парень, медленно, в стиле плохого парня стал приближаться к девушке, дабы остальные думали, что он все еще не приобрел совесть. — Ханна. — мелькнула фирменная улыбка. — Приветствую. Что сказали родители? Голубоглазая обернулась, глубоко вздохнув. Она будто была готова зарыдать от печали. Ее рука нервно соскальзывала по уже закрытой дверце шкафчика, а глаза потерянно бегали, наконец остановившись на блондине. — Через три дня меня кладут в больницу. И я буду там до суда. — без эмоций сказала она. — И похоже, эти дни последние, когда мы видимся с тобой в нормальной обстановке. — Я не понял. — Уокера будто подкосило, он сразу забыл про то, что он — плохой парень. — В каком смысле — последние дни? — Я не хочу загонять тебя за решетку несмотря на то что ты сделал. И поэтому, я дам показания на Джастина, но не на тебя. И соответственно, мне придется уехать. — по щеке потекла сдержанная слеза. — То есть, это последние три дня нашего общения? — Брайс говорил тихо, чуть дыша. Внутри него образовался ком боли, которую он так сильно боялся ощутить. — Да, Брайс… — Ханна небрежно вытерла слезы, прижавшись спиной к шкафу и нарочно ударившись затылком о железо. Парень же, уперся кулаками в чьи-то шкафчики, начиная глубоко и громко дышать. А через пару секунд, он бил кулаками о стены, разбивая костяшки в кровь. Бейкер заплакала еще сильнее, понимая, что она ранила того, кого не мог ранить никто. Она заставила его чувствовать? Она стала его чувством. Он, получив сильный удар, просто ушел. И капли крови с его кулаков падали на пол, ссадины сильно пощипывало. Голос в голове Брайса молчал, парень ни о чем не думал, потому что он боялся подумать. О ком или о чем — не важно, все отдавало болью в теле. Вы все еще задаетесь вопросом: «А чувствует ли Брайс боль?»?

***

Мне настолько тяжело было понимать, что я теряю его, ведь… за короткое время он стал другим, по крайней мере ко мне. И я увидела в нем все то, что хотела бы увидеть в каждом парне, в каждом идеальном парне. Брайс действительно был добрым и хорошим другом, но есть проблема. Я больше не воспринимаю его, как друга. Здесь все более серьезно. Я люблю его. И я иду по темной улице, и каждый проходящий парень кажется мне Брайсом. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу его лицо, когда он счастливо улыбается. Когда я перестаю думать о чем-то постороннем, мою голову занимают мысли о нем. И я не понимаю, как смогу все предстоящее допустить.

***

— Как в школе? — прямо на пороге спросила Миссис Бейкер. — Ты сказала, что ложишься в больницу? — Да, мам. — Ханна выглядела уставшей и разбитой. — Хорошо. Будешь ужинать? Девушка помотала головой и была готова в любой момент заплакать, но нет, она создала себе барьер безразличия. Она сказала, что вытерпит все, что встанет на ее пути, а после, начнет новую жизнь с переездом. Выпустит из головы Брайса, все эти издевательства, изнасилования и начнет жить по-другому, по-новому. Но пока у нее есть шанс насладиться Уокером, она хотела действовать. Она хотела признаться в своих чувствах, наплевав на последствия.

***

Следующий день сулил… ничего он не сулил, все просто устали. Устали просыпаться и понимать, что жизнь отстой и что Либерти — школа сумасшедших. Ханна проснулась немного опухшая, так как плакала полночи, а ее сердце подавно готово остановиться. Сегодня она хотела сделать большой шаг к последнему счастью старой жизни. Действительно, к последнему. И вот, она снова заходит в здание и снова видит Брайса, стоящего спиной к Ханне в небольшой кучке тигров. Все они переговаривались, даже не обращая внимания на девушек, которые без конца смотрели на них. Среди была Камилла, которая кидала глубокие взгляды в сторону блондина. Бейкер стала ревновать, но все равно осталась при своем барьере. — Брайс… — Зак потрепал друга за плечо. — Она пришла. Парень обернулся, сразу же найдя взглядом свою возлюбленную, которая нервно проходила мимо. — Хей, Ханна. — он выскочил из кучки и плавно остановил брюнетку. — Я… сегодня предлагаю тебе погулять после школы. Кхм… можно поехать посмотреть на большой мост над рекой. — Ты хочешь меня скинуть в воду? — девушка усмехнулась. — Нет, эм… я просто хочу провести с тобой последние дни, ведь… мы больше никогда не увидимся. — его глаза печально сверкнули. — Хорошо, Брайс. — Ханна, немного улыбнувшись, кивнула, понимая, что это ее шанс.

***

Первым делом был урок у Мистера Портера, где ребята «дружно» рассуждали на какую-либо тему, и сегодняшняя тема звучала так: «Любовь и в чем ее плюсы и минусы». Задумалось большинство класса, и на пару десятков секунд наступила гробовая тишина. Подростки уткнулись взглядами кто-куда и стали готовить свой ответ в голове. — Кстати, извините, что прерываю. Ханна, почему ты не сказала, что через послезавтра ложишься в больницу? — задал вопрос темнокожий. — Твои родители сейчас позвонили и спросили, сказала-ли ты мне об этом. — И что вы ответили? — Ну, нет… — Ханна моментально закатила глаза. — Боже, Мистер Портер, как вам не стыдно? Подставили невинную девушку. — усмехнулся Брайс. — А ну-ка, Мистер Уокер, я смотрю, вы готовы отвечать. Так, пожалуйста. Вставайте с места, говорите. — мужчина был не прочь подшутить. — Ну… Любовь — это серьезное чувство. — молчание, — Она тебя либо оживляет, либо наоборот убивает. Я думаю, в ней поровну плюсов и минусов, потому что… она бывает как искренней, так и неискренней, как безболезненной, так и болезненной. — И ты был когда-нибудь влюблен? — Ну, если это можно так назвать, то я сейчас влюблен. — Уокер засмущался. — Неужели? — А что вас так удивляет, Мистер Портер? Я увидел в одной девушке то, что не видел ранее. И это оказалось идеалом моих мыслей. Я бы хотел видеть такое во всех, что вижу в ней. — И кто она? — психолог шел глубже. — Я не намерен говорить, потому что она об этом не знает. И ей точно кто-нибудь скажет. — Она есть здесь сейчас? — Да, Мистер Портер, она здесь и ее зовут Ханна Бейкер! — выкрикнул Джастин, эгоистично смеясь. В классе наступило молчание. Брайс зло посмотрел на Фоули, брюнет улыбался во все 32 зуба, а Ханна же сидела, устремив взгляд в стол и прикрывая волосами нарастающую улыбку от последнего счастья.