Тхэквондистка в школе "наглой рожи"

— Хорошо, — к девушке, которая минуту назад чуть ли не взрывалась от переизбытка эмоций, вернулся ее холодный и безразличный облик. — Твой рабочий день завтра. И твой тоже, клоун с несмывающимся гримом, в режиме двадцать четыре часа в сутки. — Да ты более жестокая, чем я думала, — вмешалась белокурая. — Еще и подобрала несмывающуюся косметику! — Что? — взревел пловец, видимо, лишь сейчас понимая всю суть сказанного. — Эта дрянь еще и не смывается? — Я бы на твоем месте сейчас побеспокоилась не об этом, — с хищной улыбкой произнесла Т/И. — Ты же сам слышал. — И что это значит? — недоумевая, спросил Кичиро. — Время отрабатывать долги по полной, — сказала Т/И с пугающим оскалом на лице, — да, милый?

***

      Ночь, тишина, умиротворение… Момо, погрузившаяся в царство Морфея, наслаждалась всей этой роскошью жизни. Она была глубоко внутри этой страны снов, плюшевых конфет и розовых единорогов. Казалось, даже атомный взрыв не заставит ее проснуться. Но, как говорится, идеальной тишины не существует, разве нет? Вот и сейчас, пока она наслаждалась обществом фиолетовых пони с перчатками для бокса, какой-то мерзкий и, видимо, весьма жестокий шутник, наклонившийся над ее ухом, громко закричал: — Проснись и пой!       Как мы уже говорили, сон этой бывшей брюнетки весьма сложно нарушить, но шутнику все же удалось ее слегка «оживить». — Заткнись и спи, — сонно пробормотала девушка.       И вот, когда больше не чувствовалось присутствие этого «незнакомца» и когда она решила, что можно снова расслабиться, что-то пошло не так. Совсем. Да ВСЕ пошло не так. Момо четырехаясь вскочила с места и громко проорала: — Что за!.. Ты, мать тв!.. — договорить не дала вторая волна непонятной липкой теплой жидкости, которой так грубо окатили ее. — Еще раз попытаешься оскорбить меня, одним этим не отделаешься, — угрожающий голос принадлежал миниатюрной фигуре. — А сейчас живо иди в душ, чтобы через пятнадцать минут была во дворе. — Да что ты творишь? — возмущенно прорычала боксерка. — Заткнись, раб. Ты смеешь перечить мне?       И лишь сейчас староста факультета бокса вспомнила об их сделке. — Черт, — вставая с кровати и топая в душ, произнесла она. — Который сейчас вообще час? ЧТО?! 4:30? Она совсем того?       Хоть ее громкие звуковые волны были слышны соседям из других комнат, но когда она зашла в ванную и, включив свет, увидела ЧЕМ ее облили, ее вопль услышало все женское общежитие.

***

— Как же долго! Ты опоздала на целых пять минут и сорок три секунды. — Уж извини. Но я еще быстро закончила, учитывая, что эту гадость не так уж и легко смывать. Я до сих пор вся липкая. — Не «ты», а «Вы»: я твоя госпожа или кто?       «Черт бы ее побрал. Раскомандовалась тут. Ничего, я ей это еще припомню!» — А зачем т… Вы вообще так рано проснулись? (и меня еще и заставили) — Тренинг. Я всегда в этот час занимаюсь пробежкой и хожу в спортзал. Так, сбегай за водичкой; у меня в горле пересохло.       «Диктатор херов. Но… я даже и подумать не могла, что эта безбашенная так долго тренируется. Зачем ей это? Она ведь и так в отличной форме»

***

— Раб номер один, — обратилась Т/И, — сходи за моим завтраком. Я хочу тортика. — У меня имя есть, — фыркнул Тэ. — И вообще, тебе даже мечтать нельзя о тортиках: потолстеешь. — «Тебе»? Потолстею? — с грозным видом поинтересовалась шатенка. — Н-Нет… Гос…пожа, — с немалыми усилиями произнес Тэхен.       «Ну я ей покажу. Торта ей захотелось! Окей, будет ей торт с пачкой соли и перца!» — Раб номер два, где мой чай? Живо за чаем. И не забудь про одну ложку сахара. Через минуты — Что это такое! — брезгливо отозвалась Т/И. — Я непонятно выразилась? Где сахар? — Но я добавила одну чайную ложку сахара! — Ты издеваешься? Я столовую ложку сахара сказала. А ты чего так покраснел после дегустации? И почему из твоих ушей пар метрами тянется? Вы что, отравить меня решили? — Бедняги, — тихо отозвалась Стефани. — Мне аж жалко стало, — подтвердил Чон. — Эй, жертва кухонных мер веса, — обратился Пак к Момо, — почему вокруг тебя столько мух?       На это предложение Т/И лишь слегка улыбнулась и сказала: — Я вчера ее не смогла заставить проснуться, а водой окатить старомодно как-то. Вот я и применила разбавленный водою воск.       Стоит ли описать чувство всех сидящих? Думаю, это что-то среднее между «Ха-ха-х… Вот лопухи. Т/И, ты гений» и «Мама, мне реально страшно». — Я же говорил, что у меня от нее мурашки по коже.