By my side

Меня чет потянуло на сопли и нытье. Убедительна просьба пнуть меня в сторону светлого будущего, а не унылого говнеца. Рей выглядела разбитой. Дари наблюдала за подругой внимательно и осторожно, чтобы та не заподозрила ничего такого. Впрочем, ей явно было не до того. Она с отсутствующим видом смотрела вперед собой, и в ее глазах – то есть оптике – невероятно желтых, ярко-золотых, стояла тоска и горечь. Дари не решалась ее трогать. В конце концов, она живое существо, что лишилось всего в одночасье. Она и так держалась молодцом, не показывая, как ей больно и паршиво. Это нападение Десептиконов, встреча с Мегатроном, его попытки схватить ее. Это напугало бы кого угодно, тем более, что ей кажется, что Мегатрон хотел убить Рей. Умирать в любом случае страшно. Когда Рей поднялась и буркнула что-то про «гулять», фемка с трудом усидела на месте. Подругу хотелось обнять, погладить по шлему и сказать, что все будет хорошо. Хорошо, может, и будет – только оно им надо? Здесь, в этом мире, на Кибертроне или Земле? Нужно это «хорошо» им здесь, с Автоботами или Десептиконами? Лично ей – нет. Альтаир молча проводил фем взглядом и мрачно взглянул на нее, будто это она была виновата в состоянии Рей. Помолчал несколько секунд, подождал, пока стихнут шаги, и сказал: - Не ходи за ней. - Я и не собиралась, - буркнула Дари. - Собиралась, - возразил дрон. – Оставь ее одну. Она встретилась с Мегатроном и выжила. Дай ей принять этот факт. Фем фыркнула, но послушалась. Дрон - стоит отдать ему должное - был крайне полезен: умен, спокоен, быстро находил выход в экстренных ситуациях, находчив и адекватен. Только за то, что он сумел оторваться от Десептиконов и их громадного корабля стоит пожать ему обе руки. Впрочем, как ей кажется, он был слишком эмоционален для обычного дрона. Дроны тупые, подчиняются прямым приказам, послушный и чаще всего бесполезны. Дари потратила пол цикла на поиск какой-нибудь полезной информации в сети, и нашла краткую статейку, старую-престарую, древнейшую, можно сказать, о дронах. О том, какие они полезные, нужные в хозяйстве и обиходе. Автором был некто Уилджек. Надо будет спросить у Рей, кто это такой. А то единственный Уилджек, которого она знала, специализировался на взрывах и бомбах. Так же в сети она пыталась найти хоть одно упоминание о «Вэле». Она ничего не нашла, что не было удивительно, на ее взгляд, но обидно до визга. Кто такая эта «Вэла», что Мегатрон спутал ее с ней? Они так похожи? Если да, то, может, это тело принадлежит ей? Она была Десептиконом, служила Мегатрону и его идеалам? Но тогда почему на корпусе нет метки Десептиконов? - Альтаир, - фем неуверенно взглянула на дрона, который, пролистывая что-то в электронной книжке голубого цвета (пс, кто знает, как она называется, а?), поднял шлем и заинтересовано взглянул на нее, - ты не знаешь, кто такая «Вэла»? Альтаир напрягся и помрачнел лицом. Фемка внимательно следила за реакцией дрона, и чем дольше он молчал, тем сильнее понимала, что да, знал. И, кажется, был хорошо знаком. Дари не хотела его подгонять, дала время, чтобы собраться с мыслями. Она понимала, что он мог и не ответить. Вполне возможно, что это неприятная для него тема и он не хотел бы ее касаться. Но спустя пару кликов дрон заговорил. Было видно, что тема не приятная для него, но он почему-то решил ответить. - Да, знаю, - нехотя ответил он. – То есть знал. Хорошая была фем. Добрая. Любопытная. Открывая. Таких, как она, сейчас и нет, наверное. - Она… - Дари сглотнула, и с удивлением поняла, что слюна (которой, вроде, быть не должно) отдает горечью. – Она мертва? - Да, - дрон поморщился. – Погибла через три ворна после прекращения войны. Дари заерзала, не зная, как спросить, что же произошло. Дрон взглянул на нее и тоже молчал. Потом отложил книжонку в сторону и потер то место, где у людей находится переносица. - Ее убили Десептиконы, - ответил он. Фем дернулась, как от пощечины. – Случайно напоролось на них, а они решили развлечься, - голос прозвучал глухо. Помолчал некоторое время. – Хорошая была фем. Жаль, что… вот так. Альтаир поднялся и ушел. Дари смотрела на свои руки, сжатые в кулаки. Через мгновение она вспомнила, что не спросила у дрона почему Мегатрон назвал ее «Вэлой». «Хорошая была фем». Сколько горечи было в этих словах. Наверное, действительно была хорошей. Клик – 90 секунд *** Рей бездумно смотрела на космос за стеклом. Мимо пролетали звезды, большие и маленькие, голубые и желтые. Космос был огромен. В нем было столько всего непонятого, неизведанного, не достигнутого. Того, чего они никогда не коснуться. Рей прижалась лбом к стеклу и притушила оптику. Почему роботы не могут отключить эмоции? Это же так удобно. Нет у тебя ни чувств, ни эмоции, плевать тебе, кто умрет, а кто нет. Плевать, убил ли ты, чудовище ли ты. Плевать на друзей и товарищей, потому что их у тебя нет, нет боли в груди, ничего не рвется и не ноет, не хочется вырвать искру и сжать. Глупые роботы. Вы бы так облегчили себе жизнь. Проклятье. В чем причина ее такого состояния, спросите вы. Дело в том, что ей приснился брат. Олег, тот, что остался там, в другой жизни, такой далекой. Они играли в приставку, и Лена снова победила, а Олег лишь обижено пробурчал что-то и потребовал реванша. Было так легко и весело: брат под боком, пусть злой и обиженный, где-то за дверью отец, читающий книгу, на кухне мама, делающая себе чай; а через дверь, в соседней квартире, Родька. Только странное чувство в груди не позволяло расслабиться полностью. А потом пришло осознание. С осознанием – боль. Она честно пыталась не раскисать. Какой в этом смысл сейчас? Жаль, обидно, больно и горько, но… Но тут и без ее соплей проблем по горло. Новый мир, Кибертрон, Десептиконы и Автоботы, Мегатрон и Ультра Магнус. Не знаешь уже, что хуже. Она не была идеалисткой и не верила в эти громкие лозунги: «Автоботы – это хорошо, Десептиконы – это плохо». В каждой бочке своя ложка дегтя. У Автоботов, например, это Сентинел. А почему нет? Автоботы же все из себя такие милые, добрые, няшные, мимимишные. А Сентинел своим появлением портит всю картину. Трус редкостный, самоуверенный до крайности, и не понятно, за что стал Праймом. За красивые глазки? Пардон, но единственное, что у него действительно выдающееся – это подбородок. Хотя, может, он хороший воин? А у Десептиконов? Ну, с ними все понятно: у злодеев всегда происходят какие-то ссоры, вражда за власть… Старый-добрый Старскрим, едва ли не орущий Мегатрону в аудио-датчик, что он будет лучшим лидером, Мегатрон и его коварные планы, верные Десептиконы и противный Кибертрон, который все никак не хочет покоряться. Ах, точно же. Где-то в этой истории еще найдется место Юникрону. В общем, у Десептиконов она сплошная бочка дегтя. /// Рей, ты где? /// Фемка вздрогнула, услышав голос Альтаира. Отойдя от стекла, быстро осмотрелась, чтобы убедиться, что ее никто не видит. Небрежно вытерла слезы – или омыватель, черт их поймет – и, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, ответила: /// Не важно. Что-то случилось? /// /// Да. Не могла бы ты подойти к медблоку? /// /// Зачем? /// /// Придешь – объясню. /// Рей хотела сказать, чтобы не придет из вредности, но канал уже был закрытым. Раздражено выдохнув, фем нашла кротчайший путь к медблоку, и, кивнув сама себе, направилась точно туда. В медблоке Альтаир что-то искал среди коробок. Скинул по связи Рей сесть на кушетку и подождать. Фем послушно села и принялась ждать. В коробках что-то гремело, в одной из них что-то даже заскрежетало и зашипело. Рей решила, что ей не интересно, что это было. А то мало ли – вдруг кусается. - Ложись, - сказал, наконец, дрон и поставил небольшую коробочку на стол недалеко от кушетки. Фемка недоверчиво прищурилась. - Зачем? - Не боись, не обижу, - хмыкнул дрон. – Это необходимая процедура. Но Рей не двинулась с места и даже не думала принимать горизонтальное положение. Альтаир, тяжело вздохнув, коснулся переносицы, потер и подождал клик, дабы собраться с мыслями. - Праймус, как же вы похожи, - простонал он едва слышно. – Ты свою оптику видела? - А что с ней не так? - Она желтая. - И тут я должна задаться вопросом: а что в ней плохого? Альтаир взглянул на нее взглядом «ты серьезно сейчас?», но промолчал. Достал из коробочки визор ярко-голубого цвета, по форме похожего на визор Джазза. Фемка заинтересовано взглянула на вещичку. Перевела заинтересованный взгляд на дрона. - Автоботы чувствуют тебя… неуверенно рядом с теми, у кого желтая оптика, - сдался мех. – Желтая, оранжевая или фиолетовая. Не важно. У Автоботов у всех поголовно сплошь голубая, а у Десептиконов – красная. В общем, желтая оптика – это не нормально. - Десептиконам желтая оптика тоже не нравится? – нахмурилась фем. - Да, - кивнул. – Средь простого люда ходил слушок, будто желтая оптика верный признак присутствия Юникрона или его темной силы. Что бета будет делать плохие вещи, может, даже начнет войну. - О, так у Мегатрона в детстве была желтая оптика? - Юниктор его знает, - пожал плечами. – Сколько лет прошло, никто уже и не знает. Вряд ли это знает и история. Просто революционер, пожелавший сместить власть Кибертрона и прибрать ее к своим рукам. Олспарк потому и отправили в неизвестность, что Мегатрон хотел с его помощью стерпеть род Автоботов со вселенной. - Ты боишься, что мы встретим Автоботов, и они посчитают, что я продолжу дело Мегатрону? Закончу то, что он начал? - Зря смеешься. В Сенате знатные параноики, могут чего и не то подумать, если будешь вести себя вызывающе. - Надеюсь, ты не на Кибертрон нас оправил? – прищурилась Рей. Альтаир оскорблено фыркнул: - Нет, конечно. Рано вам еще с этими скраплетами встречаться. А теперь ляг и не мешай мне. Не очень, знаешь ли, хочется иметь проблемы с властью Кибетрона. Рей хмыкнула, но легла и потушила оптику. Альтаир чем-то загремел. Фем сделала вдох. Если Автоботам так не нравится желтый цвет, то так уж и быть. Не очень хочется, чтобы вокруг нее бегал Сентинел и орал: «Сжечь ведьму!». Как же она ненавидит Автоботов. Сборище унылых хоришей, блэт. *** - Рей? Фемка вздрогнула. Повернула шлем в сторону Дари, смущено передернула плечами и отпустила голову. Фиолетовая фем смотрела на подругу, хлопала глазами, раскрыв рот. Она пол джоора бегала, искала ее, а она тут, посреди коридора стоит. Но удивило ее не это. Ярко-голубой визор, заостренный по середине, скрывающий некогда золотую оптику – вот причина ее удивления. Дари даже зависла, смотря на него. Такой широкий и голубой… (тут должна быть шутка «как небо над головой», но за иллюминатором космос, а он, как известно, черный). Но когда она успела его примонтировать? Почему она узнает об этом только сейчас? - Ух ты, - вырвалось у фемки. – Ты когда успела? - Недавно совсем, - ответила Рей. – Альтаир настоял, сказал, что моя оптика… будет нервировать окружающих. Если они, конечно, будут. - Тебе меня мало? – делано обиделась Дари. – Мне нравилась твоя оптика. Желтенькая, яркая, необычная такая, не то, что у меня. Голубая – самая обычная. - Мне тебя много, - фыркнула синяя фем и словно расслабилась. – Альтаир рассказал, что среди трансформеров есть поверье, что боты с желтой или фиолетовой оптикой – дети Юникрона, поэтому их не любят. Не очень, знаешь ли, хочется, чтобы Сентинел или еще какой полудурок бегал вокруг меня и орал, что я ведьма. С них станется. - А я тогда буду бегать вокруг с него с канистрой, поливать и орать: «Гори, гори ясно, чтобы не погасло!», - фыркнула Дари. – Всегда хотела узнать, как горят трансформеры. Рей улыбнулась широко, и у фемки будто отлегло от души. То есть искры. Ой, да какая разница? С визором эта улыбка выглядела странно, непривычно и немного жутковато. Но это же Рей в любой случае. - Мадам, не желаете ли составить мне компанию? – Рей чуть нагнулась вперед, спрятав один манипулятор за спину, а второй вытянув вперед. – Я видела тут парочку интересных мест, которые нужно хорошенько обследовать. Дари прижала ладошку ко рту и захихикала, кокетливо стрельнув глазками. Жаль Рей не мех. Галантная, услужливая, верная, всегда готовая исполнить любой каприз. Мечта, а не фем. А какими бы она мехом была, м-м-м-м… Все фемочки явно были бы его. Ну, или не все, но большая часть точно. - Ох, как я могу отказать вам, мой рыцарь? – фемка сделала два шага вперед и взяла протянутую руку. – Ведите меня, сер Рей, я сгораю от любопытства. - Ни слова боле, миледи, - Рей шутливо прижалась губами к кисти фем. – Идемте! – крепко сжала руку и, размахивая рукой, направилась в нужную сторону. – Идемте! Окунемся же в этот удивительный мир непонятный гаек, чужих конечностей и непонятных хренотеней! Дари шла и хихикала, прикрывая ладошкой широкую улыбку. Не зря же говорят: «С любимым и в шалаше хорошо». Тут – с чудоковатой подругой и в бескрайнем космосе отлично. Джоор – около одного часа.

Небольшое лирическое отступление

- Рей, слушай, - Дари подползла к фем, что лежала на полу и читала что-то в странной голубой книжке (кто-нибудь, как называется эту штука, а?), а вокруг нее были разбросаны сотни таких же штучек. Дари отодвинула половину в сторону и легла рядом, - а ты не знаешь, кто такой Уилджек? Фем удивлено моргнула и взглянула на подругу. Из-за визора не было видно ее оптики, и это огорчало. Не поймешь же, как она смотрит. Вдруг как на душевно больную? Нет, она, конечно, так не посмотрит. А вдруг? - Э-э-э… - протянула синяя фем и почесала щеку. – Это тот, который бегает с бомбами и все взрывает? - Хм, - Дари уставилась в потолок и скрестила манипуляторы на грудном отсеке. – А в этой вселенной, как думаешь, есть Уилджек? - Не знаю, - честно ответила Рей. – Не помню. Но я видела, наверное, полу сотню артов с ним. На, лови. Перед глазами появилась картинка мультяшного меха с маской и странным шлемом. Если хорошенько приглядеться, то можно увидеть сходство с Уилджеком из «Прайма». Следом за этой картинкой появилась еще одна. Тот же мех, но весь какой-то… квадратный, больше и мощнее. - Это тоже Уилджек, - сказала Рей. – Ученый, как Перспектор. Генератор безумных идей и тоже все взрывает. Наверное. - Ух ты, - Дари еще немного полюбовалась на Уилджека. Потом вдруг нахмурилась, повернула голову к фемке, отчего-то та нервно дернулась в сторону. – Откуда у тебя эти картинки, бро? Сознавайся, немедленно. - Ну, эм… - Дари готова поспорить: была б возможность, Рей бы покраснела. – Я просто копалась в своих системах, и нашла эти… э-э-э… картинки. Как оказалось, все картинки, что были на моем телефоне, теперь в моем мозгу. И музыка, кстати, тоже. - Вот здорово! – радостно произнесла фем. – Покажи, а? Ну, пожалуйста, бро, я хочу посмотреть! Рей смотрела на нее несколько секунд, потом вдруг вскочила и начала размахивать головой и махать руками: - Не-не-не-не, ни за что, никогда в жизни! Нет-нет-нет-нет и еще раз нет! - Ну почему? – фем состроила жалобное личико. - Ты тогда со мной разговаривать не будешь, - честно ответила синяя фембот и покаянно отпустила голову. Потом закрыла лицо руками. Дари уверена: была бы возможность, Рей была бы краснее вареного рака. Интересно, что у нее за картинки такие? … а у Рей перед глазами стояла картинка целующихся Саудвейва и Бластера. Спасите-помогите.