Homo aurus

Когда Том пришел в себя, открыл глаза и оглядел комнату, он поначалу решил, что лучше бы ему остаться в уютном небытии еще на пару часиков. К сожалению, второй мыслью было то, что он мужчина, глава Дома и прятаться от такого сброда не намерен. Сброд в составе деда, доктора Хейма и Крейга Хэмсворта стояли рядом с его столом, что-то напряженно обсуждая и периодически обеспокоенно на него поглядывая. Том кашлянул, неторопливо приподнялся на подушке, аккуратно сложил руки на одеяле и с вежливым вниманием уставился на этот кружок по интересам, о которых ему крайне любопытно было бы узнать поподробнее. Берт всегда говорил, что этот его взгляд невыносим, и Том, держа нейтральную улыбку, мысленно делал ставки на то, кто не выдержит первым. Хейм оказался выигрышной лошадкой. Впрочем, Том одержал бы безоговорочную победу в любом случае: несомненное преимущество игры с самим собой. Доктор подошел почти вплотную к кровати. Вся его поза выражала неподдельное возмущение. - Мистер Хиддлстон, не будете ли вы так любезны пояснить, с какой целью вы решили нанести непоправимый вред своему здоровью и сразу после моего недавнего ухода начали реализовывать программу действий, идущих в прямом разрезе с моими показаниями? Том догадывался, что речь вряд ли идет о его отказе соблюдать постельный режим. - Полагаю, - он обвел взглядом собравшихся, - и одного затейливого представления было более чем достаточно. Поэтому я справедливости ради решил, что с почтенной публики хватит зрелищ. Доктор Хейм недоверчиво хмыкнул: - Полагаете, ваши похороны соберут мало народу? К такому повороту Том готов не был. - Прошу прощения, но разве речь идет о вещах, столь сильно и негативно способных отразиться на моем состоянии? – как бы он ни относился к Хейму, а слова его воспринимал со всей серьезностью. Выражение лица доктора сменилось, теперь это было тревожное сочувствие. - Мистер Хиддлстон, хочу заметить, что восемь часов назад вы в конвульсиях, сопряженных с острыми болевыми ощущениями, потеряли сознание прямо в своей же гостиной. Для вас это недостаточно тревожный симптом? Том задержал дыхание. Боже, он только сейчас осознал, что произошло. Он инстинктивно схватился за виски. Больно. Было так больно. Ну за что ему это? За что? Но новой вспышки не последовало. Том поднял голову, его взгляд остановился на Крейге Хэмсворте, стоящем рядом с дедом и вслушивающимся в слова доктора. - Вы, - указал он пальцем, приподнявшись на подушках, – вон. - Том! – всплеснул руками Берт.. - Я еще раз повторю, - уже спокойнее проговорил Хиддлстон, не сводя глаз с Крейга, - прошу вас немедленно покинуть этот дом. - Да прекрати же ты.., - взвился дед, но его перебил мягкий голос. - Прошу прощения, - невозмутимо обратился доктор к искрящемуся злостью мужчине, - я настаиваю, чтобы мистер Хэмсворт на время нашей беседы находился в комнате. - При всем уважении, доктор Хейм, что за бред вы несете? – со злостью прошипел Том, - Чтобы абсолютно посторонний человек находился здесь во время приватного разговора, касающегося подробностей моего самочувствия? В качестве кого? - В качестве представителя одной из заинтересованных сторон, разумеется, - ответил тот и аккуратно присел на стоящий рядом стул. Если бы Том не был так слаб, он бы разнес всех в клочья. Клочья на молекулы. Молекулы на атомы. Он так и сделает, когда оправится и выяснит, что же угрожает его здоровью. Головокружение вернулось. Хиддлстон обессилено откинулся на подушки и согласно кивнул, стараясь смотреть исключительно на Хейма. - В таком случае, не соблаговолите ли вы с медицинской точки зрения пояснить, что же угрожает моему организму? Доктор улыбнулся и пустился в туманные разъяснения относительно альф, омег, их отношений и будущем Тома исходя из этих концепций. Перспектива вырисовывалась столь блестящая, что он еле сдержал порыв забраться с головой под одеяло, как в раннем детстве во время грозы. - ..на протяжении многих лет вы, несмотря на мое явное неодобрение, принимали препараты весьма агрессивного действия. Таким образом, когда вы сразу после случки, которая сама по себе явилась в высшей степени громадным стрессом для вашего изнуренного подавителями организма, приняли некое количество этого тяжелого препарата, причем в трехкратном размере превышающее прописанную дозировку, терпению вашего организма предсказуемо пришел конец. - И что мне сейчас делать? – настроение ерничать у правящего лорда Хиддлстона как-то пропало. - Теперь, Томас, практически ничего. У вас есть альфа, и природа все сделает за вас. Мужчина немигающим взглядом уставился на Хейма, и тот лишний раз отметил несомненное сходство между главой Дома и животным, изображенным на их родовом гербе : - Я вас не понял. - Разумеется, я поясню, - снисходительно усмехнулся доктор, и Тому показалось, что дед при этих словах вдохнул поглубже, - На протяжении многих лет вы подавляли часть функций вашего организма при помощи определенных препаратов специфического назначения. Когда вы встретили в превосходной степени подходящего вам альфу, его химия вступила во взаимодействие с вашей, и это оказалось сильнее подавителей. Ваш организм перенастроился, как и происходит у любой омеги после первой вязки и истечения определенного природой времени нахождения рядом с пометившим ее альфой. Когда вы, без сомнения повинуясь безрассудному порыву, вновь приняли таблетки, организм справедливо посчитал, что вы снова хотите заменить ими альфу. И, разумеется, взбунтовался. - То есть, - Хиддлстон побледнел и неосознанно стиснул пальцами край одеяла, - получается, что.. - Вам для поддержания адекватного и работоспособного состояния необходимы регулярные сексуальные контакты или, по крайней мере, систематическое общение с вашим альфой до наступления следующей течки. График течек, разумеется, перенастроился. Теперь, как у познавшей альфу взрослой омеги, течки у вас будут проходить раз в три месяца. - Почему? – вякнул Том, только чтобы что-то спросить. - Потому, - усмехнулся Хейм, и Хиддлстон содрогнулся, коря себя за несдержанное любопытство: подобные усмешки ничего хорошего не сулили, - что ежемесячная течка для омеги – способ привлечь самца-альфу. Вы свою альфу нашли. Организм среагировал перестройкой на биохимическом уровне. Теперь течки проходят реже, цель их – завести потомство. - Что вы гово.. - И, наученный горьким опытом, я поясню Вам еще одну общепонятную вещь. Том с трудом удержался от гримасы. Он не выносил, когда кто-то позволял себе говорить с ним в подобном тоне. Но некоторым он ничего высказать не мог. Более того, с некоторыми он вообще предпочитал не связываться. Он вздохнул и изобразил вежливое внимание. Доктор улыбнулся слаще обычного: - Разумеется, во время течки вы должны быть со своим альфой. Это - безоговорочное условие, мистер Хиддлстон. - он проследил за паническим взглядом пациента, - Таблетки не помогут, более того, я категорически запрещаю вам их употреблять. - Вы не можете мне запретить! – почти в истерике выкрикнул Том. Доктор Хейм тяжело вздохнул и растерянно оглянулся на Берта. - Полагаю, вы намерены продолжать своевольничать? - Я буду делать то, что считаю нужным, - прошипел Том, с трудом взяв себя в руки, - назовите мне хоть одну причину, по которой я не могу продолжить прием.. - Они просто убьют вас, мистер Хиддлстон, - тихо сказал Хейм, - И без своего альфы вы не справитесь. Том почувствовал острую боль в груди и чуть не схватился за сердце, но удержался. Подобную слабость он проявлять не собирался, только горько закусил губу. Он тринадцать лет жизни бежал от этого проклятья, он научился с ним справляться. Он был самодостаточен, влиятелен, уважаем, и на фоне его несомненных талантов и их наглядных подтверждений никто в здравом уме не посмел бы ткнуть его носом в это..несовершеноство. А теперь словно в один миг все плоды его усилий разлетелись как карточный домик. Том глубоко вдохнул и выдохнул, всерьез опасаясь, что может разреветься как сопляк прямо здесь и сейчас. Поиграть в страуса он успеет позже. - Что-то еще? – ровным голосом осведомился лорд Хиддлстон. Хейм, пристально наблюдавший за беспокойным пациентом, с легкой улыбкой кивнул: - Со временем течки станут проходить все более спокойно. Не печальтесь, ощущения менее острее не станут. Наоборот, практика показывает, что со временем чувственность только усиливается. Просто вы с вашим альфой будете осознавать себя собой, а не находиться под властью инстинктивной природной сущности. Кроме того.. Том кивал, задавал нужные вопросы, и каждое слово словно выжигало в его душе ненавистное клеймо. Когда доктор, распрощавшись, удалился, Том перевел взгляд на Хэмсворта. Скользнул по его грустной полуулыбке и с трудом удержался, чтобы не запустить в него подушкой. Безродный выскочка. Крейг, заметив убийственный взгляд, прочистил горло. - Мистер Хиддлстон, я крайне сожалею.. - В самом деле? – Том старательно контролировал голос. - Да. Я понимаю ваши чувства и ваше раздражение.. В голосе Крейга звучало столько сочувствия, что Том ощутил рвотные спазмы. - Вы полагаете? Берт, ни слова не проронивший во время беседы с доктором, не выдержал и подошел к кровати. О его способности молчать так долго Том и не подозревал. - Родной, нужно обсудить условия. Ты же понимаешь, что тянуть дольше просто невозможно. Внук кивнул и на пару минут погрузился в сосредоточенные размышления. Дед и Хэмсворт, казалось, затаили дыхание. Ожидали, что он взбесится и пошлет все к чертовой банши? Хиддлстон зацепился взглядом за рогатого идола и криво улыбнулся. Горечь переполняла его, словно кто-то кромсал душу на куски. Том вспомнил улыбку Алекс, преданный взгляд Стивена. Скоро Рождество. Он еще даже не решил, куда повезет семью, а они уже вторую неделю кружат как акулы, пытаясь выяснить, что хочет он. Они по-настоящему любят этот светлый праздник. Его кровь. Его дети. - Дорогой, - Берт положил руку ему на плечо, - все в порядке? Том едко усмехнулся, поднял взгляд на мужчин и обнаружил, что вновь может спокойно смотреть своим демонам в глаза. Пока Крис при помощи навороченного и не совсем понятного навигатора добирался до особняка, предполагавшего стать Лондонской резиденцией Хэмсвортов до того, как Крейг подыщет более достойное место, он старательно копался в памяти, пытаясь вспомнить, слышал ли раньше что-то о том, кого трахал. Фамилия была знакомой. Хиддлстоны. Не та ли это придурочная, почти обедневшая семейка, которая много лет назад додумалась выставить главой своего Дома омегу? Да, точно эти. Хотя сейчас дела у них вроде бы пришли в норму. Несколько лет назад, когда Хиддлстоны заключили какой-то чертовски умно продуманный, попахивающий аферой контракт, после которого деньги полились рекой, все только и шептались о том, что эта их омега сработала просто отлично. И, насколько Крис помнил, эта шустрая омега все еще не была в связи. Ну конечно, раз еще руководит их делами и предприятиями, то альфы у нее точно не было. В противном случае ее бы забрали в другой Дом и сместили со всех должностей. Впрочем, ходили слухи, что вступать в связь эта глупая омега не особо и хотела. Хэмсворт вспомнил, как орал чокнутый парень, когда он уходил. Вот точно придурок. И куда вообще полез? Управлять, руководить.. Сидел бы, накачивал упругую попку и ни о чем не заботился. Крис покачал головой, пытаясь одновременно закурить, не прожечь себе джинсы и не пропустить нужный поворот. Не то, чтобы он подозревал, что завалил эту самую высокопоставленную омегу, но в памяти упорно всплывало, с каким гонором выговаривал ему тощий псих, которого он как ни разглядывал, а запомнить почему-то не смог. Впрочем, все европейцы были с приветом и самомнением выше фонарного столба. Черт, если он правильно помнил, о чем трепались на светских вечеринках, этой дурной омеге предлагали самые фантастические брачные контракты. Если это в самом деле был он, Криса ждет грандиозный скандал. И всемирная слава. Подумать только, после стольких лет отказа этот Хиддлстон сам почти залез на него.. Нет, ему просто не могло так свезти. Хэмсворт со вздохом выкинул бычок, крутанул руль, выворачивая на нужную улицу к знакомым высоким воротам. Его предсказуемо встретил бедлам. - О, главный самец нашей стаи! – вопил Лиам, отлеживающий бока в обнимку с планшетом на громадном белом диване посреди гостиной. Когда Крис был здесь в тот первый и единственный раз, такого шедевра еще не существовало. Впрочем, за три дня мир мог сойти с оси, не то, что трехэтажный особняк обзавестись мебелью. Чему тут дивиться.. Ужасающих размеров громадина выглядела удобной. Крис конечно же хотел убедиться в этом лично. - Брысь, - рыкнул он, сгоняя младшего, усаживаясь на мягкие подушки и поглаживая пальцем покрытие. Кожа, но на телячью не походила. Небось опять какого-нибудь редкого и дорогущего крокодила – альбиноса. Цена Криса не волновала. Жалко было бедных тварей. Их же мало осталось. Коров в мире было все-таки на порядок больше. - Да мы все давно знаем, что тебе нужна омега.. Такому крутому мужику, как ты, мало бет.. – прервал его мысли отошедший от обиды брат, - Да и вообще траха мало, раз у тебя встает аж на бутылки.. Крис чихнул и рыкнул одновременно. Да сколько ему еще будут припоминать эту гребаную историю двухмесячной давности? Вон, уже аллергия пошла. Хэмсворт отмахнулся от младшего братца и улегся с ногами на диван. Ли обиженно подергал капюшон ярко-красной толстовки с изображением марвеловского «Тора» и куда-то шмыгнул. Крис бы даже пожалел его, но организм внезапно оказался в состоянии помышлять только о еде. После трех дней здорового питания яблоками и какой-то мелкой дрянью, что на еду даже отдаленно не походила, он сожрал бы буйвола вместе с рогами и шкурой. Только под нормальным острым соусом. Крис привык питаться по пять-шесть раз в день и весьма плотно. Он не ел как полагается сколько-то суток, а голод проявился только сейчас. Странно как-то. Желудок грозно забурчал, Крису даже послышалось что-то вроде «думать будешь потом». Лиам словно его мысли прочел: подрулил явно с кухни с целым подносом, сел в кресло и достал айпэд. Крис тотчас же радостно отнял у него двойной бургер и колу, на возмущенный вопль показав сжатый кулак. Преимущества старшего брата и сильного альфы: Ли до его мощи еще расти и качаться. А сила альфы подобно крисовой у него вообще вряд ли будет. Такое проявляется сразу. Крис откусил громадный кусок и удовлетворенно заработал челюстями, думая, как хорошо быть здоровым, сексуальным, крутым Крисом Хэмсвортом. Шевелиться было абсолютно лень. Думать о чем-то другом тоже. Хотя, еда была отменной. Очевидно, кухарка уже приступила к обязанностям. Срубив свой бургер, Крис тут же зажевал и отложенный братом в сторону. Тот что-то обиженно вякнул, но Крис только напряг бицепс, и мелюзга сразу заткнулась. Старший брат, довольно улыбаясь, вытащил дурацкую трубочку из высокого запотевшего стакана и одним глотком ополовинил его. - Где вше? – спросил он, жуя мясные наггетсы. Пора было разведывать обстановку в доме. - Тетя Клэр с какой-то крашеной пуделихой уехала утром. И без охраны! Представляешь, она здесь всего четыре дня, а у нее уже подруга! Сказала, что в салон красоты, устраивать на голове такой же попкорн, - возмущенный Лиам столь забавно жестикулировал, что старший аж хрюкнул в свой бургер, - Но вот увидишь, приедет с полным багажником всякой ерунды для дома, которую дядя запретил покупать. Он же хотел дизайнера вызвать, и не хочет, чтобы она сама.. А сам он уехал. Тоже. Утром. Крис удовлетворенно кивнул, не переставая жевать. Он обожал маринованные огурцы не только за рассол. - Где псих? - Еще не приехал со вчерашнего, – отрапортовал Ли. Брат снова кивнул, вгрызаясь в пирожное. Что-то, а пожрать он был всегда не прочь. Лиам с удивлением смотрел на него: - Вон как понесло.. Ты, конечно, про еду всегда как нормальный мужик, но сейчас.. Здорово же эта омега тебя заездила. Старший угукнул, цапнув горсть картошки-фри. Это еще кто кого. - Слушай.. Ну ты хоть расскажи, как это было? Круто? - нетерпеливо задал Лиам грызущий юную душу вопрос, подвигая брату бутерброды с лососем. Он, будучи младшим альфой в семье, давно просек, что к хорошему расположению Криса можно было пробраться тремя тропинками: через секс, сон и еду. - Круто, - хмыкнул объект внимания, засовывая в рот второй бутерброд. - Колы? – подсуетился Ли. - Давай, - усмехнулся Крис. Дураком он не был. Может, и не гением, но тут не надо быть Эйнштейном, или как там звали этого башковитого омегу, чтобы догадаться, о чем хочет услышать младший. Лиам был младше Криса на шесть лет, у него, конечно, уже был первый гон, но с этой проблемой Крейг справлялся легко. Просто нанимал особого сорта девиц, которые обливались духами с чем-то, похожим на феромоны омеги, и за несколько сотен послушно раздвигали ножки перед обезумившими от первой похоти молодыми альфами. Через это прошли все трое, и это было намного лучше, чем собирать по продуктам распада взорвавшийся от буйства инстинктов мозг. Впрочем, Крис считал, что берут эти девки дороговато: почти еще мальчишкам не нужно было много, чтобы спустить. Да и запах был не ахти, но паренькам, на время оставшимся с яйцами вместо мозгов, хватало и этого. У старшего Люка была связь с какой-то омегой наподобие тех девиц, что приводил им Крейг. Но особо круто с ней не было даже с узлом: она раздвигала ноги перед каждым, и даже перед двумя сразу. Впрочем, Люк и не искал возвышенных отношений. Все, что ему было нужно, - это поебаться с настоящей омегой, чтобы не отставать от младшего брата. \Крис встретил Эльзу, когда ему было восемнадцать. Это была чистейшая первая любовь с первого взгляда со всеми атрибутами, включая бурную страсть и болезненнее расставание. Тем не менее, омега была и на счету Криса. Ли же пока был в аутсайдерах: его сексуальный опыт ограничивался бетами. Крис не считал это чем-то..таким. Это было нормально, как у большинства, но Люк изводил беднягу едкими подколками. Тот, по молодости лет стремясь познать в жизни все и сразу, навоображал, что упускает нечто сродни фисташковому мороженому. В сущности, так оно и было. Но конкретно это мороженое было не из тех, что подтает, если сейчас же не съесть. Крис, уже познавший многие грязные стороны и обороты жизни, только усмехался, глядя на нетерпеливого братца. Впрочем, он мало чем мог удовлетворить грызущее Ли любопытство. Если поначалу он примерно помнил, что происходило, то сейчас воспоминания слились в сплошную пелену удовольствия. Ну, вот этого Крис скрывать и не собирался. Брат же. - Было охрененно, - он отпил холодной колы, - Только я ничего не помню. - Как это ничего? – Лиам от удивления подпрыгнул и залил колой толстовку. - Ты что, не понял еще? – сзади раздался отвратительный высокий голос, - Он не способен справиться даже с простой омегой из шлюх. А уж тем более с такой породистой. Крис вздохнул. Даже пожрать не дают. И ведь не зря говорят, что подлость нападает сзади. Он отложил недоеденный кекс, неторопливо потянулся и удостоил вниманием стоящее рядом дерьмо в мятом пиджаке, словно только что вылезшее оттуда, где зародилось. - Нарываешься? - Проверяю, все ли мозги тебе вытрахала омега. Мы же знаем, кто был сверху.. – хрюкнул Люк. Ему это казалось смешным. Крис бы с радостью посмеялся над его переломленным хребтом. - Чего тебе, недоносок? Еще в глаз хочешь, раз так тебе идет больше? Хоть на мужика стал похож. Люк неосознанно коснулся лилового фигнала под левым глазом, привезенного из Сиднея. - Ну ты-то точно мужиком скоро не будешь. Готовься выстаивать сутки на коленях, пока омега будет тебя драть. - Пошел в кобылий зад, - швырнул в него картошкой Крис. Настроения скандалить не было. - Ничего себе, так наша Крисси не в курсе.. Я-то думал, он понял, - Люк согнулся пополам от визгливого смеха, - А он так туп, что даже не въехал, а из него будет подстилка для омеги.. - Пшел лесом, - рыкнул Крис. Люк сказал что-то еще, но невнятно из-за душившего его смеха. Он пару раз непристойно двинул бедрами и поплелся куда-то в сторону, видимо, к лестнице наверх. Чудно. Крис открыл чипсы и сунул в рот горсть, размышляя над словами братца. Ерунда какая, откуда только такое придумал. Явно же выдумка, чтобы разозлить его. Он отмахнулся от трепыхнувшейся интуиции, думая, когда же этот выродок всех осчастливит и наконец-то утопится в унитазе. В детстве старшие братья были неразлучны. Ли, учитывая большую разницу в возрасте, был для них малышом, а позже мелюзгой. Такую подначиваешь, с важным видом поучаешь, пугаешь страшилками, иногда сваливаешь домашние обязанности и всегда защищаешь. Но никогда не водишься по-настоящему. Когда Крис и Люк играли в войну и солдатиков, Ли пачкал пеленки. Когда они жадно листали комиксы, он учился стрелять из рогатки. Когда же Лиам дорос до осознания всей глубины трагедии личности Человека-паука, Люк и Крис уже вовсю шлялись по чужим койкам, соревнуясь не качеством, а количеством. Они были обычными ребятами. Это было нормально. Крис не знал, когда все изменилось. Не понял, не заметил момент. А потом было поздно: он очнулся на руинах нормальных отношений со старшим братом Они с Люком всегда были рядом. В школе вместе обедали, вместе шатались после уроков со своей бандой, собирая толпы восторженных девчонок. Они были самыми крутыми, обожаемыми парнями в той элитной закрытой школе. Им подражали. С ними хотели тусоваться. Двухлетняя разница в возрасте помехой не была: Крис всегда был рослым, а вкупе с телосложением, дарованным природой и отшлифованным в спортзале, казался если не старше Люка, то, как минимум ровесником. Это-то и привело к разладу. Непонятно с чего брат увидел в нем соперника. Тьма зрела около полугода. Крис ощущал неясные перемены, хотя небо было безоблачным, и ничто не предвещало беды. Разве что Люк в этом году заканчивал школу, а Крису оставалось мотать еще два года. Крис даже хотел было поговорить с братом, но испугался, что тот поднимет его на смех. Он в шестнадцать еще не так хорошо знал себя, и эту неясную тревогу списал на глюки от новой травы. А вскоре мир взорвался. Ссора была пустяковой. На девушку претендовали оба, она предпочла Криса, а Люк почему-то разорался, хотя раньше они почти никогда не ругались. Из-за тачек было. И из-за какого-то другого барахла. Но из-за девок - ни разу. Крис только пожал плечами. Ну подумаешь, все равно будет как всегда: сначала один, потом другой, - так какая разница, кто первый? Крис относился негативно к любым скандалам в принципе, тем более с родными. Нет, если что-то шло в разрез с его желаниями, ткнуть несогласного мордой в унитаз было просто необходимо. Может, поэтому с ним редко спорили. А он так любил круто подраться.. Но всякие мозгодробительные разборки не выносил. Приходилось слишком много думать: сначала о том, как бы выкрутиться, если кулаки как средство усмирения противника отпадали, а потом разбираться, что же это такое было. Крис вообще считал, что самая лучшая драка – та, когда после двух-трех ударов и признания его мнения единственно верным они с бывшими противниками сушили весла в каком-нибудь кабаке, где много выпивки и ее продают по поддельным документам. Так что, наверное, можно сказать, что Крис был неконфликтным. И в тот раз он добродушно отмахнулся, рассудив, что надо и с братом делиться. А девушек за ним и так толпой с хвостом, одной жалко что ли? Он так ему и сказал, с улыбкой развернулся, рассчитывая, что братец, перепихнувшись, забудет ссору и придет рассказывать, как было. Только получив сильнейший удар в затылок, он понял, насколько все хреново. Колени подкосились, из носа фонтаном хлынула густая темная кровь. Крис с трудом поднялся, обернулся и, увидев брата, все бы отдал за то, чтобы дикая ненависть на лице Люка ему просто привиделась. Они избили друг друга основательно. Потом был скандал, лечение синяков, которых на Крисе оказалось больше, потому, что он не атаковал, а от недоумения все больше защищался. Были слезы тети, разговоры по-мужски с дядей, показательное примирение. Пожимая в гостиной руку брата, Крис уже не злился. Он был готов выслушать, попробовать понять и разобраться, если бы от этого парня, улыбающегося как прежний Люк, не веяло такой злобой. Брат не хотел разбираться. Он хотел крови. Крис все же пробовал поговорить, но в ответ раз за разом слышал, какое он дерьмо, раз таскается за врагом, не принимая вызов. Крис подумал и вызов принял. Если сейчас были новейшие технологии, с помощью которых можно было определить будущий статус плода еще в утробе, то раньше просто ждали, когда биологическая суть проявит себя гоном или течкой. Или ничем. Ну потом конечно была медэкспертиза, но ее результаты редко отличались от того, о чем свидетельствовали признаки. Крис не знал, когда Люку пришло в голову, что в качестве орудия против своей плоти и крови можно использовать свою же плоть и кровь. Сначала были грязные шутки, которые годно отпускать про девиц из кабака, а не про родного младшего брата. Потом отвратительные намеки, на то, какая у них в семье будет красивая омега. Крис пожимал плечами: ну омега, и что? Все равно брат. А однажды он увидел, как Люк гладит двенадцатилетнего Ли. Гладит. Как девицу. Крис, конечно, не знал, что это было спланировано. Не догадывался, он в тот момент вообще не думал. Драка была яркая, жесткая, большей частью односторонняя. Крис с легкостью завернул братца в козье вымя, даже не силой физической, а силой какой-то другой, идущей из самой крови. Люку первый раз в жизни так досталось, но Крис не мог остановиться. Это был вызов не ему, а семье. То, что исходил он от члена этой семьи, было неважно. В тот момент он как никогда ясно ощутил себя Хэмсвортом, представителем рода, старшим братом, должным защищать Ли. Он прижимал харкающего кровью ублюдка к стене, держа рукой за шею почти на весу, желая, чтобы тот смотрел в глаза, когда Крис будет откручивать ему яйца. Люк поднял взгляд, и их словно окутала некая дымка, без цвета, вкуса и запаха, ощущаемая лишь где-то глубоко, на уровне инстинктов. И совсем нежданно и внезапно, как удар ножом в спину, Крис ощутил себя младшим, который посягнул на святое – власть перворожденного альфы. Ему стоило только сжать руку чуть сильнее, и Люк бы запищал, прося пощады. Но Хэмсворт в нем орал, что его обязанность – защищать власть первого. Своего брата. Крис отпустил его, сплюнул и ушел. Больше брата для него не существовало. Он остался на той заброшенной спортивной площадке в окружении улюлюкающих членов их шайки, хрипя вслед Крису, что он слабак и дерьмо. Через два месяца Люк закончил школу, через два года и Крис. Появились новые друзья: хорошие мужики и отличные люди. Любовь, принесшая больше мучений, чем она стоила. Секс-туры, приятели, выпивка, вечеринки. Крис вообще любил поразвлечься. Потом пришел колледж, дела семьи, в которые Крис внезапно погрузился с совершенно неожиданным интересом. Просто однажды Крейг дал ему пустяковое задание, а средний как-то вдруг справился на круглое, пузатое «отлично». Крейг пригляделся, поручил еще что-то, потом еще. Крис исполнял. И втянулся. Его не интересовали циферки. Он сам толком не мог определить, что его привлекает в на первый взгляд нудных делах. Для себя он объяснил, что ему было интересно делать что-то, чтобы семья стала еще сильнее. Ну и круто было иметь статус солидного делового мужика. Полученные выводы его удовлетворили, а больше он объяснять никому ничего не собирался. А Люк.. Люк для него существовал не как брат, а как досадная помеха в жизни. Почуяв силу, брат не переставал докапываться, донимая, провоцируя. Стремясь то ли привлечь к себе внимание, то ли произвести впечатление, но своими выходками, провокациями и злыми, на грани с жестокостью розыгрышами Люк зачастую подставлял не столько Криса, сколько семью. Впрочем, среди родственников он пользовался определенной популярностью, его уважали, но все же не так, как среднего. И будь Крис проклят, если не испытывал от этого мрачное удовлетворение. Он сам, помятуя, что даже если прижмет Люка к стене, совсем побороть не сможет, просто ограничивался рычанием, а иногда заезжал кулаком. Но далеко драке зайти не давал. Крейг же, хоть прекрасно все видел, в их разборки не вмешивался. Мальчики уже выросли. Что касается младшего, то наступает время, когда один перестает расти, а другой его догоняет. И Крис внезапно понял, что с Ли ему весело и занятно. Они с восторгом и удивлением обнаружили, что хоть интересы у них и не полностью схожи, но они отлично понимают друг друга. Впрочем, Ли казался младшей копией Криса даже в том, чем он увлекался. Обнаруженная страсть к различным боевым искусствам еще больше их сблизила. Люк, уцепившись, сыпал обвинениями, что Крис настраивает против него брата. Это было в корне неверно: Ли любил обоих, хотя Криса безоговорочно уважал, а Люка боялся поболее ввиду непредсказуемого характера и явной агрессивной жестокости. Но, следуя совету дяди, он просто не лез в их разборки, хоть и был любопытен как белка. Общаться с Крисом ему было интересно, а к Люку он каким-то внутренним чутьем соваться опасался. Крис вынырнул из воспоминаний, повернулся, посмотрел на притихшего Ли, уткнувшегося в свой комп. Они тут хуями меряются, а ему, бедняге, страшно. - Так что ты там хотел спросить? Как у меня было с омегой? - Ага! – оживился Лиам, - Но ты же сказал, что ничего не помнишь.. - Ну не то, чтобы совсем ничего, - Крис полез в карман за резинкой для волос, понюхал подмышку, поморщился. Вот почему Ли близко не садится, - Помню, что было здорово. Мне правда было охуенно. Конечно, позы тебе описать не смогу, прости, брат. Но они везде одинаковые, понимаешь? - он подмигнул, с усмешкой потрепал расстроенного Лиама по макушке и посерьезнел. Мысли с «как» внезапно перескочили на «почему», «с кем» и «что дальше». Особенно его бесило второе. Крис терпеть не мог этот вопрос еще со школы. Он вопреки всеобщему мнению дураком не был, и даже учился нормально. Конечно, свою роль играло то, что Крейг состоял в попечительском совете престижной сиднейской школы, в которой обучали будущее богатейших семей континента. Но Крис не прогуливал. Ему нравилась школа, там было общение. И колледж после. И он правда учился. Правда-правда. Но зачастую все зависело от учителя. Он мог задать нормальный прямой вопрос, вроде «когда было это», «как называется то». А мог задать абсолютно тупой типа «что будет, если» или «почему так». И вообще, Крис любил что-то делать и гордиться достигнутым. И чтобы гордились им. А пускаться в бестолковые рассуждения он считал пустой тратой времени. Рассуждай - не рассуждай, а результат будет только если поднимешь задницу и пойдешь решать свои проблемы. К слову, ожидания он приравнивал к рассуждениям, и, следуя его логике, сейчас попусту тратил время, высиживая явление дяди. Ли, расстроено вздохнув, обнял пакет чипсов и снова уткнулся в свой айпад. Крис был почти уверен, что это там была порнушка с участием омег. Позы изучает. Пусть. В жизни пригодится. Он крякнул, повернулся на бок и попробовал вздремнуть, решив, что на сытый желудок это получится намного лучше. Когда Хэмсворт ушел, Том еще какое-то время сидел, в недоумении разглядывая стену напротив кровати. Он просто не верил, что все прошло столь фантастически удачно. Это было невероятно, невообразимо, но было так, как надо. Ему. Он искренне не понимал, что происходит. Сначала его старательно загоняют в позорный угол, затем позволяют выйти через единственную имеющуюся в наличии светлую дверь, причем, не зацепившись ни одной ниточкой пушистого свитера крупной вязки о торчащие из косяка ржавые гвозди. Словно Судьба, лениво обмахивающаяся веером и со скукой наблюдающая за смешными суетливыми людишками, поворачивала к нему то одну сторону своего изящного опахала, то другую. Том скривился. Да что за бредовые мысли? Скрипнула дверь. Берт тихонько проскользнул в затененную комнату и сел на кровать. Том закрыл глаза. На деда смотреть было не трудно, но не хотелось. - Крейги ушел. - Прелестно. Ты хотел сказать что-то конкретное, или же просто сообщить мне, что твой омерзительный приятель долее не находится на моей территории? Дед тяжело вздохнул и провел рукой по седым волосам. - Я хотел сказать, что ты вел себя просто отлично. - Уверяю тебя, я уже не в том возрасте и положении, чтобы выслушивать оценочные характеристики своего поведения, - буднично сообщил ему Том. - Положении.. – задумчиво проговорил Берт. - Прости, что? - Ну, если ты считаешь себя слишком взрослым и официальным, чтобы принять старческую похвалу, скажу, что вы, милорд, во время этих переговоров держались бесподобно и провели их просто блестяще, - дед, разобравшись с мрачными мыслями, вновь стал самим собой. Том скривился. Начинается. - Боюсь, моей заслуги здесь мало, - он испытующе взглянул на деда. - Ты хочешь что-то спросить? Берт улыбался так, словно знал все, что творится в голове у внука. Это раздражало похлеще некоторых выходок. Том вздохнул. Нет, он не рассчитывал на детализированные развернутые ответы, но попробовать стоило. - Я хочу кое-что прояснить. - Давай. - С чего все это? Дед мастерски изобразил недоумение. - Том, ты, конечно, в высшей степени логичен, но я право не понимаю.. - Почему Крейг Хэмсворт, этот столь вызывающе наглый, - Том с удовлетворением отметил гримасу на лице деда, - кичившийся своим невероятным богатством выскочка пошел на это? Берт пожал плечами. - Ну ты же сам все слышал. Он беспокоится о своем племяннике. Том скривился. Ну в самом же деле, он ведь не ожидал большего. - Берт, уверяю тебя, мне уже не пять, чтобы верить.. Дед фыркнул. - Ты и в пятилетнем возрасте верил лишь в фактически полученные подарки.. - Сейчас мало что изменилось, - согласно кивнул Том, - Итак, он присутствовал, когда Хейм разъяснял, в каком зависимом положении я нахожусь. Поэтому повторюсь: зачем Хэмсворту было предлагать такое? - Бога ради, не смотри на меня как удав, - поморщился дед, - А Крейги.. Ну считай, что это все благодаря нашей с ним многолетней нежной дружбе. - То есть.. - Коррупция в чистом виде, - хмыкнул Берт. Том скривился. Он не верил ни единому слову. Хиддлстон хотел было добавить что-то, но тут в дверь постучали. - Да? – голос охрип. Наверняка ангина. Алекс, проскользнув в комнату, подошла, наклонилась и поцеловала его в макушку. - Ну как ты? И с какой это стати все так беспокоятся? Они что, не в курсе, что у него теперь есть альфа, который решит все проблемы одним лишь своим присутствием? - Нормально, благодарю, - отозвался брат, ощупывая горло. - Фродингер спрашивал, отдавать ли распоряжения насчет ужина.. - Разумеется, - кивнул Том. - Ты спустишься? – она погладила брата по холодной руке. - У меня нет причин этого не делать, - глупые вопросы всегда его раздражали. Как и задающие их люди. Алекс как-то быстро кивнула и отошла. Том заметил, что вся ее ладонь в маленьких красных полукружьях от врезавшихся длинных ногтей, и почувствовал себя последней сволочью. Он поймал ее за руку и переплел пальцы. - Алекс.. Милая, разумеется, я спущусь. Она пару секунд медлила, затем сжала его руку, принимая извинения. Берт, одарив его укоризненным взглядом, поднялся с кровати: - Прекрасно, а то старику как раз нужно подзаправить дряхлые мощи. Прикажешь подавать через час? - Да, - кивнул Том. Подумав, другой рукой сжал руку деда, с непонятным чувством вины ощущая, какая она сухая и жилистая. Берт растерянно взглянул на внука. Впрочем, взгляд тотчас сменился хищным и глумливым. - Ладно, киски мои, заканчивайте сопливые сцены. Он потрепал Тома по волосам и дернул за нос, ущепнул Алекс пониже спины. Внучка хмыкнула и показала престарелому родственнику средний палец. - Нет, ты видел? – Берт с деланным возмущением обратился к главе Дома, - совсем от рук отбилась. А все из-за недостатка воспитания. Ты не следишь за детьми! – он воззрился на опешившего внука, - Имей ввиду, я поставлю этот вопрос на семейном совете! - Он через год, - вежливо подсказал Том, - советую записать, а то как бы старческий маразм не свел все усилия на нет. Алекс звонко расхохоталась: - Ему и это не поможет, если забудет, куда убрал эту бумаженцию.. Помнишь те порно-журналы, которые он сам запрятал, забыл, а потом называл Стива извращенцем.. Она подмигнула брату и вышла, хихикая на ходу. Дед вздохнул и тихо спросил: - А, Том, я заметил, что ты поменял одеколон.. Том рассеянно кивнул, размышляя, как он может ненавидеть их и обожать одновременно, и только через пару секунд до него дошел смысл сказанного. Лорд Хиддлстон одним прыжком соскочил с постели, поморщившись от не особо приятных ощущений, выбежал в коридор: - Что ты сказал? – истошно заорал он, пугая прислугу. Берт, шедший под руку с Алекс, с ухмылкой повернулся: - Ну да. То, что сказал. Ты потрясающе пахнешь. - И что это значит? Дед коварно улыбнулся: - Раньше ты не пах совсем. А сейчас.. вот бы мне молоденькую омегу с таким запахом, и я бы.. Том, покраснев до корней волос, дослушивать не стал. Оглушительных хлопок дверью красноречиво показал, что ужинать глава Дома будет у себя. - Нет! – яростное рычание, казалось, эхом отдавалось в каждом уголке дома. Разговор проходил в уже почти обставленном кабинете Крейга Хэмсворта на первом этаже временного лондонского пристанища семьи. Трехэтажный особняк викторианской постройки вполне отвечал вкусам и положению австралийского рода. - Ты отказываешься что ли? – подозрительно взглянул на Криса дядя. - Я не отказываюсь, я посылаю! Нахрен! Тебя и твою ебаную омегу, - когда Крис бывал в такой ярости, со своими распущенными волосами он походил на скандинавское божество. Крейг даже поежился. - Твою омегу. - Чего? - Ну ебал ты, значит твоя, - вежливо подсказал дядя. - Да какого ж хрена? – Крис провел рукой по волосам, шмыгнул носом и даже потер уши. В голове никак не укладывалось. Первые пару минут он смеялся, поражаясь крутизне выдумки и гадая, кому обязан такому отличному розыгрышу. Потом, когда сообразил, что дело серьезное, недоуменно моргал и убеждал дядю, что он все понял, извиняется и готов исполнить обязательства и связаться с этой омегой.. но не так. Потом орал, колотя кулаком по столу и стене. Дереву и камню было до обидного все равно, а рука ужасно болела, но и это не помогло. Он зарылся пальцами в волосы, прижал голову к коленям, всем своим видом выражая страдание. Опасения или тайные ожидания Криса подтвердились. Мистер Томас Уильям Хиддлстон. Та самая знаменитая неприступная омега, которую он трахал трое суток, которую он пометил. Омега, которую отдавали не ему. Вернее, ему, но не отдавали. Нет, не так. Отдавали, только не ему, а его. Его, Криса Хэмсворта, правую руку всесильного Крейга Хэмсворта, отдавали в дом омеги, как будто он был какой-то сопливой альфой, десятым сыном шестого снизу кузена, объедающего скудный семейный бюджет. Он поднял щенячий взгляд на дядю, сидящего в громадном кожаном кресле. - Я так сильно провинился? Что ты меня..под какую-то омегу.. Крейг сочувственно поглядел на племянника: - Крис.. Это очень важная омега. - Да мне то что.. А я разве не важный? - Ты? Не настолько. - Как? – Крис растерянно заморгал. – Я же второй сын, я альфа.. Я должен привести омегу в семью, а, учитывая наше состояние, я могу выбрать любую, ты сам говорил. А теперь ты отдаешь меня самого..какому-то.. – Он в изнеможении откинулся на спинку жесткого стула, скрипнувшего под солидным весом, и закрыл лицо руками, осознавая весь ужас своего положения. Пару гнетущих минут спустя он поднял умоляющий взгляд на Крейга. Тут было не стыдно и попросить, - Наказывай как хочешь, можешь забрать тачку. Я не буду позорить семью, я..мы зарегистрируем связь по всем правилам. Но только не.. - Ты хоть представляешь, насколько это влиятельный человек? - мягко спросил Крейг. - Нет. Я знаю, что он – глава Дома. Слушай, они там что, придурки полные, раз поставили рулить всем омегу? Крейг посмотрел на него с какой-то грустной досадой. - Ты слишком скор рубить с плеча, мальчик. У всех свои обстоятельства, запомни. И, кроме того, сейчас это абсолютно не важно. Ты прав. Томас Хиддлстон – глава влиятельного Дома, сделка с которым в рекордные сроки создаст фундамент нашему бизнесу в этой стране. Необходимость этого, полагаю, тебе объяснять не нужно. – Крис уныло кивнул. - И он это тоже прекрасно знает. - И выдвигает свои условия. – скривился второй альфа в семье. - Я же знал, что ты у меня умный мальчик! – радостно улыбнулся Крейг. – А раз ты так удачно наладил с ним контакт, то дело почти в шляпе.. - Да не сделаешь ты этого. Кто ж тебе помогать с делами будет? – Крис, уже явно понимая, в какой он заднице, проклинал свои принципы и пытался найти довод, от которого дядя не открутится. - Да это легче легкого, - усмехнулся Крейг. - Вон один подрастает. Пора отодрать от комиксов и порнушки. И наследника вводить в курс дела надо,- он хитро глянул на племянника, - Не бойся, без тебя не пропадем. - Значит, я не наследую все, поэтому меня можно пустить в расход? – Крис вскочил и в ярости навис над краем стола. – И спрашивать меня не собираются? - Почему нет? Я повторяю: решать тебе, – Крейг, словно не замечая направленного на него гнева, откинулся в своем мягком кресле и с улыбкой изучал ярящегося племянника. Нет, дядя и в самом деле, предложил ему выбор. Только Крису от этого легче не было. - Ты что же это, совсем серьезно? – второй альфа недоуменно почесал в затылке. - Да. Я тебе неоднократно это говорил и сейчас повторю: положи Люка на обе лопатки, и вопрос будет решен. - Но Люк.. он же..ты же его любишь, я знаю. - Люблю. Но остальных Хэмсвортов люблю не меньше. Печься об их благе и процветании – моя прямая обязанность, а с приходом к власти твоего брата это все сильно пошатнется. - Ну не такое он и дерь.. не такой плохой. Наверное. - Не начинай. Мы уже обсуждали. Между прочим, первым под удар попадешь ты. А у меня, знаешь ли, слабое сердце.. - Нормальное у тебя сердце, такому быку в самый раз, - отмахнулся Крис, вышагивая по мраморному полу, - И ты подстраховался, и меня тоже подстраховал. Я видел документы о распределении наследства. - Которые я тебе не показывал, - улыбнулся Крейг, - Еще одна провинность на твой счет. Ну что решил? Крис вздохнул. Они действительно уже обсуждали эту тему. В первый раз, когда они с дядей разгребали после Люка какое-то противозаконное дерьмо, в которое он и сам влез, и умудрился измазать в нем имя семьи, Крейг заикнулся, что с Люком у руля семья в подобной дряни просто потонет. И как бы он хотел найти способ вернуться в прошлое, когда был зачат этот любитель наваливать горы изувеченных трупов, и убедить их родителей в ту ночь воспользоваться противозачаточными. Или на худой конец передать право наследования Крису. Он тогда не обратил внимания на эти слова: явно было сказано в сердцах. Через полгода или около дядя снова заговорил с ним о том, что средний племянник больше подходит на роль управляющего семейными активами. На этот раз уже без экстрима, вполне размеренны день, обсуждение рабочего процесса. Крис с негодованием и возмущением отмахнулся, но в глубине души зародилось сомнение. Не то, чтобы он не замечал.. Дураком он не был, видел, что сам хоть и не смахивает на конторскую крысу, но с делами справится лучше. Хотя бы потому, что знал, в чем они заключаются. Но.. Семья для него была святым. Как бы старший ни нарывался, он оставался ему братом. А Крис хоть и считал Люка мерзавцем и подлецом, помятуя о том, что, относясь к нему как к первому альфе и родной крови, физически не сможет его повалить и превзойти, просто не думал об этом. Он даже пытался объяснить это Крейгу, но тот отвечал лишь: «Ты пока не хочешь и не готов». Впрочем, дядя принял ответ, но с периодичностью в полгода интересовался, не поменял ли Крис решение. - Так что скажешь? – поторопил дядя, - Растекаться лужей особо некогда, ты уж прости. - Я не собираюсь драться с братом! – рявкнул Крис, наматывая на кулак прядь волос. - Я так и думал, - усмехнулся Крейг, - Ну что ж, тогда собирай вещи. Крис пару минут смотрел на дядю бешеным взглядом, затем треснул кулаком по столу так, что все предметы подскочили сантиметров на пять. Крейг невозмутимо потянулся к корзинке с яблоками. Помилуйте, три альфы в доме. Он давно привык. Племянник развернулся и пошел к выходу. Дойдя до резных дубовых дверей, потоптался и спросил: - Слушай.. Почему.. Если он не подпускал к себе никого целых.. Сколько ты сказал ему лет? - Тридцать. Кошмар. Его омега-старик. - Ну и вот.. Что произошло тогда? С чего он вдруг набросился на меня? Я же помню, это он первым начал. - Не знаю, - пожал плечами дядя. – Выбрал, быть может? Или это все твоя харизма и притяжение? Или судьба? Ты же сам всегда верил, что должен найти свою омегу. - Не такую! - А ты что, заранее оговаривал, какую хочешь? Если да, то можешь писать претензию в то учреждение, где альфам раздают в пару омег, - Крейг просто не умел чихать, икать и хихикать тихо. Это было семейное. Крис от этих смешков уныло поморщился. Он нутром чуял, что больше здесь ничего не выудишь. Второй альфа тяжело вздохнул. - Может, все-таки не надо? Дядя покрутил на пальце перстень с граненым молотом - гербом рода. - Крис, семейные интересы.. Крис только махнул рукой. Раз в ход шли такие аргументы, спорить было бессмысленно.