Хозяин Иррмихт

Все последующие дни у него слились в один, настолько они оказались насыщенными событиями. Спустя сутки, поздно вечером, родил Ликаа. Хорошо, Эниа был в замке и сразу прибежал. Правда, он не столько роженика, сколько его мужа поддерживал и успокаивал. Ликаа родил сам и достаточно быстро. Миха не стал к нему лезть, только попросил Унса узнать насчёт самочувствия. А поздравить Ликаа он и утром успеет. Каково же было его удивление, когда утром он проснулся один в постели. Никого не только не было видно, но и слышно — ни Соньки, ни Вэда. Как ни странно, Михе понравилось спать с ними двумя. Они с Вэдом договорились, что тот будет вечером задерживаться, давая им с Сонькой время понежиться друг с другом. А уж утро будет принадлежать полностью Вэду. Тем более мьяра всегда рано вставала и уходила заниматься домашними делами, а потом в течение дня несколько раз ненадолго ложилась и дремала. А вот Миха по старой привычке из прошлой жизни любил понежиться в постели. Так что утренние ласки придутся кстати. Сейчас он на них тоже рассчитывал, но обломался. И только выйдя в коридор, узнал причину своего одиночества. Оказывается, Кимиа тоже решил их взбодрить с утра пораньше, начав рожать и перепугав своего мужа. И всё было бы ничего, если бы не чрезмерная эмоциональность Кимиа, на которую слишком болезненно реагировал Вигар. Его держали втроём — Яррайр, Вэд и Вик, так он рвался спасать младшего мужа, а Орлаг в это время убеждал его изо всех сил, что не происходит ничего страшного, но смотреть настоятельно не рекомендовал. Для сохранения душевного равновесия. Об этом Михе за завтраком рассказала Сонька, которая всё видела своими глазами: и рожавшего Кимиа, и родившегося малыша, и взбудораженного Вигара. — А ребёнка кто принимал? Эниа? — Нет, ма. За ней Айгерс ходил. Но Эниа тоже там был. Я поняла, Кимиа не смог сам родить, — шепнула Сонька. — Ма ему помогала. Почему-то не вышло то липкое вещество. Не размягчилось, так ма сказала. Кимиа сильно устал и сейчас спит под присмотром Ранни. Ма для него какие-то отвары пошла делать на кухню. А у Ликаа сейчас Айнир сидит, показывает, что и как надо делать. — Я тоже хочу посмотреть. А ты чего такой?.. — Миха вдруг обратил внимание на сидевшего с очумелым видом Вэда. — У них с Виком стресс, — пояснил с ухмылкой Арт. — Слушай, Вэд, вам надо принять чего-нибудь успокоительного. — Сейчас принесу, — не подумавши предложил Миха и ненадолго отлучился к себе за бодрящим напитком. — Вот! Очень хорошо успокаивает. Только наливайте понемногу. — Он поставил бутыль перед Вэдом, округлившим глаза. Впрочем, тот оказался не один такой. У Соньки тоже были глаза на пол-лица. Как же охранники хохотали, когда пришли в себя! — Гггосппподин кккаждый ррраз оооткрывается с неожиданной стороны! — выдавил из себя обычно невозмутимый Кодд. — Эттто где ж тттакое ууууспокоительное у гггосподина хранится?! — Действительно, где? У меня тоже возник этот вопрос, — согласился с ним Вэд, немного пришедший в себя и теперь внимательно следивший за Виком, разливающим «успокоительное» по чашкам. — У каждого свои секреты. Ну как, получше стало? — поинтересовался Миха. — Я ж предупредил, что надо понемногу принимать. Как лекарство, — пояснил он, глядя на поперхнувшихся мужчин, заглотнувших махом по полчашечки горячительного, и в очередной раз вызвав взрыв хохота у охранников. — Что у вас стряслось? — изумился Орлаг, застывший в дверях. — А это для чего? — спросил он, указывая на бутыль. — Успокоительное. Для Вэда и Вика, — хором ответили охранники и снова засмеялись. — Впервые вижу, чтобы синэро принимали в этих целях. Откуда оно взялось? Все с нескрываемым интересом посмотрели на Миху. — В сейфе стояло, — вывернулся он, слегка уклонившись от истины. — Я один раз лизнул, ощущения непередаваемые, бодрящие. — Вот и поставьте его туда обратно. Мы выпьем синэро, когда господин родит. На радостях. Вообще этот напиток надолго выводит из строя, — пояснил Орлаг. — И насколько он дорогой? — заинтересовался Вик. — Осенью на рынке за одну бутыль синэро просили розовый кристалл. Его привозят с Иттры, — пояснил Орлаг. — А это, похоже, из старых запасов Воррта, он уважал такое крепкое. Сейчас синэро в других бутылях продают. — Не знал, что это такая редкость, пойду, пожалуй, уберу. — Миха ловко прихватил бутыль со стола и унёс туда, откуда взял. А вернувшись, сообщил, что собирается навестить Ликаа. И, прихватив с собой Соньку, отправился в гости в сопровождении Орлага и Арта. С этого дня у Михи появилось новое увлечение — он с неподдельным интересом наблюдал за малышами Ликаа и Кимиа, подолгу зависая в гостях то у одного, то у другого молодого папы. Именно наблюдал, подмечая, как крохи быстро всему учатся, каждый день преподнося всё новые сюрпризы, на которые Ликаа и Кимиа почему-то не обращали особого внимания. Именно Миха предложил им скооперироваться и проводить больше времени вместе, чтобы малыши общались друг с другом, а папы могли заниматься своими делами, не таская детей с собой по всему дому. Из всего увиденного Миху сильнее всего поражали стремление к самостоятельности и активность недавно родившихся малышей, их ни на секунду нельзя было оставлять без присмотра. Крохи неплохо ползали в первый же день после рождения, что шокировало Миху, достаточно хорошо помнившего беспомощных человеческих детей, и ещё лучше лазили — они, цепляясь коготками, шустро карабкались по папам как вверх, так и вниз. На Миху они поглядывали и издалека принюхивались, но почему-то близко не подползали. Сонька относилась к малышам более спокойно и если заглядывала в гости, то именно к Ликаа или Кимиа, в отличие от мужа, интересующегося детьми. Уже на третий день Михе пришла в голову светлая идея сделать типа манежа, отгородив часть комнаты, чтобы крохи никуда случайно не забрались. Орлаг мгновенно проникся и сразу дал поручение Ировиру, тот лично всё сделал. Правда, после продолжительной консультации с господином, который подробно объяснил свою идею. Приходя в гости к малышам, Миха надеялся, что при каждодневном близком общении с ними он быстрее смирится с предстоящим рождением собственных детей и перестанет воспринимать их как обузу. За последнюю неделю Сонька еще больше округлилась и то и дело кемарила, даже в гостях. Внутри у Михи тоже произошли изменения, вернее, перемещения, и ему стало легче передвигаться. И Вэд изменился, успокоился и даже возмужал, хотя куда уж больше? Вроде давно не мальчик. Но, тем не менее, перемены были видны, что называется, невооружённым глазом. Сонька сдерживалась изо всех сил, стараясь не демонстрировать ревность, Миха это понимал и восхищался стойкостью жены. Что, впрочем, не мешало ей с интересом следить за развитием отношений между мужчинами. Миха совершенно случайно это заметил, когда Вэд, увлёкшись, целовал его, а Сонька в это время делала вид, что спала, подглядывая за ними сквозь ресницы. А потом как-то утром углядел щель между неплотно закрытой дверью и косяком и еле уловимое движение или вздох. Но сделал вид, что ничего не видел. Как-то он был пока не готов разговаривать с Сонькой по этому поводу. В один из дней Миха забрёл к Рэссу и с изумлением увидел, что на побережье резко сократилось количество снега, хотя на материке по-прежнему было морозно и ветрено. Теперь он стал бывать у Рэсса каждый день и не только отслеживал обстановку на побережье, но и разговаривал со вторыми операторами. В том числе и о своём так и не раскрывшемся даре, и о складах, и о своих опасениях. Над предположением Михи, что где-то под землёй могут быть обнаружены живые эссты, операторы просто посмеялись, если, конечно, так можно было сказать об искусственных разумах. «Господин, прошло слишком много времени, ни одна камера не предназначена для столь долгого использования. Вы ведь должны понимать, что в них заложены ограниченные ресурсы для поддержания живых организмов. Так что, к счастью или к сожалению, ваши тревоги ничем не обоснованы». — Хорошо, поверю вам на слово, — сказал им Миха и немного успокоился, но не до конца. Потому что логику эсстов понять невозможно. Неизвестно, какие бы шаги предпринял он, чтобы спасти самого себя и своих близких. А уж если бы речь зашла о спасении целой расы, использовал бы любую возможность, чтобы выжить. Вдруг прокатит, и хоть кто-то уцелеет? Если так рассуждал он, пришелец из другого мира, ни в чем толком не разбирающийся, то что говорить о хитроумных эсстах, обладавших такими знаниями, что даже страшно представить? Тому пример - созданный ими Источник. Если бы Миха не увидел его своими глазами, то не поверил бы, что такое бывает. Наверняка эссты заранее построили подземные убежища на случай непредвиденных обстоятельств и постарались их максимально обезопасить. Михе нравилось сидеть у Рэсса и разглядывать окрестности с высоты птичьего полёта. Это было в своём роде кино и хоть какое-то разнообразие. Побережье привлекало его именно своим непостоянством — там то и дело что-то изменялось. Больше всего удивляло, что на стыке материка и моря снежный покров уменьшался прямо на глазах, особенно там, где было много чёрных валунов. Миха после недолгих раздумий связался с Баэ и поинтересовался, готовы ли они к обследованию побережья. — Да, господин, мы планируем в ближайшее время начать поиски, — подтвердил тот. — Только ещё не определились, откуда лучше их начать. Мне больше нравится идея Фарга, он предлагает долететь до крайней точки и постепенно двигаться в обратную сторону. Мы очень рассчитываем на помощь мурри, потому что там местами слишком большие завалы камней, и что-то там быстро найти среди них просто нереально. — А вы не можете определить сверху примерное место поиска? Из дисков? — К нашему большому сожалению, нет, господин. Техники-эссты объясняют это специальным покрытием сводов подземных убежищ. Так что придётся искать старым, веками проверенным способом, — с улыбкой сказал Баэ, коснувшись уголка глаз. — Думаю, мы начнём уже на этой неделе. Миха обрадовался и честно признался, что будет с нетерпением ждать результатов. И когда ему через два дня доложили об отправке на побережье поисковых групп, обрадовался как маленький. К сожалению, первый день прошёл безрезультатно, спецы так ничего и не нашли. Как объяснил Лаисс, у них сложилось впечатление, что эссты не достроили указанные склады. Но Ранни, а следом и эсстиры уверенно заявили, что они плохо ищут, на картах эсстов отмечались только существующие объекты. В середине второго дня Лаисс сообщил долгожданную новость: первый склад найден, только не совсем тот, который был нужен на данный момент. Там хранились запчасти к технике, в том числе к флайерам и дискам, что не могло не радовать. И всё. Это оказался единственный уцелевший склад, все остальные были кем-то подчищены, и основательно. Либо самими эсстами, либо их потомками. — Представляете, господин, все склады практически пустые, причем давно, осталось только тяжёлое строительное оборудование, и то без энергоблоков. Сейчас техники его описывают. Теперь у нас лишь одна надежда — на западный мыс. Кайсарр на случай, если мы ничего не найдём, предложил вскрыть склады на территориях шелтов в счёт долга за городской квартал. — Угу, мы тогда с ними до конца жизни не расплатимся, — прокомментировал услышанное помрачневший Миха. Он, заранее обнадеженный Фаргом, расслабился и рассчитывал на наследие эсстов, но, похоже, напрасно. И вообще выдвинул предположение, что, возможно, на тех пустых складах ничего и не хранилось, но ему привели доказательства того, что все подземные хранилища были в своё время забиты под завязку. Миха так сконцентрировался на тех участках побережья, где были склады, что совершенно выпустил из виду ту часть береговой линии, где находился причал эсстов и планировалось построить город. А когда случайно зацепился взглядом, то ахнул. В районе порта наблюдалось непривычное оживление, причем снега там практически не осталось. На берегу высились аккуратно сложенные камни, а уцелевший пирс эсстов был заставлен мощными каменными блоками. Между ними сновали фигурки, а по обе стороны от пирса висели в воздухе непривычного вида летательные аппараты. — Рэсс, это что?! «Грузовые платформы эсстов, господин, — сообщил знакомый голос. — В них есть обогрев, а если натянуть полог, там можно даже жить». — Ты хочешь сказать, все эти камни на них привезли? — изумился Миха. «Конечно, господин. У них большая грузоподъёмность». Миха задумчиво обозрел территорию будущего порта, а потом снова связался с Баэ и наехал на него, почему ему никто не сказал о том, что началось строительство. Тот сначала отнекивался, но потом всё же признался, что хотел обо всём рассказать господину чуть позже, когда начнутся сами работы. Сейчас же велась подготовка и распределялись привезённые материалы. — Ветраны уже готовы делать основания под новые причалы, господин, и укреплять внешний контур, чтобы волны не разбивали пирсы. Часть необходимых камней уже привезена, остальное нарежем на месте, заодно увеличим площадь города. Параллельно с этим начнём делать разбивку по кварталам. — Хорошо, тогда я жду от вас отчёт каждые два-три дня, коротко — что, где и кем сделано. С ветранами без меня не рассчитывайтесь, выплаты будем производить по результатам работы. Создайте группу контроля за строительством, количество народа произвольное. Главное - результат. Если есть возможность, фиксируйте… Я правильно говорю? — Господин подразумевает запись? — Да. — Правильно. Кстати, господин, фэттар уже прислал наблюдателей. Они тоже нам помогают. Физически, я имею в виду. — И сколько сейчас там фэтов? — поинтересовался Миха. — С десяток, но все при деле. У них дисциплина ого-го какая, старшего слушаются беспрекословно. Сильные, умелые, причем намного сильнее, чем ветраны. Вы, господин, даже не представляете, какое они необычное устройство принесли для перемещения камней, мы о таком и не подозревали. К камню прикрепляют датчик, при помощи небольшого устройства так можно любой предмет поднимать на нужную высоту, перемещать и крутить в разные стороны, очень удобно. Ветраны с его помощью за два дня внешний барьер сделали. — Не понял. Ты хочешь сказать, они поставили там камни и ничем не закрепили? Их же волнами разобьёт. — Почему не закрепили? Там теперь монолит, поверх новых блоков гальку засыпали и залили липкой массой через раструбы. Она расплылась поверх гальки и застыла. Ветраны эту массу сами делают. — Ого! Значит, ветраны и причалы так будут укреплять? — Баэ кивнул. — И насколько это надёжно? — На века, господин. А с устройством фэттов вообще быстро получается. Кстати, я вполне допускаю, что этот аппарат когда-то принадлежал эсстам. — Где же такое количество народа разместилось? — Места достаточно. Кто на платформах спит, кто в пещерах, которые явно эссты вырубили, видно, планировали и там склады сделать, судя по остаткам вентиляции. Хотя, может, там строители жили. — А как обогреваются и еду готовят? На побережье холодно и дров мало. — Питаются на общей кухне, а обогреваются при помощи… Не знаю, как объяснить… таких печек, они хорошо воздух нагревают, тоже от эсстов остались. Говорят, их с Запада привозят. — Ого! И до сих пор целые?! — А что с ними сделается? Они практически вечные, господин. — Если я правильно понимаю, в пещерах сейчас холоднее, чем на побережье. — И у ветранов, и у фэтов, как я только что говорил, есть небольшие печки, они хорошо держат тепло и сушат воздух. И топлива много не требуют. В них закладывают специальные брикеты, которые делают и в шелтах, и на Севере. Купцы их привозят осенью. Одного брикета хватает на целый день, а то и больше, в зависимости от температуры воздуха. Сами печки делают на Севере и на Иттре, это мы уже выяснили, но довольно много осталось и со времен эсстов. Их можно отличить по внешнему виду, — пояснил Баэ. После этого разговора Миха послал на побережье Вигара с проверкой, чтобы тот посмотрел опытным глазом, как там идут дела, и заодно отвлёкся от Кимиа, паникующего по любому поводу. А по возвращении он подробно расспросил своего советника про отношения между ветранами и фэтами. Вигар укоризненно посмотрел на Миху и сказал, что и те, и другие очень дисциплинированные и ответственные, беспрекословно слушаются парней Баэ, которые руководят строительством. — Я лично удостоверился, господин, все работы идут строго по плану. Мастера, конечно, периодически спорят и друг с другом, и с начальниками, но все проблемы и вопросы быстро решаются. Как раз при мне такая ситуация и возникла, я сначала подумал, сейчас всё застопорится. Но, слава Богам, они все дружненько собрались, обсудили, прикинули, как лучше сделать, и продолжили работу. — А фэты тоже в пещере живут? — Нет, господин, отдельно. Они обустроились в скальной нише, у них какой-то навес есть, как стеной её закрывает с внешней стороны, а внутри печка стоит. Я туда заходил, очень тепло и уютно. Как в доме. Фэты для всех сделали большую помывочную, сложили её из камней, а ветраны той же липкой массой залили. Внутри камни и два чана с водой нагреваются от двух печек. Ветраны очень довольны условиями, говорят, согласны на господина постоянно работать. Миха улыбнулся. — Интересно, мы к осени порт построим? — Думаю, причалы сделают уже к концу весны и можно будет принимать грузы. Фарг считает, что нам нужно сделать дорогу, пока нет постоянного населения и никто не мешается. Причём не только к рудникам, но и в шелты. Он обещал составить схему и согласовать с вами. — Ну и как он это представляет? Нам бы с портом разобраться. — Говорит, они быстро, примерно в течение месяца, сделают дорогу с помощью тех машин, которые нашли на складах. Нужно только определиться с шириной и направлением. — Быстро, говоришь… — Миха ненадолго задумался. — Ну, ширину надо сделать как у магтов, а вот с направлением надо как следует подумать. Мне кажется, нам не помешает дорога к святилищу эсстов. Сквозная. — Вигар удивлённо посмотрел на него и кивнул. — Только придётся подождать, когда наши очистят Серые скалы, а уж потом делать там дорогу. Мне интересно, почему на побережье уже почти нет снега, а у нас ещё зима? — Ветраны говорят, это из-за тёплого течения, господин. Оно весной идёт вдоль нашего берега. — От Краты? — насторожился Миха. — Нет. Ещё нет, господин. Те течения развернутся в нашу сторону с началом весны. Мы, конечно, будем контролировать побережье, но не думаем, что с той стороны нам что-то грозит. По последним данным на Крате установилось перемирие. Население успокоилось, практически все вернулись домой. Понятное дело, там сейчас наверху началась новая делёжка. — Я поговорю с Лаиссом, а то ведь меня сделают виноватым, сам понимаешь. Мне вами не прикрыться. — Это да, господин. Надо поговорить с Маирром. Я попросил прислать с Краты имена правителей и их приближённых. Из двадцати имён мне знакомы только четверо. — Ого! А куда остальные делись?.. — Мне тоже хотелось бы это узнать. Зирг хоть у нас всплыл, а про других совсем ничего не слышно. Конечно, у нас есть предположение, что они перебрались на Иттру... — Дай задание, пусть поточнее узнают. Только сориентируй, кого где примерно искать. Не забывайте про чужаков, этих нельзя упускать из виду. — Да, господин, понимаю ваше беспокойство. Их там, оказывается, много. — Уцелели, значит. Это нам знак, надо искать на них выход и договариваться. Фэты не объявились? — А должны? — Ещё рано, но ближе к весне… — Ближе к весне пусть через гарров или через Лигарейю переправляются. Нам с Баэ не нравится повышенный интерес фэттара к технике эсстов. Не мьяры ли те склады распотрошили? — Я тоже о них подумал, спрошу при случае. Послушаю, что уважаемый фэттар мне ответит. Миха подпихнул под спину свёрнутое валиком покрывало и откинулся в кресле. — Спина ноет? — догадался Вигар. — Так Кимиа незадолго до родов сидел, всё руку назад заводил, прогибаясь. — Не пугай меня. Я ещё не готов. Чуть не забыл, нам надо подумать насчёт консульства в Лигарейе, насколько оно нам необходимо. Вигар насторожился и даже как-то напрягся. В его облике проявилось что-то хищное. — Лишним не будет. Господин хочет назначить Лайза? — Нет, хотя мне и предложили его кандидатуру. Он не справится. — Рад, что господин это понимает. На днях Лиссир отправит в шелты диск за двумя строительными бригадами, обещанными Кайсарром. Не смотрите так на меня. Работы на всех хватит. Одного камня сколько нужно нарезать… — А мы в минус не уйдём? Это ж всем заплатить надо… — Чем скорее мы порт построим, тем быстрее появятся новые кристаллы, господин. Баэ с Лиссиром всё рассчитали. — Угу, меня без штанов оставят. А моих детей без наследства. — О, как удачно вы вспомнили! Можно вопрос, господин? — Можно, но осторожно. — Это как? — Это чтобы я не расстроился. Ну что ты так смотришь? Давай задавай свой вопрос. А то я вечером не усну, всю ночь буду думать, о чём ты хотел меня спросить, но так и не спросил.