Такая родная магия

Луну и Рольфа свела не великая любовь, абсолютное понимание или великая честность, какую обычно обещают соулмейтам. У них просто не было другого выбора. Волшебство стремительно убывало, и Луна больше не могла наблюдать шуршунчиков, слышать мозгошмыгов и ловить призрачных туканчиков. Она наблюдала, как с каждым днем заклинания становились все слабее, а мир — все тише. И это намного хуже, чем все остальное, почти так же плохо, как и война. Но война закончилась, а когда закончится это — было неизвестно. Она никому не рассказывала об этом, только зарывалась в новые книги: где-то же должен быть ответ. Волшебство слабело, а прошел всего год. Она чувствовала себя так плохо, как никогда прежде. А что чувствовал в это время Рольф, она никогда у него не спрашивала. Невилл уехал в Хогвартс, а ее, собственно, никто и не приглашал. Школа не манила ее, точнее, преподавателем там она бы точно не стала. Слишком мало пространства, мало места, сейчас она уже переросла это. Неизведанные земли, новые спрятанные уголки мира… Но все это ограничивается, к сожалению, тем, что она уже с трудом могла сотворить даже простое заклинание. Луна искренне надеялась, что все наладится. Они встретились совершенно случайно, в редакции Придиры, там даже не было никакого приема или еще чего-нибудь такого. Поэтому восклицание двух существ в пустых коридорах было достаточно громким. Столкнуться лоб в лоб могли только они. Сидя на полу и качая головой, Луна внезапно почувствовала, как магия, возвращаясь обратно, завихрялась воронками. Покалывание в пальцах стало сильнее, и заклинание сотворилось почти само, с такой легкостью, какой давно не было. Мир зазвучал снова привычными звуками. Она слышала мозгошмыгов! Видимо, у нее сейчас был совсем странный вид, потому что парень настороженно спросил: — Ты в порядке? — В полном, — отозвалась Луна, вскакивая на ноги. Хотелось петь и рассказывать всем о своем счастье. Она глянула на парня. Неужели он совсем ничего не почувствовал? Должен был почувствовать… Магия вернулась, и это было замечательно. Боггарта с два она его теперь отпустит, хоть даже был бы он горным троллем… Но троллем он не был. — Луна, — представилась она, дожидаясь, когда он поднимется, и тут же хватая его за руку. — Нам однозначно надо поговорить. Рольф с детства не отличался силой магии. Доктора твердили, что это нормально и такое бывает. Но ему даже письмо не пришло ни из одной магической школы. Хорошо, что была бабушка Тина, которая взялась его обучать, и тогда он понял, что не совсем безнадежен. Он всю жизнь считал, что это нормально, что так и должно быть. Пока его не сбила с ног в коридорах редакции эта странная девушка. Сейчас она рассказывала про каких-то соулмейтов (кажется, эту тему он пролистал), а он с удивлением замечал, как ощутимо прибавляется сила. Девушка была странной, но и он сам был не совсем обычным. Способность общаться с людьми ему явно досталась от Ньюта. Ну, а чего можно было ожидать, если большую часть времени его воспитывали дедушка с бабушкой, пока родители были в разъездах и на работе. Зато сейчас он знал на порядок больше, чем все остальные, в магозоологии… Из размышлений его вырвало восклицание Луны, которая все это время что-то рассказывала. — Смотри, смотри, вертивжик! А я думала, он пропал после зимы. В воздухе и правда крутился вертивжик. Это смотрелось достаточно странно, но разве есть чему удивляться в редакции «Придиры». — Только бы не укусил, а то улетим еще, — пробурчал Рольф. — Дальше потолка не улетим, — рассмеялась Луна. Она наколдовала магический сачок, и вскоре насекомое было поймано. — Пойдем, я покажу тебе зверинец, — сказала Луна, бережно левитируя сферу с вертивжиком, и улыбнулась. После этой фразы Рольф понял, что они поладят.