бессонница

минхёк уже третий битый час не может уснуть, ворочаясь по кровати и громко скрипя ей. концерт должен был изнурить его, но получилось наоборот, что ничуть не радовало, ибо вставать нужно было рано. зная свой организм с ног до головы, минхёк понимал, что захочет спать за тридцать минут до сбора. ему уже давно пора вылечить свою бессонницу, да только на это нет времени. в голову доходит мысль о том, что во рту пересохло и это срочно нужно исправлять. бутылка с водой находилась на другом конце комнаты и добраться туда без шума - было настоящим испытанием. минхёк, будучи особой довольно громкой, по пути чем-то шуршит и что-то роняет, а когда пытается поднять - задевает провод от телефона, на что тот с грохотом падает на пол, прихватывая с собой две, из ниоткуда взявшиеся книжки. ли бьет себя по лбу и сквозь темноту пытается разглядеть лицо соседа, чтобы убедиться в том, что он не разбудил его. хотя, проверка, обычно, не требуется, потому что соседом является чжухон, которого и несколькими будильниками в громкоговорителе еле разбудишь. сегодняшний день стал исключением. сон чжухона оказался на злость чутким, так что он уже давно не спал. пока минхек пил воду и разглядывал соседа, успел заметить, что тот проснулся. ли-старший приподнимает брови от удивления, и чтобы убедиться слегка наклоняет голову и шепчет: «чжухон-щи?». парень отзывается, медленно повернувшись и приподнявшись. минхёк чувствует себя неловко и стыдливо за свою небрежность и тихо извиняется. в обычных случаях, чжухон бы разозлился и разбросался отнюдь не приятными словами, после чего обратно бы погрузился в сон. но сегодня день какой-то странный. хон похлопывает по месту рядом и смотрит в сторону минхёка сквозь прищуренные глаза, пока тот стоит в недопонимании и застывший с горлышком бутылки у рта. чжухон хрипло говорит: «иди сюда», уже тянет руки. хёк, оклемавшись, ставит бутылку и ползёт по кровати. приблизившись к хону, его тут же захватывают в объятья и затаскивают под одеяло. – снова бессонница? опять. это вошло в режим. ли-младший прижимает к себе старшего, начиная тихо напевать колыбельную и поглаживать по спине. взбудораженное состояние как рукой снимает, заменяясь лёгкой усталостью. минхёк утыкается носом в грудь чжухона и таки закрывает глаза. с ним тепло и спокойно. посапывает, но ещё не спит. тепло, исходящее от хона, заставляет чувствовать себя в полной безопасности. хёк двигается по-минимуму, прислушиваясь к ровному дыханию младшего и чувствуя то, как медленно опускается и поднимается его грудь. всё так уютно, что боязно лишний раз пошевелиться, нечаянно нарушив атмосферу. ноги парней сплетены, как у самых настоящих милых парочек. чжухон и минхёк, по сути, находятся в числе таких. они не встречаются, нет. а хотелось бы. у хёка, вроде как, есть чувства к лучшему другу, но объяснить их как влюблённость не может. сейчас это потихоньку меняется, из-за всей этой заботы и близости между ними. и правда, в последнее время вышеперечисленного становится больше. сначала было что-то незначительное, к примеру взять поправление воротника рубашки. сейчас они дошли до колыбельных и объятий в кровати. это произошло сегодня впервые, и о господи, как же минхёк хочет, чтобы это повторялось изо дня в день. к слову, он еще не спит. уснёт ли - вопрос времени. проходит около двадцати минут, и хёк чуть подползает вверх, чтобы взглянуть на спящего чжухона на таком расстоянии. он ещё никогда не выглядел таким спокойным. его губы были чуть приоткрыты, а правая рука так и покоилась на талии минхёка. глаза чуть подергивались, свидетельствуя о том, что он давно находится в мире сновидений. хёк продолжительное время смотрел на губы и нервно сглатывал слюни. робко и медлительно приближался, пока не оказался чуть ли не в нескольких миллиметрах. и то, вовремя остановился, а мог зайти дальше. это было похоже на запретный плод, который так и манил. чжухон двинул головой вперёд и получилось так, что никакого расстояния между их губами уже не было. они были прислонены друг к другу слегка. оставалось лишь разомкнуть. минхёк стал чувствовать, как горят его щеки, потому что он собирался это сделать. чуть прикрыв глаза, он легонько чмокнул чжухона, и сердце тут же стало биться чаще. он хочет ещё и, по всей видимости, хон это понял. младший взял инициативу на себя и потянулся за вторым поцелуем. немного сжав талию, он стал целовать, но не так, как делал это минхёк. намного более решительно. старший находился в шоке около нескольких секунд и широко распахнул глаза. он точно не спит сейчас? – чего застыл? – бубнит сквозь поцелуй чжухон и заглядывает в глаза. минхёк хлопает ресницами, еще не в состоянии отойти от потрясения. ли-младший отстраняется и вздыхает, – теперь ты уснёшь? хёк отрицательно мотает головой и целует снова, получая то же самое в ответ. он не верит, что это реальность, и потому во время поцелуя не смыкает глаз до конца. чжу привстает, чуть нависая сверху, а минхёк поглаживает его щеки большими пальцами, не зная куда ещё деть руки. это продолжается до тех пор, пока дышать становится нечем, и парни с отдышкой отцепляются, томно смотря друг на друга. – а сейчас? поспишь эти оставшиеся пару часов с лишним? – думаю, да, – ли-старший валит чжухона обратно и обнимает. с тех пор минхёк был бесконечно благодарен своей бессоннице.