Псих, что одержим мной

      Солнце уже давно взошло. Щебет птиц настолько громкий, что его слышно через закрытое окно. Солнечный свет сильно бьёт по глазам из-за чего их хочется поскорее открыть. Встать с постели, лениво потягиваясь пойти на кухню. Что может быть лучше, чем стоять напротив окна и не спеша пить кофе, смотря на котят которые резвятся в такую хорошую, как сегодня, погоду. Наверное, это единственный плюс вида на мусорные баки и парковку перед домом. И вроде уже можно открыть глаза и повторить те самые действия которые, уже доведенные до автоматизма. Но увы это мешает сделать одно неприятное, человеческое чувство — страх. И вызвано это чувство… — Чимииини! — раздался крик над головой черноволосого парня, который больше напомнил визг свиньи. Пришлось открыть глаза. В сантиметре от Чимина было до жути знакомое лицо Тэхёна, которое уже давным-давно растеряло миловидные черты. Милое личико спряталось за темными кругами под глазами, впавшими щеками и бледной кожей. Яркие вишневые волосы превратились в мочалку с сильно отросшими корнями, а сам цвет вымылся в бледно-розовый. На Тэхёне была чёрная майка явно больше на несколько размеров, на которой была изображена какая-то рок-группа. Возможно Чимин узнал бы группу KISS если бы рисунок не выцвел и не потрескался. Под футболкой виднелись две палки которые люди обычно называют «ногами», но сейчас их было трудно так назвать. Так же из-за майки выглядывали ключицы ещё больше подчеркивавшие худобу парня. Хоть до анорексии было ещё конечно далеко, но было уже достаточно жутко. «Что произошло с моим Тэхёном?» — думал про себя Чимин не пытаясь найти ответ. Да и не зачем? Он и так прекрасно знал, что произошло. — О, ты проснулся. Я так рад.— Очень беспечно сказал Тэ и прикоснулся сухими, немного потресканными губами ко лбу. Чимин бы хотел натянуть лыбу и сказать «Доброе утро», но не вышло. Просто не вышло. Сменив своё положение из горизонтального на привычное многим вертикальное Чимин увидел за тумбочкой стоящей напротив дивана много перьев. Подойдя ближе он увидел тушку птицы чем-то напоминающего воробья. — Тэхён, откуда тут мёртвая птичка? — Она уже сдохла? Отлично! — сказал самодовольно Тэ.— Эта штука мешала тебе спать рано утром. Я видел, как ты морщишься. — Я же говорил тебе, что нельзя так делать. Объяснял ведь, что птички в этом не виноваты. Вынеси это на улицу, а лучше похорони. В последний раз прошу, пожалуйста не делай так больше. Меня это очень расстраивает. — Но я сделал это ради тебя. Я ведь забочусь о тебе! — Не кричи, пожалуйста. Да, я понимаю. Просто не убивай. — Измученно сказал Пак и поцеловал парня в щёку, чтобы тот точно успокоился. — Уф, ладно, я похороню птичку, а ты… — Нет! — перебил Тэхён. — Не уходи. Ты ведь не оставишь меня? —Он говорил это так испуганно будто Чимин собрался покончить с жизнью. — Не бойся. Я никогда тебя не брошу. Пошли вместе, хорошо? Тэ кротко кивнул и они вышли в сад. Вот бы прожить этот день. После утреннего инцидента завтрак на удивление проходил более спокойно. На тарелках у них была небольшая горка риса, уже насточертевшее консервное мясо, не тушенка, конечно, но за месяц употребления одного и того же успело бы надоесть даже самое вкусное мясо. Так же к этому всему были добавлены бобы красной фасоли и не то чтобы в этом доме их кто-нибудь любил, просто бобы делали блюдо более красивым, дополненным, а следовательно съедобным. Ну это лучше чем было раньше. 5 месяцев назад — Минни, я не хочу здесь находится. Мне очень страшно. Эти люди... Давай убежим? — Тэхён, знаешь же, что мы не можем. Мы здесь ради того, чтобы ты вылечился. — Считаешь, что я больной? Я по твоему больной? — Тэ, пойми, ни я, ни врачи не желают тебе зла. Я здесь только ради тебя. — Говоришь прям как они. Казалось, что Ким хотел сказать что-то ещё, но не смог так как в этот момент пришла медсестра с двумя подносами, поставив их на тумбочки, объявила о завтраке и ушла по своим делам. — Вот. Тебе нужно поесть. Ты ел последний раз вчера днём — сказал Чимин и чуть ближе пододвинул поднос к Тэхёну. — Ешь сам. — Что? Тэ резко встал с кровати и со всей силы швырнул поднос в дверь из-за чего раздался оглушительный шум на который сбежались медсёстры. — Я сказал ешь сам! — Прокричал он и лег на кровать к стене лицом. Да... Сейчас и вправду лучше.