fake love

Председатель Мин никогда не думал о том, что Намджун может пойти против него и быть на стороне Чонов. Видимо, что такова судьба, и все в его жизни идёт против него. Сперва умирает его любимый омега, потом он теряет сына, а после, другой сын тоже предаёт и уезжает к одному из Чонов, оставив лишь записку. Когда Минён вернулся домой, он поднялся в свой кабинет и нашел на своем рабочем столе записку, которую, по всей видимости, оставил Чимин. Отец, я знаю, что тебе сейчас тяжело, ты будешь гневаться и думать, что я предатель, но это не так. Я вынужден переехать к Тэхену и помочь Юнги. Это моя вина, а значит, только я должен решить эту проблему и усмирить свою совесть. Я войду в доверие и помогу Юну сбежать с их дурдома. У меня получится, не переживай. Совсем скоро мы вновь окажемся все вместе за одним столом, отмечая твою очередную победу. твой Чимин~и Минён долгое время орал и вымещал всю злость на прислуге, охране, друзьях. Он был очень зол из-за поступка Чимина, ведь омега не знал, на что подписывается. Тэхен лишь ведет очередную игру, обманывая его сына, а Чим так покорно ведется. Председатель даже не знает к кому обращаться, ибо генерал Нам на стороне Чонов. Все, к кому ни пойди — верные рабы Чонгука. Весь мир у его ног и скинуть его с престола не под силу ни Минёну, ни кому-либо другому.

***

Тэхен при первом же гудке Чимина приехал в особняк и забрал его, помогая омеге справиться с вещами, которые он прихватил с собой. Альфа знал, что нельзя терять ни секунды, ведь отец омег слишком взбешен данной ситуацией. Он бессилен против Чонов. Его слова лишь пустышки, которые ничего не значат. Сколько ни старайся, исход один и тот же — омеги будут у Чонов и никто не подвластен их забрать. Никто не посягнет на собственность Гука и не пойдет против его воли, а следовательно, Чимин тоже будет находить в безопасности. Альфа привез омегу в свой просторный особняк и выделил ему комнату, но Чиму она не нравилась и он выразил свое недовольство, попрекая тем, что в доме полно комнат, а он выбрал ему именно эту. Спальня была в золотистых оттенках и раздражала глаза своим блеском. Много декора, предметов, мебели и техники. Омеге не нужен весь этот хлам. Парень любит попроще и попросторнее. Да, омега из богатой семьи и подобный стиль должен быть ему по душе, но подобное не в его вкусе. Чимин и Юнги не любят всякие блестки, стразы, яркие цвета и все прочее. Парни больше предпочитают хай-тек, лаунж и минимализм. Поэтому первое, что просит омега, увидя свою комнату, это немедленная смена обстановки. — Возможно, что это будет грубо с моей стороны, но я не буду жить в этой комнате, — омега подошел к Тэхену и присел на кожаный диван. — Что-то не так? — недовольно спросил альфа. — Меня раздражает эта комната, выдели другую. Это ведь особняк, тут должно быть их полно, разве нет? Почему ты выбрал именно эту? — Что ж, пойдём, — альфа резко встал с дивана и потащил Чимина за собой по коридору, сдерживая себя, чтобы не нагрубить омеге, сказав: «А меня раздражаешь ты!». Тэхен показывал много комнат, но Чимину ничего не нравилось, будто он насмехается над Чоном, который прислуживает перед ним, ища подходящую комнату. — Может стоит поинтересоваться моими предпочтениями? Разве, когда знаешь, что нравится человеку, не легче предлагать что-либо? — Чимин остановился и потянул альфу за запястье, устремляя его внимание на себя. — Ладно, малыш. Не соизволишь ли ты рассказать, какие апартаменты тебе по нраву? — с издевкой спросил Тэ, кланяясь. — К чему этот цирк? — недовольно воскликнул омега. — Мой любимый цвет - белый, я больше люблю минимализм, чем заставленные комнаты, — это все, что тебе необходимо знать о моих предпочтениях. — Так бы сразу, — бросил альфа и, взяв омегу за запястья, потащил в дальнюю комнату. Спальня была огромного размера, но четко подходила под стиль Чимина. Очень много свободного пространства и минимум мебели: кровать, письменный стол, гардеробная и ванная. Эта комната была безупречна и чем-то напоминало родной дом. Возможно тем, что бывшая спальня Мина была такая же светлая, но в ней не было панорамного окна, а здесь оно есть. Большое окно, открывающее великолепный вид на город. Высокие небоскребы, мосты, магазины, кафе и многое другое, — все это было, как на ладони, стоит лишь протянуть руку. Тэхен вышел из спальни, оставив Чимина рассматривать комнату, а сам набрал брата. — Нам нужно поговорить. Это касается Юнги. Буду ждать тебя в офисе.

***

Чонгук, как и говорил, вызвал врача. Мужчина пожилых лет осматривал парня, проверял его здоровье в целом. Врач был очень добрым и бережно относился к нему, осторожно рассматривая участки кожи. Юнги было приятно находиться в его компании. Омеге хотелось побольше узнать о нем. — Как вас зовут? — Мин лежал на кровати, стараясь не шевелиться, пока его тело рассматривают на наличие ушибов. — Сон Минхван. Мистер Чон запретил мне вести с вами диалог. Я могу отвечать на вопросы, касаемые вашего здоровья, поэтому извините, но давайте не будем рисковать? Мне бы хотелось умереть старческой смертью, а не быть лишенным головы или каких-то часть тел, а ещё хуже, быть подопытным кроликом для пыток, — врач продолжал осматривать парня, не поднимая взгляда. — Его ведь нет, чего вы боитесь? Не думаю, что из-за разговора он пойдёт на такие меры, — Юн чуть привстал, дабы взглянуть на врача, но тот продолжал молча выполнять свою работу. — Ну, пожалуйста, мне нужно общение. Я тут совершенно один. — Извините, но нет. — холодно ответил Сон, игнорируя надоедливого мальчишку, который пытался добиться своего, но доктор не сдавался. — Все кости целы, вам следует больше спать и правильно питаться, но насчёт еды я скажу повару, не переживайте. В скором времени у вас будет течка, дня через 2-3. Ваша течка прервалась из-за таблеток, но так как вы не продолжаете их пить, то она вскоре пойдет снова. Советую провести ее с альфой, иначе она пройдёт болезненно, а ещё вам нужно сходить к врачу и проверить вероятность беременности и ваше омежье состояние. Всего доброго, не болейте! — доктор вышел из комнаты и запер дверь на ключ. Гребаный Чон Чонгук и его чёртовы правила. — Сука, чтоб ты сдох! — орал Юн, стуча кулаками по подушке. Юнги ненавидел всех: Чонгука, его двинутого братца и убогих работников этого дома. Мин будет проклинать ту ночь, когда встретил Чона, когда отсасывал ему, надеясь на большее, то, когда он забрал его. Пусть омега будет на грани смерти, но в постель Чона он однозначно не ляжет. Этот подонок не заслуживает этого. Он не заслуживает Юнги, а значит — не получит.

JK Weapon

Тэхен долгое время ожидал брата в его кабинете, думал над тем, как мягче преподнести брату новость о Чимине, но в голову ничего нормального не приходило. Тэ прислонился к столу Гука и присел на него, нервно погрызывая ногти, поддёргивая ногами. — Слезь с моего стола, пока я не отрубил тебе пальцы, которые ты так отчаянно грызёшь, — грубо произнёс Чон, входя в кабинет. — Что случилось? — Гук прошёл к своему столу и сел за кресло, наблюдая, как его брат садится на кожаный диванчик в углу, теребя рубашку. — Чонгук, такое дело... — Тэхен пытался подобрать слова, но ничего не выходило и он лишь сильнее теребил подол рубашки. — Тэхен, клянусь, если не прекратишь, я отрежу тебе пальцы этим кинжалом, — Гук вытащил из ящика маленький кинжал и показ брату, дабы тот понял, что он не шутит. — Говори, как есть, тебе не в первой, — сказал альфа и Тэ облегченно выдохнул. — Я забрал Чимина к себе. Я влюбился в него в баре, хен. Мне нужна помощь... — отчаянно произнес Тэ, выдыхая, ведь Гук наверняка откажет. — Ну, это похвально, молодец. Но позволь узнать, каким образом я должен тебе помочь? Что тебе надо? Денег? Новую машину? Особняк? Вроде, у тебя все есть или я ошибаюсь? — оторвавшись от бумаг, Чонгук взглянул в глаза брата, а тот быстро увёл взгляд, рассматривая носки ботинков. — Он попросил меня о том, чтобы я помог ему с братом. Я сказал, что он сможет его видеть, но не более. Хен, разреши им видеться, хотя бы редко и под моим присмотром. Пожалуйста, — Тэхен резко встал с дивана и подошёл к Чонгуку. — Тэ, а если ты накосячишь, м? Ты же ребёнок, — Чон взглянул в глаза Тэ, но увидев грустную мордашку, против которой ему всегда было сложно устоять, продолжил: — Ладно, только ты будешь не один, а с моей охраной, идёт? — спросил Гук, на что получил мгновенный кивок. — Отлично, а сейчас мне нужно работать, иди, займись чем-нибудь. Тэ быстро выбежал из кабинета, поблагодарив брата несколько раз и пообещал, что отплатит ему за его решение. В кармане Гука раздался звонок и он нехотя достал телефон, но увидев на экране «доктор Сон», быстро взял трубку, вспомнив, что тот должен был проверить Юнги. — Какие новости, док? — Господин Чон, у вашего омеги гормональный сбой. Его течка временно приостановилась из-за ранее принятых сильных лекарств, а теперь, из-за того, что он не продолжает их пить, она продолжится. Приблизительная дата: 2-3 дня. Пожалуйста, проследите, чтобы он высыпался и ел, его состояние не очень благоприятное. И последнее, обязательно отведите его к врачу по поводу возможности зачатия и других омежьих проблем. До свидания, звоните в любой момент. — попрощавшись, Минхван отключился, а Чонгук продолжал сидеть в кресле, рассуждая над информацией.

***

Чонгука нет дома уже второй день. Прислуга в растерянности, ведь они не знают, что делать с неугомонным омегой, который орет все эти дни и отказывается принимать еду, требуя свободы. Сегодня, вроде, Юнги меньше буянит, но все также отказывается от еды. Сначала домоправительница удивилась, когда пришла в дом и не услышала криков, но посмотрев на охранников, которые надели маски, а в нос засунули вату — все поняла. У омеги началась течка, а этот паршивец продолжает стоять на своём и не есть. Страшно представить, что сделает Чонгук с персоналом, когда узнает о том, что его упрямый омега отказывается от приема пищи, после всего, что сказал врач. Чон мог вернуться в особняк, но не хотел. Он не знал, сможет ли сдержать себя и не трахнуть маленького омежку, ведь на кону стоит партия оружия. То, ради чего он похитил Мина и тот, в свою очередь, остаётся живым — именно оно. Отец омеги все ещё не вернул товар и продолжает сидеть в тиши, размышляя над чем-то, ища какие-то благополучные выходы из данной ситуации, но их нет. Чонгук держит Юнги взаперти, в личной комнате. Омегу охраняет двое охранников около двери и ещё несколько по всей территории. Как бы Юнги не пытался сбежать, исход один — ловушка. Особняк Чона — это лабиринт, выход из которого может найти только избранный, но Мин наверняка не он. Ему не может так повезти, чтобы свобода была для него легкодоступной. У Мина сейчас дела поважнее — течка, которая все-таки продолжилась. Юнги кричал и плакал от боли. Как и сказал врач, она действительно болезненна. Мин никогда не испытывал подобного, поэтому поставить ее в сравнение с чем-то — бессмыслица. Омега лежал на кровати Чонгука, крутился по ней, хватаясь за пульсирующий зад, просовывая пальцы, но это не помогало. Юнги навзрыд рыдал, зовя того, кого так не хотелось видеть, но сущность не переубедить. — Ч-Чонгук... — омега продолжал скитаться по кровати, зовя альфу. — Ч-Чон... г-гук... — продолжал Мин, всхлипывая, утыкаясь лицом в подушку. Дверь в спальне отворилась и за ее порогом стоял Чон. Юнги так не хватало Гука всё это время. Ему было скучно находясь одному в этой гребаной комнате, но период течки заставил соскучиться по нему ещё больше. Мину нужен Чон и, как бы он это не отрицал, но они истинные. Чонгук не стал долго стоять около прохода. Закрыв за собой дверь, он медленно прошёл вглубь комнаты, снимая с себя галстук и пиджак. Чон начал вальяжно подходить к постанывающему омеге, который продолжал рыдать и отчаянно звать альфу. — Ох, что, готов лечь под меня, как шлюха? — спросил альфа, усмехаясь, подходя все ближе. — Помню, при первой встрече ты говорил, что ты не «шлюха», и, вроде как, девственник, если я не ошибаюсь? — Гук подходил все ближе, усаживаясь на край кровати. — Я могу помочь тебе, но тебе нужно правильно попросить меня, котёнок, — Чон взял Юнги за запястье и потянул на себя, но омега продолжал оглядывать простыни. — Ч-Что т-ты х-хоч-чешь? — заикаясь спросил Мин, поднимая взгляд. — Отсоси мне, — коротко и понятно, дабы Юнги понял, что Чонгук на полном серьезе. — Эт-то ш-шутка? — Никаких шуток. Ты ещё не заслужил того, чтобы я тебя ебал. Будь добр, возбуди меня и отсоси. Юнги сидел на кровати, думая, что это все-таки шутка, но похоже, что Чонгук не умеет «шутить». Альфа действительно хочет этого. Мин не понимает, в чем он так провинился, что Чон вечно издевается над ним, но сейчас не время думать, ведь его зад нуждался в ласке, как и сам омега. Чуть помявшись, Мин спустился на пол на ватных ногах и сел на коленки, мысленно успокаивая себя. У Юнги не было опыта в фелляции, только первый раз в клубе, о котором он тысячи раз жалел и вот, все это повторяется и снова с Чонгуком. Юнги аккуратно расстегнул пуговицу и потянул замочек на ширинке брюк вниз, освобождая плоть от боксеров, спуская их немного. Мин обвил руками член и прильнул к головке, медленно пробуя на вкус. Распробовав, Юнги прошёлся языком от основания до головки, засасывая ее, причмокивая, даря Чонгуку потрясающее наслаждение. Гуку явно нравилось, исходя из того, что каждый раз, когда Юн глубже заглатывал, он сильнее сжимал его волосы и рьяно дышал, сдерживая стон. — Глубже, — не выдержав, вставил своё слово Гук. — Я стараюсь, — еле разборчиво произнёс Мин, заглатывая сильнее, вырывая из уст Чона долгожданные стоны. — Сука, как ты охуенно сосешь... — произнёс альфа, откидывая шею. — У тебя в крови блядство, а говорил, что не «шлюха», — продолжал Чон, но Юнги это, видимо, не понравилось и он остановился, отстраняясь. — Куда собрался? Тебя никто не отпускал. — Знаешь что? Я лучше буду мучаться, чем трахаться с такой сволочью, как ты! — завопил Юн, вставая с колен, но его потянули назад. — Котёнок, не принимай все близко к сердцу. Я просто шутил, не бери в голову, — Чонгук медленно начал поглаживать омегу, усаживая его к себе на колени. — Видишь, ты подразнил меня и оставил дело незаконченным, но я не злюсь, а сижу и успокаиваю тебя. — Я не котёнок! Хватит меня так называть! Ты заслужил этого! Я тут от течки страдаю, а ты заставляешь отсасывать, — это нормально?! — начал вопить Мин, рассматривая довольное лицо Чона, в которое хотелось врезать. — Малыш, ты моя игрушка, которая временно, но принадлежит мне, уяснил? Твой отец должен мне кое-что и пока он это не вернёт, ты будешь жить здесь и слушаться, а если ослушаешься, то будешь жить в подвале. — Чон продолжал гладить Юна по голове, рассматривая его лицо, которое было в непонятках от его слов. — Я не игрушка! — возразил Мин, пытаясь встать, но его силой дернули, впиваясь в губы. Чон целовал жадно, ненасытно, пытаясь выжить из Юнги все силы. Мин сопротивлялся, пытаясь отдалиться, но Чонгук лишь сильнее впивался в губы и затягивал поцелуй, не давая омеге вздохнуть. Юнги начал сам притягивать Чона, целовать, прося большего, но альфа не делал этого, ведь Юн ещё не заслужил, слишком рано.