Потерянная

- Зайка, мы расстаемся. - Что? Техён, нет, ты не можешь меня вот так бросить. Все-таки Техён тот еще стервец, не мог, что ли, выбрать более уединенное место? Нет, нужно бросить бедняжку на виду у всей школы. - А что мне мешает? Деньги, которых у тебя теперь нет, или твой статус, которого тоже теперь нет? - Я думала, что у нас все серьезно. Думала, ты любишь меня, - в уголках глаз невольно начинают скапливаться слезы. Нет, Юри, ты не должна показывать слезы этому бесчувственному. - Ну теперь ты знаешь, что я был с тобой из-за денег и твоего папочки. Он, знаешь ли, мне многого наобещал за тебя, но где это все? - Ты ведь врешь? Скажи, что врешь... Такого не может быть. - Может, детка, может, - вставляет свое слово Чонгук, и в голосе его столько нахальства, столько надменности. Юри не выдерживает. Но не выдерживает чуть позже, когда запирается в кабинке дамской комнаты. Конечно, не самое лучшее место что бы поплакать, но выбирать не приходится. А ведь еще вчера она была счастлива, сидя в обнимку с этим самым Техёном и слушая приятные комплименты в свою сторону. Еще вчера она была дома и смотрела на своих родителей с восхищением, они оба казались такими молодыми и счастливыми. С утра мама разогревала завтрак, помогала мужу собраться на работу и ласково желала хорошего дня. И да, день шел хорошо, пока не наступил вечер. Вечер, изменивший ее жизнь полностью. Юри вернулась домой и, наверно, это напряжение в воздухе можно было почувствовать физически. Впервые девушка увидела слезы матери, впервые она увидела лицо отца, искаженное лживым спокойствием. - Как ты мог? Как тебе совести хватило привести эту шлюху к нам в спальню? - голос матери срывался через слово, столько безысходности в нем Юри еще не слышала. - А что еще мне остается, если ты не уделяешь мне должного внимания? - а вот папа, наоборот, был спокоен. Наверно, он был и сам готов все рассказать. - Я всегда делала все, что ты только просил. - Значит этого было мало. - Я была на все готова ради тебя... - С меня хватит, я ухожу. Ты еще найдешь себе достойного мужчину. - Не возвращайся, пожалуйста. Юри долго не могла прийти в себя. Девушка молча ждала на пороге, когда все это закончится. После ухода отца она нашла в себе силы подойти к матери, сказать утешающие слова. Но все бесполезно, как ни утешай, человеку нужно время что бы отойти. И это время, наверно, длится вечность в такие моменты, или вовсе замирает. - Мам, у нас все будет хорошо, мы справимся. - Нет, дорогая, уже ничего не будет хорошо. Мы жили за счет папы, я просто не смогу прокормить нас одна. Девушка потирает мокрые от слез глаза и мечтает. Мечтает, что бы все это оказалось сном. Юри открывает глаза и видит перед собой светлую дверь кабинки. Да, это оказалось сном. Жаль, только, что этот сон, злодей, снова воспроизводит самое неприятное, что могло произойти в жизни. - Да что эта чертова Юри себе позволяет?! Думала, надавит на жалость и Тэ к ее ногам ляжет? - Техи, послушай, она ведь не виновата в том, что случилось? - Да плевать мне, виновата она или нет. Пусть отвалит от Техёна. - После того как он ее отшил, думаю, она даже не приблизится. - Все равно ей теперь спокойно не жить. Ли слышит разговор двух одноклассниц, но сейчас она слишком подавлена что бы хоть как-то защитить себя. Нет сил даже просто подать голос, что, как бы, она тут есть. Девушка ждет, пока станет тихо и выходит из своего убежища. В зеркале она не узнает себя, там сейчас ужасно уставший и измотанный человек. Никак не та жизнерадостная и счастливая девушка. Юри пропустила несколько уроков, и не видела смысла идти на последние. Сегодняшний день морально добил ее и хотелось просто спрятаться в своей комнате. Квартира, где раньше жила семья Ли, встретила девушку пугающей тишиной.