Я буду помнить

И вот с каждым днём я всё больше привыкаю общаться с Андреем. Каждый день жду вечера, чтобы созвониться с ним в скайпе и рассказать, как прошёл мой день, услышать интересные рассказы о его тренировках и жизни в Америке. В один вечер, когда мы не созвонились, так как он меня заранее предупредил, что у него не будет интернета, я чувствовала себя просто ужасно. С самого утра я проснулась с мыслью, что не поговорю с ним сегодня, и из-за этого была чернее тучи и практически бросалась на людей, которые что-то от меня хотели. Именно в тот день я поняла, что переступила ту грань, которая отделяет парня, который нравится, от просто хорошего друга. Это даже была уже не влюблённость, это была любовь.

***

— Привет, Янусь. Как ты? — Андрей улыбался мне с экрана даже после того, как заметил, что я чем-то обеспокоена. Однако волнение на его лице тоже появилось. — Привет, — произнесла я практически по слогам и, прикусив губу строго посмотрела на Андрея. — Не хочешь мне ничего рассказать? — я была жутко зла и еле выдавливала из себя слова. — У меня сегодня выходной, можем хоть весь твой вечер общаться — хоккеист продолжал улыбаться, но уголки его губ медленно опускались. Конечно, он понял, что я уже знаю. — Я не про это, — радоваться мне совсем не хотелось. — Не хочешь, чтобы я сейчас сбросила и навсегда перестала общаться, тогда сам рассказывай. Андрей опустил глаза и вздохнул. Я видела, что он пытается что-то придумать, из-за чего минуту молчал: — Нууу... Я не еду на юниорский чемпионат мира. В принципе, это всё, — он аккуратно посмотрел на меня и снова опустил взгляд, когда увидел, что я начинаю злиться ещё больше. — Свечников! Я и так знаю, что ты не едешь! Меня интересует причина и почему ты сам мне об этом не сказал! — я была так обижена на него, что не стеснялась орать, когда дома была вся семья. — Я не хотел, чтобы ты переживала. — То есть, если не ты мне скажешь, а я прочитаю об этом в интернете с расплывчатой причиной, то я не буду переживать? Так по-твоему? — к горлу подсупал комок, и я изо всех сил сдерживалась, чтобы не заплакать. — Я не знаю, — он откинулся на спинку кресла, в котором сидел, и сжал голову руками. — Прости меня, пожалуйста, за то, что так поступил. Просто... — он не мог подобрать слов и только размахивал в воздухе руками. Если бы я не была на него зла, то посмеялась. Но этого не произошло. — Так, ладно, — я глубоко вздохнула и, понимая, что не хочу в ним ссориться, решила спокойно разобраться. — Просто скажи мне, почему ты не едешь, — в интернете были версии, что его не пускает руководство клуба, а также, что у него травма. Я знала, что последнее практически невозможно, потому что Андрей рассказывал мне обо всём, даже если у него просто болел палец. — На самом деле, там много причин. Сложно назвать что-то одно, — он что-то недоговаривал, и я это прекрасно понимала. — Подтвердишь официальную версию о травме? — меня жутко бесил наш разговор, но я хотела узнать правду. — Нууу... У меня есть пара микротравм и лучше их не усугублять. Ты же знаешь, что у меня скоро драфт, мне сейчас совсем нельзя травмироваться, — последнее предложение он сказал более тихо и наконец посмотрел в камеру. — Боже, Свечников! Почему ты сразу не мог мне это сказать? Зачем все эти нервы и конспирация? — я положила голову на стол перед камерой и снова вздохнула. — Ян, я тебе обещаю, такого больше никогда не повторится. Прости меня, пожалуйста. Я не хотел так расстраивать тебя. — Это получается, ты ко мне не приедешь? — я подняла голову и стеклянным взглядом смотрела в стену. — А вот и ещё одна причина, по которой я ничего тебе не говорил. Сюрприз хотел сделать, — он остановился, но когда увидел мои удивлённые глаза, сразу продолжил. — Я приеду, и даже раньше. И смогу остаться на дольше. В этот момент во мне всё-таки открылись мои водные запасы, и я начала рыдать. Но уже не от обиды и разочарования, а от радости. Успев сказать только слабое "ура", я отвернулась от экрана, чтобы Андрей не мог меня видеть. Он очень испугался и постоянно звал меня и просил, чтобы я повернулась. Я же не отзывалась и пыталась побыстрее успокоиться, чтобы и его успокоить.