I hold you

Жизнь — дерьмо. Большая такая куча дерьма. И ты в этой куче — такое же говно, которое никому не нужно. Кому оно нужно? Вот и ты никому не нужен. С такими мыслями я просыпался, ходил гулять, в школу. У меня всегда такие мысли и шутки про суицид, которые помогают мне жить дальше. Привет. Я Мин Юнги. Мне шестнадцать лет и у меня вечная депрессия. Это даже не меланхолия. Мне не хочется делать ничего:ни спать, ни есть, ни ходить в школу, в которую, к слову, я перевёлся недавно. Из старой меня выгнали учителя, которые ненавидят меня, мой внешний вид, холодный взгляд, который прожигает того, на кого я смотрю. Они собрались все вместе и решили меня сплавить в другую школу, из которой, я думаю, меня тоже скоро попрут. Я не мог найти здесь абсолютно ни одного, с кем мог бы пообщаться. Не скажу, что и в других трёх школах у меня были друзья, но хоть где-то мне хочется обрести друга. Хотя... Друзья, если их так можно назвать, могут отвернуться от тебя в тот момент, когда они по-настоящему нужны тебе. Ты им не нужен. И только тогда, когда, например, они захотят погулять, а позвать им некого, они напишут тебе и позовут на прогулку с ними, и то нехотя. Просто пользуются тобой. Или, например, рассказываешь им историю, а они тебе в ответ «ясно». В следующий раз они тебе рассказывают что-то, ты их внимательно слушаешь и комментируешь все моменты, которые нуждаются в этом. Если ты промолчишь или скажешь «понятно», то тебе будут говорить что-то типа: «И все?! Ты меня слушал вообще?!» Когда я это понял, то я извлёк всех своих «друзей» из своего круга общения, стал абсолютно асоциален. В школе все ходят вместе:смеются, общаются, обнимаются. Ладно, я постою здесь, музыку послушаю, книгу почитаю. Если я с кем-то хотел начать общаться, пытался познакомиться, то меня окидывали презрительным взглядом и посылали на веселые три буквы. Я чувствовал себя так, как-будто надо мной нависла большая чёрная туча, из-за которой никто не хочет ко мне подходить, потому что боятся дождя. Но однажды я встретил веселого паренька с рыжей макушкой, он ярко улыбнулся мне предложил дружбу. Пак Чимин — мое личное солнышко, которое «разогнало» все воображаемые тучи над моей головой. *** Прошло два года, я скоро заканчиваю школу, из которой, к моему удивлению, меня не выперли. С Чимином мы все так же крепко дружим, но я чувствую к нему что-то большее, чем просто влечение к другу. Это неправильно, но... У меня часто бьется сердце рядом с ним, когда я произношу его имя. «Шевелятся» тараканы в животе, и мне пофиг, что там бабочки должны быть. Если я представляю, как он встречается с кем-то, но не со мной, я просто схожу с ума, мне доставляет это такую сильную боль, что мне хочется реветь навзрыд. Потому что у него есть те, с кем он мог бы встречаться, они намного лучше меня. Но как только я представлю, как Чимин целует какую-то девушку, у меня просто сердце разрывается, слезы накатываются и кулаки чешутся от желания размазать эту бабу по стене. Но...если я ему признаюсь в своих чувствах, это будет неправильно. Он посмеётся, отвергнет. Зачем я ему такой? Но то, что я к нему чувствую...я ни к кому никогда не испытывал. Думаю, мы должны быть вместе, я чувствую это. Если бы в нашем мире существовали соулмейты, думаю, я бы был его парой. И мне посрать, что мы оба парни. Мы должны быть вместе и все! *** — Чимин, предлагаю сегодня поехать в лес и посмотреть на звездопад. Такое нечасто увидишь, следующий ещё будет лет через пятьдесят. Ну, что ты думаешь?— мы сидели с Паком в школьной столовой, болтая о нашей «веселой» жизни. Я давно хотел позвать его куда-нибудь, но вот сегодня представился реально офигенный аргумент, чтобы он уж точно согласился. — Ну,поехали! Если только вернёшь меня потом домой,— засмеялся рыжеволосый своим звонким смехом. — Верну, куда ты денешься,—я улыбнулся, допил чай и начал собирать свои вещи, потому что скоро прозвенит звонок,— я заеду за тобой в 21:00, будь готов. *** Мы приехали в лес. Разложили плед на траве рядом с небольшим склоном. Вокруг нас темнота, тишина и стрекотание сверчков. Мы далеко от города, поэтому нам не будут мешать огни домов, мы спокойно сможем наблюдать за звездопадом. Вокруг так страшно, но в то же время так уютно. Темнота, обволакивающая деревья, землю, она поглощала меня в себя и не отпускала. Так хотелось зайти в глубь леса, поставить там палатку и не возвращаться в шумный город. Я прилёг на плед, положил одну руку себе под голову, вторую на само покрывало. Рыжеволосый подошёл ко мне, лёг рядом со мной, на мою руку. Но тяжесть его тела мне было так приятна, что я бы хотел пролежать так с ним ещё долго. Младший положил свою ладошку на мою грудь и начал водить по ней пальцами. — Юнги~я,—обажаю такое обращение к себе, именно из его уст. Так красиво звучит, —а ты любил когда-нибудь?— Чимин поднял на меня свои милые большие глаза, заглянул ими прямо в мою душу. Я потерял дар речи, я не знал, что сказать. Признаться или нет? Сейчас есть шанс. Очередной. И в очередной раз я просру его. Молодец, Мин Юнги. — Думаю, да. Но я тогда разочаровался в любви, поэтому не могу сказать, что мне нравится кто-то сейчас,— тупой. Молодец. Продолжай в том же духе.— Хотя, думаю, рано или поздно в нашей жизни появится человек, который даст нам понять, что значит настоящая любовь. — Я думаю, я влюбился.— не кричи, не убивай его. Он в праве любить кого-то. Ничего, переживешь.— Я обожаю проводить время с этим человеком. Обажаю его запах, манеру речи, то, когда он говорит. Его губы такие офигенные. Так хочу его поцеловать.—сколько самоубийств нужно людям, чтобы они уже поняли, что их слова ранят?! Я не могу слушать это дальше. Так, стоп. Чимин поднялся и сел ко мне на бёдра. — Я люблю тебя, чертов Мин Юнги! Неужели ты не замечал моей симпатии?! Я так пытался тебе ее показать. Видел, что нравлюсь тебе! Ты - идиот, Юнги!— младший начал кулаками бить меня по груди, попутно вытирая слезы со своих пухлых щёчек. — И я тебя, Чиминни,—рыжеволосый ненадолго прекратил свою истерику, приблизился к моему лицу и нежно, неумело поцеловал. Пока мы целовались, я стирал своими большими пальцами дорожки слез с его лица, гладил его щечки и улыбался в поцелуй от счастья. — Возьми меня за руку,—я взял Чимина за ладошку, провёл большим пальцем по всем вмятинкам и переплел свои пальцы с его. — Я хочу видеть то, что ты чувствуешь, Юнги. Я хочу всегда быть с тобой. Давай же, покажи мне, какого это - быть счастливым. — Я никогда не отпущу тебя, слышишь? Ты всегда будешь моим. —каждое своё слово я сопровождал быстрыми чмоками по лицу Чимина, попутно целуя губы. — Если ты захочешь меня бросить, то я убью тебя нахрен, чтобы ты никому не достался. Оставлю твоё тело себе. Главное - хоть как-то быть с тобой.—Пак улыбнулся в поцелуй и крепко обнял меня. — Я никогда не отпущу тебя. Мой Чиминни.— я прикрыл глаза, прижал младшего ближе к себе и улыбнулся. Так счастлив я ещё никогда не был