Императрица тьмы.

Женщина стояла по правую руку от мужа и смотрела на все вокруг с некоторой ненавистью. Она ненавидела этот мир, себя, мужа. Город погрузился во тьму и перед тронами Гарманов, на коленях, все в крови, с связанными за спиной руками стояли ниндзя. - Ну, Милая. - Гармадон повернулся к жене. На его лице красовалась легкая непринужденная улыбка. В руке у него был нож, с красивой рукоятью из каменной кости. - Что мы сделаем с ними? Мисако молчала стиснув зубы, ей было жаль этих ребят и ее сердце разрыдалась на части при виде их лиц, к тому же, среди них был ее сын. А она стояла сейчас здесь рядом с мужчиной, которому всегда оставалась верна, но стоило ли это того. Женщина отвернулась от мужа, но тот одним большим шагом сократил расстояние между ними. Оказался рядом со своей королевой, в черном бархатной платье в пол, с золотым кружевом по верху платья и схватил ее подбородок, железной хваткой. - Ну же! - прикрикнул он. - Как ты захочешь так и будет. Но, я не отпущу их. - добавил он уже тише. " Как будто он сам не понимал что я не позволю ему убить их"- подумала новая королева. Мисако все так же молчала, с ненавистью смотря на мужа. А он перехватил нож и провел по щеке жены, оставляя на ней небольшую царапину. Кровь просочилась через мраморную бледную кожу. Девушка не дрогнула, лишь сжала немного подол платья, зная что проявление слабости может стоить жизни всем кто сейчас смотрит на нее в ожидании решения. А ему нравилось смотреть, как она терпит. Терпит все, что он вытворяет. Он знал, что ее доброе сердце не позволит ему убить ниндзя. И она сделает все для их спасения. - Отвечай же! - снова прикрикнул он, его терпение было не вечным и ему наскучило ждать ответа от своей добродушной женушки. - Я хочу чтоб их поселили в лучшие комнаты, какие только есть и что бы они не в чем не нуждались и могли общаться между собой. - Сказала она и стиснув в злой оскал зубы добавила. - Сдержите же свое слово Лорд Гармадон. - Сдержу! - он не поворачивая голову взмахнул рукой, отдавая приказ каменным войнам. Войны подняли Ниндзя с Колен. - Мисако!- крикнула Ния, пытаясь вырваться из цепких каменных рук. Но ее тут же с силой стукнули по спине и девушка тут же упала на колени. Мисако хотела кинуться к воспитаннице, но Гармадон крепко сжал ее запястье, не давая жене двинуться с места. - Это ее выбор. Могла молчать. - Они же дети!- Мисако посмотрела на Гармадона, с мольбой в глазах. Но тут же получила сильную пощечину от мужа. В ее глазах все потемнело, но его сильные руки не дали ей упасть, нежно, но властно придерживая за осиную талию. Когда Мисако снова начала различать свет этого мира, ниндзя уже увели, а она сидела на ступенях возле трона. Гармадон же перебрасывал нож с каменной ручкой из руки в руку. - Через несколько дней я хочу их проведать и я буду посещать их потом, чтоб знать, что ты держишь слово. - сказала Мисако, смотря на мужа. Удар у Гармадона был жесткий и она потерла красную щеку рукой. - Я буду держать слово, пока ты будешь платить мне за них. - Гармдаон присел на корточки возле возлюбленной, он водил ножом по лицу, по шее и открытым плечам жены. - Каждый день их жизни будет оплачен новой царапины на твоем теле. Ты готова? Он приблизился к ней и поцеловал в порез на щеке. Она знала, что он не убьет ее, а просто будет мучить до тех пор, пока она не скажет убить Ниндзя. Борьба силы. Борьба двух сильных людей. - Я согласна. - чуть заметно кивнула девушка и снова подняла свои зеленые, изумрудные глаза на мужа. Он видел в этих глазах всю ненависть и призрение к нему, но не дадут мне соврать ему нравилось, что она не пала перед ним. - Знаешь, за твою смелость я предложу тебе сделку. - Гармадон головой указал на нож. - Если ты сейчас зажмешь что есть силы это лезвие в руке и я вырву его из твоих рук, то на твоем теле не появится новых РАН целый месяц. - А ниндзя. - Этот месяц они будут жить. - он слегка усмехнулся своей злобной улыбкой. - Хорошо- Мисако резко выдохнула и подянлась на ноги. - я согласна. - Держи. Женщина схватила клинок и крепко сжала острейшее лезвие в своей хрупкой руке. Даже перчатка на руке не помогла от столь острого как бритва клинка. По руке стекла кровь, окрашивая белую перчатку для езды на лошади в алый цвет, слезы выступили на бледном лице, которое на фоне коричневых волос стало еще бледнее. Гармадон наклонился к руке и слизал кровь. Он чувствовал напряжение жены. Она как будто говорила: " ну же, вырывай, чего ты медлишь?".Мисако сощурилась. А он стоял и смотрел в ее глаза, наполненные слезами. Он коснулся ее губ и врываюсь языком в ее рот в это же время вырвал нож. Крик боли замер на ее губах. Слезы потекли с новой силой. Он почувствовал как девушка прижала руку к его камзолу, и тут же углубил поцелуй, прижимая ослабевшее тело ближе к себе. Ноги у королевы стали ватными, она начала терять контроль над телом от болевого шока. - Какая же ты самоотверженно глупая, Мисако. - Сказал Гармадон и поцеловал ее плечо, оставляя там яркий фиолетовый след. Потом последовали еще поцелуи, так что вся кожа покрылась синяками. Он медленно усадил ее обратно на ступени, отдаляясь от возлюбленной. Раненой рукой она сжала подол платья, чтоб кровь как-нибудь остановилась. Но это мало помогло. На черном платье тут же появились темные разводы. Гармадон отодвинулся от нее и присел обратно на свой трон, перебирая какие-то бумаги принесенные ему каким-то странным мужчиной. Мисако, понимая что мужу теперь не до нее, схватила палантин и закрыв им шею отправилась к Ниндзя, попросив генерала Козу показать ей дорогу. Козу посмотрел на своего императора, и лишь когда Монтгомери кивнул, отвлекаясь от бумаг, в знак того что она может идти, генерал согласился сопроводить девушку. - Почему он все еще не убил тебя?- Козу посмотерл на отставшую девушку, голова Мисако все еще кружилось, а от болевого шока, она не могла воспринимать поступающую из вне информацию, зацикливаясь на порезе. - Ты серьезно? - Мисако облокотилась на стену полу-разрушенного здания, приводя в равновесие свой вестибулярный аппарат. Генерал снял свой шлем и посмотрел на нее удивленно, ожидая ответа на свой вопрос. Императрица тяжело вздохнула, смотря на свое отражение в разбитой витрине. - Он меня любит, но его любовь... - Если любишь не можешь убить?- догадался генерал. Для Козу чья сущность была в непробиваемом камне, все эти "игры" между Мисако и Гармадоном были странны и непонятны. - Нет он может. Но ему будет одиноко. - девушка прищурилась разглядывая свои седые потрепанные волосы и стараясь их привести в порядок хоть в какой-то степени. - Даже злодеи не могут быть одиноки и кем-то дорожат. - Он дорожит тобой? - Козу вновь удивленно посмотрел на девушку. Она нелепо усмехнулась. - Даже я не могу теперь понять что он чувствует. - в ее голосе прозвучали нотки Грусти, но Козу вряд ли мог их различить. Ниндзя сидели в одной комнате Кай сидел на подоконнике, и надоедливо щелкал пальцами, пытаясь вызвать свою стихию, но нечего не получалось, от чего молодой ниндзя сильно злился. Зейн, расхаживал по квартире, разыскивая все что могло бы пригодиться для восстания. Коул стоял возле упавшей груши и колотил ее что есть мочи, руки его уже сбились в кровь, но он не желал останавливаться. Зейн сидел рядом самураем Икс и пытался успокоить хныкавшую девушку. По дороге в это месту каменный воин еще пару раз ударил девушку за непокорность, так что разбирая губа и бровь сильно болели. Ллойд сидел на кресле пождав под себя ноги. Да, Гармадон не пожалел даже сына. Мальчика сейчас волновало лишь одно, его друзья рассказали, что Гармадон сильно ударил Мисако. Ллойд сидел и ждал вестей. Любых, чтобы знать где его мама. Его не блыо на площади с другими. Гармадон приберег его на крайний случай. Но Мисако тогда знала что и ее сын где-то тут, и что его жизнь тоже в его руках. - Мама, с тобой все хорошо. - Ллойд подбежал к вошедшей матери, которая была бледная как ночь. - Мисако, дак вы перешли на его сторону? - не надеясь услышать ответ крикнул Джей. - Я не хотела, но если бы я не стала Императрицей тьмы, вы все были бы мертвы. Я не могла этого позволить. Ллойд. - Мисако слегка улыбнулась и обняла сына здоровой рукой. Джей посмотрел на женщину с тем взглядом с каким смотрят на тех кого уважают до глубины души. - Мисако. - ахнула Ния. - Что с вашей рукой? Зейн, я видела там аптечку, неси скорее. Королева тьмы присела в кресло, к которому ее сопроводил Ллойд и подала руку самураю X. - Спасибо, Ния- прошептала она, смотря добрыми глазами на девушку, которая перебинтовывала ее руку. Императрица сразу заметила раны у Самурая, подаваясь вперед и проводя по лицу малышки. На лице выразился ужас. Но девушка лишь немного улыбнулась, давая понять что ли все у нее хорошо. - Простите, ниндзя. Я не смогла сделать ничего больше. Да, это место оборудование всем, но как бы хорошо оно не было это тюрьма для вас. Тюрьма из которой нет выхода. - Это плата за наши жизни? - спросил Ллойд указывая взглядом на забинтованную руку. Мисако лишь опустила взгляд. - Но, мама, он будет мучить тебя до тех пор пока ты не умрешь у него на руках! - Ллойд, - она протянула к нему руки и он сел возле ее колен, взяв руку матери в свою. - Он никогда не убьет меня, уж в чем в чем, а в этом я уверенна. Но он может настолько замучить меня, что я сама отдам приказ о вашей смерти. Простите меня, если это случится. - Мама, ты не обязана подвергать себя таким жертвам. - Да, Мисако, мы готвы принять смерть. - заявил Кай, поднимаясь наконец с подоконника, и останавливаясь позле сестры.- Мы были готовы отдать жизнь за Ллойда, так нас научил сенсей Ву, теперь мы отджадим жизнь за вас. В памаять о сенсее. - Нет, нет. Я сделала это, потому что здесь вы востановите силы. И сможете побороть его. Я в вас верю. И Ву в вас верит. К сожалению он все еще в темнице и я ничего не могу пока что для него сделать. Но попытаюсь. Он жив. Гармадон не смог убить его. - Мисако. - вздохнула Ния - быть мне хоть на чуть чуть такой же самоотверженной, как вы. - Это хорошие новости, Мисако.- Джей улыбнулся. - Мы вас не подведем и сенсея тоже. - Ты и так хороша, моя дорогая. - улыбнулась императрица тьмы и поправила корону. - Я верю в вас ниндзя. Вы будете готовиться, а я пока выведаю слыбые стороны Гармадона. - Мама, прошу быть осторожнее. - Ллойд, все еще держал ее руки, сидя возле колен. - Я тебе обещаю, что все будет хорошо. - женщина добродушно улыбнулась сыну, не смотря на всю боль которую она чувстововавла. Мисако возвратилась в свои владения, где на большой кровати спал ее муж. Большие королевские покои, несколько комнат, гордеробная ванная с джакузи, комната с бильярдом, с тренажерами, кладовая с дорогим вином. Гармдаон знал толк в роскоши. Квартира была в темных цветах, Монтгомери всегда считал, что серный- цвет ористократии, поэтому когда он ездил на днях к дизайнеру он заказал именно черные платья для Мисако. Со злостью взглянув на него. Находиться с Гармдаорном в одной комнате было ей противно. Вошла она в спальню лишь за тем, что оставила тут свою книгу, которую хотела дочитать. Она забрала книгу. И вышла из комнаты, отправлясь в ванную комнату. Девушка захлопнула дверь за спиной, и кинула книгу на полку в ванной. Она аккуратно стянла один рукав черного платья, затем второй, корчась от боли. Платье упало на пол, оставаясь лежать возле ног девушки. Она перешагнула платье, прибвигаясь ближе к большому, вло всесь рост зеркалу. Зетм она откинула с шеи, палантин и сама ужаснулась своему отражаению, прижимая руку к губам, чьтоы не издавать лишних звуков. Пока Мисако рассматривала свое худощавое тело она не заметила как позади нее появаилась фигура ее мужа. - Ты прекрасна. - сказал он и Мисако подсчкачила на месте. Посмотрела на Мужа через зеркало и ничего ему не ответила. - Позволь?- он приблизился к ней. Аккуратно, ъхолодными, цпкими мальцами, он растягнул застежку бюсгалтера и последний полетел вслед за чернум платьем. Монтгомери прибоился к Мисако, прижимая ее спиной к своему обнаженному торсу и беря упругую грудь в руки. Он сжал ее нежно массируя. Девушка положила голову на плечо мужчины. - Ты великолепна. - Он развернул девушку к себе лицом и впечатал ее спиной в зеркало. Стекло треснуло впиваясмь осколками в бледную женскую спину. Гармадон начал человать лицо девушки, продолжая массировать набухшие соски. Он отпустился и прикусил сосок, водя по нему языком. Мисако издала протяжный стон, запустив руку в волосы мужа. Он отпустился ниже, оставляя на плоском животе полоску из роцелуев. Он дошел до края кружевных черных стрингов, которые сам выбрал для жены, и остановился. Он выпрямиля и вцепился в губы девушки, нежным но требовательным поцелуем. Монтгомери, задрал ее ногу, кладя ее на свое бедро, трусики он слегка отодвинул в сторону и вошел в жену двумя пальцами. Мисако была уже мокрая, издавая приглушенный стон, Гармадон задвигал рукой быстрее. Девушка стонала, в его умелых руках, а имеператор наслаждался этими пронзительными стонами. " Если бы ву слышал это, сдох бы от завести."- пронеслось в голове Монтгомери, когда он снимал брюки, и вжимая любимую еще сильнее в разбитое стекло вошел в нее, когда она ощютила его член внутри, она застонала уже не от удовольствия а от боли. Гармдаон усемхнулся, смотрая на ее глаза, наполненные слезыми. Он задержался внутри чтобы она привыкла, по спине девушки текла кровь, алыми каплями спадая на пол. Монтгомери поцеловал любимую и быстро задвигался то выходя, то входя во всю глубину и наслаждаясь приглушенными стонами в его губы. Мисако и не заметила, как Гармадон, поднял ее за бедра и перенес в душ, в перерывал между жесткими толчками, от которых она теряла голову, он успел включить воду, которая ужастно обожгла изранненую кожу девушки. Она вскрикнула и заплакала, но он не обратил на это внимания, он прижал ее к стене, разворачивая спиной к себе, провел рукой по парочке новых порезов и снова вошел в нее, наклонив корпус девушки вперед. Ноги Мисако подкосились, Но Гармадлон успел удержать ее, сделав еще два сильных грубых толчка он отпустил девушку,кончив внутрь, стоя по струей воды и смотря на нее, ослабевшую на полу. - Гармадон! Ты!- Мисако повернулась к нему. Он присел возле нее. Взял ее лицо рукой. - Я люблю тебя. И не говори что тебе не понравилось?- он усмехнулся увидев растерянное лицо своей жены. - так то, жду тебя в спальной, приведи себя в порядок, мы продолжим.