Императрица тьмы.

Мисако сидела в их с Гармадоном покоях. Темный Лорд соизволил посадить жену под домашний арест. Женщина ходила из угла в угол, с мыслями о том, что же задумал Гармадон. Императрица тяжело опустились в удобное старинное кресло и незаметно для себя уснула. Она настолько выматалась за несколько дней, что сон, это было то необходимое, что действительно было нужно. Сон императрицы был чуткий. И когда Гармадон вошел в комнату, женщина сразу открыла глаза. - Ну и? - спросила она, как бы невзначай и щевнула, прикрываясь, рукой в черной перчатке. - Ты пройдешь обрят. - твердо сказал Лорд. - Какой обряд? - насторожила Мисако. - Ты станешь по-настоящему Императрицей тьмы. Не только снаружи но и в нутри. В твоей крови, как и в моей будет течь яд поглотителя Мы.. - Что? - Мисако посмотрела на Лорда испуганному глазами и встав с кресла попятилась назад. - Я не хочу! Не желаю быть злой! - Ах, вот как ты заговорила? - Гармадон сделал большой уверенный шаг к жене и оказавшись рядом повернул ее лицо к себе, больно сдавать ее щеки. - А кто обещал мне 19 лет назад, что ты будешь со мной до гроба и в горе и в радости, и в болезней и здравии? Кто? Кто мне обещал, что он будет со мной? Не ты ли? - Я! Я обещала! - Мисако вырвалась. -Я что не держу обещание? Держу! Я здесь! Я с тобой! А кто обещал любить меня до гроба? Кто обещал защищать меня об всех напастей? А теперь- женщина отвернулась, опустила голову и добавила. - теперь ты хочешь превратить меня в свое подобие. Ты видел когда то во мне свой идеал? Или Гармадон опиши, сделал шаг назад. И перед его глазами замелькали воспоминания прошлых лет. То счастливое время, когда яд не поглотил его полностью. Когда Мисаки его любила. Да, тогда она любила его. Любила так, как никто не любил. Он вспомнил, как он был рад сыну и как они играли вечером в саду, за их небольшим, но уютным домом. Мисако смотрела за мужем со стороны: он схватился за голову, упал на колени. В его сердце, или точнее там, где оно должно быть что то загорелось, ярко, так что женщина отвернулась. Дальше женщина ничего не помнила, ее отнесло взрывной волной. Женщина очнулась, в окно светило солнце, она лежала в светлой комнате, на большой кровати. Мисаки села и оля делась вокруг. Ее внимание привлекла фотография, стоявшая на тумбочке возле кровати. На ней были: Ву, Гармадон, она сама, Ниндзя и ее сын. Гармадон больше всех привлек ее внимания. Он не был черным. Скорее он был немного бледен и казалось чего то не понимал. Тут этот самый мужчина с фотографии вошел в комнату с подносом. - Доброе утро, любимая. - сказал он, ставя поднос и целуя Мисако. Женщина схватилась за щеку, вспоминая порез от ножа, но его не оказалась и она непонимание посмотрела на мужа. - Что такое, Миса, ты сегодня сама не своя? - удивился Гармадон. - Но как же... - но женщина не договорила, в комнату ввалиллся Ллойд, с большим букетом цветов. - С днем рожденья Мамочка! - сын поцеловал мать в щеку. - О, совсем забыла. Спасибо, Ллойд. - Мисако, ты не договорила. Но как же что? - Мне приснился ужасный, ужасный сон. Но теперь, мы все вместе, все хорошо. - с этими словами Мисако обняла мужа и сына. Но страшные сны, очень похожие на реальность снились ей и впредь... Но это совсем другая история.