Здесь водятся драконы

Бильбо медленно полз по проходу к виднеющемуся вдали золотому сиянию, мысленно ругаясь на чем свет стоит для храбрости. Зверски хотелось хлебнуть из заветной фляжечки, но хоббит не рискнул: драконы обладают крайне чувствительным нюхом, и погибнуть только из-за того, что огнедышащий Змей Севера унюхал легкий аромат перегара, было бы очень грустно. Нервно поправив перевязь Жала, чтобы не мешал, хоббит неслышно пробирался в сокровищницу. Судя по данным, которые удалось добыть, дракон впал в спячку, и имелся неплохой шанс взять то, что надо, не привлекая ненужного и опасного внимания. Тяжко вздохнув и мысленно посетовав на свою горемычную судьбину, хоббит добрался до места назначения, осторожно выглянув из-за угла. В сокровищнице было пусто. Кругом, насколько было видно — а пещера оказалась просто громадной — высились холмы и горы золотых монет и ювелирных украшений. Слитки, затейливо сложенные фигурными стенками и пирамидами, притягивали взор. Сверкали блюда, в стратегических местах возвышались статуи, драгоценные камни слепили, сверкая гранями в странном рассеянном свете, исходящем непонятно откуда. Особенно привлекал здоровенный бриллиант, сияющий собственным светом. Бильбо шагнул вперед, привлеченный невероятным зрелищем, нога чуть соскользнула, и монетка съехала по своим подружкам, тихо звякнув. Хоббит замер, судорожно сглотнув, чувствуя, как волосы на теле — каждый волосок! — становятся дыбом, а по спине течет холодный пот. Но он же невидим! Ведь так?! Он резво отскочил в сторону, вот только прыжок цели не достиг — его сдавило со всех сторон чем-то длинным и тяжелым так, что грудная клетка затрещала. Бильбо сдавленно захрипел, а потом заскулил, когда груда золотых монет стекла вниз, открывая лежащего дракона, лениво оглядывающего пойманную добычу. Бильбо выпучился, понимая, почему не заметил ловушку: чешуя Змея была круглой и золотой, и неподвижно лежащее чудовище отлично сливалось по цвету и фактуре с наполняющими пещеру сокровищами. Смауг поднял хвост, которым обвил, словно питон, хоббита, и принюхался, после чего брезгливо отодвинул воняющего потом вора от морды. — Фу, вонючка, — прошелестел Смауг. — Да еще и наглая какая! Бильбо попытался что-то вякнуть, но сжавшиеся кольца хвоста на корню удушили эту попытку. — И что ты хотел украсть? — дракон прищурился, голова Бильбо едва не развалилась на части от накатившей волны боли. — Даже так… — с холодком протянул Змей. — Аркенстон… Ну-ну. Ни стыда ни совести. Да еще и… Смауг моргнул, поворачивая голову куда-то влево, прислушиваясь. Бильбо задергался, но все попытки выдраться из тесных объятий хвоста дракона были напрасными. Дракон плавно поднялся и, практически прижавшись к полу, быстро заскользил в боковой проход, так и не отпустив полуживого хоббита. Стены коридора пронеслись мимо, Бильбо, хекая и натужно дыша, вытянул шею, пытаясь увидеть, что же насторожило дракона. К его дикому изумлению и негодованию, внизу, из галереи, прорубленной под той, на которой сейчас расположился Смауг, торопливо выскакивали гномы во главе с Торином Дубощитом, бодро семеня к следующему отнорку. Хоббит аж заскрипел зубами от злобы: когда он выпустил этих придурков из эльфийской тюрьмы, обговаривая вознаграждение за сие благое дело, то не думал, что его так подставят. Бильбо договорился с Торином, что гномы уйдут от возможного преследования по реке, пока Бильбо добывает Аркенстон — ну и набивает карманы. Торин должен был пошуметь у горы, отвлекая Смауга на всякий случай — а то спячка спячкой, но подстраховаться никогда не помешает — и уйти, открывая дракону отличный вид на эльфов, которые рано или поздно, но обнаружили бы побег и ринулись в погоню. А там пусть остроухие воюют с этим ужасом как умеют, Торин с гномами обходит гору, идя на встречу с Гэндальфом, а Бильбо под шумок набивает карманы и вместительную сумку. Ну а там можно и дальше думать, что делать. Вместо этого гномы поперлись вглубь горы, судя по морде Торина — заявлять права на трон, сокровищницу и прочее. И судьба Бильбо их абсолютно не волновала. Тем временем гномы дружной толпой выбежали на мостик, соединяющий две галереи. Смауг хмыкнул, удобнее растопырил лапы, набрал воздуха в грудь, примерился и выплюнул длинную струю ослепительно-белого пламени, поведя мордой слева направо. Завизжавших гномов сожгло на месте, обугленные тушки попадали вниз, куда-то в темноту. Бильбо затошнило от резкой вони горелого мяса. Смауг принюхался, шевеля ноздрями. — Эх… Шашлычком запахло! — с явственно ощутимой ностальгией протянул дракон. — Мангальчик себе, что ли, соорудить? Бильбо под взглядом рассматривающего его с гастрономическим интересом ящера не выдержал и обмочился. Смауг брезгливо подержал его над пропастью, встряхнул, сдавив сильнее. Мир померк. Дракон бросил труп на пол, одним движением кончика когтя отрезал палец хоббита, стряхивая с него светящееся мягким золотистым светом кольцо. Оторвал с перил галереи металлический шар-украшение, прицелился и плюнул, проплавляя ямку, в которую тут же упало кольцо, после чего снова плюнул, запаивая отверстие. — Ну вот, — удовлетворенно пророкотал Смауг, зубасто скалясь. — Нечего мне мозги полоскать. Дождавшись, когда шар остынет, дракон подхватил его кончиком хвоста, направляясь в сокровищницу, при развороте ленивым толчком задней лапы спихнув труп Бильбо в темноту, в компанию к гномам. — Безвременно-безвременно, — мурлыкал под нос Смауг. — Вы туда, а я здесь. Я здесь, а вы туда! Хихикая под нос, дракон откопал сундук, в котором лежало ожерелье, закинул туда Аркенстон, захлопнул и задумчиво на него уставился. Покосился на шар, который продолжал держать хвостом. Вздохнул. — И вот оно мне надо? — риторически вопросил Смауг. Почесал лапой подбородок, решительно отодвинул сундук в сторону и принялся осуществлять раскопки. Результатом долгих и нудных поисков стала добротная кожаная сумочка, в которую металлический шар поместился с некоторым трудом. — Почему же вместо крыльев руки-крюки у меня, — меланхолично бормотал Смауг, цепляя сумку на шею — то еще занятие для дракона, хорошо хоть, ремень оказался достаточно длинным. Закончив со сборами, он завалил вход, через который пробрался хоббит, камнем — таким огромным, что даже сам дракон сдвигал его с напряжением — и неторопливо пополз вглубь. Через несколько часов он выполз совсем с другой стороны горы, расправил крылья и прыгнул в пропасть, восхищенно рыча. Сделав несколько петель, Смауг осмотрелся и полетел в только ему известном направлении. Путь для него оказался спокойным. Смауг летел очень высоко, так, что казался с земли птицей, и когда под ним заклокотал вулкан — отцепить сумку и прицельно бросить ее в жерло вместе с содержимым оказалось легко и просто. Обратное путешествие продлилось дольше — дракон пару раз закусывал пойманными животными, но все равно спешил домой. Пусть проходы он и перекрыл, но мало ли охочих до приключений придурков шляется вокруг? *** Трандуил, кисло скривившись, слушал отчет. Посланные по следам сбежавших гномов следопыты нашли свидетельства того, что беглецы пробрались в гору, где спал Смауг, и мудро отступили, поспешив с сообщением к королю, который маялся от головной боли: мало ему этих идиотов, так и сын чудит, а Тауриэль так и вовсе последних мозгов лишилась, вопя что-то о великой любви. К кому? К этому волосатому уроду, рыгающему пивом и воняющему немытым телом? Постыдилась бы! Мрачные размышления Трандуила прервал буквально влетевший в зал гонец, выпаливший сорванным голосом кошмарную новость. Смауг проснулся и приперся в гости, желая общаться. Волосы у короля встали дыбом. Следующие часы были хаосом: крики, шум, все куда-то бегут, что-то делают… Трандуил взгромоздился на лося и с фатализмом обреченного возглавил поход против чудовища, смирно сидящего на поляне в обнимку с каким-то подозрительного вида сундуком. Уже то, что чудище не вредило, а чего-то требовало, сводило с ума, а уж когда ошарашенный Трандуил через несколько часов непонимания и страха узрел содержимое сундука, несчастному эльфу показалось, что в мироздании что-то серьезно нарушилось. — Итак, — король с подозрением прищурился, — ты предлагаешь вернуть нам Сокровища в обмен на?.. — Гора и прилегающие к ней земли объявляются моим суверенным владением, — Смауг явно развлекался. — Я хочу, чтобы там жили мои подданные, которые будут оказывать мне услуги. — К примеру? — Поставлять мясо к моему столу, — облизнулся дракон. — Давно говядину с аджикой не ел! И не только ее. — А… — А мы заключим договор о взаимопомощи и сотрудничестве. Я с удовольствием прикрою эту границу в обмен на некоторые товары, — кокетливо улыбнулся Смауг, показав несколько рядов кошмарно острых зубов. — Хм! — Трандуил выпрямился, с интересом уставившись на явно подкованного в политике Змея. — На сколько лет договор? — Для начала на сто, — оптимистично предложил Смауг. — А там посмотрим. — М-м-м… — благосклонно шевельнул бровями эльф. Советники достали чернильницы и пергамент. — Итак. Я, Смауг, с одной стороны… Эльфы с королем во главе азартно торговались, дракон им не уступал. Мир ждали кардинальные перемены.