Ментоловые сигареты

Я влюблён в сказку, Хоть это и больно. И мне всё равно, потеряю ли я рассудок, Ведь я уже проклят…

Если бы кто-то однажды рассказал мне, что это произойдет именно со мной, то я бы просто расхохоталась этому наглому шутнику в лицо, ведь такого со мной просто не могло быть. Правда ведь нет? Но судьба видимо считала иначе. Чармер быстро шла по мостовой, желая скорее оказаться дома. Слезы застилали глаза девушки. Ее лучшая подруга — Эмма, наконец, выходила замуж. Счастливое событие, не так ли? Именно в этом Лилак пыталась убедить себя, но червячок зависти вгрызался сильнее, не желая ее отпускать. Да и как она может перестать завидовать, если подруга выходила замуж за свою близкую родную душу, за своего соулмейта. Перед глазами иногда всплывала картина, как ее два лучших друга — Эмма и Джон, случайно касаются друг друга. На их лицах был такой фейерверк эмоций, что ей впервые так стало завидно. Тогда Эмма пообещала ей, что она обязательно почувствует то же самое, стоит лишь немного подождать. Вот Лилак шестнадцать, и она счастливо улыбается, ожидая своего часа, своего соулмейта. Вот Лилак семнадцать, улыбка начинает потихоньку меркнуть, а внутри нее все так же бьется надежда. Вот Лилак восемнадцать, улыбка исчезает и остается лишь грусть. Вот Лилак девятнадцать и она уже больше не верит в счастливый конец. Совсем немного осталось до ее двадцатилетия, и она уже никогда больше не встретит своего соулмейта. Это сводило ее с ума. Но, в конце концов, ведь было много людей, которые так и не нашли соулмейтов, ведь так? Она много раз повторяла это у себя в голове, но теперь от этого становилось еще горче. Словно она была какой-то бракованной. Подруга иногда смотрела на нее с такой жалостью, что ей становилось еще противней. Но Чармер лишь оставалось проглотить этот ком в горле и счастливо улыбнуться подруге. Эмма смотрела на нее недоверчиво, но не приставала с вопросами, чему Лилак была очень рада. Потому что она вряд ли бы смогла сдержаться. Чармер остановилась и посмотрела на заходящее солнце. Эмма описывала закат, как нечто превосходное, полное ярких красок. Но разве Чармер смогла бы ее понять? Для нее он так и остался обычным — лишь светло-серые пятна. Ее жизнь можно было описать очень коротко — пятьдесят оттенков серого, и это не имело ничего общего с тем пошлым фильмом, который однажды посмотрела девушка. Лилак опустила взгляд и увидела глубоководную реку, которая уже сейчас приобрела черный цвет. Сильное течение сносило мусор, плавающий в реке. У Чармер возникло непреодолимое желание оказаться там же. — «А вот и мысли о суициде,» — горько усмехнулась девушка. Честно говоря, они и раньше посещали девушку, но лишь где-то на периферии сознания. Тогда Лилак старалась не отчаиваться, а сейчас… Сейчас сил уже не оставалось. — «Если не хочешь подумать о себе, то подумай хотя бы о родителях,» — настойчиво говорил ей внутренний голос. Ее родители не были соулмейтами, но они все же любили друг друга. Раньше Чармер часто просила маму рассказывать сказки о счастливой любви. Тогда в маминых глазах что-то блестело, но маленькая Лилак не могла понимать всех эмоций. Со временем ей пришло осознание. Со временем она поняла, что ее родители не были соулмейтами, а лишь любили друг друга. В их глазах сквозила грусть, но они не отчаивались. — «Ты должна быть такой же сильной, как и они,» — убеждала себя Чармер, но это вновь мало помогало. Размышляя о своих проблемах, Лилак даже не заметила, что довольно сильно свесилась с моста, словно пытаясь что-то разглядеть в темной, антрацитовой воде. Потеряв равновесие, девушка неловко замахала ногами, стараясь найти устойчивую опору. — «Неужели я так глупо умру?» — задавалась вопросом Чармер. Однако кто-то довольно сильно обхватил ее за туловище, не позволяя упасть ей в реку. Вот только удержать неизвестный ее почему-то не смог, поэтому она упала, больно ударившись головой о камень мостовой.

***

Чармер пришла в себя не скоро. Она заметила едва забрезживший свет, который пробивался через штору из окна. Лилак не хотела открывать глаза, ведь хоровод черных точек так и прыгал перед ее глазами, а тошнота так и не хотела отпускать, все-таки она неплохо приложилась головой об камень. Когда она почувствовала себя чуть получше, то она резко поняла, что находится совсем не там, где отрубилась. Страх начал потихоньку завладевать ей. Ей не хотелось открывать глаз. — «Тебе стоит рано или поздно это сделать все равно,» — начала уговаривать себя девушка. Решившись, она приоткрыла один глаз и поняла, что находится в неизвестной комнате. Везде был какой-то хлам, а обстановка отнюдь не дышала приветливостью. — Очнулась… — произнес холодный мужской голос за ее спиной. По ее спине потек холодный пот, ведь девушка не могла себя чем-то выдать. Медленно повернувшись, Лилак увидела мужчину в бело-черной маске. Он был в рваных джинсах, в какой-то светлой куртке. Можно было подумать, что ничего особенного в нем не было, не считая, конечно, маски, но на его одежде была грязь, подозрительно походившая на кровь. Чармер, конечно, могла ошибаться, но интуиция вопила ей о том, что она права. — К-кто вы? Где я? — Лилак могла задать сотню вопросов, но она решила начать почему-то с них. — Заткнись, — оборвал ее мужчина. Он достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Он неспеша вытянул одну и поджег ее. Сделав большую затяжку, он выдохнул дым. Почувствовав запах, у Лилак появилось непреодолимое желание забрать сигарету у неизвестного и самой сделать затяжку, чтобы успокоить расшатанные нервы. Вот только ее пачка ментоловых сигарет лежала в сумке, а ее рядом не наблюдалось. — Решила покончить жизнь самоубийством? — насмешливо спросил мужчина. — Нет! — вскинулась Лилак. Он всего лишь расхохотался на ее реплику, абсолютно не веря ей. Слишком многое он повидал, слишком… — Не лги. Ты, как и многие дурочки, не нашли своего соулмейта и поэтому решила закончить жизнь самоубийством. Больше всего ненавижу таких, — протянул он с ненавистью. — А знаешь, что я с ними делаю? — Т-так почему ты просто не столкнул меня? — догадавшись, произнесла Лилак. — Так неинтересно, — мужчина вытащил сигарету из-за рта и неприятно улыбнулся. — «Вот так и умрешь ты, Чармер. Пусть ты и думала о смерти, но только сейчас ты осознаешь, что совсем не хочешь этого,» — горько думала девушка, — " А он? Он нашел своего соулмейта? Вряд ли. Может быть, тогда он бы не был таким?» — А мне положено предсмертное желание? — уж ни на что не надеясь, спросила Чармер. — Только не проси оставить тебя в живых. — едко ответил он. Лилак промолчала. Ведь она хотела абсолютно не этого. Она медленно встала с кровати, стараясь как можно быстрее приблизиться к нему, словно боясь, что он передумает, что он не на секунду не сомневаясь, всадит ей нож в глотку. Чармер, конечно, могла прикоснуться к руке, но ей хотелось затронуть его лицо, которое надёжно скрывала маска. -"Как хорошо, что он пока не до конца осознает моих намерений. Он бы подумал, что я совсем уже сошла с ума,» — усмехнулась своим мыслям Лилак. Почти зажмурившись, Чармер потянула свои холодные пальца и коснулась его. Ей было страшно открывать глаза, но тут она услышала, как резко выдохнул он. Чуть приоткрыв глаза, она почувствовала, как роговицу начало нестерпимо жечь. В глазах зарябило, и словно по волшебству, мир начал окрашиваться разными красками. Серый цвет стремительно покидал их жизнь. Лилак подняла глаза и встретилась с взглядом светло-карих глаз. В них горела толика безумия, немного радости и что-то еще, пока незнакомое ей. Ее сердце начало биться чаще, и, наконец, девушка почувствовала тот самый фейерверк эмоций, который обещала ей подруга. Она почувствовала, что по ее щекам течет что-то теплое, но через несколько секунд она поняла, что это были ее собственные слезы. Чармер впервые была счастлива, пусть и ее соулмейт был убийцей. Судьба и вправду была порой жестокой, но и в этот раз она не смогла противиться самому прекрасному чувству.