Пятничная патичка

Пятница - международный день алкашей, проходящий каждую неделю. Сегодня именно пятница. Зико не особо любил пятницы, порой отмахиваясь от любящих выпить друзей, и торчал в студии весь вечер в ожидании субботы. Не то чтобы он не любил выпить, просто от алкоголя его организм мог вытворять неожиданные вещи, на которые обычного "фэйспалма" было мало. Так, в прошлый раз по пьяни он очнулся в неизвестном районе Сеула у андеграундных корешей, и все было бы нормально, если бы только он не проснулся с лампочкой во рту. Вскоре, в похмельном состоянии его потащили в травмпункт, и доктор, дабы достать сей предмет, вмазал Чихо по челюсти ребром ладони так, что тот полдня его закрыть не мог. Но на удивление лампочку изъяли. Однако, в этот раз как-то не вышло, не получилось, не сложилось. А все потому, что он даже не успел выйти из дома, как его под локти схватил Енгук и уволок в закат. Собственно, когда Чихо оказался у старшего дома, деваться было некуда - помимо них в комнате сидело одиннадцать мужиков с бутылками соджу и пряниками в руках. Это он уже потом узнал, что ничего съестного кроме крендельков в доме нет. На халяву и уксус сладкий, поэтому особо возмущаться не пришлось. В полумраке и едком клубе кальянного дыма, Зико, чуть ли не по левой пятке правой ноги, узнал своих горе-друзей из общаги. Кто были остальные, догадываться долго не пришлось - Енгук уже вовсю орал на младших алкоголиков в своей семье, а потом все же плюнул на это дело, попутно коря себя за то, что спаивает ребенка. Ребенок, в свою очередь, от старших не отставал, даже наоборот, перегнал, обозвав Тэиля стариком и поспорив на то, кто больше выпьет. Тэиль проиграл. В общем, видя такое дело, Чихо сдался с потрохами, но перед этим обратил на себя все оставшееся внимание невменяемых и громогласно заявил: "Вы об этом еще пожалеете". Жалеть долго не пришлось. Дойдя до нужной кондиции и выкурив все, что только можно было, любой человеческий мозг говорит "аревидерчи", машет беленьким платочком и уходит в темный угол черепной коробки. Вон там на кресле, например, вовсю сосутся Химчан с Дэхеном. А вон там Зело присасывает стакан губами. Правее, Пио восседает на заднице Тэиля и рисует ему карикатуру на акулу на спине акварельными красками, но это, скорее, не акула, а большой зубастый член. Кён от тоски начал расчленять найденный им огурец, приговаривая "сколько же я от тебя натерпелся, ублюдок зеленый", и пытался накормить им собаку Джехе, которую, видимо, выцепили на прогулке в парке. Где-то в коридоре слышались звуки махача с отборными матами - это ольджан пытался догнать Минхека и нацепить ему на уши свои вонючие носки, под предлогом того, что он будет похож на заиньку и они скрасят его суровость. Ендже в этой охоте за дичью успел перегнать старшего и уже было хотел схватить Би-Бомба за шкирку, как тут же неудачно запнулся и, пытаясь удержатся, содрал с него штаны. В доли секунды из-за дивана показалась голова Юквона, у которого, видимо, встроен радар на голую задницу хёна. Этот ненормальный начал присвистывать и недвусмысленно строить глазки Минхеку, который ползком пытался добраться до шкафа и засесть там на целые добрые сутки. А вот Чоноп, например, самый адекватный, решил заняться йогой прямо на столе вместе с пустыми бутылками. В конечном итоге он так перетрудился, что его даже отличная растяжка не спасла - ногу защемило прямо тогда, когда он закинул ее за шею. Что же делают оставшиеся два идиота, остается только догадываться. Зико, будучи уже довольно в хлам, запутался в тюле. А все потому, что ему приспичило подышать свежим воздухом. Конечно, окно выходящее на дорогу и свежий воздух в час пик вечером - это жестко. Но жестче было то, что Зико с карнизом оборвал тюль из-за неудачных попыток выбраться из нее. Тут же продемонстрировав все свое умение танцевать вальс, он удачно наткнулся на Енгука. Этот от остальных не отставал и пытался найти себе пару на медленный танец, а тут такая дама в белом подвернулась. Когда он начал кружить ее вокруг своей оси, до него дошло, что даме это не особо нравится. - Выпусти меня отсюда! - Ой, Зикуль, это ты. Не признал. А говорил танцевать не умеешь,- причмокивая как бабка, мямлил старший, попутно выпутывая Чихо из тюля. - Ты как раз вовремя появился, я хотел у тебя Тэиля одолжить, а то у меня некоторые в партиях лажают, - Енгук неоднозначно подергал головой в сторону Ендже. - Да как нехуй! Забирай! Ты только дай мне Зело поюзать. У нее и рэп хороший, и ноги от ушей, девица-красавица прям. - Дебил, это парень. Хотя сейчас готов усомниться... - Банг покосил взгляд на Чунхона, который от безысходности напялил юбку, забытую аджумой из стаффа. - Ну а я о чем, - ликующе ответил Чихо, смотря на то, как младший крутил задницей у зеркала. - Он мне еще нужен... - Ну и Тэиля не отдам тогда. - Тогда, давай скрепим наше братство браком и все будет поровну! Подслушав этот разговор, мимо проходящий Пио на радостях расцвел: - Мама и папа собираются жениться! И тут время остановилось. Химчан перестал ставить засосы на шее Дэхена. С Зело спала юбка, которая была на два размера больше. Тэиль от неожиданности стер все художества макнэ. Кен перестал выбрасывать из окна один за другим огурцы и при этом гадко хихикать. Джехе уронил на пол мокрые после стирки носки, так как Минхек пообещал их одеть только чистыми. Ендже и Юквон перестали дергать за ручки шкафа, где по идее сидел Би-Бомб. То, что нарушило тишину - это ебнувшийся со стола Чоноп. Дверцы шкафа внезапно отворились и ударили по носу двух караулящих их маньяков. Это вылез Минхек и заявил: - Пойду принесу туалетную бумагу! - Чувак, мы обсираться не собираемся... -ответил кто-то из толпы. - Посрать всегда успеем. Это чтобы брачный контракт составить. - А, ну да, туалетной бумаги как раз таки хватит, а в случае чего и жопу есть чем подтереть, - донесся с пола голос Ендже. - Нет, подождите, как это жениться? - В один голос прокричали Химчан с Кеном. - Замолчите все. Это очень выгодная партия. Я буду вас женить, - сказал как отрезал Тэиль. Собственно, мнения Чихо никто и не спрашивал. Его замотали обратно в тюль, прикинув, что это будет лучший вариант для платья. - Дэхен, тащи тот пакет с крабовыми чипсами. Они кругленькие, как раз вместо колец будут. Через минуту кольца были готовы, священник под видом Тэиля малевал каракули пятилетнего ребенка на туалетной бумаге, Енгук довольно лыбился, а Зико растеряно хлопал глазами. Ну что ж, от судьбы не убежишь. - Объявляю вас... Мужем и мужем! - Тэиль от радости раскинул руки в стороны, затем плашмя упал на спину и мирно засопел. Зело, которого и без того штормило, переступил через свернувшегося калачиком Тэиля и заорал: - Празднуем! Пока все остальные возились с новой партией бутылок, Чихо безпалевно засунул палец в рот и стянул свое колечко, громко хрустя. Енгук, увидев такое дело, открыл рот от возмущения, а Зико невинно пожал плечами и пританцовывая прошел к столу. Через пару минут торжества, гости в лице Кена начали делить невесту. Разумеется, никто ее отдавать не хотел, потому недовольных свернули шаурмой в шторы и засунули в рот огурец. Утром в комнатушке обнаружилось что-то отдаленно напоминающее мебель и товарищей по группам. Первым делом со стонами очнулась уже жена-алкоголичка и пнула под бок своего новоиспеченного муженька. - Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? - Это, - махнул рукой Енгук, - наша дружная семья. Чихо с трудом обвел комнату взглядом и поморщился так, будто съел авоську лаймов. - Жена, где мои пельмени в постель? - Во рту твоем я пельмени варил! Зико схватил удачно забытый рулон туалетной бумаги и побежал к нужнику. - Стой! Это наш брачный контракт! Но младший лишь с силой захлопнул за собой дверь и с истерией заорал: - Будет чем зад подтереть! Ебал я ваши пятницы, алкаши сраные!