How It Would Happen

I Так это представлял Джон Ватсон. В полночь на Бейкер-стрит телефон оповестил бы о сообщении. Таком же, как и все остальные — Я не голодна, давайте поужинаем. Мне грустно, давайте поужинаем. Мне скучно, давайте поужинаем. Отличалось бы не его содержимое, а реакция Детектива. Джон видел, как загорелись его глаза в тот день, когда его телефон загудел, стоном оповестив об смс. Когда признал, что до сих пор думает о ней, и что даже иногда ей отвечает. Джон полагал, что они явно что-то чувствовали друг к другу, и что вскоре Шерлок все-таки вскоре сломается. И когда это произойдет, их игра продолжится. Она станет настоящей. Каждый раз, когда Ватсон возвращался в своё прежнее жилище на Бейкер-стрит и никого там не не находил , он задумывался, с ней ли сейчас Шерлок. А что если однажды он, войдя в ихквартиру, обнаружит Ирэн Адлер — скорее всего голую — растянувшуюся на их диване, или их двоих, умостившихся у Шерлока в спальне? Ведь между ними было явно нечто большее, чем просто игра, и они оба живы, хоть и не должны быть. Как они могут просто игнорировать эту связь? — Она ждет этого, ты ей нравишься и она жива! Ты что, вообще не понимаешь, как тебе повезло? Эта Женщина никогда ему особо не нравилась, но он был бы не против, если бы Шерлок завел с ней роман. Глубоко внутри Джон даже на это надеялся. Он помнил ночи, когда они верили, что Адлер мертва, этот мрак, наполненный мелодией Шерлока... он помнил боль своей собственной утраты, которая никак не покидала его сознание. Гибель Мэри. Последние минуты её жизни в его руках. Агония. Доктор чертовски надеялся, что это произойдет. Он сделает что угодно, чтобы его лучший друг не потерял её по-настоящему. Что угодно, чтобы он не испытал такую знакомую боль от потери любимой. II Так это представлял Майкрофт Холмс. Майкрофт заметил, насколько равнодушно Шерлок воспринял новость о смерти Ирэн Адлер, поэтому он ни на секунду не поверил в её достоверность. Очевидно, что его брат ею восхищался. И хотя сантименты и привязанности были чужды Майкрофту, он был уверен, что мужчина не может спокойно принять смерть некогда любимой женщины. Ему было интересно, когда она появится, если это, конечно, вообще произойдет. Нагрянет ли она в Лондон с новой игрой, вновь связывая им руки? Или она устроит хаос в другом месте, другой стране, оставляя беспорядок, который по силам убрать лишь братьям Холмс? Но со временем, которое успело принести знакомство и прощание с Мэри Ватсон, вернувшуюся зависимость Шерлока и бесчисленные сообщения от Ирэн Адлер, Майкрофт кое-что понял. Cкорее всего, если Адлер вернется, её целью будет не Британское Правительство, а его брат. Майкрофт помнил, с какой легкостью Ирэн играла с чувствами Шерлока, дабы заполучить желаемое. Так, словно для неё это были игрушки. Теперь, после столкновения со смертью, Шерлок был особенно уязвим. А Майкрофт уверен: она вновь начнет действовать. Преодолеет его незримые баррикады, заманит в свою паутину, изводя его, притворяясь, что любит, а затем просто использует и бросит. Падение с такой высоты для Шерлока будет губительней кокаина.. Он усилил наблюдение и за своим братом, и за Ирэн Адлер, как только услышал о её последнем сообщении. III Так это представляла Доминантка. Она часто ему писала. По правде говоря, слишком часто. Праздники. Дни рождения. Разные годовщины: их первой встречи, её смерти, ночи в Хитроу, когда все закончилось, и ночи в Карачи, когда все вновь началось. А иногда и вовсе без повода. Мертвецы достаточно одиноки. Иногда даже ей нужно было с кем-нибудь этим поделиться. Вначале она планировала вернуться на Бейкер-стрит, как только последствия её преступлений улетучатся. Она бы прошлась по улицам Лондона, пробралась бы в его квартиру и, как раньше, принялась бы ждать Шерлока в его собственной постели. Но в этот раз, после горечи предательства и эйфории от её спасения, он бы не смог устоять, не так ли? Однако он разрушил её планы, якобы умерев. Она подумывала о том, чтобы отправиться с ним в это путешествие, предложить свою помощь, чем бы он там не занимался. Однако за призраками не так уж просто угнаться. Каждый раз, когда она думала, что вот-вот настигнет его, он испарялся. Прошло много времени. Она осталась в мире мёртвых, а он вернулся к живым. Она писала, а он не отвечал. Конечно, были и случаи, когда ей удавалось вытянуть из него приветствие или даже несколько предложений. Но он никогда не присылал больше одного сообщения и никогда не давал надежды вновь его увидеть. Спустя какое-то время его молчание перестало её ранить. И все же она не оставила свои попытки. В глубине души она понимала, что он что-то к ней испытывал, но не знала, насколько сильным было это чувство. Но она цеплялась за эту мысль, отправляя каждое сообщение, оставляя розу в его больничной палате, присылая цветы на похороны жены Джона. — Ну же, мистер Холмс, — она тихонько молила, потому что когда-то он её об этом просил, — вы же знаете, что хотите этого. Сыграйте со мной. И наконец, в один морозный январский день, она отправила: С днем рождения, Мистер Холмс. Позвольте мне устроить Вам ужин. От такого он просто не мог отказаться. Это была бы памятная ночь, которая бы его одухотворила, свела бы их вместе после стольких лет игр в кошки-мышки. Пятизвездочный ресторан. Золотые люстры. Его костюм, её черное платье. Голубая подводка. Красное вино. Ужин - во всех смыслах. Но даже это сообщение, как и все остальные, осталось без ответа. IV Так это представлял Детектив. Он не был сторонником сантиментов , но сказать, что он не надеялся увидеть её вновь после Карачи, было бы враньем. Он же для чего-то её спас. А ещё сохранил её телефон. Он видел, что с ним происходит, но все равно отрицал, что может испытывать столь презренное им чувство. Это была просто привязанность! Он просто привык к их играм, к тому, что находиться рядом с ней лучше, чем принимать наркотики. Неудобно конечно, но не смертельно. Он жил годами без кокаина и героина. И он точно может прожить без Ирэн Адлер. Но, наверное, ему просто этого не хотелось. Он даже хотел найти её во время своей мнимой смерти. Предложить поработать с ним, как это делал Джон в Лондоне. Но даже подобная мысль об Этой Женщине отвлекала его. Её присутствие сделало бы только хуже. Поэтому он разрешал себе думать о ней лишь одинокоми бессоными ночами. Их встреча бы бы довольно занятной. Словесный поединок, её неутомимые предложения поужинать. И возможно он даже сводит её в какое-нибудь заведение в Париже, но уйдет к концу вечера, оставив её с бутылкой шампанского и поцелуем в щеку — обещанием того, что могло бы произойти. Встреча взглядами, её красная помада, проблеск крови на его щеке после встречи с людьми Мориарти. Он не знал, мог ли любить, хотел ли этого, но если бы Эта Женщина была его... это было бы ужасно. Хотя иногда он думал о том, как бы они расследовали вместе преступления, что бы было, если бы он отвечал на её сообщения. Эти же мысли помогли ему в тот момент, когда он был глубоко травмирован из-за Мэри, Калвертона и едва вернулся живым из ада. Когда казалось, что вокруг него рушится весь мир, он прибегал к своим чертогам разума, где восседала Доминантка. Несколько раз, проснувшись посреди ночи, когда его тело изнывало от ломки, он видел ее, слышал её голос. Но она всегда была лишь туманной галлюцинацией. И когда он наконец-то был чист, когда прочитал последнее её сообщение, он решил, что всё же мечтам лучше оставаться мечтами. Ибо он не знал, чувствовала ли Эта Женщина то же самое, не знал, будет ли реальность такой же прекрасной, как и его воображение. V Вот что произошло на самом деле. Терминалы аэропорта Хитроу еще никогда не были так загружены. Множество рейсов, отправляющихся во все стороны света, тысячи людей, передвигающихся с билетами по коридорам. Если бы Шерлок приехал раньше, как и хотел, он бы её не встретил. Если бы Ирэн провела еще один день с Кейт в Лондоне, имея лишнюю возможность случайно наткнуться на мистера Холмса, она бы его не встретила. Шерлок Холмс, после долгих недель реабилитации, наконец-то вернулся к работе и направлялся расследовать дело в Рим. Ирэн Адлер, после краткого визита в Лондон, направлялась в Америку, где вновь изменит имя и внешность ради собственной безопасности. Их пути не должны были пересечься. В этом океане людей они не должны были найти друг друга. Но на секунду звезды сошлись. В самом эпицентре бури, когда Ирэн искала свой рейс на информационном табло, пытаясь побороть желание обернуться, она увидела его. Его темные кудри, темное пальто от Белстафф, которое когда-то и она примеряла. В этой толпе был он, с паспортом в руках и намерением решить ещё одну головоломку. Она не могла поверить в своё везение. Внутри неё вновь зародилась надежда. — Мистер Холмс, — её голос потерялся среди гула толпы. И как будто они были соединены невидимой нитью, как только она позвала его, Шерлок почувствовал небольшое покалывание в груди. Он обернулся. И вот, в нескольких футах от него стояла Ирэн Адлер — призрак среди живых. В маскировке, которая отличалась от её привычного образа, слегка потрёпана за время в бегах, но все же она безусловно была Этой Женщиной. Они оба сделали шаг навстречу друг другу. Столько слов между ними остались несказанными: спасибо, привет, прощай, ненавижу тебя, люблю, почему? почему? почему?— но ни одно из них не казалось подходящим. Ирэн начала в привычном тоне: — Ужин? — слегка улыбнувшись сказала она. Женщина прикоснулась к его лицу, проводя своим наманикюренным пальчиком вниз по щеке. Его глаза чем-то горели, но все же он ответил не то, что они оба хотели услышать. — Ни в коем случае, Женщина, — пробубнил он с небольшим смешком. Но перед тем как уйти, он, в знак почтения к своей королеве, поцеловал ей руку. Он преклонялся перед ней. И почему-то этого было достаточно.