Любовь и Крылья

Зимняя дорога была скучна и однообразна. Они выехали утром, с таким расчетом, чтобы к вечеру быть на месте. В машине их всего трое: водитель и Макс с Маром. Мар такой лапочка в этой одежде. На нем короткая белая приталенная дубленка. По плечам рассыпаны черные волосы. Контраст восхитительный. Плюс еще зауженные джинсы и пушистый белый свитер. Одежда унисекс, но все же больше девчачья. Оно понятно, Макс собирался познакомить маму с «невестой», а не с «женихом». Только сейчас Мар в мужском облике, и это смотрелось… мило! — Макс, чего ты лыбишься? — шутливо стукнул Мар по плечу. — Тебе идет белый цвет, — Макс сгреб его в охапку и поцеловал. Ну и пусть водитель смотрит. Он — мой! — Наверное поэтому у тебя крылья белые? — Нет. Цвет крыльев зависит от магии, а не от волос или глаз. — А у меня почему черные? — Потому что магии мало. — Расскажи, а? — Ладно, — вздохнул Мар и поудобнее устроил голову на плече у Макса. — В общем так. О том, что существует несколько, а точнее девять, кланов айман, ты уже знаешь. И основное различие между кланами — это магические способности. Наш клан называется Каритан. И да, это в том числе и фамилия. Так при знакомстве сразу понятно, кто откуда. Так вот, наш клан специализируется на ментальной магии. — Внушение? — Да, наши спецы способны накладывать материальные иллюзии. Это позволяет кланам жить полноценной жизнью, летать в небе и не испытывать проблем с повышенным вниманием. — Как это? — Аэроклубы, парапланеристы, парашютисты. Качественно наложенная иллюзия заставляет людей видеть вместо крыльев то, что мы хотим показать. Сколько раз ты видел в «Зеленом Бору» полеты на парапланах? — Да почти каждый день, — вспомнил я жаркий пляж и вездесущих летунов. — Так вот, я тебя удивлю, но ты НИ РАЗУ не видел парапланериста! Ты видел полеты айман. Молодняка из нашего клана. Но это те, кто уже умеет. У нас есть специальные клубы, где учат летать весь молодняк из любых кланов. Люди снимают все и везде, а в некоторых ракурсах иллюзия расплывается. Поэтому и интернета у нас нет, чтобы сразу не выкладывали. А когда туристы покидают санаторий, специальный сканер портит записи. — Так вот почему у меня фотографий не оказалось? — Да, это наша предосторожность. Но возвращаясь к кланам. Мы менталы и иллюзоры. Цвет крыльев Каритан варьируется от дымчато-голубого до темно-серого. Чем бледнее цвет, тем сильнее магия.       Клан Виртан — иллюзоры ароматов. Их Мастера способны синтезировать феромон, идеально подходящий любому айману. Чаще всего к помощи таких Мастеров прибегают, когда айман не может сам перекинуться. Затянувшийся перекид может убить, и тогда используют «проводника», что с помощью феромонов насильно оборачивает аймана. Но иногда их Мастера «шакалят», насильно привязывая и забирая в свой клан перспективных айман. С атакой такого Мастера мы и столкнулись с тобой в парке. Цвет крыльев Виртан — от желтого до терракотового.       Клан Салим — воины, боевики. Цвет — розовый — бордовый. Ну и так далее. Но это не значит, что в клане только одна магия. У нас есть и воины, и Мастера. А в других кланах есть менталы, но их уровень гораздо ниже, чем у клановых. Как я уже сказал, чем светлее цвет, тем сильнее магия. А какой цвет самый светлый среди всех? — Белый! — Да. Белые крылья — это соблазн для любого клана. Из-за белых крыльев моего папы и началась клановая война в девяностые. Не всем понравилось, что Влад выбрал отца. Поэтому Кира и убили в надежде, что папа погорюет и найдет другого. Но родился я, и папа не захотел больше заключать брак. А теперь и у меня белые крылья. — То есть, меня тоже могут попытаться убить? — Тебя — нет. Ты моя истинная пара. Это любой айман увидит. Если сразу ты еще мог от меня отказаться и я бы пережил, то теперь, когда союз заключен, это бесполезно. Не станет тебя — умру и я. Одно дело рискнуть с надеждой на успех, и совсем другое — рисковать зря. Нет, в кланах идиотов нет. Ну, а твои крылья… — Черные. Самый минимум магии и я, кроме тебя, никому не нужен! Мар расхохотался. — Ты высказал самую главную мысль. Ты нужен мне!

***

В город въехали уже в темноте. Знакомые с детства улицы были освещены мертвенно-бледным светом диодных фонарей. Макс не любил их. То ли дело те, старые с «лампочкой Ильича», что отбрасывали на чистый белый снег уютные желтые круги. От них веяло домом, детством, а эти… Сплошная казенщина, как в больнице. Три внедорожника припарковались на расчищенной площадке перед старой трехэтажкой. Обшарпанные стены, мрачные подъезды, пустой неуютный двор. Сколько таких домов стоят по окраинам. Кто-то скажет — развалюха. И будет не прав. Квартиры большие, теплые, светлые. Продуманная планировка и толстые стены. Тебя не беспокоит храп соседа, а его — твоя гитара. Этому дому бы ремонт косметический, крышу заменить, двор облагородить. И простоит он еще шестьдесят лет, и даст фору любой новостройке! На этаж поднялись вчетвером. Макс и Марик. Нет, уже Марийка. Стас и Вик (а). Родная дверь, мелодичный звонок, легкий щелчок замка… — Мама! Ну почему ты опять не спрашиваешь: «кто»? — Максим? Заходи, — равнодушно сказала Электра и направилась в кухню. — Не понял, — выдохнул Макс. — Подожди! Дай мне пару минут, — положил руку на плечо Вик и прошел вслед за ней. Пока остальные раздевались, из кухни донесся удивленный возглас: — Приехал?! И тут же в коридор выбежала мать. — Макс! Максимка! Приехал наконец-то! — Да, мам, приехал. И не один. Знакомься, это Марийка — моя невеста!

***

Этот Новый Год Максиму запомнился суетой и бесконечными встречами. Родственники, друзья, соседи, все норовили взглянуть на невесту. А Марийке достаточно было улыбнуться, чтобы сразу завоевать симпатию и расположение. — Мар, ты что, своей магией пользуешься? — даже как-то раз спросил, не выдержав всеобщего обожания, Макс. — Зачем? Я и так справляюсь, — рассмеялся он. Часы на городской площади отсчитывали последние секунды уходящего года. А Макс смотрел на Мара и думал, что судьба — странная штука. Вот стоит парень, даже не человек, а все видят симпатичную девушку. В небе летают крылатые айманы, но окружающие видят планеристов. Так может и в воде плавают русалки, а все принимают их за водолазов, или в лесах водятся лешие, в которых видят медведей? Почему? Почему люди так слепы и глухи стали? Вон парочка стоит… Девушке плохо, она совсем замерзла в тонких, но красивых сапожках, которые она надела для него. А ее парень это не замечает. Он-то в меховых ботинках. Ему тепло и удобно. А там — мать с ребенком. Сынишка уже валится с ног от усталости, а мамаша тащит его на горку. Еще чуть-чуть — и он расплачется. Так и есть! А эта «матьего» — орёт и ругает, вместо того, чтобы отвести его домой и положить спать. Неужели какой-то салют ей важнее сына? Хм, вот это уже интересно. Мужик, парень и ребенок. Вроде как отец с сыновьями. Только мужик слишком нежно смотрит на парня. Даже перчатки свои снял — ему отдал. А мальчишку на руки подхватил. Похоже, домой собираются… — На кого ты там так смотришь? — спросил Мар, повисая на шее. — Да вон, троица странная. Вроде как отец с детьми, а вроде нет. Проследив взглядом направление, Мар фыркнул. — Оборотни! — Э, какие такие оборотни? — Самые обычные. Судя по гибкой фигуре — кто-то из кошачьих. Альфа с омежкой и их сын. А ты, я смотрю, видеть начал? Это хорошо. Значит клановый дар у тебя будет. В этот момент часы грохнули первым раз. Макс обнял Мара и втянул его в долгий поцелуй, на все двенадцать ударов. Каждый из них загадал желание. Только вот оказалось оно — одно на двоих.