Mafia Game

"...I'm paralyzed Where is the real me? I'm lost and it kills me - inside I'm paralyzed When did I become so cold? When did I become ashamed? (Ooh) Where's the person that I know? They must have left They must have left With all my faith..." Paralyzed- NF

ОТ АВТОРА

      Воспоминания. Они так многогранны по своей сущности, что нельзя сказать хорошо ли это или плохо. Одни могут причинить боль, а другие могут заставить улыбаться, лишь краем вспомнив об их существовании. От них нельзя убежать, они будут преследовать тебя до самого конца. Они будут возникать из неоткуда или же если что-то напомнит о твоих моментах жизни. От одних будет тепло, а от некоторых будет сдавливать грудную клетку, перекрывая воздух и заставляя горькие слезы течь по твоим щекам, оставляя после себя влажные следы. Ты попытаешься скрыться от них, но это невозможно. Воспоминания- твоя тень.

POV:Скотт

      Весь путь мы проехали молча. Стайлз был погружен в свои собственные мысли, смотря в окно машины. И так происходит всегда, когда он видит этот темный прогнивший район. Будто его вид что-то переключает в парне, и Стилински погружается в мысли. Я пытался спрашивать об этом, но получал лишь фальшивую улыбку и сухие ответы о том, что не стоит переживать по этому поводу. Но я видел, как меняется его лицо. Медовые глаза мимолетно тускнеют, кожа становится бледной и, что самое странное, он перестает говорить. Но через некоторое время все снова становится нормальным, что в одно время очень пугает...       Проехав еще пару километров мы остановились напротив дома, что был почти на окраине темной стороны Нью-Йорка. Я надеялся на то, что адрес был ошибочным, но Айзек сам сказал, что Мередит Штраус работала в этом районе, а из светлой стороны никто бы не отдал туда ребенка по желанию, так что ничего оставалось делать, как выйти из машины и отправится к зданию. Я посмотрел мимолетно на Стайлза. Тот лишь глядел себе под ноги, совсем не желая поднять взгляда. "Снова задумался...",- подумал я и слегка покачал головой. Подняв глаза, я начал осматривать пейзаж местности. Все было так, как и в разговорах сотрудников или обычных знакомых. Небо, что даже ни на минуту не пропускает лучи солнца упасть на холодный асфальт, деревья, которые не смотря на время года уже потеряли свои листья и в принципе все свои краски, и дома, каждый из которых нуждался в ремонте, хотя бы в не большом.        Нужное нам здание не стало исключением. Когда-то белые доски стали серыми и потертыми. Газон был истоптан, из-за чего трава только прижалась к земле. На участке так же лежали какие-то шины, тележки, и просто куски металлолома. "Неужели тут и живут эти люди?",- подумал я про себя. Но самое страшное находилось в том, что прямо через дорогу располагалось кладбище. Оно, конечно же, отличалось от того, что было по другую сторону Нью-Йорка. Могилы были не очень убраны, а памятники были редкими экземплярами. В осном были лишь серые квадратные или полукруглые надгробья, что почти сливались воедино. Также стояли и белые, как мрамор, камни около могилы, точно так же, как и памятники, они почти не встречались, но парочку виднелись отсюда. Приглядевшись, я заметил движение около них. Я сделал шаг вперед и начал всматриваться. Около двух белых надгробий стояла девушка, примерно 18 лет. Ее черные, как уголь, волосы небрежно улеглись на ее плечах, лицо было не разглядеть, ведь она опустила голову вниз. Девушка стояла неподвижно, словно статуя, но через мгновение погладила камни, что-то произнесла и уже хотела уходить, как заметила меня. Она хоть и стояла немного далеко, но я все равно смог понять, что брюнетка недавно плакала. Девушка сверлила меня взглядом, даже не так, она будто изучала меня, каждый сантиментр тела, тоже самое делал и я. Но вдруг она взялась за капюшон, надела на голову и через секунду скрылась сквозь надгробий и памятников. - Что ты там увидел?- Произнес сзади Стайлз. Еще немного пробежав взглядом по кладбищу в поисках симпатичной девушки, я повернулся к своему другу. - Ты заговорил?- Усмехнулся, пытаясь перевести тему. - Ага, так что пойдем скорее и допросим родителей, что живут в доме из мультика "Дом-монстр".- Улыбнулся Стилински и ударил меня слегка по плечу. Хороший знак.- Я уверен, что нам откроит какой-нибудь худощавый старик и начнет прогонять с газона. - Пора тебе перекрыть доступ к интернету.- Подметил я и засмеялся. - Тогда я приду к тебе ночью и буду включать компьютер, а ты будешь просыпаться под звуки заставки "Скуби Ду".- Так же засмеялся парень и пошел на крыльцо дома.

***

ОТ АВТОРА

      Звонок в дверь. Неприятный на слух звон пробежался по всему затхлому дому, заставляя хозяинов пойти и проверить, кто пришел в такое время без приглашения. Скотт и Стайлз стояли на крыльце в ожидании, когда перед ними распахнется дверь. Пол под ними скрипел, так что они стояли смирно, чтобы в лишний раз не кривится от неприятного звука. - Кто там?- Из дверной щели послышался старый, слегка хриплый от прожитых лет голос старушки. - Сержант МакКолл и сержант Стилински, мы пришли по говорить по поводу вашей дочери.- Сказал Скотт, пытаясь рассмотреть пожилую женщину, но она только сильнее прикрыла дверь. - Она еще не вернулась домой...- Друзья нахмурились, ведь девочка умерла уже давно. Старушка слегка приоткрыла дверь.        Перед ними оказалась хрупкая пожилая леди. Ее седые жесткие волосы аккуратно собраны в косичку, что мирно покоилась на правом плече. Глаза были словно пуговки, такие же маленькие и черные, в них можно было прочитать лишь невинность и страх. Нос и рот маленькие и миниатюрные, как у фарфоровых кукол. На ней было легкое белое платье, такого же цвета ажурные перчатки и мокасины. Она была настолько маленькой и хрупкой, что казалось, будто бы в тотчас улетит, если подует слабый ветерок. - Эви всегда поздно возвращается после школы, она вот-вот придет...-Ее голос звучал так, будто она была готова заплакать. Старушка опустила взгляд на порок и снова посмотрела на полицейских, слегка нахмурившись.- А кто вы такие? - Мы ведь...- Стайлз непонимающе начал смотреть на даму.- Только что.. - Элеонора, с кем ты там разговариваешь?- Из-за спины пенсионерки вышел такого же возраста мужчина. Волос на его голове почти не осталось, худощавое тело прикрывал лишь халат бардового цвета, а на ногах были черные тапочки.- Ни на минуту нельзя тебя оставить, мне тебя теперь и в душ брать?- Сипло засмеялся старик и подошел к своей жене, даря мягкий поцелуй в щеку. - Извините, но мы пришли поговорить о вашей дочери Эвилит.- Сказал Стайлз, явно уже ожидая прохода внутрь. Лицо мужчины изменилось, улыбка быстро исчезла и он снова посмотрел на свою любовь. - Милая, не принесешь ли ты чаю нашим гостям, пока я покажу им гостинную? - Ох конечно, Освальд, проходите.- Старушка прошла на кухню, а Скотт и Стайлз проследовали за стариком.       Их дом почти не отличался видом, что внутри,что снаружи. Такие же тусклые стены, только коричневого цвета. Пол скрипел под весом тел. Мебель была в пыти, а тканевый диван бежевого цвета был слегка ободран с одной стороны. На против него стоял телевизор, как-будто пришедший из старинных лет, но картинку показывал, на удивление, хорошо. Ковер, что располагался по середине гостинной, был мягкий, но так же, как и весь дом, говорил о своем возрасте. - Жасмин или "лесные ягоды"?- Попыталась прокричать с кухни женщина. - "Лесные ягоды" у нас закончился два дня назад, Элеонора.- Прохрипел старик и указал гостям садиться на диван, когда сам сел на кресло неподалеку.       МакКолл и Стилински неуклюже сели и смотрели на старика, ждали, когда тот разрешит задавать вопросы. Он сначала смотрел в сторону кухни, думая о своей жене, но потом вспомнил о полицейских и повернулся к ним. - Извините мою жену, у нее развился Альцгеймер еще пять лет тому назад. - Н-ничего, понимаем...- Произнес Стилински. Он вспомнил своего деда, что умер точно из-за такой же болезни. Перед кончиной он не смог вспомнить даже собственного имени. Самая ужасная смерть- смерть в забвении, когда ты не помнишь кем являлся и кто эти люди, что приходят каждый день в палату навестить тебя. - Так зачем вы пришли? - Эвилит, ваша дочь.- Прояснил Скотт. - Я думал, что дело давно закрыто, точнее куплено...- Горестно произнес Освальд и сел поудобней. - Дело- да, а вот новое только на пике возгорания... Недавно была убита Мередит Штраус в собственном доме.- Сказал Стайлз и положил локти на колени. - Так и надо этой сучке..- Прошипел старик и ударил кулаком об подлокотник.- Столько горя она принесла моей семье. И, дайте угадаю, вы пришли узнать, не убивал ли кто из нас ее? - Мы проверяем все возможные варианты.- С долей стыда произнес МакКолл. Честно признаться, никто из парней уже не думал об этом. - Что же,- Сказал старик и потер подбородок одной рукой.- Моя жена даже не помнит суда и как мы опознавали тело нашей малютки. Я ели передвигаюсь на своих двоих, да и сейчас мне нужно присматривать за своей Элеонорой. Родственников у нас больше нет, а и мы были заняты несколько недель переездом сюда.- Он указал на коробки, что стояли почти за стенкой около лестницы на второй этаж.- Знаете почему мы переехали в этот район? Во-первых, здесь живут те, кто проживают свои последние годы, даже бандиты сюда не суются, ведь так пасть еще надо постараться. Во-вторых... Прямо через дорогу спит наша Эвилит.- Все замолчали, но Стилински не выдержал и спросил один неудобный вопрос. - А можно задать один вопрос... Как умерла ваша дочь?- Спросил Стайлз. Он знал, что это может задеть родителя, но нужно было знать, как она убил ее, чтобы понять специально или, как говорилось в документах, это был случайный случай. - Она мертва, и больше вам знать не надо. - Да, но... - Эвилит мертва!! - Эвилит?- Послышался голос из кухни и шарканье в сторону гостинной, после того, как старик прокричал последние слова.- Доченька, наконец ты пришла со школы, будешь чай?- Старушка вышла с подносом, на котором стояли три чашки с чаем. - Нет, милая...- Вскочил старик к своей жене и приобнял ее сзади, помогая поставить поднос на столик сбоку от дивана.- Ее нет, Элеонора, она давно умерла, пойдем, приляжем. - Умерла? Нет, она не могла умереть!- Женщина заплакала и закрыла одной ладонью рот, держась при этом за мужа. Даже представить страшно, какого ей слышать почти каждый день, что ее родная дочь уже не сможет отведать с ней чашечку чая. - Пойдем, любовь моя, а вы... лучше уходите...- Он в последний раз посмотрел на парней, а потом перевел взгляд на свою жену, что-то нашептывая ей.       Без лишних вопросов Скотт и Стайлз переглянулись между собой, встали и отправились к выходу, чтобы не мешать пожилой паре. Но на последок Стайлз услышал их разговор, хоть они и шептались: - Милая, ты помнишь меня? - Конечно, Освальд, как я могу? Я никогда тебя не забуду. И я все жду от тебя предложения руки и сердца, дурачок, мама обрадуется нашей свадьбе. - Сколько угодно я буду повторять тебе эти слова.- Произнес старик и поцеловал ее в макушку, а Стайлз вышел, закрыв за собой дверь. Внутри парней теперь сидела жалость к ним, но особенно к старику, какого это жить, зная, что через дорогу мертва дочь, жена болеет и скоро забудет все, даже тебя, а сам не можешь вкусить всей радости жизни, только выжидать костлявые руки самой Смерти. Какого это быть Освальдом?Парни дошли до патрульного автомобиля и молча сели в нее. Они молчали еще минуту, каждый думал о последних минутах, что только что произошли. - Они не... - Знаю.- Подтвердил Стайлз и посмотрел на Скотта.- Все не могло быть так легко.       Они бы сидели еще долго, если бы не звонок на мобильник Маккола. - Сержант МакКолл. Да. Скоро будем. - Только не говори, что... - Именно, причем недавно. - Тогда поехали, Скотт, мы должны найти убийцу, чтобы их история не стала еще чей-то, вдруг он перейдет на детей. - Мы сделаем все возможное.