Fake love

Чимин возвел глаза к небу и спросил, за что ему все это? Нет, совсем не злобно, а так, больше саркастично и скорее всего, у самого себя. Голос матери в трубке настойчиво требовал ответа от непослушного сына, который и вовсе не хотел с ней разговаривать. По веским причинам. -Пак Чимин!- обратилась к нему женщина полным именем. –Ты почему замолчал? Потому что достала. Ему уже двадцать семь лет, живет он отдельно, а родители до сих пор висят над ним. Казалось бы, раз живете раздельно, то и контакта соответственно меньше. Но нет, Пак Чимин ошибался. Родители не давали ему проходу. Буквально. Да и к тому же, на территории больницы курить запрещено, что Чимин, работник этой самой больницы, нарушал. Не дай Бог пройдет кто-либо из тех, у кого он отнимал сигареты во время лечения, заявляя о вреде для больных. Он и так нервный в последнее время. Вот и старался он говорить как можно тише. Мать продолжала активно тараторить неразбериху в трубку и Чимин, потушив сигарету, улыбнулся и сказал: -Пока, мам. Люблю тебя. И повесил телефон. Облегченно вздохнув, молодой интерн достал жвачку со вкусом тутти-фрутти, которую покупал чуть ли не каждый день после окончания школы, когда начал курить из-за учебы и экзаменов. Курил Чимин, на самом деле, немного, а только когда нервничал, или после тяжелых операций. А в последнее время такое случалось часто. Мать звонила просто так. Она часто звонила просто так, пожаловаться на отца, который в последнее время частенько выпивал, на то, что соседи шумные и на то, что ее любимый единственный сын далеко от них, да еще и с неохотой разговаривает с родителями. Можно подумать, что Пак Чимин неуважительно относиться к своей матери, которая всего лишь скучает по своему сыну, но это не так. Про любовь к сыну она сказала лишь однажды, вот Чимин и запомнил. Когда же это было? Когда Чимин сдал экзамены на "отлично" и поступил в хороший универ и нашел хорошую работу. А все остальное время только одно. Чимин, когда найдешь девушку? Когда женишься? Когда родишь нам внуков? Когда, когда, когда, когда. Такая типичная родственница за обеденным столом, спрашивающая смущенного подростка про толпы невест. Только Чимин давно не подросток, да и толпы невест ему пока не нужны. Порядком надоедало, вот Чимин и не любил разговаривать с матерью по телефону. Открыв дверь в больницу, в глаза ударил яркий свет от ламп, а в нос специфичный запах спирта и марлей. Такой уже привычный аромат для него, но Пак всегда вдыхал его, будто чувствовал впервые. Как люди выходят на улицу после дождя и набирают полной грудью этот свежий запах от асфальта и всего того, к чему прикоснулся дождь, так и молодой интерн вдыхал больничный. Запахи для людей вообще вещь интересная. С ними можно ассоциировать различные воспоминания, людей. Хорошие и не очень. И запахи и воспоминания. Например, запах арбуза ассоциировался у Чимина с его другом, Тэхеном. Тот всегда жевал резинку только с этим вкусом, или сосал соответствующие леденцы. Но сам арбуз Тэхен не любил, что удивляло его лучшего друга. Пак подумал, что было бы неплохо встретиться с приятелем вечерком после работы, пропуская пару кружек пива, все-таки они виделись неделю назад. Но его мысли прервало резкое движение в его поле глаз. Чимин остановился в замешательстве, видя, как носится медицинский персонал туда-сюда. Такое бывало только в экстренных ситуациях. Медсестры бегали от стойки информации к каталкам, на которых лежали люди, а кто-то побежал за врачами на верхние этажи. Быстро собравшись с мыслями, Пак поправил белый халат и подошел к медсестре Ким, которая поспешно вбивала информацию о прибывших в базу данных на компьютер. -Сестра Ким, что произошло? Она оторвала взгляд от экрана и перевела его на Чимина. В ее глазах читался упрек, мол, где это вы ходили. -А, интерн Пак!- она отошла от стойки. –Экстренная ситуация. Авария. -Авария?-удивился Чимин. –Насколько серьезно? -Поступило 5 людей. У двоих переломы рук, другие двое отделались синяками, а пятый получил сотрясение мозга. Без сознания. -Понял. Спасибо! Ему не нужно было долго объяснять, чтобы понять, что наверху его уже ждет врач для операции. Чимин побежал в сторону лестницы, решив, что нет смысла дожидаться лифта, который приедет черт знает когда. Добежав до третьего этажа, ноги несли Чимина в приемный покой, куда должны были положить того человека. Забежав в палату, он увидел врача Ли, главного травматолога , и медсестер, которые ставили капельницу. Значит, не опоздал. -Чимин,-обратился к нему врач Ли.-Ты во время. Подай мои перчатки. Пак послушно кивнул и подошел к оборудованию, передав врачу нужное. Он включил светильник, который озарил лежащего на операционном столе человека. Это был мужчина, лет тридцати, с черными волосами и бледной кожей. Очень бледной. -Думаю, ничего серьезного,- выдохнул врач Ли рассматривая пациента. Говорил он всегда медленно, пережевывая каждое свое слово. Что бесило Чимина, который старался переключить свое внимание на что-нибудь другое, кроме как ходящую туда-сюда пухлую губу врача под усами. Взгляд молодого интерна непроизвольно вновь упал на пациента. Да, мужчина действительно не выглядел как при смерти.- Просто сотрясение и обморок. -У него перелом руки, -тихо поправила его медсестра.- Из травмы доктора сказали. -Да?-кашлянул врач Ли. –А, ну да, точно. Перелом, как же без него. Чимин закатил глаза. Интересно, у врача Ли в Сеульской больнице работали родственники? А то как еще объяснить, что его устроили сюда? Пак повертел головой в поисках анализов, но нашел большую черную фотографию черепа пострадавшего. Чимин взял МРТ головного мозга пострадавшего и записку, висевшую на ней, которая сообщала о состоянии человека. Сотрясение не тяжелой степени, но в любом случае, этот мужчина пролежит тут еще недели две. Сломанная рука и ушиб головы повлияют на это. Мигрени тоже будут сопровождать его. Лекарство постепенно поступало по венам мужчины, и его грудь то поднималась, то опускалась. Чимин завороженно смотрел на это. После аварии он отделался хуже всех. -Чимин, ну-ка, принеси мне дело пострадавшего, –попросил его врач, деловито рассматривая свои руки. Пак кивнул и направился к стойке информации на первый этаж, к медсестре Ким, попросив передать ему дело мужчины. Она вложила ему в руки лист с именем пострадавшего и его данными ,и интерн направился обратно. Он пробежался глазами по нему, найдя имя мужчины. Мин Юнги. Чимин улыбнулся. Красивое.